статьи



Purple Fog Side
Бойтесь тишины

Предлагаем вашему вниманию интервью с Павлом Золиным ("Джастиз"), лидером российского коллектива PURPLE FOG SIDE (а также собственного проекта KARNA).
Darkwave/industrial-проект PURPLE FOG SIDE был создан в Самаре в 1996 году. С 1992 года Павел пишет сольную электронную музыку, попутно играя в экстремальных группах города и занимаясь магией. Многие ранние композиции сюжетно построены на сновидениях автора. Стилистическая трансформация сольного творчества протекает очень болезненно - из легкого мелодизма музыкант кидается в жесткое и мрачное звучание, перенося на него все свои познания в оккультизме... одновременно постоянно чувствуя себя непонятым и одиноким.

- Почему ты начал заниматься музыкой? Наверное, мама отдала в детстве в музыкальную школу?..

- Как раз наоборот, я всегда бредил музыкальной школой, но родители, отчего-то не давали мне зеленый свет, хотя отец неплохо играл на гитаре. Все дошло до того, что в 13 лет я купил бас-гитару и пошел играть трэш-метал... А так как я с детства с компьютером, то всегда пытался извлечь звук из него. Пришло все к тому, что лет к 16 у меня уже была определенная "степень свободы" в самовыражении.

- Получается, что ты играл метал. Но почему вдруг электроника? С чего такой поворот событий?

- Я долго не мог понять, почему меня так кидало из стороны в сторону. Потом понял, что исполнители, в разное время бывшие моими "фаворитами", находятся в разных концах музыкального света. Естественно, когда мне было 15, в силу подросткового максимализма мне нравилась агрессивная, тяжелая музыка. Но до этого я слушал PINK FLOYD, DEEP PURPLE и QUEEN. Потом меня сильно "накренило" в сторону готик-рока и постпанка (DCD, THE CURE, КИНО, BAUHAUS).

- И ты перешел постепенно в сторону электроники? Ты сначала только слушал, или уже пытался сделать что-то свое?

- Предложив путь развития для нашей группы, свойственный многим металическим актам
90-х (death - doom - darkwave), я не встретил поддержки, ушел из команды, разломал бас-гитару и сконцентрировался на электронике. Это было в 95-96-м году. Технологии диктовали музыку, я увлекся экспериментированием, как многие известные "бывшие рокеры " - Moby, например.

- На чем же ты экспериментировал? У тебя было уже какое-то оборудование?

- Было, некоторое. К примеру, у меня был самодельный ритм-бокс, и два аналоговых синтезатора, тоже самодельные. Я время от времени заимствовал их у друга. Также я сэмплировал гитару и вокал. Использовал на полную катушку свой древний микшер. Писал звуковые программы для компьютера и использовал уже имеющиеся.

- Это были еще "сырые" эксперименты? Или уже осмысленные вещи, которые может быть можно услышать на первом диске "Roon"?

- Да, конечно "сырые". Мы с гитаристом записывали отдельные треки без какой-либо стилистической привязки. Все, что я вынес из них - это умение работать с разными видами синтеза и создавать собственные, оригинальные звуки.

- Как ты подошел к проекту PFS? Он родился внезапно, или же ты просто хотел выразить свои уже накопленные знания и мысли?

- Где-то 50 на 50. Я нашел единомышленника, но мы не смогли довести первый альбом ("Fog City Saga") до конца - он так и остался погребенным в архивах. Но сама идея - концептуальное творчество - мне долго не давала покоя, пока я не разродился альбомом "Roon", который на 99% электронный и инструментальный, но базируется на языческом мироощущении.

- А кто этот друг, который помогал тебе? Он известен по каким-то другим проектам?

- К сожалению, нет. Его поглотила среда. Он стал наркоманом и совсем пропал. Я его не видел уже года четыре. Что касается совместного творчества, то я всегда искал единомышленников, но их и моего терпения хватало на 1-2 песни, не больше. Это касается и некоторых песен из "Roon". А если каждый совместный проект из одной песни как-то выделять, то их получится около 15-ти.

- О'кей, вернемся к PFS. Как ты уже говорил, первый альбом базируется на языческом мироощущении. Ты мог бы пояснить более подробно? Какое отношение это ты имеешь к язычеству?

