статьи



Виталий Шум
Центр Живого Рока

«Рок-андерграунд в 21 веке? Бред!» Так думала и я, пока недавно, в городе Могилеве, не столкнулась с почти каноническим явлением подобного рода -- творческим объединением «Центр Живого Рока» и его лидером -- человеком по имени Виталий Шум.
Декорацией для нашей беседы стал малый концертный зал «ЦЖР» и, по совместительству, -- логово интервьюируемого. Представьте большое чердачное помещение, без мебели, по углам разбросаны стопки бумаги, джинсы, пивные бутылки; стены увешаны афишами концертов, обложками журналов и советскими агит-плакатами, призывающим «Отстоять завоевание октября!» и «Бить фашистов крепче!». По углам комнаты, на полу -- два компьютера и два матраса. На одном из них тихо посапывает завернутая в простыню девушка. На втором расположился экс-брестчанин Виктор Дэо, временно здесь проживающий. В дальнем углу черный кот копошится в мешке мусора… Я с Виталием располагаюсь посреди комнаты, включаю диктофон и очень скоро начинаю понимать, за что Шума кличут в кулуарах «пиз.ючим ящиком»…

-- Ну, рассказывай!
-- О себе?

-- И о себе тоже. О белорусском андерграунде, альтернативной культуре, музыке…
-- У нас секса нет! (смеется) Какая еще альтернативная культура, музыка?.. Нужно определиться, что мы называем «альтернативой». Вся официальная белорусская музыкальная культура концентрируется вокруг оркестра Финберга и районных ДК, и неизменна уже лет пятьдесят. В поп-музыке -- «совковая» эстрадно-джазовая школа, назовем ее так. Все, что существует помимо этого, к сожалению, и является «альтернативой». Хотя на самом деле группы ККРАМБАМБУЛЯ, КРАМА или N.R.M. -- это и есть современная поп-сцена, нормальная белорусская культура. Во всем же цивилизованном мире «альтернатива» -- это контркультурные явления. А вот с контркультурой в нашей стране -- совсем плохо.

-- То есть?..
-- Ее почти нет. Я представляю могилевское творческое объединение «Центр Живого Рока», и мне кажется, что мы -- единственный контркультурный фронт в этой стране. Все остальные замкнуты в своих субкультурных резервациях (панковских, растаманских, хардкоровых, хип-хоповых, металевых…) и не желают из них выбираться в антагонистическую для себя среду для реального дела, для воздействия на общественный вкус. Патовая ситуация: нет нигилистов, бунтарей, нет живых людей!.. А ведь казалось бы, духовный протест для творческой и интеллигентской прослойки, для молодежи -- совершенно нормальная штука! Мы приходим в этот мир, растем на сказках про «алые паруса», но где-то в 16-18-20 лет былые иллюзии начинают стремительно разрушаться. Приходится выбирать: или вписаться в реальность, постаравшись устроиться в ней поудобнее, повыгоднее, или посредством своего творчества отстаивать собственную свободу и юношеские идеалы, право быть каким хочется, а не каким позволят. Шаг к духовному освобождению от мира вещей -- как шаг на Голгофу, но благодаря тому, что лучшие представители человечества в свое время делали этот шаг, появилось большинство шедевров мирового искусства.
Чем может похвастаться Беларусь? Да ни чем… Мне жаль этих людей -- Мартыненок, Мяльгуёв и Подберезских, кропотливо подбирающих жалкие крохи для своих искусствоведческих талмудов. Они -- патриоты-мусорщики, и собирают мусор. Реальных людей, знаковых для мировой культуры и музыки у нас -- раз-два и обчелся. Просто время такое, не героическое, просто нет Людей. Все озабочены только тем, чтобы хорошо поесть, потрахаться и поспать.

-- Но ведь так просто не бывает, чтобы -- «ничего»?
-- Нет, я же говорил: на уровне субкультур что-то постоянно происходит. Крутые рэперы, там… панки-анархисты… Короче, пластмассовый мир победил!

