статьи



Dave Matthews Band
иди вперед и мечтай!

страницы :: 1 :: 2

Однажды услышала по радио нечто безумное про "last stop" - в глазах потемнело, щелкнула кассеткой, не расслышала голос ди-джея, разве что поняла причастность группы к некоему "бэнду". Стив Миллер, что ли? Осталась куча вопросов и неразгаданные сорок секунд этой записи на кассетке. Далее, в ходе уникальных совпадений и судьбоносных сочетаний выяснилось, что это - некий Дэйв Мэтьюс и что помимо таких УЖАСОВ его музыка может быть доброй и мягкой. "Наша музыка написана просто и понятно. Это поп-музыка, в которой содержится сильная позитивная наполненность. Я надеюсь, что это доступно каждому", - как-то сказал Дэйв, подло преуменьшив свою уникальность.

На самом деле этот случай действительно уникален - в Штатах суперзнаменитой становится абсолютно неформатная, некоммерческая, нескандальная и непонятная группа. Неформатная - потому что их композиции длятся от пяти-шести до пятнадцати минут (по радио их поэтому редко крутят, но их песни знают наизусть). Некоммерческая - потому что лица их яркие не тиражируются по обложкам, о подростковой любви прыщавой они не поют, музыка их скорей взрослая, мудрая и медитативная, пусть иногда и чрезмерно истеричная. Нескандальная - под Мэнсона не раскрашиваются, морды никому не бьют, наркотики жрать не призывают, матом не ругаются (ну почти!), светлые и добрые, аки птички божии: смотришь на них, и улыбаться хочется: позитив, чистый позитив небесно-лазурных оттеночков. Непонятная - просто потому, что понятие "супергруппы" уже выветрилось, и для того, чтобы визжащие девочки падали при твоем появлении в обморок, вовсе не обязательно уметь гениально играть. А они умеют. Совершенно серьезно - это группа, где каждый более чем профессионал своего инструмента. Вокал Дэйва - целая энциклопедия голосовых приемов. Он может апокалиптически реветь, хрипло рвать душу и связки в манере ошалевшего Тома Уэйтса, джазово импровизировать голосом, срываться в тирольские напевы, вкрадчиво скользить по восприятию бархатистыми нотками, как Питер Бак из R.E.M. (с которым его тоже сравнивают). Барабанщик Carter Beauford уже кем-то обозван "лучшим молодым барабанщиком в мире", многие молятся заполучить в его в качестве сессионного музыканта, к тому же он уже успел выпустить свою собственную видеошколу игры на ударных ("Under The Table And Drumming"). Скрипач Boyd Tinsley был уже знаменит как исполнитель классики, а переключившись на рок-н-ролл, он затмил некогда популярного Ivry Gitlis\\\\\\\'а. Басист Stefan Lessard уже в 16 лет воротил басом так, что у Дэйва чуть не случился сердечный приступ, когда он решил устроить прослушивание юного кандидата. А Leroi Moore играет на саксофоне почти как Ян Андерсон на флейте. Впятером же они так подходят друг другу, что кажется, основной целью их существования было именно это - однажды встретиться и начать творить чудесную музыку.
...Видимо, дело в том, что Америке нужна ровно ОДНА группа, которая будет развлекать ее в качестве именно концертном. И чтобы искренне, и чтобы каждое выступление не было похоже на другое, чтобы вещи в чемоданчик - и за ними в тур по всей стране необъятной с ее каньонами и реками, и каждый раз будет что-то новое до одурения. Раньше эту функцию выполняли психоделические GRATEFUL DEAD. Потом старый наркоман Джерри Гарсия присоединился к остальным персонажам Тибетской Книги Мертвых, а все остальные хорошие американские группы были слишком четко разделены по своей аудитории. И тут глобальное явление - почти вернувшиеся GRATEFUL DEAD, способны импровизировать часами, у них красивейшие мелодии, к тому же в их музыке так много популярного сейчас джаз-фьюжна и фолка, и эти добрые растаманские глаза Дэйва, и то, что DMB назвали лучшей концертной группой 2000-го года в Америке... В общем, на закате эклектичных, кровосмесительных и пост-морт-модерновых девяностых, средь унисексовой пластиковой и разноцветной музыки, которая могуче смешана со всякими остальными видами искусства, совершенно непредсказуемо появляется группа музыкантов, которые умеют играть и, в общем-то, не творят ничего, кроме непосредственно звуков... Этакая нетронутость, белые одежды, хрустальные вздохи времени, деликатность и несколько компьютерно безупречных клипов, напоминающих разве что клипы Бьорк. Причем эта музыка нравится всем (проверено) - люди с любыми вкусами моментально подсаживаются на неторопливые и ласковые подвывания Дэйва. Американцы же им просто гордятся. И двухчасовая запись акустического выступления Дэйва и Тима Рэйнолдса в "Luther College" переплетается с экстатическими воплями девочек (их так много, что кажется, будто это некий специализированный колледж для девочек), в которых проснулась генетическая память мамочек, тридцать пять лет назад так же озвучивавших первый визит BEATLES в Америку. DMB же настолько ценны, что их даже не особенно экспортируют: жалко - свое, родное, крутить его по европейскому MTV, бивис-батхедов подкармливать...
