статьи



Грач, Всеволод
Поколение дворников и сторожей


- В апреле вы провели концерт "День рождения Майка Науменко"...

- В этом году мне пришла идея сделать это все в большом зале. С ней я пришел к своему другу Игорю Гришину, директору "СП концерта", и предложил поучаствовать в этой тусовке. У нас есть две конторы, которые поддерживают, как бы толкают рок-н-ролл на наших площадках, это "СП концерт" и "Театр ДДТ". Все получилось весьма удачно. Был сейшн "Ленсовета", и как раз получилось сделать все именно 19 числа, в тот день, когда у Майка день рождения. Все разговоры с участниками были на мне, собралось приблизительно 22 коллектива. Мы в афише не заявляли вообще никого: везде в анонсах, где я что-то говорил в интервью, я называл какие-то имена людей, которых мы приглашали. Был, можно считать, из АКВАРИУМА Дюша Романов, Вадик Курылев из ДДТ, Сережа Рыженко из Москвы приехал, ВА-БАНКЪ приехал - Егор со Скляром. Полковник, к сожалению, не смог приехать. У Гребенщикова и у Кинчева были гастроли, должен был приехать ЧАЙФ, но у них тоже число оказалось занято. Был Шура Храбунов, естественно, бессменный гитарист ЗООПАРКА. Я его с трудом уговорил участвовать, поскольку сейчас есть проект под названием ЗООПАРК, возглавляемый Сашей Донских, они, конечно, тоже участвовали, но он с ним не в ладах. Саша прекрасный вокалист, делающий просто кавер-версии песен Майка. Из старых музыкантов там играет Наиль Кадыров, последний басист ЗООПАРКА, и с Майком он вообще много играл. Он прекрасный гитарист, задействован в коллективах десяти, наверное: с Дюшей Романовым, с Лешей Рыбиным (он тоже был, естественно), в проекте АЙСБЕРГ и КИНО, потом он играет в ВЕРМИШЕЛЬ ОРКЕСТРА, в ЗООПАРКЕ еще. Универсальный человек! Была масса коллективов относительно молодых, которые выступали достаточно интересно, - ПИЛОТ, СП БАБАЙ, РЫБЫ КОСЯКАМИ. В РЫБАХ, кстати, объединилось три четверти СЕКРЕТА. Выступал Леонидов со своей командой, выступал Андрюша Заблудовский с командой СЕКРЕТ-99, так они сейчас называются. А Леша Мурашов, барабанщик секретовский, ныне директор РЫБ КОСЯКАМИ. Приехал из Москвы Дима Дибров, чтобы вместе со мной вести концерт. Помимо того, что Дима замечательный и обаятельный ведущий, он очень хорошо знает рок-музыку. Мы с ним познакомились года четыре назад, на очередном "Поколении", наверное, когда СПЛИН и TEQUILAJAZZZ взяли первые места. Андрей Муратов нас познакомил. Плюс там были еще люди такие корневые, которые играли блюзовые стандарты: Саша Храбунов, Рыженко и Наиль заранее предупредили, что хотят это сделать, и у них здорово получилось. КОЛИБРИ три своих новых песни спели.

У Елены Вишни есть проект очень интересный - спеть от женского имени мужские такие песни. Естественно, первая песня, которая пришла в голову, это "Дрянь". Она договорилась с БЕГЕМОТОМ, прорепетировали два раза. После она долго слушала Майка. Перед концертом говорит мне: "Чего-то я очень побаиваюсь". Я: "Вам надо сыграть раза в полтора быстрее", что и было сделано, и получилось забавно. С мужскими подпевками. Получилось очень лихо. Успех был реальной, народ радовался, и за сценой там подхлопывали. Хотя она боялась жутко, дрожала перед сценой. Песня-то ведь, в общем-то, сложная для исполнения. Я считаю, этот ее новый проект может получиться. Лену теперь все "дрянь" зовут, это как сценический псевдоним. Можно даже назвать так коллектив, набрать каких-то музыкантов и играть на разогреве хотя бы.