-- А среди этих субкультурных течений можешь ли ты выделить основные тенденции, направления?
-- Могу. Есть Беларусь западная -- Гродно и районные города-спутники, а также частично «прогрессивный» Минск, а есть восточная -- Могилев, Гомель. Брест и Витебск со своей «ориентацией» не определились, поэтому о них говорить сложно.
Гродненская культура, ввиду географической близости с Польшей, имеет соответствующий крен. Здесь сильно развит западный образец, альтернатива: D.I.Y.-система, панк-фэнзины, стрэйтэйдж, антиглобализм и т.д. Ни одного нормального представителя эта «альтернатива» до сих пор не родила. DEVIATION культивировали на безрыбье -- за что?!?!?! Давече вот послушал альбом еще одной известной гродненской панк-группы PET NIHIL -- уродство боже ж мой! Люди абсолютно бездумно слизывают пан-европейские контркультурные стандарты, выдуманные детками зажравшихся буржуев, которым заняться больше не чем, кроме как фигачить города, где проходят слеты «Большой семерки», да спасать от себя самих флору и фауну планеты. Люди сражаются с ветряными мельницами, напрочь игнорируя тот факт, что они живут в Беларуси, в совсем другой системе координат. Здесь другие проблемы, другая культурная традиция, менталитет другой! Я вообще до сих пор встречал только две органичные панк-группы «современного, западного» образца -- выборгскую группу ПОСЛЕДНИЕ ТАНКИ В ПАРИЖЕ и могилевских ГЛЮКОВ. Все остальные напоминают ВИА 70-х, исполняющих «битлов» и «роллингов» на русском языке.
В Могилеве D.I.Y.-культура отсутствует, и вообще преобладают прорусские настроения. Соответственно, и музыка с уклоном в русскую традицию. Само мышление людей, даже через пятнадцать лет независимости, остается русско-имперским. На протяжении многих лет могилевский альтернатив базировался на идеалах русского, сибирского рока, на философии экзистенциализма. Такая подкладка гораздо серьезнее «гродненского» образца, тем более, что экзистенциальное мироощущение универсально для любой страны -- нет такого места на планете, где бы не хотелось умереть от сознания того, что реальность тошнотворна, а место прекрасному лишь в душах и душевных порывах…
Ну а самым ярким порождением могилевского альтернатива стала не музыкальная группа, а рок-журнал -- «Окорок». Были и действительно большие величины среди групп, такие как ОРКЕСТР МЕЛАНХОЛИЧЕСКОЙ МУЗЫКИ, МЕСТО РАСПРОДАЖИ ИЛЛЮЗИЙ, не реализовавших свой потенциал. Сейчас -- очередной расцвет. Такие группы, как ГЛЮКИ и АВАНГАРДШКОЛА -- явления республиканского масштаба. Рядом с ними любой белорусской группе будет сложно задирать нос. Есть ОБАЯНИЕ НЕВОВЛЕЧЕННОСТИ и СЕРДЦЕ ДУРАКА -- явления еще более глобальные в общекультурном плане, но пока слабые в музыкально- профессиональном. Есть большие субкультурные явления, как блэк-металический ASGUARD, этно-группа OSIMIRA, панк-патриотическая МОЛОДОСТЬ -- их музыка пользуется спросом за пределами нашей страны; есть субкультурные явления поменьше, старающиеся следовать в авангарде модных альтернативных течений -- 3t.ON, БЕДЛАМ и недавний победитель «Басовища» ТАВАРИЩ МАУЗЕР.
С приходом на Беларусь «эры FM», появились новая, «радийная формация» музыкального альтернатива, всасывающая в себя, в свете «75%», абсолютно все. На Могилев, например, велико влияние «Нашего Радио». Большинство могилевских групп целенаправленно распахивают эту «почву», что меня сильно удручает. Сам факт возможности искусственной раскрутки здорово ограничивает творческое мышление -- ты начинаешь думать «другими файликами». Как результат -- меняется даже мировоззрение, ощущение реальности уходит из-под ног -- заканчивается искусство, зато слишком рано проявляются «звездные» болезни собственной исключительности и самодостаточности -- на пустом месте. Эта индустрия пожирает творческие личности, превращает их в однообразную липкую кашицу, которую нормальный человек есть не будет, а ненормальный, оболваненный -- схавает, как и все другое, вкуса не распробовав.

-- Почему?
-- Что «почему»?

