электросварочное оборудование
сварочные инверторы
сварочные полуавтоматы
сварочные трансформаторы
газосварочное оборудование
редукторы
резаки
горелки
 

смета нужна
ВЧЕРА?!?


Сметный отдел компании
МИКРОЛАН
составит смету
в кратчайшие сроки



+375 (25) 936-48-14

Джерд, про которого говорят, что он лучший, мол, архитектор

Впереди торговли всей
С тем, что американец Джон Джерд на сегодняшний день самый влиятельный в мире архитектор торговых центров, не поспоришь. Для изменения облика современного шоппинга он, пожалуй, сделал больше, чем кто-либо из ныне живущих.
В офисе компании Джерда, расположенном в калифорнийском Венис Бич, задумывался облик главных центров массовой культуры мира — Universal CityWalk в Лос-Анджелесе и Хортон Плаза в Сан-Диего. Там решали судьбу преобразования злачного Лас-Вегаса, привнеся в него европейское изящество гостиницы "Белладжио" стоимостью $1,9 млрд, смоделированной по образцу итальянских деревень. Джерд придумал и построил в Миннеаполисе "Молл оф Америка" — крупнейший из американских торговых центров площадью 390.000 м2 с тематическими парками, университетом, автострадой, 520 магазинами, 50 ресторанами и бассейнами с настоящими акулами.

Среди проектов Джерда за пределами США множество отмеченных всевозможными призами — променад Бейршпляйн в Роттердаме, застройка самого известного в Китае озерного края Ханьчжоу, новый город высоких технологий в Гонконге, японские торговые центры Канал Сити Хаката, Роппонджи Хиллз и Риверуок в Китакуси. Вообще в последнее десятилетие именно Япония стала просто-таки лабораторией компании Джерда, где испытывались новейшие проектные технологии. Первенцем стал открытый в 1996 году молл "Канал Сити Хаката" в Фукуоке. Вдохновленный пещерами коренных американцев Аризоны, он похож на бредовую мечту, с кафе и магазинами, материализовавшимися в стенах "каньона", где покупатели скитаются вдоль искусственной реки. В городе Кавасаки Джерд построил "Цитадель" — комплекс, напоминающий итальянскую деревню. В Осаке — огромный Намба Парк с садами, водопадами и стеклянными мостами. Он также проектировал знаменитый торгово-развлекательный комплекс в токийском квартале Роппонджи Хиллз, похожий на колоссальных размеров деревню эпохи сегуна, будто бы высеченную из гранита, расположенную у подножия гигантских башен миллиардера Минору Мори, который после этой работы назвал Джерда гением строительства развлекательных комплексов.

Чудеса коммерции
Термином "молл" (от англ.: mall — городская улица с множеством магазинов, закрытая для автотранспорта) обозначают гигантские торговые центры, по сравнению с которыми все существовавшие ранее торговые форматы все равно что деревенская церковь по сравнению с кафедральным собором. Потому что молл — это настоящий храм потребления. Место, куда ежедневно устремляются тысячи людей, чтобы походить по магазинам, посмотреть фильмы в многочисленных кинотеатрах, повеселиться на аттракционах, пообедать в ресторанах — словом, приятно провести время. Масштабы современных моллов впечатляют — во славу потребления строятся целые города. Но надо сказать, что моллы отличаются от гипермаркетов не столько масштабами, сколько принципом торговли. Основу любого молла, как правило, составляют несколько больших магазинов, которые соединены между собой крытыми галереями, в которых располагается множество магазинов поменьше, а также кафе, рестораны, парикмахерские, химчистки. Галереи замкнуты в огромное кольцо, по которому движутся покупатели.

Поразительно, но в то время, как во всем мире индексы потребительского доверия падают, прибыль крупнейших моллов растет. Экономисты объясняют этот феномен укрупнением и концентрацией розничной торговли. Психологи объясняют успех моллов тем, что в них найден торговый формат, в котором человек способен удовлетворить все свои потребности. И чем разнообразнее услуги и ассортимент, тем выше вероятность, что человек, зашедший туда под влиянием рекламы или из любопытства, что-нибудь да купит. Так, упоминаемый уже "Молл оф Америка" в Миннеаполисе — поистине торговый монстр размером с десяток обычных моллов с многоэтажной стоянкой, самыми лучшими магазинами, самыми необычными кафе, аттракционами для детей. И все это под одной крышей. В "Молл оф Америка" есть даже парки из настоящих деревьев, а одно кафе расположено в настоящем тропическом дождевом лесу. Когда в растительности завелись какие-то жучки-паразиты, администрация торгового центра столкнулась с невероятной проблемой — как от них избавиться? Не будешь же опылять деревья ядохимикатами в закрытом помещении. На помощь пришли биологи, которые нашли других жучков, которые поедали вредителей.

