статьи



Белорусский музыкальный шоу-бизнес
дело энтузиастов

Без всякого массированного афиширования и заведомого предупреждения по Первому каналу вдруг начали проходить-грохотать программы-бои да шоу- соревнования под общим названием "Музыкальный плей-офф". Причём в рамках международного фестиваля «живой» музыки The Global Battle Of The Bands в Англии. "Как? Зачем? Откуда? Почему? А что потом?" – мотивируемый подобными невнятными вопросами, корреспондент "МГ" отправился расследовать это загадочное дело. Первый пункт назначения – улица Макаёнка. Первый собеседник – Анатолий Вечер (знакомый всем, любимый всеми), который и занялся новым проектом…

– Расскажите, как возникла идея телепрограммы "Музыкальный плей-офф"? Откуда вы узнали о существовании The Global Battle Of The Bands? С чего вдруг решили этим заняться?

– Ну, мы люди... хотел сказать "тёмные"... нет, на самом деле мы просто давно не занимались так называемым белорусским "шоу-бизнесом" – сидели, варились в своём соку, делали какие-то клипы ближайшим знакомым и незнакомым. А тут к нам обратились ребята из "Гудвина". А именно человек, который сейчас является Национальным директором этого фестиваля на территории Беларуси, – Олег Владимирович Сильванович. Вот он и говорит: "А почему бы не сделать?" Руководство нашей телекомпании пошло навстречу, несмотря на то, что (почему-то!) считает, что музыка эта для больших каналов "неформатная". Нашу съёмочную бригаду вызвали в клуб "Гудвин", там мы записали пробную программу с участием российской группы BLACK MAILERS и нашей – SVET BOOGIE BAND. Посмотрели – вроде как работать там можно. Так и начали. Дело в том, что на клубном уровне, как я потом узнал, без привлечения телевидения, в "Гудвине" нечто подобное происходило уже давно – какие-то прослушивания, какие-то сейшны, какие-то там даже соревновательные штуки. Сама идея телепрограммы принадлежит нам, потому что для англичан это не очень важно. Им важен результат: чтобы от Беларуси поехал один коллектив. Мы чуть-чуть пофантазировали и придумали вот такую формочку – она, собственно, не очень нова, наверное, но, как говорит один мой друг, в мире нет ничего нового – просто надо грамотно и с креативом использовать наработки старого. Мы, вместе с организаторами фестиваля, отобрали всего десять коллективов (потому что, в общем-то, поздно начали, фактически только в сентябре). А поскольку 10 декабря мы должны иметь результат уже в Лондоне, пришлось ограничиться только десятью группами. В организации отборочного тура мы не хотели привлекать большие силы – для нас это всё-таки во многом эксперимент: как эта музыка воспримется на Первом канале, как мы вообще будем смотреться в Лондоне, где мы находимся в мировом рейтинге.

– А по какому критерию отбирались группы?
– С одной стороны, организаторы предлагали нам определённые коллективы. С другой, - мы (поскольку я, например, с рок-н-роллом давно не работаю и очень многих не знаю) опирались на мнение наших специалистов: например, Сергей Прохоров очень помогал на начальном этапе. Некоторые коллективы откололись, причем многие из них очень профессиональные, но всё-таки не подходили. По разным причинам: некоторые просто из-за того, что давно не играют «живьём» (работают под "минус"), другие потому, что не хотят соревноваться. Ну, понятно, здесь очень сложно сравнивать: чем эта группа лучше той. А некоторые музыканты элементарно боятся проиграть. Один наш музыкант, очень уважаемый и известный, сказал: "Ну вот, представляешь себе? Я старый человек, 20 лет в рок-н-ролле, выхожу на сцену и проигрываю пацану, которому 18 лет! Как я после этого вообще на сцену выйду?" И я его понимаю. Хотя, на мой взгляд, соревновательность – это просто элемент шоу. Всё это весьма субъективно.

