статьи



Markscheider Kunst
...Пока нас прет нормально


Заходишь в музыкальные магазины - и глаз радуется от пестрого обилия исполнителей различных музыкальных направлений. Кажется, что попадаешь не то в рай, не то в развитой капитализм. Но это только на первый взгляд кажется. Чего ни хватишься, "ничего нету"... Считается, что на крупнейшем в мире рынке пиратской продукции "Горбушке" в Москве можно найти все... Хороший рекламный слоган, однако, как и все рекламные слоганы, он, мягко говоря, не соответствует действительности.

Вот, скажем, питерских растаманов группу МАРКШЕЙДЕР КУНСТ мне для начала предложили поискать среди западной музыки, а потом авторитетно заявили, что такой группы нет в природе. Что ж, может быть, мне приснились шестеро веселых ребят, заводящих толпы своим заводным регги, доводящих своими "положительными вибрациями" до умопомрачения, моментами переходящими в восторг?! Именно за такой музыкой будущее, и, может быть, когда-нибудь, когда 60% покупателей "Горбушки" будут приезжать туда не за ЗЕМФИРОЙ, эти продавцы вспомнят странного чудака, который когда-то пообещал им, что они еще услышат группу МАРКШЕЙДЕР КУНСТ, как когда-то пообещал Иоан Креститель, как... Бум! Пардон, замечтался и невольно встретился лбом с дверями клуба "Китайский летчик Джао Диа" в центре Москвы. Ну как же, вот они, МАРКШЕЙДЕР КУНСТ, "вызывают дух ре мажора", а среди танцующих где-то колбасится Джа и подпевает им Вуду:

"... А мы продолжаем жить,

Пока нас прет нормально...".

На маленьком пятачке сцены, не мешая друг другу, непонятно как разместились шестеро (а иногда к ним присоединяется еще один вокалист) музыкантов МАРКШЕЙДЕР КУНСТ: Сергей Ефременко (Ефр) - гитара, вокал, тексты; Володя Матушкин - гитара, вокал; Кирилл Оськин - бас, вокал; Сергей Егоров (Егор) - ударные, вокал; Серафим Макангила - заводной темнокожий вокалист из Конго и Кирилл Ипатов - перкуссия.

Концерт закончился уже за час ночи, и я беседую с сильно измочаленным, но довольным удавшимся концертом Сергеем Ефременко. Он отличный открытый парень и поэтому порой позволяет себе довольно бескомпромиссные реплики, на что, безусловно, имеет право. А вот я из песен слов выкинуть права не имею, и поэтому, если ваши уши привычны больше к поэзии Бодлера, то вам лучше отложить это интервью в сторону, а с МАРКШЕЙДЕР КУНСТ знакомиться исключительно по их музыке.

- Ну для начала легкий вопрос. Анонсируя сегодняшний концерт в программе "Антропология", вы назвали этот клуб "Китайский летчик Лао Дзы". Любите Лао Дзы?

С. Е.: Лао Дзы спит и видит во сне бабочку, которая в это время видит Лао Дзы, который спит и видит во сне бабочку.

- С этим не поспоришь...

С. Е.: Да, не попрешь! А дело в том, что Ильюша, наш менеджер, назвал его Лао Дзы, а мы первый раз про клуб услышали. Мы первый раз здесь играем.

- Вы переводите название своей группы, как "искусство разделения границ". Каких границ? Пожалуйста, поподробнее об этом.

С. Е.: Мы переводим в два слова "искусство границеразделения". Границеразделения меж чем? Меж разными, видимо, музыкальными стилистиками, стилями с единым корнем, с афро-кубинским корнем. Там много музык исходит из одного корня. Ну, в общем, вся культ-музыка одного корня, как бы как Библия, что-то вроде того. Ну и вот тонкости всех этих моментов - они интересны, и слияние, скажем так, изюминок этих разных направлений. Понимаешь, разные музыки - и с одним корнем, в каждой какая-то своя приворотенка, прибамбасинка, что-то свое. И вот если эти штучки аккуратненько выдернуть умелой рукой, подчеркнуть, а потом на основе этих вот моментов сделать музычку, нам кажется это интересным, такая вот эклектика...