"Молл оф Америка" — целый город, который просто невозможно обойти за один день, не то что пересмотреть все товары. В нем все самое-самое. Это самый большой молл Америки и второй в мире (только в Канаде, последовавшей родившейся в 1950-е годы в США моде на подобные торговые центры, есть молл, превосходящий миннесотский). Наряду с небоскребами Манхэттена, Лас-Вегасом и Гранд Каньоном "Молл оф Америка" представляет для многих иностранцев квинтэссенцию всей страны. Местная авиакомпания организует даже специальные туры для японцев — прямой рейс из Токио в Миннеаполис, ночь в гостинице, посещение молла и обратно.

Спрос на торговые центры в мире по-прежнему растет. Стоимость подобных помещений неуклонно увеличивается на 7-10%. По данным международных консультантов, в Москве средний показатель площадей современных торговых комплексов составляет 50 м2 на тысячу жителей, в Праге и Варшаве — около 200-250 м2, в Париже — 450 м2, в Стокгольме — более 600. Заслуга Джерда в том, что он придумал объединить две близкие потребности человека: шоппинг и развлечения. Он назвал это "городским клеем". Его проекты родились из веры в то, что нынешние потребители, хотя и расселились по пригородам, все еще жаждут быть в толпе. Но вместо традиционных торговых центров — холодных и стерильных боксов с климат-контролем и искусственным освещением, которые росли как грибы от Сан-Франциско до Сингапура, — Джерд решил строить комплексы, трогающие душу потребителя. Его моллы вдохновлены тосканскими холмами, доисторическими жилищами на утесах, французскими канкан-кварталами, марокканскими базарами, научной фантастикой, амфитеатрами и храмами древнего Рима. Вместо того чтобы отгораживать торговые районы, он включает в них естественный ландшафт и местную историю. Джерд создает для массового потребления что-то совершенно уникальное. Он удовлетворяет тягу к новизне, которая по-прежнему является единственным товаром, который в дефиците на рынке даже в эпоху глобального капитализма. Именно эта тяга ежегодно приводит в его моллы 700 млн человек по всему миру.

Эскиз к успеху
В юности, пришедшейся на конец 1950-х, Джон Адамс Джерд отчаянно хотел быть архитектором, но его практичный отец осудил эту идею ("Архитекторы имеют длинные волосы и носят пелерины", — заявил Джерд-старший). Поэтому Джон решил копить деньги на учебу и пошел на курсы инженеров, летом помогал строить дома, а в свободное время делал эскизы. Однажды его послали с поручением в офис инспектора службы гостехнадзора, где какой-то респектабельный господин, увидев кипу чертежей у Джерда под мышкой, заинтересовался и попросил взглянуть. Он был явно впечатлен. "Вы хотите быть архитектором?" — спросил он. "Конечно", — ответил Джерд, но при этом сообщил, что пока это невозможно. "Вздор, — отрезал человек и вручил ему визитную карточку. — В моем офисе в понедельник". Джерд посмотрел на карточку и прочитал: "Артур Голлайон. Декан архитектурной школы университета Южной Каролины".
Стоит ли говорить, что Джерд был прилежным студентом и после окончания университета в 1966 году одним из первых получил стипендию местной архитектурной гильдии на поездку в Европу. Вместе со своей подругой, студенткой отделения гуманитарных наук Йельского университета, которая позже стала первой из его четырех жен, они на крошечном автомобиле объездили всю Европу и только через несколько месяцев попали в северные итальянские города на холмах, построенные вокруг базарных площадей. Именно там Джерд получил профессиональное крещение и позабыл про модернизм, так любимый им в студенчестве. И еще он понял, что архитекторов всегда "учат обслуживать элиту". Строить музеи, здания для богатых и современные памятники. А Джерд захотел строить для обычных людей.