– Может быть, у вас есть уже какие-нибудь прогнозы?
– Мы стараемся быть беспристрастными и объективными. Стараемся не влиять на людей, которые оценивают это дело. Тут принцип такой: пять человек – члены жюри, четыре человека – «люди с улицы», а пятый – председатель, специалист. В этом плане у нас есть, конечно, большая опасность: с одной стороны, нас никто не упрекнёт в том, что мы навязали свои мнения, а с другой стороны, очень многие наши зрители всё-таки действуют по принципу "нравится – не нравится", не особо вдаваясь в какие-то технические тонкости, в профессиональные вопросы. И не очень, что важно, вдаваясь в конъюнктуру! А если ехать в Лондон – тут просто необходимо учитывать конъюнктурный момент. Потому что везти в Англию классический рок-н-ролл или классический джаз – это, на мой взгляд, просто глупо. Это всё равно, что они сюда приедут и будут нас учить на цимбалах играть! Поэтому моё мнение таково: нужна абсолютно самобытная группа, непохожая ни на что из того, что там и так видели, слышали, знают. Но каков будет выбор – мне сказать очень сложно. Есть у меня определённые прогнозы, но, скажем, последние игры показали, что эти прогнозы просто не оправдываются. Мы получаем совершенно неожиданные результаты! И, кстати, в одном из отборочных туров проиграла группа SVET BOOGIE BAND, которая совершенно всеми признавалась абсолютным фаворитом.

– А что будет дальше?
– Если всё будет хорошо – со следующего года мы бы хотели всё это сделать пошире, вплоть до отборочных туров по областям. А в Минске только уже сводить представителей всех областей. Финальный тур будет таким же – из 10-12 групп, но, тем не менее, шанс поучаствовать в этом фестивале будут иметь, надеюсь, очень многие коллективы. По крайней мере, большинство из тех, кто захочет. Вообще, я очень доволен, что работаю над этой программой, потому что лично для себя я сделал очень много открытий! После того, как мы начали над ней работать, поняли, что эта музыка действительно нужна. Она может отличаться от стандартной музыки других телеканалов. Мы посмотрели отзывы – очень многие люди, оказывается, соскучились по этому.

Прояснилось, согласитесь, многое, но далеко не всё. За дальнейшими подробностями корреспондент "МГ" отправился непосредственно на место происшествия – в клуб "Гудвин", на встречу с тем самым официальным директором фестиваля в Беларуси – загадочным Олегом Сильвановичем…

– Расскажите, как всё это начиналось, откуда вы узнали о фестивале...
– Сама идея проведения этого фестиваля у нас в стране появилась довольно просто: хотелось сделать какой-то собственный фестиваль в формате этой музыки. Я начал интересоваться: что происходит в мире музыки (у нас в стране и за её пределами), начал общаться с музыкантами... И вот те люди, с которыми я по этому вопросу разговаривал, и рассказали мне о The Global Battle Of The Bands. Отборочные туры к фестивалю проходят в Украине, России, вообще – в 54 странах, то есть это почти весь мир: Австралия, Новая Зеландия, Азия, Латинская Америка, США, вся Европа. Родоначальники фестиваля начали проводить его в Скандинавии. Начинали просто как группа любителей музыки. Собирались в каких-то клубах, пабах, музыканты играли. И, с течением времени, пришла идея устроить между ними соревнования. Когда это стало интересно многим – они переехали в Лондон, в Мекку музыки, и спозиционировали этот фестиваль как международный, разработали свои определённые правила, согласно которым, собственно, сейчас все и участвуют. Он проходит один раз в год, финал этого года пройдёт 10-12 декабря. Та белорусская группа, которая победит – поедет туда, будет участвовать дальше, бороться. В прошлом году из стран бывшего Советского Союза лучшего результата добились украинцы, группа TOL – 4 место. У нас всё началось достаточно тяжело, но со временем самим музыкантам стало интересно, большую роль в этом сыграл Первый канал. Собственно, одна из причин, почему музыкантам стало интересно участвовать в этом проекте – это желание появиться на синем экране. Я думаю, что после того, как белорусская группа поучаствует в Лондоне – станет немного легче. Хотелось, чтобы эта "неформатная" музыка вышла из-под знамени определенного социального протеста. Потому что во всем мире такого нет. Рок (он, конечно, более склонен затрагивать острые проблемы), блюз, джаз – это песни о любви, о высоких чувствах. А у нас вся эта музыка (в связи с тем, что ей просто не дают возможности звучать) постепенно становится какой-то оппозиционной, хотя мне это совершенно не нравится. Мне нравится, когда люди поют о каких-то чувствах, никого не призывая ни на какие баррикады. Любое творчество, я считаю, должно быть направлено на нечто созидающее, да оно и само должно появляться в процессе некого созидания. Кроме "оппозиционности" нашей музыки, есть ещё одна проблема: у нас вырабатывается определенная культура, которая иногда даже навязывается, и тогда какое-то определенное направление считается очень модным. Например, клубная музыка держится на каком-то драйве, вот, говорят, человек находится в состоянии напряжения, отрешенности и ещё чего-то. Это состояние – оно, может, и нужно человеку, но оно не необходимо ему ежедневно. Потому что тогда у него не будет рождаться никаких мыслей, человек будет постоянно находиться в нирване. А музыка, которая играет здесь, в "Гудвине", заставляет о чем-то задумываться, искать какие-то текстовые смыслы.

