статьи



Purple Gang
Герои «веселящегося Лондона»

страницы :: 1 :: 2

История о триумфальной мести летающей бабушки из 60-х. 35-летию фестиваля "14th Hour Technicolour Dream" посвящается.

Сторона "А".
Истории и загадки
"Лондон был бы классным местом, если бы не англичане..." — сказал один мой знакомый, который живет в Англии уже пять лет. В самом деле, британцы — удивительные люди. Они изжевывают в порошок традиции полузабытого прошлого, но им нет дела до того, что было совсем недавно. Они могут делать из музыки еду, культ, наркотик и чистый флюид, но в то же время могут делать вид, что этой музыки не существует. Они могут раздавать свои имперские ордена непричесанным мальчикам-музыкантам, которые так испугались встречи с королевой, что, согласно легенде, укурились травкой в дворцовом туалете и поразили ее величество перевернутыми цитатами из Кэрролла. Но согласно той же легенде, психоделическая революция произошла именно там, несмотря на то, что Стенли Аузли, тот самый кислотный мультимиллионер, занимающийся оптовыми поставками витаминов для акустических пророков, жил в Штатах (собственно, коммунистическая революция тоже грянула не на родине Маркса, так что сами понимаете). Лондон середины 60-х был замечательным местом, только это место было слишком уж привязано ко времени. Наверняка "золотая эра" закончилась еще до американского "Вудстока" (вы видели его, тот Вудсток? Все грязные, немытые, звук ужасный, вход платный! Кошмар!), а пиком всего был фестиваль "14th Hour Technicolour Dream", чисто по-английски рафинированно-экзальтированный, всенощно-шизофреничный и с Сидом Барреттом в роли Гуру — все помнят и знают, что от Барретта исходил свет, ставший более отчетливым и спектрально разложенным на рассвете. Свет — штука тонкая, еще тоньше, чем музыка, исходит не от всякого. От Уотерса, например, свет не исходил никогда, зато он до сих пор гастролирует и вы можете на него смотреть, если хотите. Но эта история — не про PINK FLOYD, и даже не про BEATLES (в психоделической сцене "веселящегося Лондона" они были первооткрывателями многого, но тусовались как-то отдельно). Это грустная и "хэппи-эндовая" история маленькой, красивой и забытой непонятными англичанами группы PURPLE GANG, которая застряла во времени и вынырнула на свет божий практически нетронутой и аутентичной, как Остин Пауэрс, только еще лучше.
...Когда-то в несуществующие времена юноша бледный Джо Бирд (Joe Beard) и его университетские друзья-лоботрясы решили поиграть музыку, но у них не было денег на инструменты. В такой ситуации было проще организовать jug-band — то есть группу, играющую простую музычку на простых предметах вроде банджо, гитары, стиральной доски (не путайте со скиффлом, прошу вас, ибо скиффл был рок-н-ролльным, а джаг — салонно-минималистичным), гармошки, расчески, обмотанной титульной страницей "Times", с применением пищалок, свистелок, сопелок и пыхтелок, а также, когда под кислотой, вопилок и дребезжалок. Вопилки и дребезжалки приглянулись тогда еще не легендарному продюсеру Джо Бойду, который очень любил PINK FLOYD и часто записывал их у себя в студии, а то и чаем поил время от времени. "А почему PURPLE GANG?" — спросил он у ребят, которые пришли к нему записывать песенку. "Во-первых, так называлась группировка гангстеров 20-х годов, — ответили музыканты, поглаживая костюмчики и перебирая меж пальцев цветные галстучки. — А во-вторых, "пурпурный", потому что "розовый". Они — Pink, а мы Purple. Очень уж нам группа эта нравится". Еще не легендарный Бойд вздохнул и стал менеджером группы. Потому как одних "флойдов" ему мало было. "Гангстеры" же, осознав, что как раз до них в студии сидели те самые "розовые" и записывали не опереточные арии, а глыбищу невиданную под названием "Arnold Layne", постарались и записали поистине гениальную песню "Granny Takes A Trip", что можно вольно перевести на русский, скажем, как "Бабушка улетает". Несмотря на то, что бабушка, вопреки новейшим веяниям культуры, улетала не на Марс и не в земляничные поля собственного подсознания, а просто путешествовать по этому занятному цветочному миру, песня стала гимном андерграундного Лондона. Группа тусовалась в знаменитом клубе "UFO", Барретт постоянно таскался за ними, канюча: "Я схожу с ума, ребята, я схожу с ума! Это великая песня, просто великая! Пока я не сошел с ума окончательно, я хочу написать для вас что-нибудь!" И написал. Это был единственный случай, когда Сид подарил кому-либо свою песню, ну да ладно, дело даже не в этом. Все было замечательно: новые песни (простенькие и психоделические), светские тусовки, трансцендентные вечеринки, Джими Хендрикс с гитарой и Джон Леннон с Йоко Оно, малиновые сумерки и зеленые рассветы, синее небо и зеленое море в нашей желтой подводной лодке. Но однажды ненавидящие музыку синие злыдни решили, что песня про путешествующую бабушку посвящена наркотикам, и убрали ее с радио. А заодно разогнали насколько концертов группы. У ребят не было ни единого шанса записать альбом или попасть в чарты. Их просто убрали, почти стерли, а то и низвели до уровня "группы одного хита", что было совершено нечестно. От расстройства PG распались.