В то время, однако, простые американцы "бежали" из городов в предместья, и торговые центры стали едва ли не последним оплотом городского сообщества. Джерд всегда ненавидел магазины, но твердо решил заняться проектированием торговых центров. Он работал как самостоятельный архитектор, даже получил приз за проект футбольного стадиона, но, решив, что нуждается в постоянном доходе для выплат алиментов первой жене, в 1967 году стал проектным директором компании Burke, Kober, Nicholais, Archuleta, которая проектировала в Южной Калифорнии похожие на коробки торговые центры. Джерд провел в этой компании 10 лет и ушел, чувствуя себя сытым по горло бессмысленной работой.
Но в конце 1977 года его старый друг, проектировщик Эрнест Хан, пригласил Джерда помочь в реконструкции шести кварталов в практически обезлюдевшем центре Сан-Диего. Джерд тут же ухватился за эту возможность, создал собственную компанию и из пыли Сан-Диего построил знаменитую теперь Хортон Плаза за $170 млн, ставшую первым совершенно новым типом торгового центра. Джерд с самого начала отклонил линейный план в виде "гантели", когда магазины расположены на обоих концах длинного прямого зала. Он построил нечто гораздо более живописное. Это было вообще не здание, а целая деревня из универмагов и развлекательных заведений, которая соединила центр города с береговой линией красочным проходом, который Джерд назвал passeggiata (от итал.: "прогулка").
Проект Джерда мгновенно стал хитом. Внезапно жители пригородов действительно захотели вернуться в город хотя бы за покупками. Успех проекта стимулировал волну новых инвестиций в застройку исторической части Сан-Диего. Хортон Плаза выкристаллизовала концепцию Джерда и стала пробным камнем для всех проектов, которые его компания осуществляла в течение следующих двадцати лет. В 1993 году в Лос-Анджелесе открылся комплекс CityWalk рядом с тематическим парком студии Universal, который лучше всего представляет формулу архитектура — усердная путаница стилей и эпох. И всюду люди, толпы людей.

Люди, где вы?
Будучи человеком, который считает, что "совместный человеческий опыт является поводом для проектирования", Джерд вырос, совершенно не чувствуя себя частью общества. Он родился в Иллинойсе в 1940 году, но где именно, неизвестно, да и не важно, потому что три дня спустя его родители уехали с места его рождения. Его отец контролировал строительство на нефтяных месторождениях по всему американскому Западу, так что семейство редко задерживалось где-либо дольше, чем на несколько недель. В детстве единственными друзьями Джона были рабочие-строители, которые позволяли ему по уик-эндам играть на участке среди кранов. Джерд смотрел на эти неповоротливые массы стали и думал, как они похожи на большие городские небоскребы, которые он знал только по фотографиям в газетах. Он крался в офис отца и притворялся, что участок — это миниатюрный город, в котором он — главный. Единственное, чего в этих городах никогда не было, — это люди. Тогда Джерд стремился быть частью толпы, и был очень рад, когда в 1952 году его семья переехала в Лос-Анджелес.

Теперь высоколобые архитектурные критики глумятся над Джердом, называя его рабом коммерции, но в 1990-е формула Джерда оказалась экономической панацеей для пустеющих кварталов в центрах городов от Роттердама до Осаки. Популистские успехи Джерда бросили вызов традициям его "благородной" профессии. Джерда обвиняли в том, что он отказался от элитарности в угоду публичному успеху. Большинство проектов Джерда являются автономными кварталами городов, и большинство критиков, соответственно, считает, что в этих обособленных пространствах существует искусственная реальность, за которую публика еще должна платить. Джерд по-своему отвечает на это — просто не реагирует, когда "люди, принадлежащие к элите", свысока произносят: "А, это тот парень, который проектирует торговые центры". Да, архитектурный популист Джерд по-прежнему проектирует торговые центры. Теперь в основном в Китае.
Это оказалось сложнее, чем он мог предположить. В свое время Япония оказалась уникально восприимчивой к идеям Джерда. А опыт работы в Китае пока не слишком успешен, хотя сегодня нигде в мире нет более привлекательной комбинации богатства, архитектурного спроса и прожорливого потребления. Джерд уже построил крупнейший молл в Шанхае и еще два находятся в работе. Его фирма также составила генеральный план пешеходного участка шанхайской Наньцзинь Роуд и модернизации озерных городов Ханчжоу и Сучжоу. Строительство торговых комплексов в Китае подчинено интересам таиландских, тайваньских и оффшорных китайских фирм, которые больше заинтересованы в получении быстрой прибыли, и потому дублируют на материке проверенные в других местах и потому безопасные для своих инвестиций решения. Проекты же Джерда — с его обильными садами, амфитеатрами и открытыми площадями — добавляют не слишком много полезной площади. Подход Джерда тоньше, и, как ни странно, он не такой капиталистический. Когда он говорит о своей работе, он редко упоминает девелоперов, продавцов или покупателей. Вместо этого он проповедует о человеке, о котором нужно заботиться, а все остальное последует. Люди придут, и, пока они будут здесь, они сделают то, что обычно делают в таких местах, то есть что-нибудь купят.

