статьи



Stoll, Steve
Немного об увлечении, которое сейчас называют техно-музыкой


Имя Стив Столл наверняка мало что говорит отечественным электро-меломанам, ибо этот человек пока что еще не слишком известен на просторах нашей родины. Однако в специфических техно-кругах сегодня он пользуется большим и заслуженным уважением.

Создающий строгое минималистическое аналоговое техно в стиле раннего Plastikman и Joey Belatram Стив Столл в течение последнего ряда лет был весьма продуктивен. С момента начала своей творческой карьеры он издал уже больше десятка EP и несколько альбомов на Nova Mute, Probe, DJax, Delirium, Synewave и собственном нью-йоркском лейбле Proper NYC.

Детство Столла прошло в Бруклине, а его музыкальные увлечения молодости включали в себя хип-хоп и диско. Сразу же после окончания средней школы Стив пошел в армию, где он прослужил пять лет (включая и тот период, когда проходила война в Персидском заливе, где он занимался навигацией и управлением боеголовок, наводимых с помощью спутника).

После демобилизации Столл вплотную занялся музыкой. Он играл на ударных в индустриальной команде SISTER MACHINE GUN, учился джазу и начал записывать собственные треки в техно-стилистике для таких лейблов, как 212 Productions и Synewave.

Дебютная полноформатная работа Столла "Pacemaker" вышла на лейбле Sm:)e Recordings в 1995 году. Следующий год принес еще один альбом "Zero Divide" (он был записан под псевдонимом OPERATOR), а также EP для Nova Mute (под псевдонимом BLUNTED BOY WONDER). Далее, в 1997 году Стив вернулся к работе под собственным именем и выпустил альбом "Damn Analog Technology" и год спустя - "The Blunted Boy Wonder".

Техничная и оригинальная музыка, сочетающая в себе оригинальный саунд, большой профессионализм и минималистическую простоту, даже аскетичность, снискала Столлу славу талантливого музыканта и сформировала его высокую репутацию среди техно-коллег по стилю со всего мира.

Работы Столла были ремикшированы многими представителями техно-элиты, включая Mike Dearborn и HARDFLOOR, а его верность традициям электроники старой школы очень ценится многими любителями андерграундной электронной музыки.

Что же думает о техно и собственном творчестве сам Столл? На этот вопрос мне помогли ответить музыканты минской группы ENERGUN 22, которым благодаря своим личным контактам удалось взять у Стива Столла интервью, представленное ниже.

- Как ты начал заниматься сочинением музыки?

- Я начал свою музыкальную карьеру в качестве барабанщика в возрасте 10 лет. При этом я потратил очень большое количество времени на учебу (особенно осваивая джазовую манеру игры), и, как это ни странно, я до сих пор продолжаю учиться.

Вообще же в начале 80-х, когда я еще учился в средней школе, меня чрезвычайно привлекла идея использования различной электроники для создания музыки, а особенно ее применение для работы с перкуссией.

Мне также показалась очень заманчивой перспектива проигрывать сэмплы и секвенции, управляя этим процессом прямо с помощью моей барабанной установки, и я купил свои первые электронные барабаны от Симмонс (Simmons drums), которые в то время использовал для расширения возможностей акустической ударной установки.

Приблизительно в это же время я заинтересовался и драм-машинами. Кстати, в то время барабанщики очень не любили эти аппаратики, но я чувствовал, что если кто-то и должен заниматься работой и программированием этих устройств, то это должен быть тот, кто имеет достаточные знания о структуре построения ритма. Вот так все и развивалось.

Потом, в конце 80-х, я получил свою первую работу в роли барабанщика/программиста на чикагском индустриальном лейбле Wax Trax. Спустя несколько лет обильных гастролей и живых выступлений, у меня выработалось стойкое отвращение к формату, подразумевающему вокал, гитары и т.п., и поэтому я стал пытаться больше работать над собственным саундом, который уже зазвучал у меня в голове. Эта музыка была характерна полным отсутствием вокала и обилием ударных, перкуссии и замысловатых ритмических рисунков. Так и началось мое длительное увлечение тем, что сейчас называют техно-музыкой.

