статьи



Князь Мышкин:
“Музыка - это не то, чем я могу торговать”

- 24 октября КНЯЗЬ МЫШКИН будет праздновать свой юбилей в минском клубе Pall Mall" . Значит, именно в этот день, только десять лет назад, вы впервые осознали себя как группа?
- На самом деле, это случилось где-то в конце октября. Хотя точно я не помню: все было так странно...

Вообще, я считаю днем рождения группы наше первое выступление. Первый концерт. Так как мы изначально занимались некой такой безумной импровизацией, то, соответственно, не репетировали, а просто сговаривались о чем-то. И в октябре решили дать первый концерт. Кстати, проходил он в достаточно странном месте - в Альтернативном театре (нас туда пригласил Боря Штерн, выступать вместо какой-то другой, отказавшейся от выступления, команды). А я в то время только ушел из ЗАРТИПО, Павловский вообще нигде не играл, но мы решились и... пошли сдаваться. Было, кстати, очень хорошо. Народ громко хлопал, вставал, Боря Штерн потом со мной полгода не разговаривал. Слава Дрибас из ЗЕЛЕНЫХ МОЗГОВ - известная такая личность - подошел к нам после концерта и говорит: "Как жаль, что я с собой травы не взял". То есть понимаешь: покатило.

Потом были худшие концерты, были лучшие, но этот - первый - был действительно какой-то безумный. Кстати, у меня он даже записан. Если кому интересно...

- Тут в скобках нужно отметить, что Альтернативный театр 10 лет назад представлял из себя место сбора таких... богемных личностей.

- Да, в зале не шалопаи какие-то собрались, а солидные дядьки и тетки, и именно они встали, начали хлопать... И вообще, после того выступления захотелось заниматься этим смелее.

- А как менялся состав КМ за эти десять лет?

- К нам периодически подгребали разные интересные люди. Был, еще в самом начале, Женя Соболев - басист. Слабенький басист, но очень хороший парень, миленький такой, рыжий, смешной. Друг Мао и всей этой тусовки. С ним действительно было интересно поговорить про... Тома Уэйтса, например.

Потом появился Брусиненко. Он работал на телевидении, причем, по-моему, где-то в музыкальной редакции. Духовик был, а я пересадил его на бас-гитару. Но у него была такая хорошая богатая еврейская семья, в которой ему сказали: ну ты что, ты же серьезный парень, что ж ты ерундой занимаешься? И он бросил музыку и ушел куда-то в бармены.

Потом мы играли с саксофонистом Женей Полищуком: полтора года в разных мероприятиях участвовали. Хороший музыкант, Женя потом в Москве растворился. Хотел, кстати, с нами в "Антропологии" поучаствовать, но как-то я его не нашел. А потом подумал, что это и хорошо. Просто на тот момент он работал в оркестре Игоря Николаева, мало ли что ему во время эфира в голову взбрело бы, как бы мы выглядели?!

Потом появился интересный парень Юра Васильев - очень хороший клавишник, весь такой отвязанный... В редакции газеты "Такая жизнь" тогда периодически "квартирники" устраивали, и мы там с ним очень хорошо поиграли.

А Васильев - весь такой горячий из себя молодой человек, он учился тогда на втором или третьем курсе консерватории на музыковеда, - и я как-то спросил у него: "Юра, ты поспрашивай в консерватории, там же огромное количество залов, может, найдешь нам место под концерты?". Он нашел, и вот два года в камерном зале консерватории мы делали всякие андерграундные сборки. У нас там множество музыкантов переиграло. Пел даже такой гадкий, нехороший мальчик Слука с Ковалевым.

- Что, с вами?!

- В смысле, в одном концерте с нами. Мы специально сборки такие безумные подбирали: например, какой-нибудь пианист Каганович, Ка Слука и КНЯЗЬ МЫШКИН играли вместе. И зрителям к концу вечера башню срывало просто капитально. Лариса Рыдлевкая с цимбалами... Макс Ивашин стихи читал... Да, два года мы там шалили. Причем официально: бумажки вывешивали, приглашения. Светлый такой участочек...

- Ты про музыкантов КМ рассказывал...

- Да. Ну, периодически я с Валерой Башковым играл, с которым еще по ЗАРТИПО знаком был. Володя Сивицкий еще был - очень неплохой клавишник. Человек, лет на 10 меня старше. Но он брал эту свою "расческу" - клавиши, дома миди закладывал, и потом у нас даже какие-то оркестры звучали...

- А на первом концерте ты играл с Павловским.