В Японии, наводненной отталкивающими, безжизненными моллами, открытые небесам магазины и развлекательные центры Джерда стали и самыми прибыльными. Но в Китае первое поколение покупателей, порожденное экономическим бумом, пока еще хочет "больших блестящих коробок", лжероскошных дворцов потребления, которыми Япония, Сингапур и Тайвань уже насытились. В Шанхае Джерд копается в прошлом города, которое большинство быстро разбогатевших китайцев предпочитает забыть, хотя в будущем они, вероятно, начнут тосковать по человечным местам так же, как теперь по роскошным товарам.
Странно, но популист Джерд апеллирует к самым высоким струнам души китайцев. "Китай, — говорит он, — это мир простых людей. Среди них есть благородные и высокообразованные, но в действительности это страна 1,3 млрд простых людей". И теперь в Китае бешеный спрос на торговые центры. К концу прошлого года в главных городах страны построено 236 комплексов — на 94 больше, чем за год до того. В Японии или Европе Джерд может положиться на свой престиж и прошлые триумфы, чтобы контролировать судьбу нового проекта. Но не в Китае. Там проекты поступают в институты и, случается, исчезают за их стенами. Иногда их интерпретируют неточно или по своим собственным понятиям.

Гений низкопробной архитектуры
В 1985 году в альма-матер Джерда, архитектурной школе университета Южной Каролины, его назвали "выдающимся выпускником". В канун 60-летнего юбилея маэстро его последняя жена Дженис объявила об учреждении в его честь двух грантов в $1,5 млн. Первый "профессор имени Джона Джерда", калифорнийский архитектор Стивен Эрлич, начал преподавать весной этого года. Вторая премия на поездку в Европу ежегодно будет присуждаться выпускнику архитектурной школы. Этот приз имеет особое значение для Джерда — ведь именно после подобной поездки он открыл для себя настоящие ценности своей профессии.

64-летний Джерд, невысокий и крепкий, с большими ушами, светлыми волосами и синими глазами, больше похож на джазиста 1950-х, чем на руководителя крупной проектной компании с сотней служащих, работать с которыми хотят самые проницательные бизнесмены эпохи. Еще бы, ведь Джерд делает этим людям сотни миллионов, возможно, миллиардов долларов. Но это не значит, что он принадлежит бездушному миру коммерции. Он всегда чувствовал себя там посторонним, одиноким, не приспособленным к жизни человеком, которому удобнее всего в своем заполненном антиквариатом доме, построенном из древних пород дерева и отполированных речных валунов в одном из самых изящных каньонов Лос-Анджелеса. В прошлом Джерд алкоголик, несколько лет назад ему ставили диагноз "маниакально-депрессивный психоз". Джерд — отшельник, он очень не любит делать покупки, избегает толп и совершенно не интересуется товарами массового производства, которые продают в построенных им моллах. При этом на сегодняшний день компания Джерда занимается более чем тридцатью проектами в Европе, Азии, Австралии и Северной Америке.

Джерда рассчитывают заполучить в свои проекты девелоперы и городские власти по всему миру, желающие возобновлять городские центры и создавать пространства длительного социально-экономического действия. Так, в Варшаве по проекту Джерда будет строиться комплекс Злоте Тарсай. Закончен генеральный план преобразования английского приморского город Блэкпула в курорт мирового класса. Нынешней весной компания Джерда была отобрана для строительства торгового комплекса площадью 148,800 м2 в Москве рядом с Всероссийским выставочным комплексом.
В марте в Лос-Анджелесе Джерда назвали "Звездой проектирования-2004" за вклад в городское планирование. В июле институт американских архитекторов вручил ему золотую медаль нынешнего года, в том числе за заслуги во время работы над проектом подготовки к летним Олимпийским играм 1984 года в Лос-Анджелесе. Джерд тайно руководил этим популярным (и экономичным) проектом, который не вышел за рамки бюджета, благодаря чему Игры в Лос-Анджелесе стали первыми рентабельными почти за полвека.

Елена РЫБАЛТОВСКАЯ

© Строительство и недвижимость

стройматериалы:
фанера влагостойкая
аренда техники:
эвакуаторы в аренду
подъемники телескопические в аренду
автокраны от 50т в аренду в России
паяльники для труб в аренду в России

полезные ссылки
Мансардные окна VELUX
Мансардное окно-балкон VELUX
Экономичная модель мансардного окна