- Не кажется ли вам, что это скорей слияние границ, чем разделение, в таком случае?

С. Е.: Слияние, разделение, знаешь... Где они разделяются, там они и сливаются.

- Один известный глянцевый журнал написал про вас, что вы живете все вместе "интернациональной тусовкой с женами, детьми и нотами" в огромном особняке в центре Москвы. Это правда?

С. Е.: Да. Там два дома целых, они соединены вместе...

- Стало быть, вас должно еще что-то связывать, помимо музыки...

С. Е.: Дружба многолетняя, общие знакомые. В основном мы друг друга знаем уже по 5 лет, а кое-кого - по 15, а кое-кого - по 20. То есть наша жизнь уже не делится на "твоя" и "моя". Это уже что-то одно целое!

- Это все-таки слияние границ или разделение?

С. Е.: Разные люди, видишь, слились-разделились, а все такие разные...

- А были такие, кто уходил из группы?

С. Е.: Да. Были и уходил, и приходил. У нас был большой состав одно время - человек 10... Витя "Пятачок" - губной гармонист, очень талантливый человек. Он ушел из коллектива. Одно время он просто подумал, что ему здесь нечего делать с губной гармошкой. Сейчас он скрывается от армии во Франции. Его подло так обманули в военкомате, пытались загрести, и он свалил стопом в Грецию из Москвы. Ну и дальше... Были еще люди...

- Ну вы поддерживаете отношения?

С. Е.: Да. Облома там не наступает, то есть ушел из группы - пошел ты, знаешь... Такого нет.

- Вы лично знаете, где ваш друг, который скрывается от армии во Франции?

С. Е.: Да. К сожалению, я не в силах ему звонить, это дорого. Но мы друг друга знаем и так ментально, что называется, созваниваемся.

- В том же журнале было написано, что вы также, случается, играете дома "квартирники" человек на 150 "своих".

С. Е.: "Квартирники" - подразумевается что? Вечеринка. Шашлык-машлык, мангал, винцо...

- А вот кто эти "свои"?

С. Е.: Тонкие люди, ручной работы, позитивных вибраций мастера...

- Вы начали играть в 91 или 93 году... В разных источниках написано по-разному...

С. Е.: В 91 году мы начали играть втроем. Ну мы и до того еще играли. С барабанщиком Егором и басистом Кириллом мы играли с детства. С глубокого детства, со школы... В 91 году мы организовались как трио и играли такое вот рокабилли-буги, "напалм-буги" это все называлось, в "ТаМтАм" клубе в Петербурге. В 95 году стали появляться еще люди, что-то изменилось, появился Серафим, появился Володя Матушкин. То есть с Серафимом мы познакомились раньше, и была затея пригласить его спеть блюзы. Потому что тогда уже мне было ясно, что блюз можно сыграть-наковырять, но спеть его может только черный человек. Позвали Серафима, а он ни бум-бум... Представляешь, да? Из Африки парень - другая культура. Ну сейчас, как видишь...

- Сейчас великолепно! Так вот, вы начали играть под крылом Севы Гаккеля в клубе "ТаМтАм", открывшего много хороших групп. Пару слов про "ТаМтАм", пожалуйста...

С. Е.: Ну мы служили там 5 лет, пока он существовал, репетировали... Спасибо Севе Гаккелю. Спасибо всем ребятам, кто там был. Там это было очень интересно. Там была классная команда, классная история, но, как любая история, она закончилась. Моя свадьба - там была последняя вечеринка. На следующий день пришли менты с бандитами, прямо вместе, чтобы не было вопросов, и сказали: "Собирайте манатки и ... отсюда!". Еще не хотели отдавать инструменты. Пришлось позвать своих, так сказать, пацанов. Те пришли, раскрутили пальцы - нам отдали гитары. Вообще было хамство дикое, там с мордобоем взяли и выкинули народ на улицу. "ТаМтАм" закончился три года назад. Все!