-- Почему ты считаешь, что «FM» и «Искусство» -- вещи несовместимые? На западе ведь эта система прекрасно работает.
-- Потому, что «доступность» обесценивает вещи. Если бы Третьяковскую галерею приносили к вам на дом пять раз за сутки -- захотелось ли бы вам «еще живописи»? Один критик сказал в момент перехода МАШИНЫ ВРЕМЕНИ от любительского коллектива к государственному: «Раньше вас знали 50 тысяч; теперь вас знают 50 миллионов. Но разве можно сравнить, как вас любили те 50 тысяч, а как любят эти?..» Я и по себе помню: когда я впервые услышал песню АЛИСЫ «Веретено», у меня была просто дичайшая истерика, я просто рыдал двое суток -- серьезно!.. А потом узнал, что эта песня по двадцать раз за день вертится на «Нашем Радио», и любовь словно рукой сняло. Странное чувство, словно ты лелеял слиток золота, а потом вышел на улицу и увидел в руках суетливых и безразличных людей по такому же…
На Западе, который идеализируют и на который равняются, с этим немного проще: во-первых, практически нет такого слова, как «формат». Под любую хорошую музыку найдется своя радиостанция. Есть выбор -- не болтаться в эфире со всяким дерьмом, а выбрать что-либо пристойное. Во-вторых, занятие музыкой, если ты не Бритни Спирз, отнюдь не сулит миллионных доходов. Гораздо большие деньги можно заработать, продавая компьютеры или нефть. А в капиталистическом мире зашибание бабла -- главный показатель успеха в жизни, и статус музыканта зачастую -- как клеймо юродивого на лбу. Но если человек делает сознательный выбор в пользу музыки, творчества, то он имеет возможность заниматься Искусством, живя пусть и не богато, но и не наказывая нищетой своих близких и родственников, думая, прежде всего -- об Искусстве.
В нашей убогой стране некоторые просто не знают, как эти чертовы деньги заработать, как заработать себе статус в обществе, и некоторым кажется, что музыка -- самое подходящее для этого занятие. Поэтому они готовы сложиться вчетверо, стать девочкой или мальчиком, лишь бы их купили. Что, я мало знаю групп, которые не успели одну песню записать, как начинают рассылать ее куда ни попадя, искать продюсеров и раздувать пиар-меха в Интернете? У этих людей нет ни мозгов, ни гордости, ни самоиронии. Ну и кого из них покупают, кого из них уважают? И почему чужие ошибки никого не учат и поток «творцов-с-протянутой-рукой» не иссякает?!? По мне, если уж продаваться, то как ГРАЖДАНСКАЯ ОБОРОНА, когда за тобой бегает целая кодла дельцов и умаляет об этом, а тебе все равно терять уже нечего, осталось два раза пописать и -- все…

-- Слышала из твоих уст достаточно резкое деление на «минские» и «провинциальные» группы…
-- Проблема Минска в том, что это -- столица. Как и Москва. Сам ритм жизни в столицах неблагоприятный -- суета… Но златоглавая, как гигантская воронка, всасывает творческий потенциал провинции, периферийных пассионариев, и имеет мощности для того, чтобы эти люди реализовались. Минск же похож на дрейфующий в океане айсберг, до которого никому нет дела. Никакого пиетета перед минскими людьми, группами могилевские не испытывают, «покорять столицы» не сильно-то рвутся… Да и по собственным наблюдениям: ничего интересного, свежего, в Минске не появляется уже лет десять. Были две группы, которых всего шаг отделял от статуса «великих» -- НЕЙРО ДЮБЕЛЬ и КРАСНЫЕ ЗВЕЗДЫ, но и Куллинкович, и Селиванов отдали предпочтение здравому рассудку, а не сомнительной славе. N.R.M. -- трудолюбивые, но предсказуемые пчелки, ЛЯПИС ТРУБЕЦКОЙ -- талантливые гимнасты, КРАМА -- кабацкая ватага. Помидоров -- рационален, чтобы быть всамделишно крутым. Все остальные -- полистайте подшивку «МГ» -- это однодневная мелкота, искусственно культивируемая FM-станциями. 90% минских групп, оказавшись в провинции, лишенные возможности выступать, нормально записываться и быть целованными в зад студентками, не протянули бы и года. Минские группы -- картонные, их пальцем продырявить можно. А на периферии всегда что-то появлялось, какие-то группы и персонажи, на которых публика велась, как обезьяны на удава. Увы, обожание этих групп всегда носило сектантский характер. И сами команды долго не протягивали на своем «самодеятельном» уровне.

-- Ты считаешь, что альтернативная культура должна поддерживаться на государственном уровне?
-- Я этого не говорил. Вы не поддерживайте, вы не мешайте. Или уж мешайте на полную катушку, чтобы каждый понимал, что играет рок под страхом лишения рук или ног. У нас же -- ни то, ни се.