- Язычество мне стало близко в силу стечения обстоятельств. С одной стороны, это мое увлечение черной магией, которая зачастую ссылается, а иногда и базируется на язычестве. С другой стороны, мое увлечение кельтской и русской культурой, особенно музыкой, добавило "природного", "мифологического" в мое мировоззрение. А "Roon" базируется на мифологическом сознании вообще, а особенно на анимизме, тотемизме, фетишизме. В "Roon" я стремился превратить звук в предмет, если хотите. И, я считаю, во многом это получилось.

- Вероятно поэтому, второй альбом и называется "Неототемизм"? Поясни его смысл? И как ты подошел к нему? Надо сказать, что он несколько отличается от "Roon"...

- Концепция "Неототемизма" уходит еще дальше, хотя тоже базируется на мифологическом сознании, но на современном и "российском". Каждый современный человек склонен создавать миф из своей среды обитания, от окружения. Например, негры-рэпперы жить не могут без своих граффити и гетто. Мужички за 45 - без забегаловок а-ля "2 по 100", без жены со скалкой. Все это - миф, который каждый создает. Но вместо того, чтобы воспевать мужичков, я копнул глубже и попытался обрисовать ни что иное, как упадок российской культуры, национальной идеи, политики. В данном случае "тотем", "идол" - это российские политические лидеры, СМИ, наркотики, теракты. От которых все зависят, боятся их, преклоняются перед ними.

- Поэтому в альбоме можно даже встретить трек "Поколение для г-на П"? Здесь под "П" ты подразумевал Президент? Или же это имеет какое-то отношение к Пелевину?

- "П" в данном случае - это президент как собирательный образ российской политики. Ни Путин, ни Пелевин, не имеют к этому непосредственного отношения. "Поколение" Пелевина я прочитал совсем не давно, и не могу сказать, что этому произведению можно посвятить композицию, хотя во многом мы с ним пересекаемся. У Пелевина - стеб. У меня - стеб от безысходности. У него - смех. У меня - депрессия.

- Наверное, в твоей жизни произошли какие-то перемены? Ведь твой второй проект, KARNA, отличается от PFS. Зачем понадобилось делать еще один сайд-проект? Ты не мог выразить все в пределах PFS?

- Перемены произошли, и причем конкретные. Перед тем, как начать работать над KARNA, я расстался с Дианой, вокалисткой PFS, которая в силу своей аморфности не горела желанием работать дальше, хотя "Нео" - это конечно успех для нее - в 17 лет осилить такой сложный материал. Упадничество достигло своего апогея, мир для меня вообще потерял смысл, я разочаровался во всем - в людях, музыке, культуре вообще. Я не хотел примыкать к какой-либо субкультуре, хотя до сих пор считаю себя приверженцем "черной" сцены, но в широком смысле. Для того, чтобы как-то абстрагироваться от эклектики и утолить жажду драйва, эмоций, грубой энергии, я задумал KARNA, а PFS как был, так и остался концептуальным проектом, и никуда он не делся, все в процессе.

- У тебя менялись вокалистки. Это вызвано их незаинтересованностью, или же они тебя не устраивали в плане вокала?

- Почему? Их вокал всегда меня устраивал, иначе я с ними бы не работал. Мы всегда отлично работали, были полностью откровенны. Но может в силу географии - в Самаре хоть и 2 млн. жителей - найти среди профессиональных вокалистов поклонников darkwave и industrial очень тяжело. Когда они видят потенциал PFS, у них всегда возникает крен. Например, Наташу Бондареву ("Roon") всегда тянуло в джаз, и она сейчас хорошая джазовая певица. Диана после "Нео" вообще предложила мне делать "что-то а-ля ТАТУ". Их возраст, необоснованные амбиции, стремление объять необъятное и отсутствие каких-либо моральных установок - вот что всегда мешало нам.

- Новая вокалистка Лара устраивает тебя полностью?

- Да, несмотря на все, что нам может помешать. Мы с ней едины духом, и это главное. И не потому, что мы росли на одной музыке - вовсе не на одной. Просто в ней я вижу потрясающую, нереализованную фактуру. Она просто бешеная. У нее сильный, природный голос. Она не умеет врать. Не умеет корчить из себя true & pure супер-пупер goth-girlie. Она - такая, какая есть.

- Что ж, будем надеяться, что это выльется во что-то новое и интересное. Как часто вы выступаете (ездите с гастролями) и где вас можно услышать?

- Выступаем мы редко, 2-3 концерта в год, потому что не навязываемся никому, и приезжаем только по приглашению. Вполне возможно, скоро съездим в Питер, потому что там много наших почитателей. Наверное, скоро будет концерт в Самаре.