Очень много команд так и не выступили. Вместо полдвенадцатого закончили в начале второго. Леня Федоров из АУКЦЫОНА находился за сценой, но по времени не сложилось уже. Нам сказали, что все - отключаем аппарат. Но все было очень весело, музыканты были довольны, публика была довольна и, думаю, Майк тоже был доволен. Все, конечно, на нервах было, я ходил на все орал, хотя я редко вообще повышаю голос. С "черного хода" вся тусовка напоминала рок-клуб 83 года, когда перекрывали улицу Рубинштейна. А сейчас перекрывали Кировский проспект, потому что там была толпа народу. В зале две тысячи сорок пять мест и тридцать в яме, а пришли четыре тысячи человек. Причем мы боялись, что это коммерчески даже не окупится, а, в общем-то, все получилось хорошо. Были музыканты, друзья Майка, которые бывали у него на днях рождения дома, им-то я уже никак отказать не мог. За неделю до концерта я просто сбежал из дома, потому что с телефоном было не справиться, там жена как-то отбивалась. Потом мы еще с музыкантами и с Дибровым съездили в клуб, пели там до девяти часов утра. Чиж, бедный, в результате сорвал голос, через неделю в "Октябрьском" еле отпел.

- Насколько, на ваш взгляд, может быть востребованы сейчас проекты КИНО, ЗООПАРК?

- КИНО - мои друзья. Я слышал их один большой концерт в "Ленсовете", прилично вполне получилось. Там еще Бек-Хан пел несколько песен, у него и голос реально похож на Цоя, и собственная музыка немного похожа. Группа Бека достаточно интересно свою музыку делает с сочными этническими корнями, их Шевчук вытянул. Это было давно заметно, когда они альбом свой записали. А КИНО... думаю, что в ближайшее время будет востребовано. Потому что они делают ранние песни, достаточно веселые. Не знаю, насколько это долговечно, трудно сказать. Я знаю, что у них концертный тур должен быть, у них контракт с Мочуловым.

Что касается ЗООПАРКА, они не так раскручены, они играют по клубам в основном. И это очень интересно на самом деле. Сашка - очень хороший гитарист, много работал с Майком. В свое время была такая вокальная женская секция, возглавляемая им, в 86 году. Было несколько записей сделано, часть утеряна, сейчас они выйдут, наверное, в нормальном варианте, с хорошим бэк-вокалом. Я думаю, что Сашка Храбунов - лучший рок-н-роллый гитарист этого города, по крайней мере лучшего они не найдут. Но он против того, чтобы это все называлось ЗООПАРКОМ.

У них в клубе был концерт с Костей Гребенкиным, моим старинным другом и Майка. Он один из лучших знатоков, если не лучший, музыки вообще. У него коллекция пластинок на пластмассе около тысячи штук. Там 13 пластинок Била Хейли, в Америке столько нет. Он профессионал в этом смысле хороший, каких мало. Мало с кем можно об этом поговорить. Вот Майк коллекционировал пивные этикетки, и еще таких три или четыре человека в стране было. У них свои дела были: вот этикетка от пива "Жигулевское" из города Норильска, такие какие-то вещи.

Мы слушали концерт ЗООПАРКА в клубе "Манхеттен", и было очень жалко, что вот лучший вокалист в этом городе и гитарист пропадает. Но проект как-то раскручивается, у них есть продюсер Моршакова, она на радио работает, помогает им с промоушном. На московские клубы вышли более или менее. Думаю, что им удастся немножко подняться. Потому что как КИНО будет делать поздние песни Цоя, это я трудно себе представляю, когда у него там все уже было невесело, а несколько даже грустно. А у Майка песен больше, они сейчас отрепетировали часа на четыре непрерывной программы, нон-стопом можно играть. Кое-кто считает, что это, мол, не то, так, естественно, он же свои версии предлагает.