-- А как ты можешь прокомментировать историю про «черные списки»?..
-- А что тут комментировать? В 1998 году по Могилеву ходила байка про то, что, якобы, банда скинов повесила на гитарной струне (!) на дуле памятника танку, первым ворвавшемся в Могилев, трех панков за то, что они, якобы, отказались посреди улицы покричать «Хайль Гитлер!». Бред полный, у нас-то и скинов никогда не было, но весь город дико стоял на ушах -- бабушки у подъездов шептались. Все верят в то, во что хотят верить.
Конечно, у нас все не так гладко: мне и самому доводилось «вляпываться в неприятности». Но все беды растут из отсутствия в стране национальной идеи и государственной идеологии. Никто не знает, что можно, что допустимо, а что нельзя. Поэтому громадное количество пакостей творится на уровне мелких чиновничков-перестраховщиков, трясущихся «абы чего не вышло». Более серьезные структуры в дело еще не вмешивались. В противном случае обложили бы так, что мало не показалось. Не ездили бы вы по «польшчам», не киряли бы халявный портвейн за сценой «Басовишча»… (смеется)

-- Так, ладно. Расскажи лучше о вашем объединении, о «Центре Живого Рока». Как давно вы существуете, как создавались?
-- Можно считать, что «Центр Живого Рока» начался в 1988 году, когда в Могилеве появился первый в Беларуси рок-клуб под предводительством Александра Перегуда и Юрия Романова. Мы себя считаем продолжателями их доброго дела.
В Могилевский рок-клуб в перестроечные времена входило тринадцать групп из Могилева, Минска и Бобруйска (БИ-2). Рок-клуб имел свой печатный орган -- самиздат-журнал «Окорок», который за несколько лет из маленькой брошюрки превратился в журнал всесоюзного масштаба, распространяемый тысячными тиражами. Благодаря рок-клубу и журналу, Могилев обрел статус «белорусских рок-Васюков» (как его называли московские журналисты), но в 1992 году все развалилось. Еще несколько лет рок-движение в городе продолжалось, но в истории об этом периоде воспоминаний не осталось, во многом потому, что не было яркой организованной структуры, вокруг которой бы «наматывалась» жизнь. В 1995-м такая структура вновь появилась. Называлась она «Творческое объединение «В Тихом Омуте», во главе с учителем ботаники и химии Клайдом Эрманом.
«В Тихом Омуте» продолжило самиздат-традицию -- было издано три журнала с одноименным названием. В городе появилась плеяда неплохих групп: МЕСТО РАСПРОДАЖИ ИЛЛЮЗИЙ, ОРКЕСТР МЕЛАНХОЛИЧЕСКОЙ МУЗЫКИ, ЛАУС ДЭО, ОКРУГ СВОБОДНОГО ИСКУССТВА, ИГРЫ ПАТРИОТОВ, LIKE SUICIDE, БЕДЛАМ, ЭЙН-СОФ, АВАНГАРДШКОЛА. Объединение развалилось в 2000 году. А в 2002-v появились мы.
Костяк «ЦЖР» состоял из меня, поэта и музыканты Тимофея Яровикова (будущая группа СЕРДЦЕ ДУРАКА), поэтессы Елены Вир, поэта и музыканта Алены Кавковой (будущая группа ОБАЯНИЕ НЕВОВЛЕЧЕННОСТИ). Я начал действовать чуть раньше -- в 1999 году, опять таки с самиздата -- журналов «Могилев- рок», «С душком», «Шум». Уже под маркой новоявленного «ЦЖР» было издано четыре журнал-газеты «Под шумок» и возрожден журнал «Окорок». В 2002-м к нам присоединилась молодая группа ГЛЮКИ и «старая» -- АВАНГАРДШКОЛА. Ну а это уже было ни много ни мало -- формация, которой были необходимы «знаки отличия», чтобы абстрагироваться от окружающего дерьма. Так появился «Центр Живого Рока». Объединение было молодое, амбициозное, агрессивное, полное желания перевернуть ситуацию городской замшелости. Мы очень быстро заявили о себе, нажили врагов. Но к нам стали присоединяться очень толковые люди, которые желали что-то делать. И на данный момент объединение -- это около тридцати человек.



обсудить статью

© Музыкальная газета :: home page

статьи