- Расскажи о проекте KARNA. Этот эксперимент многим понравился. Планируешь ли ты его развивать дальше или же это "однодневный" проект?

- KARNA, как и ожидалось, многим понравилась. Хотя некоторые и обозвали проект "синти-готическим Золотым Кольцом" - от необразованности, скорее, ведь в России не так уж и мало действительно достойных серьезных фолк-коллективов, например ВЕТЕР ВОДЫ. И в KARNA никогда не будет той самой кабацкой пошлятины, в которую превратилась русская культура, это я обещаю. Мы, конечно же, работаем дальше, и KARNA будет существовать, несмотря ни на что. В этом году планируется выпуск полноформатного альбома с ремиксами (среди ремикшеров, кстати, известные на "черной" сцене, и не только, личности). Но мы никуда не торопимся, у нас нет конкурентов, и эта музыка не привязана к времени года, как многие "хиты".

- Наверное, в числе ремиксов будет и TIAMAT? Мне кажется, тебе нравится творчество Й. Эдлунда...

- TIAMAT вряд ли, хотя очень хотелось бы, но у них и так проблем хватает, наверное, - у Эдлунда еще и Lucyfire ведь. Мне очень нравятся альбомы "Wildhoney" и "Skeleton Skeletron". И вообще, я заметил, что наша эволюция происходит параллельно: death metal - doom metal - darkwave. Только вот его потянуло в рок-н-ролл, а меня в синти-поп.

- Попутно: расскажи о своих музыкальных пристрастиях. Что-то тебе понравилось из того, что ты слышал в последнее время?

- У меня нет особых пристрастий, из последнего мне очень понравились DIARY OF DREAMS, хотя они порой наивны и от этого смешны. Мне очень нравятся THE CURE, KRAFTWERK, TANGERINE DREAM - это такие нетленные вещи, которые можно слушать всегда, в любом настроении и состоянии.

- Какие ты видишь перспективы в развитии dark-music-сцены в целом? Metal never die? Или же все эволюционируют в сторону электроники (что сейчас можно видеть практически в каждой группе)?

- Метал не умрет, конечно. Судя по продажам альбомов таких групп как АРИЯ и RAMMSTEIN, или даже судя по популярности таких интеллигентных актов, как DREAM THEATER. Но создается впечатление, что метал не может существовать без посторонних культур, будь то джаз, арт-рок, индастриэл, готик-рок. Удивляет волна black-metal-групп, которые замкнулись в себе, и это может обернуться еще одним взрывом, каким был, например, SLAYER. Но метал я не слушаю уже давно, со времен первых работ PFS - как-то скучно все это, хотя, бесспорно, изредка попадаются очень хорошие альбомы.

- У тебя есть уже какие-то задумки по поводу будущего музыки PFS? Что нас ожидает? Новый альбом, каким он будет?

- Конечно, концепция есть, и она не дает мне покоя на протяжении уже года. Это будет такая же бескомпромиссная музыка, но более ритмичная и "злая", и, естественно, с женским вокалом. Она будет более эмоционально неуравновешенной. Рабочее название альбома - "Красота. Здоровье. Счастье" - и посвящен он будет целому потерянному поколению: нас, наших родителей и прародителей, которые сначала воевали с немцами, потом с чеченцами, и все под лозунгами, на фоне пропаганды, бессовестной манипуляции разумом. В ней тоже будет место "первородным, языческим ощущениям". Ведь такие понятия, как боль, смерть, отчаяние, страх, насилие, фанатизм - основная составляющая современного мифологического сознания - это то, что двигает массами.

- Интересно будет услышать, надеемся, что это скоро произойдет. Вернемся к PFS. Ты сам делал дизайн для обложек?

- Моя профессия уже 7 лет - дизайнер... и всю сопутствующую продукцию делаю сам - от сайта до обложек. В случае с "Нео" я сошелся с очень оригинальным фотографом Евгением Рябушко, наверное, единственным настоящим фотохудожником в Самаре. Его искусство мрачное, порой шокирующее, строится на подсознании - с одной стороны. С другой стороны - он жуткий концептуалист.

- Ты сотрудничаешь еще с каким-то людьми? Насколько я знаю, часть лирики написано Ольгой Степановой.