- Да, и с Женей Соболевым. Женя сидел в углу и бухал что-то там - бум, бум. Его слышно не было, с испугу, видимо. Ну а мы с Павловским там уже дали джазу!

...Потом мы съездили в Москву - на альтернативный фестиваль "СыРОК". Потом в Минске куча была разных фестивалей, в которых мы участвовали. Артишоки там всякие, музменьшинства... А потом я сам себе придумал праздник "Синий перец", в котором решил делать, что хочу. Приглашаю туда всяких людев...

- Как тебе кажется, за 10 лет изменилось отношение к КМ как к такому... немэйнстримовому проекту?

- На самом деле, процент людей, по-другому получающих удовольствие от музыки, всегда одинаков. То есть, хотя зрители за 10 лет как-то и поменялись - на наши концерты теперь более молодые ходят, - но они все равно ходят, получают удовольствие. И таких людей определенный - неизменный - процент. Конечно, многие из них ходят и на другие концерты. Безусловно. Ведь и я тоже не слушаю только такую музыку. Я, честно говоря, многого из авангардного - что считается таким, классическим, в авангардной музыке, - тоже не воспринимаю не то, что органически, а потому что... вот эти диссонансы - если это просто диссонансы - может быть, в 1950-60-е годы в джазе, где-то под наркотой это и было здорово, но сейчас? Нет, сейчас музыка должна быть более осмысленной.

- Ты говоришь, что количество людей, склонных к безумству, всегда одинаково. Но мне почему-то кажется, что раньше их было больше...

- А ты знаешь, просто тогда было время другое. Тогда музыка была элементом свободы. Вот - я рок-музыкант! Сколько тогда этих хайрастых ходило, сколько команд было, какую музыку играли! Мне очень нравились многие белорусские музыканты: какие классные барабанщики были, какие классные гитаристы. Сейчас же в основном моден такой... пригранджованный стиль, грязненький, с элементами электроники. Да, что-то делается, но качества музыки нет.

...А вместе с тем, да: я много интересного нахожу через Интернет. Из Америки мне очень милые "е-махи" приходят иногда... Вот Джон Зорн ответил недавно: ему понравилась наша музыка. Ну ты просто представь: я как дурак бегал, искал их диски, а тут мне приходит ответ от самого Джона. После этого вдвойне хочется играть.

- То есть сейчас ты таких "понятливых" людей больше не в Минске находишь?

- А их вообще мало, на самом деле. И надо уметь радоваться тому, что все же они есть и что ты можешь сидеть и общаться с ними посредством музыкальных инструментов.

- На твой взгляд, изменилась ли за 10 лет сама интуитивная музыка? Твое отношение к ней, к тому, что ты делаешь в КМ?

- Мне кажется, что сейчас я совсем по-другому понимаю то, что делаю. Мне стало проще... Как тебе объяснить? Вот у тебя есть какое-то внутреннее содержание, ты владеешь инструментом, но ты должен сделать так, чтобы твоя музыка была всем интересна. И я согласен с тем, что у нас, особенно первые несколько лет, были достаточно странные концерты такие, когда мы просто брали зал на измор какими-то ором, безумствами... Сейчас же я просто выхожу, сажусь на стульчик и играю. И я знаю, что я за себя отвечаю, что я МОГУ передать свои мысли в музыке... Поэтому я считаю, что эти 10 лет не просто так высиделись в дымных клубах, нет. Я безусловно повзрослел благодаря им - повзрослел в музыкальном смысле.

- Интересно, какой опыт приобретается с годами?

- Пропадает боязнь сцены и зала.

- То есть это опыт чисто артистический?

- Да. Теперь я могу самоуглубляться, уходить в себя. Теперь мне сложно помешать. Вот, однажды мы в Москве выступали, и под нас вдруг кто-то придумал (а мы об этом не знали) стриптиз: какие-то бабы там за стеклами раздевались. Понимаешь? Это так, с непривычки, выбивало! Сейчас же мы бы даже не обратили на это ненужного внимания.

...То есть когда ты репетируешь и играешь рокабилли или любую другую подобную музыку, то главной в твоей игре становится слаженность. А в интуитивной импровизации важным является другое: какие-то такие нотки и нити, при помощи которых ты можешь заставить человека сопереживать...

- У меня есть мысль по этому поводу. Не связана ли твоя уверенность в себе с тем, что с годами ты просто отшлифовал владение техникой?

- Ну, по большому счету, владение техникой - это очень важно. Я, к сожалению, в последнее время стал уделять меньше времени инструменту, но, с другой стороны, у меня появился совсем другой опыт, опыт, который даже нельзя кому-то другому передать, потому что это вызревание в себе.