- Что для тебя послужило причиной, побудившей открыть собственный лейбл?

- Я выпустил свой первый EP в 1992 году на лейбле Probe (лейбл Ричи Хоутина), а затем вышла еще целая куча виниловых EP на таких лейблах, как Synewave, Djax, Trax и многих многих, других. Это было время, когда эти лейблы просто делали на мне деньги.

И в конец концов я решил, что, наверное, пришло время мне заняться и своим собственным лейблом. Вот так 6 лет назад, обладая очень ограниченным бюджетом, и появился мой Proper N.Y.C..

Когда лейбл открылся, это позволило мне издавать свою музыку с той скоростью, с которой я хотел, причем я полностью контролировал весь процесс. Я организовывал лейбл для того, чтобы издавать собственные EP, и это был для меня идеальный способ стать свободным ото всей той ерунды, которая приходит, когда начинаешь сотрудничать с лейблами.

Фактически, мой первый масштабный проект - альбом "Supernatural" - был также издан именно на Proper.

В этом альбоме я вернулся к живой игре на ударных, а его запись потребовала нескольких месяцев напряженной работы в студии. Мне кажется, что я на сегодняшний день достиг того момента, когда само техно уже изрядно поднадоело мне. Сейчас все идет к тому, что творческий процесс медленно высасывается из музыки, а новых идей практически не появляется. Сегодня в очень большой степени музыка диктуется машинами, вместо того чтобы она диктовалась людьми, программирующими эти машины.

Мой новый альбом - бегство от того, что люди знают о моей музыке. Я думаю, что это что-то вроде того, когда один слой удаляется для того, чтобы обнажить другой, лежащий еще глубже. Я также хотел придать этой работе элемент неожиданности, и я чувствовал, что единственный способ сделать это - полностью переработать подход к созданию музыки, что в моем случае означает играть на ударных вживую.

- Многие белорусские ди-джеи говорят, что развитие техно-музыки закончилось в 1997 году. Что ты можешь сказать по этому поводу?

- Мне кажется, музыка, называемая техно и изобретенная когда-то музыкантами, по сравнению с другими стилями является еще младенцем, поэтому-то она и была интересна многим.

Но затем все музыканты, работающие в этом стиле, нашли соответственные формулы и выработали штампы для того, чтобы делать ее, и теперь мы находимся в достаточно печальном положении.

- В Минске также бытует мнение, что современное техно представлено лишь двумя направлениями: нью-йоркским и детройтским. Как бы ты прокомментировал это?

- Я никогда не участвовал в пересудах, касающихся Чикаго, Детройта, Нью-Йорка и их роли в рождении и развитии современных музыкальных стилей.

Все идеи такого рода генерируются масс-медиа и, как правило, теми людьми, которые никогда сами не были в вышеперечисленных городах.

На самом деле, я полностью согласен, что именно в этих городах были создано множество великих идей, но развиты они были совсем в других местах.

Люди же, которые живут вдалеке от больших городов, могут руководствоваться лишь своим собственным опытом и представлениями, что заставляет их делать музыку, которая будет уникальной именно для них, а не просто заниматься имитацией чего-то, что находится в коматозном состоянии.

- Не так давно вы выступали в Москве. Не хотели бы вы поиграть в Минске?

Я замечательно провел время в Москве. И, конечно же, хотел бы когда-нибудь поиграть в Минске, а также провести здесь некоторое время для того, чтобы почувствовать город.

А вообще же в большинстве стран, где я играл, я провел не более одного дня, поэтому для меня сложновато было почувствовать дух тех городов. Но я думаю, в будущем у меня будет время, чтобы сполна насладиться путешествиями, которые я очень люблю.



обсудить статью

© Музыкальная газета :: home page

статьи