В феврале этого года у DMB выйдет новый альбом. Неизвестно, во что он превратится. То ли группу решат сделать достоянием всего человечества, пустив в гастроль по Европе, то ли опять будет нечто обособленно-уникальное, то ли альбом окажется попсовым (слышала, там будет много электрогитары. Учитывая, что гитара у DMB всегда была преимущественно акустической, чувствуется некая неуверенность...), и поэтому вспыхнет на всех радиостанциях, чтобы через полгода погаснуть (подозрения есть, учитывая новый джаз-роковый сингл "I Did It", выполненный слишком живо и похоже на MATCHBOX 20). Тем не менее, есть повод довериться уже услышанному, понадеяться на лучшее и немного рассказать о них.
С чем их можно сравнить? (Вдруг кто спросит: на что похожи?) Если с музыкой, то можно провести параллели с R.E.M., Sting (гитарная тоскливость), GRATEFUL DEAD, SPIN DOCTORS, JETHRO TULL, Tom Waits, Peter Gabriel, David Byrne... и все равно в уши врывается нечто непередаваемое, иногда безумно-дикое, иногда спокойно-расслабляющее... В их музыке есть все, что должно быть в музыке вообще. Если же сравнить не с музыкой (слишком субъективно, впрочем, но что поделать? Фактов и цифер и в Интернете навалом) - есть что-то созвучное фильмам Терри Гиллиама (без "Монти Пайтона"!) и разве что дзен-буддистским притчам... Что еще? Танцевать по поверхности воды, вслушиваться в темноту, закрашивать зеркало черной гуашью, бежать сквозь толпу и видеть во сне рельсы. На самом деле сравнения - это не ответ.
Ответы можно поискать в личности самого Дэйва, раз уж осмелился назвать группу своим именем. По происхождению растаман, по мироощущению хиппи, он родился в Южной Африке (хотя по происхождения Дэйв - банальный белый американец. Его мама работала в Африке архитектором, отец-физик умер от рака, когда Дэйву было всего десять, - это очень сильно повлияло на его музыку, добавив в нее жутковатой трагичности...) и уже в пять несознательных лет мечтал сочинять песенки, будучи под влиянием BEATLES (господи ты боже мой, как все тривиально и прекрасно в это мире!). С десяти лет он слушал JETHRO TULL, LED ZEPPELIN и фолк-рок вроде Боба Дилана и Кэта Стивенса. Подростком услышал Боба Марли и, как все южноафриканские детки, серьезно заболел растаманством. В особенности его очаровал ритм (до сих пор он считает, что в музыке ритм - главное). Настолько, что он так и не осмелился в своем творчестве использовать элементы регги. И настолько, что следующие несколько лет он слушал этническую африканскую музыку и африканский джаз. Даже после того, как эмигрировал в Америку. Из всех гитар он предпочитает акустические, потому что они оставляют больше пространства для ритмики, в них есть что-то от барабанов, что-то первозданно-перкуссионное, они почти дышат, они живые, и Дэйв их чувствует пальцами, как зрачками... Еще он считает, что его самые любимые песни произошли от его самых страшных ошибок. Любит пианино, но играет на гитаре, потому что "пианино слишком тяжелое, чтобы таскать его повсюду с собой". Живет он сейчас в Шарлоттсвилле, в доме, который когда-то был мельницей. Сквозь дом течет река, и Дэйв засыпает под тишину и шум бегущей воды. А всю свою музыку он посвящает своей маме и семье. Когда его спрашивают, как он называет стиль музыки, в котором они играют, он весело отвечает "con-fusion" (словесный гибрид из "фьюжн" и "неразбериха, мешанина"). Добрая половина его песен называется числами. Просто он дает каждой написанной песне порядковый номер, а потом уже название. Когда название не придумывается (а это происходит часто - с названиями у Дэйва проблемы), песня так и входит в альбом под цифрой. Иногда он все же называет песни, но чем попало. Например, песня "Бабушка" ("Granny") повествует совсем не про бабушку. А "Helloween" совсем не про то, как бегают по лесу с тыквами и фонариками, в костюмах розовых монашек и призраков коммунизма (не знаю, как вы - мы вот именно так развлекались), а про несчастную любовь, до того несчастную, что почти всю песню Дэйв жутко орет, под конец апокалиптически вопит "Fuck!" тоном ребенка, который собрался вешаться, и долго еще убаюкивает вас замогильной кодой, где голос, идущий как будто из-подо льда, душимый саксофоном, выгрызает вам из хребта какие-то шестереночки. Никаких демонов - но очень страшно. (Более эмоциональных в плане исполнения песен о любви лично я никогда не слышала. Ну разве что мэрилин-мэнсонская "I Put A Spell On You", так то кавер, уже не упомнить даже, чей...)