- А CD-ROM ЗООПАРКА существует? Есть ли какая-то собранная информация?

- Есть файл в Интернете, достаточно богатый. Мы сейчас закинули туда немножко материалов (очень много там сделал Илья Маркелов). Сайт постоянно пополняется, очень много в нем архивных фотографий, полная дискография, тексты песен. Ильюша постоянно активно над ним работает. Он был аппаратчиком в свое время в ЗООПАРКЕ. А сейчас с ним беда случилась, он не может передвигаться. Ему поставили хороший компьютер дома, он занимается звукообработкой и какими-то делами. Попал в виртуальную реальность плотно, "висит" в Интернете. Нашел себе вот такую нишу.

- Вы сами какое участие принимаете в этом проекте?

- Единственный раз, когда Панкер снимал профессиональный фильм "День рождения Майка Науменко" в прошлом году в рок-клубе, мне пришлось петь, поскольку Сашка тогда в очередной раз поругался с Донских. Я был этаким освобожденным вокалистом, но все получилось просто весело. Думал, надо бы порепетировать. Шура страшно удивлялся, что я ему звоню по три раза на день: обычно раз в месяц созваниваемся. Он говорит: а что нам репетировать, мы все знаем. Я говорю: это вы все знаете, вы же музыканты, работаете много лет, а я могу за столом, налив водочки, взяв гитарку, для своих друзей что-нибудь попеть. Даже поплясать под это могу. А вот в ритм-секцию вступать на сцене я не могу, я этого никогда не делал. Была одна только репетиция. Хорошо, что сзади был Валера Кириллов на барабанах, он мне давал отмашку, когда вступать. Первая песня была "Позвони мне рано утром", которую мы репетировали больше всего, я забыл слова со второго куплета, ровно в стиле Майка. Потом быстро глотнул коньячка, и дальше все пошло, получилось ничего. И кино такое интересное получилось. Это все два дня происходило, до шести утра сидели, а на следующий день опять концерт...

А что касается этого проекта, если есть возможность как-то поддержать их, куда-то вписать, то я с удовольствием это сделаю. У них есть свой директор, моя хорошая знакомая, обращается за советом, если надо найти музыкантов каких-то.

-... Сева, хотелось бы узнать подробности вашей биографии...

- Да, пожалуйста, но это на самом деле очень смешная история. Вообще по образованию я археолог. Папа археолог и мама археолог. Такой юбилейный год у меня сейчас. 80 лет папе, выставка его памяти, конференция, банкет; 70 лет маме, выставка в Эрмитаже. Папа занимался Сибирью, мама - античностью. И еще бабушке сто лет, она у меня была преподаватель классического танца. Соответственно я закончил кафедру археологии. В экспедициях был лет с десяти. Первый раз в Арктике, потом в Сибири.

Рок-н-ролл так пластично влился в мою жизнь во многом благодаря балету. Когда пластинки появились в шестидесятые годы, то бабушкины ученики привозили оттуда битлов и так далее. А она все не понимала: что это они мне везут шум и грохот? Так получилось, что я ходил на сейшны туда-сюда, послушал "живьем" англоязычную музыку. На официозе у нас возникли ПОЮЩИЕ ГИТАРЫ. Потом в семидесятые в Питере появился Рикошет, который запел на русском языке. Я с ним учился вместе на истфаке. Он же и спортсмен, кроме всего прочего, у него сейчас 77-я позиция в мире по прыжкам в высоту.