Знаешь, я прослушиваю сейчас мировую музыку и замечаю, что многие музыканты в последнее время просто ушли в электронику. К сожалению. Да, там действительно больше выразительных средств. Поэтому проще становится просто запустить дыма, навешать разных сочетаний: любая компьютерная машинка позволяет набрать любой, самый странный ритм, запускать это, управлять этим и чувствовать себя центром Вселенной. Да, все это будет здорово. Но все это уже есть какой-то обман. И это слышно в музыке. Когда человек прячется за машинку - его уже нет, нет тела. Есть просто саунд.

- Набор осознанных звучаний, а не интуитивных импровизаций.

- Безусловно. Вообще, технологии, на мой взгляд, помогли только одному человеку - это Дэвиду Боуи. Потому что за ними он прячет свой возраст. И вот - он опять молодой, он опять очень бойкий. А в основном те, кто очень глубоко погрузился в эти пласты, - тот же Брайан Ино, - стали неинтересными. Ино ушел в эти пространства. Да, он локтем обопрется на аккорды, они там гуляют, это здорово. Ино может себе это позволить, ведь у него такое имя, что он может сказать: я знаю, что делаю.

- Это марка.

- Да, торговая марка. К сожалению, многие на ней и выезжают - на своей прежней, большой славе. А простой минской команде МЫШКИН куда-то выехать и что-то кому-то доказать?.. Нереально. Да, на Западе скажут: "Нам понравилось", но ничего не издадут. Потому что у них на два года вперед все расписано. Один японец мне прямо сказал: "Вы знаете, еще есть много "живых" классиков". И я знаю это, и поэтому никаких особых иллюзий на издание наших альбомов на Западе не питаю. Просто тем людям, которым это интересно (тому же Зорну), я рассылаю альбомы, за которые мне не стыдно: пускай у них лежат...

- Вот ты странно говоришь "не стыдно". Как может быть стыдно за собственные мысли, высказанные в музыке?

- А все дело в том, что самые удачные вещи - это вещи, сыгранные на концертах. Потому что студия... Даже самые интересные сочетания там такими дохлыми получаются! Понимаешь, просто в студии звучит то, что ты хотел показать. Не больше и не меньше. На концерте же они совсем другими выходят... Поэтому я всегда с опаской относился ко всяким записям. Иногда даже, когда надо прислать кому-нибудь наш альбом, я высылаю запись с концерта, там, где народ пляшет...

- Интересно, а неудачные концерты у КМ были? Такие, глобально неудачные.

- Нет, неудачных концертов не было. Мне кстати, больше всего, из всех концертов, - не поверишь! - больше всего не понравился концерт, где мы играли вместе с БЕЛОРУССКИМ КЛИМАТОМ. Труба просто. Они высосали из меня всю кровь. Они играли все. И когда они все переиграли - Валик Гришко, Фил... - я уже был как выжатый лимон. Это было смерти подобно. Они часа полтора играли это свое: бам-бам-бам-бам. А потом мы вышли со своими импровизациями. И я зарекся после этого...

С Валиком Гришко, кстати, мы потом много встречались, играли, с Димой Лукьянчиком и его БАРАБАНЩИКАМИ тоже. Но тот был действительно самый неудачный концерт. И я, помню, был после него злой как черт.

...А! Вот еще один концерт, там вообще здорово все было! Он проходил в кинотеатре "Авангард". Перед нами выступали РАСПИЛИЛ И ВЫБРОСИЛ. Был соляночный такой концерт, а нас запихнули, извините, почему-то в самый зад. РАСПИЛИЛ И ВЫБРОСИЛ во время своего выступления что-то поразбрасывали на сцене. Не помню что, но какую-то гадость. И все так было завалено: я вышел и не вижу ни педалей своих, ничего. Странно, что гитара осталась целая... Да, и еще народ собрался какой-то смурной... А у меня - пограничное состояние. И вот какой-то малый полез ко мне на сцену: давай, играй, мол. Ну тут во мне проснулась чудо-сила: я его взял и кинул, и он просто улетел куда-то в третий ряд. Психическая энергия моя его вытолкнула... А пото-о-о-ом... Это оказался парень с райо-о-о-она, и после концерта он на остановке всех лохматых щучил. А мне было так неудобно. Вот. А больше никаких таких случаев не было. Да и потом я сам стал избегать всяких таких концертов, перестал участвовать в панковских сборищах... Нашел - кстати, именно тогда - Юру Васильева, и мы пошли играть в консерваторию...

- Леня, а ты никогда не пытался сделать визуальный перфоманс на основе своей музыки? Вообще, тебе интересна визуализация альбомов КМ?