- Почему в холодном и промозглом Санкт-Петербурге вы стали играть веселую и теплую музыку регги?

С. Е.: Не только регги. Ска, боссанова...

- Но тем не менее веселую и теплую музыку.

С. Е.: Не хватает солнышка.

- Согреться хотели?

С. Е.: Да, конечно.

- Не обидно ли вам, что большинство хороших групп, становясь на ноги, покидают родной Санкт-Петербург, и сейчас многие говорят, что "культурная столица" уже не та, что была раньше?

С. Е.: И все-таки она та! Понимаешь, потому что вот, глядя на другие города, - там совсем почти ни хрена нету. Такого, чтоб живо было, чтобы эрекция, чтобы тащило...

- Вы, например, почему уехали?

С. Е.: Ну, после "ТаМтАма" стал выбор: либо сидеть на жопе ровно и быть музыкантом, либо идти заниматься другой работой. Взрослые люди, знаешь, что-то надо кушать. Решили быть бэндом. В Москве это проще. Долго трудились, год тут жили, в 97-м, по-моему... Старательно... Это было очень сложно... Как бы тусовка такая плотная, все люди подставляют локти, лишние люди никому не нужны. Ну, теперь мы разрубили себе возможность, грубо говоря, приезжать-таки сюда в Москву и радовать московскую публику...

- Радуете безусловно. Спасибо! За уже довольно долгое время существования группы вы написали достаточно материала на русском языке, тем не менее не издали их альбомом...

С. Е.: Издали.

- Издали?

С. Е.: В 95 году мы записали альбом в "ТаМтАме", он называется "Кем быть?". Сева Гаккель его записал и издал. Там все практически русские песни. Серафим там только в одной участвует.

- Где его достать?

С. Е.: В Петербурге, видимо. Ты знаешь, удачная история случилась... Видимо, все-таки шоу-бизнес есть. Поскольку вот мы кассеты-то все распродали... Где-то они продаются. Ну, видимо, в Петербурге в некоторых музыкальных магазинах, в клубах... В клубе "Молоко" они бывают.

- "Молоко" - это ваш родной клуб, как я понял...

С. Е.: Сейчас практически это клуб, где мы стараемся играть... Как-то сейчас посложнее с клубами, хотя открываются новые клубы... Молодежный театр открыл клуб, еще клубы на Невском...

- У вас выходит CD-сингл, который включает в себя три песни, в основном на французском языке, и песня "Домашняя"...

С. Е.: Без слов...

-... И название написано латинскими буквами. Кроме того, вы даете много концертов в финских, немецких и швейцарских клубах. Значит ли это, что вы больше ориентируетесь на западного слушателя?

С. Е.: Не то что ориентируемся на Запад. Мы писали эти концерты, хотели записать что-то... Выбрали три наиболее удачные композиции. Для нас это непринципиальный вопрос, для кого мы работаем...

- А для кого?

С. Е.: Для себя. А люди везде одинаковые. В Германии или в Швейцарии люди реагируют на русские песни так же, как здесь. И здесь люди слушают песни на нгала совершенно свободно.

- То есть у вас там есть свой слушатель?

С. Е.: С божьей помощью. В Финляндии, надо сказать, мы уже популярнее, чем, скажем, в Москве.

- И CD-сингл вы выпускаете в Финляндии...

С. Е.: Это связано с тем, что нам там предстоит тур в конце октября - начале ноября. Ну и в следующем году в Финляндии будет культурная столица мира.