– Как вы считаете, какой надо быть группой, чтобы выиграть?
– Она должна выделяться. Россияне, например, в прошлом году своими модными течениями ничего нового в Лондоне не показали, поэтому они, в общем- то и пролетели. Когда у нас будет проходить финал в Театре эстрады – будет участвовать ирландская группа KOPEK (победитель прошлого года) – это должно быть очень интересно. Как раз, пожалуйста, можно будет послушать, какой надо быть группой, чтобы победить.
В этот раз мы выбрали именно небольшую площадку, чтобы быть уверенными, что пустых мест не будет. А на следующий год попробуем собрать стадион какой-нибудь. В этом году мы пока побоялись. Опыт проведения всех этих фестивалей показывает, что... не то, что бы людям не интересна была эта музыка... просто это не раскрученная тема. И в основном всё это происходит на уровне полупрофессиональных энтузиастов, как я. Никогда с этим не был связан: ни с музыкой, ни тем более с этим бизнесом! Просто мне эта музыка очень понравилась.

– Почему вы вообще решили этим заняться? Это ваша личная любовь к музыке или попытка создать коммерческий проект?
– Оно никаким образом не может быть коммерческим, потому что у нас нет спонсоров, а спонсорская поддержка – основа коммерческих проектов во всём мире. Музыканты – люди творческие и неплатежеспособные – на них, естественно, никто не собирается зарабатывать. В связи с тем, что как организаторы мы являемся и владельцами этого клуба – нам проще проводить фестиваль: не надо заниматься вопросами аренды и нет необходимости как- то зарабатывать на выступлениях музыкантов. А коммерческим этот проект вряд ли когда будет: я общался с директором украинского тура – на протяжении трёх лет у них проводится этот фестиваль, и он так и не стал коммерческим. Так что в ближайшие, я думаю, лет пять в Беларуси это тоже вряд ли будет коммерческим проектом. Вообще, идея очень простая: привлечь внимание к этой музыке достаточного количества людей. Сейчас фестиваль проходит под таким лозунгом: предлагается всем энтузиастам организоваться вместе и со следующего года сделать лучше. Вся идея этого фестиваля довольно демократичная, она под собой тоже не несёт какой-либо коммерческой основы. То, что в Англии приз 100 тысяч долларов и всё остальное – это просто спонсорская поддержка. Группа, которая побеждает, получает какую-то правительственную поддержку, мировое турне, записываются диски, осуществляется сотрудничество с радиостанциями, с продюсерскими центрами (а в жюри там – продюсеры мирового уровня). Кого-то, возможно, заинтересует музыка, с которой приедет белорусская группа. Может быть, она и не победит, но если хотя бы будет интересна – можно считать это серьёзным результатом.