- Безусловно, интересна. Однажды нас пригласили в архитектурный институт на перфоманс "Визуанс", один из первых, проводимых в Беларуси. Там Вадим Волк делал киношку, все крутилось, люди какие-то ходили, а мы долбали такую странную музыку, с аккордеонами, с такими странными вещами. И все это очень хорошо воспринималось - все эти конфеты.

В ЗАРТИПО мы играли - КАМЕРАТА, РУХ и ЗАРТИПО. Сделали в филармонии такой "Першы беларускi перфоманс", он так и назывался. Собралось много народа, какие-то китайские делегации, полный зал был, орали как дурные, хлопали... было очень интересно.

На самом деле, визуальное воплощение музыки очень помогает импровизировать, но это и требует определенных затрат.

- Я думаю, что самое сложное здесь - это найти человека, который был бы на вашей волне и смог изобразить в видео то, что вы изображаете музыкой.

- Да, согласен, это очень сложно. Чтобы он мог творить, со всеми этими стробоскопами, чтобы все дымилось, крутилось... Может быть, позже мы и найдем такого человека.

- Знаешь, когда ты рассказывал о перфомансах с вашим участием, я вспомнила видео, которое привез Андрей Иванов (ЗАРТИПО) со своего выступления в клубе-корабле "Штубиц". Если помнишь, это был созданный прямо во время выступления Андрея почти часовой видеоклип - совместная работа музыканта и режиссера...

- Да, это очень интересное видео было. Вообще, я считаю, это мое упущение, что я в свое время с режиссерами не поработал. То есть у меня были опыты: я озвучивал разные учебные работы, фильм Максима Носова "Синий, синий" (очень интересная работа, кстати, была. У меня там такие... белорусские нотки проскакивают)... Были еще какие-то проекты, я отдавал куски своей музыки киношникам, они их где-то использовали... Но все это было так, эпизодически. К тому же сейчас вообще все очень сложно и с кино, и с мультипликацией, и потому куда уж нам со своими импровизациями?..

Однако я открыт для этих экспериментов, и если у меня кто-то просит музыку, то я всегда ее даю. Музыка - это не то, чем я могу торговать.

- А какие у тебя планы? Что тебя сейчас увлекает как музыканта?

- Я на самом деле, пока не представляю, что меня может увлечь в музыкальном плане. Поэтому пока для себя решил, что пришло время поездить, посмотреть разные города...

Да, вот, кстати, еще в последнее время мы с малышами - КУЗНЕЦОМ И СЕМАНЕЙ - играем. Женя Хитряк - с ним тоже иногда выступаю... То есть у меня есть набор таких компактных музыкантов, с которыми мне хорошо общаться в музыкальном плане.

- Тебе больше не интересны "малые формы" квартирников?

- А сейчас нас просто все больше "гены стариковы" приглашают. Да и негде выступать особенно. Одно время нас художники приглашали часто. На выставки, презентации. Мы очень много там играли.

- Но это же не творчество. Это работа по созданию фона, ты просто подбираешь музыку под картины...

- Нет, мы ни под кого звуки не подбирали. Когда нас приглашали, я смотрел картины, и говорил, будем мы там играть или нет.

- То есть ты тоже не по любому поводу можешь сыграть.

- Да. А зачем? Зачем играть просто на какую-то тему, под какой-то интерьерчик? Это неправильно. Это быт.

- А у тебя есть темы, на которые тебе нравится играть?

- Сейчас расскажу... Когда-то в Минске проходила белорусско-французская выставка, и вот странно... Одна пожилая француженка - она по шелку рисовала - выставила там свои работы. Мы сели недалеко от них и начали играть... А ведь это очень важно, насколько талантлив художник, какую энергию он в свою работу вложил. И вот от ее картин исходило какое-то... свечение. И нас так перло! Так хотелось играть! В ее картинах была фантазия, такая тонкая вязь. И мы тогда очень хорошо отыграли.

А иногда, глядя на картину, ты вообще ничего не чувствуешь. Когда художник никакой энергии в нее не вложил. Когда ты просто перед доской играешь, куском тряпки разрисованной... И никакой музыкой тогда уже эту картину не спасешь.

А вообще, для того, чтобы включить в себе ЧТО-ТО, тебе не хватит только того, чтобы твои пальцы бегали. Они, если просто бегают, в самом деле, могут и хэви-метал играть. Но когда ты каким-то образом подключаешь в свою музыку душу, то тогда и рождается что-то стоящее. И конечно, это счастье - когда у тебя это получается.



обсудить статью

© Музыкальная газета :: home page

статьи