- Да, Ольга написала несколько стихотворений для "Неототемизма", на этом наше сотрудничество закончилось. Некоторые тексты, например, для песен "Сон" и "Поколение", я написал сам, поэтому слегка грубовато и однозначно получилось. Сейчас я окончательно забросил идею стать великим поэтом и сотрудничаю с настоящими профессионалами. Это еще вызвано и тем, что вокал все-таки женский, а от имени женщины мужчине писать слова сложно. Что касается вообще сотрудничества, то, конечно, я окружен аурой из своих друзей и знакомых - почти все они - музыканты, большинство - электронные, или дизайнеры. Многие из них помогают нам очень существенно. Например, Алекс Сапков, гитарист-вокалист московский фолк-группы МЕЛЬНИЦА, практически наш менеджер в Москве, заведует всеми вопросами PFS, регулярно помогает с оборудованием. И все эти отношения строятся на крепкой, бескорыстной дружбе, проверенной временем.

- Насколько для тебя важны тексты? Почему ты используешь русский язык? Ведь намного проще петь и писать лирику на английском, как делают многие российские группы.

- Для меня важны не тексты, а важна идея, эмоция и ее воплощение в музыке и тексте. Русский язык, несмотря на кажущуюся "корявость и немелодичность", остается нашим родным и очень гибким выразительным языком, полным эмоций. Посмотрите, например, на слово fuck и его синонимы на русском - в каждом синониме описывается настроение, ситуация, эмоция. Писать на английском - это путь более простой. Ведь для русских это пахнет "импортом", и поэтому воспринимается лучше, а сами "англичане" попросту никогда этого не услышат. Поэтому все довольны. Только остается один неприкрытый грамм бессовестной лжи и самообмана, на который многие музыканты закрывают глаза.

- Ты планируешь сотрудничество с кем-то из сторонних музыкантов? Я знаю, ты знаком со многими "электронщиками" в России. Что ты можешь сказать о российской электронной сцене и каковы ее перспективы?

- Чистая, 100%-ая электроника, как и метал, замкнулась и укусила себе хвост, ушла в себя. Кончилось время электронной революции - ведь в начале 20-го века обычная лампочка была экзотикой, про нее слагали мифы и легенды... а сейчас это повседневная вещь, никого она не возбуждает. Так же электронные технологии и музыка. Изначально будучи мертвыми, роботообразными и безжизненными, они с помощью легенд и революций стали не более чем инструментом, каким была балалайка в 19-м веке, только в N раз гибче, удобнее, выразительнее. И главное, с помощью электронных инструментов люди научились выражать эмоции. Поэтому перспективы огромные. Что касаемо сотрудничества, то я привлек своих друзей на те же ремиксы на KARNA, и у них получается потрясающе.

- Откуда ты черпаешь идеи и вдохновение для написания музыки? Как происходит этот процесс?

- Сначала я переживаю какой-то внезапный катаклизм, катастрофу - благо их в нашей жизни хватает. Меня переполняют эмоции, ведь я не привык равнодушно смотреть на мир. Потом как-то этот аффект ложится на глубину, переваривается и отлеживается, как в инкубаторе, ждет своего часа - я кропотливо собираю кирпичики: звуки, слова, мелодии. Обдумываю, обкатываю - и за какое-то мгновение все получается. У меня нет понятия "творческий процесс", нудные репетиции, работа через силу - я стараюсь избежать этого.

- Ты замкнутый человек по натуре?

- Скорее, да. У меня часто случаются депрессии. Я много делаю "в стол". Стараюсь, чтобы мой поток сознания не касался остальных, и чтобы люди созерцали только результат. Вообще, я считаю, что грош цена любому душевному состоянию, если оно безрезультатно. Для меня результат, финал - главное. А так - я не люблю мэйнстрим, изолируюсь от него как это возможно, до меня доходит только "фильтрованная" информация, литература и музыка.

- Наверное, с тобой тяжело работать? Кто-то еще из музыкантов, работающих с тобой, участвует в создании музыки?

- Не знаю, но Лара говорит, что тяжело - это всегда эмоционально напряженный труд, полный разочарований, унижений, срывов, самобичевания, но всегда - психотерапия, некий выход из кризиса. А музыку я делаю, конечно, один, причем очень люблю работать один, в силу привычки, это никогда не бывает "коллективным процессом".

- И напоследок, несколько слов от себя: что бы ты хотел пожелать всем поклонникам PFS и твоего творчества в частности?

- Бойтесь тишины и учитесь читать музыку!



обсудить статью

© Музыкальная газета :: home page

статьи