В 68-м они смогли записать альбом, но это не вернуло им уверенность в своих силах. В 70-х они пробовали соединиться в новом составе, но все отчего-то затихло. Прошло почти 30 лет: почти все хорошие музыканты поумирали, PINK FLOYD выпустили "Division Bell" и на этом альбомно заглохли, песню про безумный алмаз пародируют в КВН, U2 получили много статуэток, новая модель собачки-робота AIBO научилась понимать слова и узнавать хозяина по голосу. И тут внезапно выясняется, что Джо Бирд снова собрал PURPLE GANG (с другими участниками) и выпускает новый альбом!
Подъезжая к станции, у меня слетела шляпа, а послушав парочку новых песен, у меня слетела крыша. Какая уж тут стилистика и грамматика — такое впечатление, что последних тридцати лет не было вовсе. Группа звучит совершенно в стиле 60-х — а казалось, что так делать уже не умеют, техника-то уже не та. Вы представляете, сколько возникает вопросов? К счастью, Джо смог ответить практически на все, дорассказав эту историю в телефонную трубку одним красивым апрельским вечером. Наш разговор начался с раската кашля.
"Простите, пожалуйста, кхы! — говорит Джо низким насморочным голосом. — Я простудился на днях, поэтому говорю не так, как пою. Сами видите".
Конечно, вижу. Еще один выживший подхватил простуду. Всегда интересно разговаривать с людьми, которые, например, пили с Хендриксом или еще с каким-нибудь Ленноном. То есть, если ты пил с Хендриксом, это не значит, что ты застрахован от простуды. Не отвлекаться. Историю все-таки надо было дополнить со слов участника.
В телефон уходит трогательный монолог, довольно-таки прочувствованный и риторический.
"Джо, я ничего не понимаю. Это какая-то совершенно мистическая история. Вашу красивую-психоделическую-музыкальную деятельность буквально запретили, изничтожили на корню и отбили у вас желание продолжать. Ведь такое могло случиться с каждым. Почему они набросились на вашу путешествующую старушку, которая складывает свой смешной зонтик в плетеную сумочку и покупает билет на самолет до Ямайки или чего там еще... Почему они не запретили девочку Люси, которая обожралась кислоты вместе с Ленноном и занимается с ним непристойностями в облаках с бриллиантами? Почему они проглядели "Маленького маминого помощника" этих ужасных ROLLING STONES? Вы слышали, как Уотерс орет в песне "Евгения, осторожнее с топором"? За один этот вопль группу PINK FLOYD надо было распустить, как вязаную шапочку! Тогда же все, ну просто все песни были ужасно наркоманскими! А THE WHO! Что они творили, о чем они пели! Их надо было травить и дезинфицировать! Почему именно вы, черт побери? Вы же совершенно серьезно были одной из самых интересных групп того времени!"
Джо внимательно выслушал этот крик души и расхохотался, перемежая мощные переливы хохота с забавным кашлем. Он смеялся долго, могуче и радостно. От его смеха хотелось жить, отражаться в зеркале, петь дикие песни и пить грейпфрутовый сок.
"Точно! — говорит он, отсмеявшись. — Ты прикольно очень сказала! Ха-ха-ха! Точно! Все так и есть! Это полный идиотизм, я согласен! Но что поделаешь? Взяли и запретили. Мы были ужасно невезучей группой. А вообще спасибо, если вам это действительно небезразлично".
Конечно, небезразлично. Я понимаю, bad luck, все дела. Но тогда зачем воссоединяться? Сейчас странное время, друзья мои. Старые группы лезут, как грибы. Все воссоединяются. Даже PROCOL HARUM умудрились дать несколько концертов. WHO с оглохшим Тауншендом едут в турне по Штатам. Пол МакКартни, на что уж цельный дядька, и тот ВОССОЕДИНИЛСЯ, турне организовал, все билеты проданы, это вам не шуточки.
Джо становится серьезным, и понятно, что смеяться он больше не будет.
"Знаешь что? — говорит он. — Эта группа — главное и неоконченное дело всей моей жизни. Я должен был когда-нибудь завершить эту историю, которая оборвалась тогда, в 60-х. Я хотел продолжать. А сейчас, по-моему, самое лучшее время для этого".
Да уж, тут дело серьезное. Домыслы о таинственном воссоединении Пола МакКартни забываются и откладываются. Джо — жутко веселый человек, самоироничный и простой. Дальше мы просто говорили, стараясь соединить прошлое и настоящее.