– А как всё начиналось?
– В "Гудвине" на базе клуба уже и так проходил фестиваль такого местечкового плана – "Рок & Блюз". Мы всех сразу предупреждали, что это только проба пера, а конечная цель – это именно The Global Battle Of The Bands. Параллельно велись переговоры с англичанами за право участия в The Global Battle Of The Bands. Мы собирались сделать громкий и красивый финал фестиваля "Рок & Блюз", чуть ли не на Минском море. А когда увидели, насколько сложно идёт – решили от этого отказаться. Большинство музыкантов отнеслись к этому всему с недоверием. Проведение многих проходивших в Беларуси фестивалей несёт под собой какой-то негатив по отношению к музыкантам, в результате чего те считают себя обиженными.
…Наш фестиваль ещё и по-особому… демократичен (это не касается английского фестиваля, это уже белорусская тема): у нас существует голосование в Интернете, когда любители музыки могут спасти свою группу и дать ей шанс продолжить соревнование. У англичан этого нет. Они даже были категорически против идеи голосования, но мы их убеждали, вели переговоры, объясняли, что в нашей стране есть свои особенности, и для того, чтобы привлечь внимание большего количества аудитории, нужно использовать голосование. Многие музыканты до конца не верили, что что-то вообще получится. Как, в принципе, и я не верил, если честно, особенно, что это что-то будут показывать по телевизору. Такой музыки нигде нет: ни на радиостанциях, ни на телевидении. Трудно было поверить, что мы что-то сможем изменить. Было приложено максимум желания, убеждения и самоубеждения в том, что это вообще нужно.

– А вообще спрос есть? Интерес люди проявляют?
– Не настолько это всё "пиарилось", потому что мы сами не были до конца уверены, не знали, как пойдёт дело. А когда приглашаешь музыкантов – надо быть хоть в чем-то уверенным. Была, впрочем, определенная уверенность в связи с тем, что задействован Первый канал, профессионалы, они всё сделают это красиво. И, кстати, сама программа мне нравится! Жаль только, что она в эфире идёт достаточно поздно, но если всё будет хорошо – полагаю, телевизионщики пойдут навстречу и перенесут время программы. А вообще, мало информации, если честно. Если брать для примера "Славянский базар" – это раскрученная тема, "Евровидение" – тоже, а больше международных фестивалей в таком формате и нет. Но мы будем стараться, чтобы это тоже было представлено на каком-то достойном уровне. Да уже само по себе то, что белорусский флаг на официальном сайте фестиваля расположен сразу после австралийского, – это уже что-то! Хоть будут знать, как белорусский флаг выглядит!

– Расскажите о планах на будущее. Чем будет отличаться отборочный тур в следующем году?
– На следующий год мы постараемся всё сделать глобальнее: чтобы отборочные туры проходили по областям. В этом году было достаточно много музыкантов, которые хотели участвовать в фестивале, но они не попали из-за жесткого формата телевидения: на телепрограмму "Музыкальный плей-офф" было отведено определенное количество эфиров и нам пришлось отбирать группы, исходя из этой цифры. Сейчас мы ведём переговоры с белорусскими товаропроизводителями, ведь это достаточно серьёзные финансовые вложения. Мы в клубе бесплатно предоставляем площадку, инструменты, Первый канал привозит сюда свою технику. Но я не думаю, что по регионам всё пройдет так же гладко. Многие группы финансово просто будут не в состоянии приехать. Молодые, талантливые, но вот взять и приехать – это для них сложно. Поэтому мы ищем белорусских спонсоров, чтобы они представили свою товарную марку и помогли организовать отборочный тур не только в столице, но и по областям.
Сейчас, когда уже прошло какое-то время, смотришь со стороны и просто радуешься тому, что уже нет того недоверия, что люди начинают стараться. Меня уже это как-то подпитывает. Конечно, очень интересен конечный результат. И как это всё будет ТАМ...



обсудить статью

© Музыкальная газета :: home page

статьи