Во второй половине семидесятых я по распределению попал в Петропавловскую крепость. Сначала экскурсоводом, потом в разных должностях там был... научным сотрудником. Принимал участие в организации подпольных концертов МАШИНЫ ВРЕМЕНИ в 74 году. Происходило это достаточно смешно. Денег особых, естественно, на этом никто не заработал. Договаривались заранее о дне, все это маскировалось под какой-нибудь пионерский вечер, делались какие-нибудь левые билеты, разрезанные. И нужно было собрать человек двести, чтобы окупить расходы музыкантов, оплатить дорогу, покормить. Делался план, и на это нужно было где-то около тысячи рублей, по тем временам деньги немалые. Это, наверное, больше, чем тысяча долларов сейчас. И половина билетов частенько висела на мне. Какие-то деньги там, конечно, крутились, я получал копеек пятьдесят с билета и тут же радостно пропивал это с музыкантами. Все делал за идею, в общем. "Вязали" концерты очень часто, каждый третий примерно. Приезжали автобусы, забирали всех. Стукачи были, естественно. И когда приводили людей в участок, спрашивали, у кого ты брал билет, то до меня органы ни разу не дошли. "Купил у входа у незнакомого лица за три рубля", "Купил в "Cайгоне" у незнакомого лица". Достаточно часто, каждый третий, четвертый сейшн вязался.

Тогда же я познакомился с аквариумовской тусовкой. С Борькой мы познакомились достаточно смешно. Он был десятиклассником, а я учился на втором курсе университета. Он уже тогда писал песни. А познакомил нас Андрюшка Урбант, их мамы дружили. Андрюшке было 14 лет, а мне 20. Западную музыку Борька знает очень хорошо, он и в школе выигрывал какие-то конкурсы типа "Кто лучше знает БИТЛЗ".

С Майком мы же познакомились в году 77-78-м. У них была ВОКАЛЬНО-ИНСТРУМЕНТАЛЬНАЯ ГРУППИРОВКА ИМЕНИ ЧАКА БЕРРИ. Там участвовал Гребенщиков, Майк, Женя Губерман, не помню кто еще. Кто-то приходил, кто-то уходил, играли стандарты рок-н-ролльные, веселились от души. Потом как-то получилось, я на пару лет отъехал от этого всего. А в 81 году образовался рок-клуб. МАШИНА тогда получила официальный статус, и у нас альтернативы не было никакой. Был только Юра Ильченко, гениальный музыкант, который одно время играл в МАШИНЕ. Это был их лучший период. Но Макаревич в своей книжке написал, что, видимо, за 8 месяцев они сыграли все, что хотели, - песни его и Юркины. Последний концерт был в ДК Свердлова, тогда Юрка сыграл шикарно совершенно. Первое отделение был АКВАРИУМ, и МАШИНА потом всех убила. Юрка тогда впервые спел блюз "Когда мне одиноко", первый блюз на русском языке. Ну, нормальный гений. До МАШИНЫ он играл в МИФАХ.

Потом в Тбилиси был знаменитый фестиваль молодежной музыки. МАГНЭТИК БЕНД и МАШИНА взяли тогда первые места. А Борьку за два дня выгнали из комсомола. Они там спели песню "Кусок жизни" и такого панка дали на сцене... Меры, конечно, были приняты. В 78 году он записал альбом вместе с Майком, на лужайке возле Смольного. Была такая идея записывать на природе. Записывали на магнитофон типа "Маяк". Позже появился Тропилло, и Борька "уехал в звукозапись".