Сторона "В".
Вопросы и ответы
— Неоконченные дела и завершения историй — это здорово. Но все это — очень мистическая вещь. Возможно, вы не хотите об этом говорить, но есть же еще одно объяснение, почему ваша карьера так странно оборвалась. Я имею в виду вашего вокалиста, Питера. Или Люцифера, как его называли все. Вроде как на группе висело проклятие...

— Да, это правда! Это все очень грустно. Питер был сатанистом и занимался черной магией, он был последователем Алистера Кроули. Тогда это было довольно-таки круто и популярно, заигрывать с темными силами. Питер заигрывал, думаю, чересчур серьезно. Наверное, наши постоянные неудачи тогда были действительно как-то связаны с его деятельностью. И проклятие действительно было, помимо запрета нашей песни в 67-м, еще всякие гадости происходили постоянно. Недавно один мой знакомый католический священник из Австрии, когда узнал о том, что я собираюсь снова собрать PURPLE GANG, снял с нас это проклятие. Ну, во всяком случае, он сделал все соответствующие ритуалы, так что теперь я могу сочинять что угодно.
— Тогда понятно. Потому что когда я думаю о том, что какие-то скоты выкинули из исторического процесса вашу чудесную песенку про бабушку, мне хочется всех их расстрелять. Вы же понимаете, сейчас время другое. Сейчас если ты пишешь песню про наркотики, ты стопроцентно станешь знаменитым. Если тебя еще и запретят при этом — ты звезда. А как классно быть рэппером! В английском языке есть просто замечательные словечки для семейного радиоэфира...
— Ха-ха-ха! Да понятно, понятно! Сейчас классное время, в том-то и дело. Пока я еще не стал полным старым маразматиком, я решил вернуться и ОТОМСТИТЬ!
— Чем мстить-то?
— Ну-у-у. Альбом выйдет на днях. "Nights Of The Uncool" называется. Такой не совсем "джаговый", электрический и психоделический в меру. Такой привет из 60-х.
— (очень серьезным, воинственно-деловым тоном) Нет, господин Бирд, ну кто же так мстит за поруганную карьеру? Надо все делать серьезно. Написать речитатив про то, как мерзкие капиталисты задушили вас цензурой, всунуть туда много словечек на букву "фы" и пригласить Эминема, он умеет быстро читать. Потом перепеть "Бабушка улетает", только назвать ее по-другому. Типа "Бабушка обожралась кокаина и теперь ей херово". Или "Бабка закинулась "Экстази" и пошла на рэйв-вечерину". Можно еще один хит написать, только про дедушку. Знаете, как старый хиппи покупает кучу кислоты, жрет ее и вспоминает, как он дебоширил в молодости. А можно еще...
— (сквозь раскаты неконтролируемого смеха) Хватит! Ха-ха-ха! Хватит уже!..
— Нет, я же серьезно предлагаю!..
