статьи



Конец Фильма
«Мы всегда были уверены, что то, что мы делаем, нужно людям»


Three..
"Название КОНЕЦ ФИЛЬМА было выбрано, разумеется, не случайно: подобное словосочетание с легкостью переводится на все языки мира и, с момента существования в мире кинематографа, исключает все расходы на рекламу."
Alternative Press News

Two...
"КОНЕЦ ФИЛЬМА многие назовут группой года. И не ошибутся - в том плане, что этой команде удалось вобрать в дебютный альбом все основные тенденции 2001-го."
ЗВУКИ РУ

One...
"Группа КОНЕЦ ФИЛЬМА, пожалуй, самая большая загадка этого сезона. Толком о них никто ничего не знает - что играют и как выглядят? Нет, понятно, песню про "Желтые глаза" и "Ночь. Одиночество." все слышали. И слова их кавера знаменитой "Who The F*** Is Alice?" тоже друг другу пересказывали как анекдот. Но вот откуда они взялись - такие замечательные?.."
"Радио Максимум"

On Air...
Костяк будущей группы КОНЕЦ ФИЛЬМА еще в далеком 1989 году составили Евгений Феклистов и Владимир "Джума" Джумков - оба уроженцы Эстонии (Феклистов - из Тарту, а Джума - из Тапы).
Историческое знакомство состоялось, когда Феклистов приехал в Таллинн записывать сольный альбом "Патология" и в поисках лучшей того возможности нашел Джумкова, который, пользуясь служебным положением театрального звукорежиссера, применял микшерский пульт отнюдь не в служебных целях. После записи, однако, пути музыкантов на некоторое время разошлись.
С 89-го по 91-й Феклистов работал с группой ПИНАТЕЛЬ ВОЛА, с которой он успел записать два альбома и которая развалилась еще через год. Здесь стоит сразу отметить, что до своего появления на телеэкранах и газетных полосах группа КОНЕЦ ФИЛЬМА обросла целой массой легенд, в каждую из которых верится с трудом. Джумков, говорят, жил в квартале красных фонарей в Амстердаме, знаком с Кшиштофом Занусси и Джулией Ормонд и снимался у самого Гринуэя в фильме "Дитя Макона" - правда, в эпизодической роли.
"Да, мы поучаствовали в съемках фильма Питера Гринуэя и познакомились там с Джулией Ормонд, - рассказывает Владимир Джумков. - Это было очень смешно, потому что только когда я посмотрел фильм, я увидел титры и узнал, что это она. Там, кстати, была другая смешная история - был конец фильма, а после него party, приуроченная к концу фильма. У нас, кстати, достаточно оптимистичное название, потому что после того, как фильм заканчивается, начинается party."
Именно развал ПИНАТЕЛЯ ВОЛА послужил поводом к новому воссоединению Джумкова и Феклистова. С 92-го по 98-й год были записаны несколько альбомов, найти которые где-либо сейчас возможным уже не представляется. В конце 95-го Феклистов неожиданно уезжает в Питер, где работает программистом и изредка дает акустические концерты, попутно обзаводясь полезными знакомствами. Одно из которых окажется несколько лет спустя ключевым в музыкальной судьбе тогда еще не существовавшей группы.
А в 1999 году случается очередное - на данный момент, последнее - воссоединение музыкантов - на этот раз уже под названием КОНЕЦ ФИЛЬМА.
"Наше Радио"