История группы проста и банальна. Группа родилась в 1991-м году в Шарлоттсвилле (штат Вирджиния), где Дэйв подрабатывал барменом, играл на гитаре, скучал по африканским закатам и слушал PINK FLOYD и Кейта Джарретта. Когда ему захотелось записать парочку песенок, он поджемовал с новыми знакомыми - саксофонистом Муром и драммером Бьюфордом, которые раньше играли в джаз-банде, потом эти джемы вылились в демо-записи, демо-записи скоренько организовались в компакт-диск "Remember Two Things", который группа уже в полном составе (басисту тогда было всего 16, и до группы он хипповски бомжевал по всей Америке) выпустила на свои кровные деньги, потом их заметил крупный лейбл RCA. Это было очень кстати, потому что группе надоело играть акустику в клубах: им мешал холодный ветер, которым клубы проветривались. Все инструменты капельку расстраивались, разве что кроме барабанов. Зрители этого не замечали, но Дэйв со своим универсальным слухом раздражался... Первый концерт группы произошел 11 мая 1991-го года на частной вечеринке, устроенной на крыше. Тогда же возникло и название - в момент выхода на сцену группа вспомнила, что никак не называется. "Объявите, что мы - ДЭЙВ МЭТЬЮС, - завопил Дэйв. - Они подумают, будет один чувак с гитарой, а тут целая банда! То-то они удивятся!" Его не расслышали и объявили как DAVE MATTHEWS BAND. Позже обозленный Дэйв уверил группу, что как только найдется более подходящее название, они тут же его примут. Но название так и не придумалось (у Дэйва, как уже говорилось, с этим сложно), а группу уже начинали узнавать. Пришлось оставаться "именной".
Тогда уже сформировался уникальный стиль DMB - балансирование между безудержной импровизацией и отточенным мелодизмом, четкое и ритмичное разделение звуков, абсолютная ненапряжность при многоуровневой инструментальной стене звука, авангардная джазовость и ветер в ушах. И их никак нельзя причислить к американской волне приджазованного неохиппи. Они слишком органичны, амбициозны и задушевны для этого. Когда их слушаешь, они кажутся родными, своими, близкими (кажется, случайно встретишь где Дэйва, прошепчешь слабо: "Браток, братушка...", и узнает он тебя, и заплачет он на плече твоем сухожильном, и все поймет...) и отражающими именно то, что ты чувствуешь. Даже когда чувства и мироощущение меняются, из вроде бы знакомой мелодии на первый план выбрызгивается некая другая мелодическая линия (а их великое множество), и песня становится совершенно иной, все равно попадая под твое настроение. Такие группы открываешь заново при каждом прослушивании. Наверное, в этом и состоит критерий настоящего искусства - калейдоскопичная многогранность и искренность.
"Мне нравится играть в этой группе, - говорил Дэйв, - потому что у нас так много места для всего... Картер, например, очень серьезный барабанщик. Но из-за того что мелодические инструменты играют очень ритмично сами по себе, у него остается больше свободного пространства, чтобы выразить себя в нем. Это огромная удача, что мы встретились и играем вместе, потому что именно так каждый может выразить себя в полной мере".
Не считая концертных записей, у группы вышло три альбома (самый первый, неофициальный, состоял из песен, позже вошедших в последующие три). Первый альбом "Under The Table And Dreaming" вышел в 1994-м и стал платиновым четырежды. Потому что до его выхода группа уже была знакома Америке, по которой как раз прошло их турне. И еще потому, что его продюсировал знаменитый Стив Лиллиуайт, известный по U2 и ROLLING STONES. Альбом был посвящен "Светлой памяти Анны". Анна - это старшая сестра Дэйва, которая так и жила в Южной Африке, пока ее не зарубил топором на глазах детей собственный муж, незамедлительно проделав то же самое с самим собой.
Следующая работа группы - великолепный и цветущий "Crash", вышел 30-го апреля 1996-го, попал на второе место в чартах "Биллборда". Альбом оказался очень "американским", отчетливым и мелодичным. Бешеные саксофонные соло, извивающийся звук барабанов, теплые мелодии, импровизация и чуть слышные звуки. Лирично-небесная "Two Step" с первого раза запоминается на всю жизнь. Рыдающая "Cry Freedom" посвящена родине Дэйва. Никакой стандартной структуры поп-песен, никаких "баллад", "припевов", подпевочек и хоровых мантр. Многочастные пассажи, всплески, наводнения и затопления - совершенно стихийная музыка. И никакой электронщины - они этим не интересуются.


страницы :: 1 :: 2



обсудить статью

© Музыкальная газета :: home page

статьи