— Хе-хе... Вообще-то да, идея хорошая. Ммм, надо будет обязательно провернуть что-нибудь в этом духе. Слушай, спасибо огромное! Я подумаю над этим предложением. Ха-ха-ха! Но знаешь, касательно мести — BBC сейчас снова крутят нашу песенку. На днях там была передача про PINK FLOYD, и она начиналась именно с песни "Granny Takes A Trip", потому что ее очень, очень любили PINK FLOYD. Мне было ужасно приятно, что песня вернулась, пусть и так поздно. Все когда-нибудь возвращается.
— Если совсем уж серьезно, то я была поражена вашим новым звучанием. Оно ничем не отличается от старого. Такой звук выходит у вас сам по себе или вы специально работаете над ним?
— Конечно, мы делаем это специально. Хотелось как-то воссоздать старый звук. Мы не хотим делать PURPLE GANG образца 21-го века. Мы просто хотим продолжать то, что начали в60-е. Более того — у нас ведь сейчас довольно электрический звук. И в ближайшем будущем мы думаем сделать звук еще более аутентичным, чтобы вернуться к джаг-бэнду. К следующему альбому, наверное, так и будет. Я всегда очень серьезно думаю над тем, что я собираюсь написать.
— Ваша теперешняя музыка — это ваши новые идеи или вы воплощаете придуманное тогда, в 60-е, и не нашедшее выхода?
— Вот именно! В этом все и дело! Эти незавершенные идеи уже огромное количество лет мешали мне нормально жить, ха-ха! Поэтому сейчас наша музыка — это скорей что-то из того времени. Кое-какие песни мы перезаписали заново. Мы привлекли разных музыкантов, как например Робби Макинтоша (раньше он работал с Полом МакКартни), который играет на банджо. Стараемся делать все в "стареньком" стиле.
— Много ли оригинальных участников осталось в группе?
— Да почти никого. С оригинальными мы встречались вчера в Лондоне, на вечеринке газеты "Guardian", поиграли с ними. Мы договорились, что в следующем году тоже отыграем парочку концертов оригинальным составом. Будем играть "Granny Takes A Trip", это будет что-то вроде "Granny Returns To London", такое триумфальное возвращение незаслуженно забытой бабушки! Вообще, как ни странно, у группы как бы два состава. То есть существует две группы. Та, которую собрал я, и которая выпускает новый альбом, и тот старый состав, с которым мы иногда просто играем, вот пару лет назад играли в Ливерпуле, было очень классно. Эти две группы — как две параллельные вселенные для меня. Старые участники понимают все, они чувствуют эту музыку своим сердцем. Однако же они, сволочи, ленивые очень, чтобы постоянно меня поддерживать и репетировать, ха-ха! У них своя жизнь все-таки. Поэтому я собрал молодых музыкантов для группы. Это очень хорошие музыканты, но они играют скорей ради денег.
— Вернемся к вашему прошлому. Как вы думаете, много ли было в 60-е забытых групп, вроде вашей — которые были не хуже других, но почему-то исчезли?
— Да, конечно же. Были и "группы одного хита", настоящие, которые действительно ничего толкового, кроме одной песни, не написали. Но даже у них было больше концертов, чем у нас.


страницы :: 1 :: 2



обсудить статью

© Музыкальная газета :: home page

статьи