...The End
- Многие считают создание вашей группы коммерческим ходом, а КОНЕЦ ФИЛЬМА, соответственно, коммерческим проектом. Как ты сам оцениваешь создание (или воссоздание) КФ в 1999-м?
Евгений Феклистов: Если группу фотографируют для "Музыкальной газеты" - то ее, безусловно, можно назвать коммерческим проектом. А если не фотографируют ни для каких изданий, если их никто не знает и не слушает, - то это некоммерческий проект. Нет, ну вот наша пластинка "Саундтреки" уже вышла тиражом больше, чем тысяча экземпляров, и мы поэтому уже автоматически попали в такую сферу... так называемый шоу-бизнес. И мы хотим дружить с шоу-бизнесом.
- Откуда такое трепетное отношение?
- Ну, не знаю... Вообще, мы же так или иначе, но все равно участвуем в этих механизмах. В этом нет ничего плохого. То есть, например, люди зарабатывают, продают свои мозги, когда пишут рекламные ролики. А мы пишем песни (причем вовсе не для того, чтобы потом продавать: просто теперь на них нашелся какой-то покупатель. Безумный.) Вот это, кстати, для нас и является удивительным поворотом и игрой в такой... шоу-бизнес. Мы попали каким-то образом в такую производственную сферу.
- Но многие группы считают, что шоу-бизнес уничтожает творчество.
- Я не могу ответить за всех, но...
- То есть тебя устраивает производить такой... "продукт"? Или ты свои песни таковым не считаешь?
- Мне неприятно ни производить продукт, ни быть таковым. Но я признаю: если какие-то группы, достаточно известные, широко, говорят, что "они играют некоммерческую му-у-узыку", что на самом деле "они не имеют к ней никакого отношения" - это не более, чем рекламная фишка. Я просто более честен, чем мои коллеги в данном случае. Вот и все. Да, мы производим определенный "продукт", но я не оцениваю это как положительный факт. Просто я оцениваю это как факт. Для меня шоу-бизнес - это игра, в которую я играю. И я не отношусь к этому серьезно. Когда я пишу песни, я не думаю о том, получу я за эту песню столько-то денег или столько-то... Вообще, я ни за одну свою песню, скажем, из тех, что крутятся в эфире, никаких денег не получил.
- Странно.
- Вот так. Реально я получаю деньги за концерты - то есть за то, что я эти песни пою. А за то, что я их пишу, деньги получают другие люди. Видимо.
- Вот ты говоришь, что был определенный момент, когда ты ощутил востребованность и популярность группы. С чем он был связан?
- С тем, что нас пригласили записываться в профессиональную студию и дали нам возможность - материальную и техническую, - чтобы осуществить то, что мы раньше делали. Нам дали кредит именно в этом направлении и какие-то гарантии того, что это будет издано каким-то образом.
- То есть кто-то в вас просто поверил?
- Ну... Это та же самая история, что человек пишет какую-то рукопись и носит ее по издательствам. Издатели говорят ему "нет", а потом кто-то один публикует эту книгу, и она каким-то тиражом выходит, и более того: оказывается, что она востребована читателем, то есть что ее покупают. В данный момент у нас именно такая история... Ну, мы-то всегда были уверены, что то, что мы делаем, нужно людям, - просто сейчас у нас есть этому материальное подтверждение.
- А то, что в вас поверили и вы попали в эту, как ты ее называешь, "игру" под названием шоу-бизнес - это как-то повлияло на твое самоощущение?
- Я думаю, что любое событие в жизни человека - более-менее значительное - влияет на него. Другое дело, что оценивать эти изменения как положительные или отрицательные, в общем-то, не наше дело, и мы этим не занимаемся. Мы стараемся быть сами собой, вести себя сообразно ситуации, достойно и так далее.
То есть я не знаю, может, последние события отразились на нас, а может, нет...
- Давления никакого ты не чувствуешь?
- Давление я чувствую постоянно. Каждый день, выходя из дома, я чувствую давление атмосферного столба. И каждый человек чувствует на себе это давление. Если вы каждый день ходите на работу и у вас есть начальник - вы чувствуете давление с его стороны. Если раньше я ходил на работу, работал программистом и отвечал за то, что у меня там неполадки в компьютерной сети, то сейчас я отвечаю за то, что вот, например, мы сделали какую-то песню, решили, что это будет хорошо, а на деле это не получилось. Вот теперь я отвечаю за такие вещи. Хотя я бываю и не согласен с тем, что это моя вина... То есть это те же самые человеческие отношения, какие есть у представителей любой другой профессии. Специфики нет никакой. Все строится, на самом деле, на общечеловеческих отношениях и на таком... субъективном факторе. А мы... Сейчас мы просто попали в другую среду. И мы ведем себя не так, как другие - а мы так же себя вести просто не можем, - но мы ведем себя так же, как мы бы себя вели, если бы мы были и в других условиях.
- И чем ты сейчас живешь в тех самых "условиях"?
- Ну, вот у нас недавно вышла пластинка "Саундтреки. До свидания, невинность". В ней 11 песен, которые мы записали в 2000 году, и одна, "Элис", записанная в 1999-м. Ее соавтором был Михаил Башаков, причем он - основной соавтор (я имею в виду основной соавтор русского текста - ха-ха). Вот, собственно, то, что нам удалось сделать. Я знаю, что этот альбом продается в Москве, но думаю, что и в других городах он есть. И хотя, возможно, пока его нет на витринах, но в самое ближайшее время он, надеюсь, появится.
- Ты не считаешь, что "Саундтреки" - это альбом одной песни?
- А мы не хотели песню "Элис" включать в альбом. Эта песня нас вообще никак не характеризует как группу. Она характеризует нас лишь на момент 99-го года, а тогда мы были несколько другими. Уже ведь прошло два года с момента ее написания, и сейчас у нас есть материал даже на следующий альбом. Если говорить честно, у меня сейчас уже написано 300 песен, и дай Бог мне их все записать. Или хотя бы треть. Или даже одну шестую. И если через пять лет я запишу песню, которую я написал пять лет назад, и мне будут говорить: "О! Он эту песню написал после того, как на него что-то повлияло!"... Да это чушь собачья! На нас повлиять уже очень сложно. Дай Бог нам хотя бы просто запечатлеть то, что мы уже сделали, хотя то, что уже сделано, было сделано до того, как мы приобрели какую-то известность.
Теперь ты понимаешь, насколько это все субъективные моменты?!



обсудить статью

© Музыкальная газета :: home page

статьи