В рок-клубе разные сложности были - комсомол мешал, КГБ помогало. Непонятно, что происходило... А жена моя работает в консерватории начальником гримерного цеха, и там как бы работали монтировщиками сцены ряд рок-музыкантов: Дюша Романов, Жорж Гуницкий (он придумал название АКВАРИУМ, первый барабанщик коллектива и автор ряда текстов, из "Треугольника", например). Потом начались фестивали в рок-клубе, начались первые официальные концерты, но денег никому получать было нельзя, поскольку группы считались любительскими. С группами расплачивались, грубо говоря, контрамарками. Все знали, что будет концерт, зал был на тысячу, приходило три. Какие-то деньги там крутились. Из крутых были АКВАРИУМ, ЗООПАРК, чуть попозже КИНО, еще позже АЛИСА, после 85 года, когда Кинчев приехал из Москвы. Вообще на любой концерт в рок-клубе был ажиотаж. Сейчас у них проблемы, работали с нарушениями, естественно, плюс проблемы с деньгами. Я разговаривал с Колей Михайловым, пока, в общем, хорошего мало. Но место культовое, жалко просто... Но вот все знали, что там крутятся какие-то мелкие деньги, но комитет, как ни странно, это прикрывал. Все мы тогда сторожами или дворниками работали, Майк работал сторожем, Борька работал сторожем, Сева Гаккель работал сторожем. А Дюша Романов был у них начальником - главным сторожем, обеспечивал работой своих друзей-музыкантов. Причем было все очень весело: приходили в эту сторожку, пели песни, пили сухенькое. Сотрудники не понимали, чего это охрана поет и поет, поет и поет. Я частенько бывал у Майка на работе. Вот сидим так, пьем вино. А они должны были тогда в Москву поехать, подпольный концерт. Но тогда уже были официальные командировки, дорогу оплачивал профсоюз или еще кто-нибудь плюс гостиница и суточные. Устроители как-то крутились в Москве, подпольные менеджеры. Концерт ЗООПАРКА стоил, кажется, 350 рублей. Раз в месяц пять человек получали по 70 рублей плюс зарплата сторожа. У Майка еще "квартирник" мог быть за "соточку", который тоже мог слететь. Какой-то менеджмент вот такого свойства осуществлялся. Я тогда работал в Эрмитаже, уже перевелся из Петропавловки, занимался археологией...

Вот мы так сидим, беседуем с ним о том, о сем. (А человек он был невероятно интересный, интеллигентный, разговаривать с ним доставляло массу удовольствия. Мы любили кроссворды разгадывать. Прикалывались друг с друга постоянно. Я выписывал "Смену", а он "Вечерку". Он приходил, а я к нему со своими старыми "недобитыми" "Сменами", спрашивал, у меня буквально по нескольку слов оставалось. И он прикалывался: ну, как же ты этого не знаешь, а еще интеллигентный человек. Он был большой специалист по самолетам, собирал модели, знал имена всех конструкторов. Тут с ним бесполезно было состязаться). И тут звонок телефонный, звонит комитетчик, который рок-клуб курирует. Майк переменился в лице, положил трубку. Говорит: группа еще не знает, что мы собираемся поехать, знаю только я и в Москве два человека. А комитетчик ему сказал: "Что, в Москву собираетесь, Михаил Васильевич? В общем, мы вам не советуем". То есть комитет знает, что концерт будет "свинчен" ментами, а это минус куратору от КГБ, если группа, которую он курирует, так "попадет". Майк, естественно, тут же звонит в Москву и все отменяет. Так что вот такие странные вещи происходили: комитет помогал, а комсомол мешал. Комитетчики думали, что вот они все сейчас в одном месте соберутся, по подвалам играть перестанут. Ну, раз в месяц пусть поиграют. А "птенчик", он как крылышки расправил, как дал по советской власти - обратно уже было не скрутить.

...Тогда я из Эрмитажа уволился по многим причинам. Майк мне предложил заняться менеджерством. Я тогда еще в Молдавию уезжал на полгода, у меня там друг, однокурсник, доктор наук, начальник. Когда война в Приднестровье началась, я был так поражен. Самая мирная республика была... В 87 году все и всех разрешили. АКВАРИУМ первым прорвался. Боря, чтобы его за тунеядство не прихватывали, вступил в профсоюз драматургов. Он получил такую ксиву, что он творческий человек. И вот всем разрешили из сторожей стать артистами, грубо говоря. Помню, еще какую-то ставку дали, 12 рублей 50 копеек. А у "машинистов" было 13.50. Потом гастроли начались, покатались хорошо, от Калининграда до Мурманска, от Петропавловска до Шевченко в Казахстане...

Незадолго до смерти Майка мы, правда, разошлись с ним. Должен выйти скоро альбом "Неизданные песни Майка". Но, к сожалению, кое-что утеряно...



обсудить статью

© Музыкальная газета :: home page

статьи