- В России вас, конечно, больше всего знают по замечательной "Песне про растамана", веселого чувака, превращающего все беды и невзгоды жизни в сплошной кайф и ганджик. А кто вообще такие растаманы?

С. Е.: Это не просто люди, которые курят ганджубас, это не просто религия, отколовшаяся от православия. Скажем, Боб Марли был растаман, но перед смертью принял православие. Понимаешь, история длинная, я тебе сейчас в двух словах так набросать не смогу.

Уже было около двух ночи, Сергей только что отыграл концерт, и его гитара одиноко лежала неупакованной в футляр на сцене. Я не стал настаивать на этом вопросе.

- А Лао Дзы был растаманом?

С. Е.: Ты знаешь, все мы немного Лао Дзы, все мы немного растаманы.

- Текст этой песни ваш?

С. Е.: Текст этой песни был написан тремя людьми: Жаком - растаманом, Доктором Ай-Болитом и отчасти нами...

- Понятно, что человек, никогда не пробовавший травы, с таким смаком эту песню не смог бы спеть. На вашей страничке в Интернете (www.wadada.net/kunst/) прямо на титульной странице присутствует лозунг "Legalize it now!" ("Немедля легализуйте ее!"). Как у вас с этим делом? Вы курите?

С. Е.: Я курю.

- А где в Москве вы берете траву?

С. Е.: Негде взять в Москве. Babylon system здесь.

-?

С. Е.: Ну, система Бабилон, понимаешь... Люди строят башню, которая когда-нибудь рухнет и их прибьет. То есть здесь только за деньги и все это - говно. С этим связываться не хочется!

- Были ли у вас проблемы с "Песней про растамана"?

С. Е.: Да нет. Вот, как ни удивительно, нет.

- И на MTV ничего не было?

С. Е.: Нет, ну понимаешь, клип урезали. Там же еще есть слова довольно острые...

- Какого там куплета нету?

С. Е.: Там нету куплета о том, что как бы:

Что делать, как быть?

Растаман хочет ее курить.

Я знаю, как быть:

228 статью отменить.

- Вы сегодня его тоже не спели.

С. Е.: Нет, мы не спели его сегодня. Зато мы спели другое. То есть, понимаешь, мы не придерживаемся каких-то канонов в песнях. Есть общая идея песни, и по ней можно более-менее работать.

- Но это не потому, что клуб вам сказал это не петь?

С. Е.: Нет. Это ж не пропаганда, это просто история. Но это правда, спроси любого растамана.

- Видите ли вы себе конкурентов в вашем стиле?

С. Е.: Ну, нам конкуренты не страшны. Мы за то, чтобы было больше хороших групп.

- Не оскорбляет ли вас эта модненькая стилизация под регги группы ЧАЙФ в песне "Аргентина - Ямайка 5:0"?

С. Е.: Да их, этот ЧАЙФ, уже, бедный, обложили все, кто мог, во всех газетах.

- Я не хочу их "обкладывать", просто обидно, что вот вы не особенно известны, а за регги берутся люди...

С. Е.: Да вот в том-то и дело, понимаешь, действительно берутся. Вот они сделали эту песню. Теперь все ребята показывают на них пальцем, говорят... Знаешь, какое у нас продолжение этой песни?

- Нет.

С. Е.: Блядь, Аргентина - Ямайка 5:5.

- Последний вопрос. Что вы хотите сказать читателям "Музыкальной газеты"?

С. Е.: Дорогие ребята! Моя фамилия Ефременко. Дед мой в Белоруссии родился. Давайте скорее объединимся в едином славянском государстве и будем жить мирно, полюбовно, любить друг друга, процветать. Вообще чтоб все ништяк, классно чтобы, девчонки красивые, парни клевые. Без мордобоя, без уродов.

- Вы приедете выступить в Беларусь?

С. Е.: С удовольствием.

Вот так вот! Они "продолжают жить, пока НАС прет нормально"!



обсудить статью

© Музыкальная газета :: home page

статьи