статьи



Ка Слука & Ковалев
Корни и крона

Насколько интересно устроен мир! Смотришь, к примеру,на айсберг — видишь огромную глыбу льда, но знаешь, что под водой скрываетсянечто гораздо большее, и одновременно понимаешь, что все — и под и надводой — неразрывные части одного целого. Или глядишь на самое обыкновенноедерево. Узловатые корни прячутся в холодной земле, а пушистая крона тянетсянавстречу солнышку. И опять же — ни корням, ни кроне друг без друга непрожить, они такие разные, но у них все настолько общее! Прикольно, неправда ли? А ведь на деревце еще и фрукты могут появиться...
Чего это я про природу–матушку? Да так, по сходству явлений.Кто не знает шоумена, певца и телеведущего БТ Кирилла Слуку (К)? А у него,оказывается, есть "вторая половина" — друг и соратник СергейКовалев (С). Причем эта половинка и является в дуэте корнями, фундаментом,менее заметной и более основательной частью. Позже вы увидите — почему.(Кстати, у обоих инициалы совпадают: СК — КС. Это ли не доказательствоих "единства и борьбы противоположностей"? Диалектика, товарищи,сплошная диалектика.) А тут еще и альбомчик у дуэта Ка СЛУКА & КОВАЛЕВподоспел. "На потом" называется, Vigma Records выпустила. Нукак же с ними было не побеседовать?! Тем паче что Слука мне ящик пива должен...

С: Ну давай — про мальчика, про трамвай...

К: Не понял...

С: Ну как же! Ты ехал на трамвае N№3, вышел, на остановкевстретил меня и сказал: "Дядя, я хочу петь". Я сказал: "Пойдем,мальчик". Так родилась песня "Трамвай". (Взрыв хохота. Вцелях успокоения долго булькает пиво и звякают ложечки в чашках кофе.)

К: Если серьезно, то нас познакомил ведущий телепрограммы"Акколада" Толя Вечер. Он как–то позвал меня на радио (он менявсе время куда–то с собой таскает) и пообещал познакомить с композиторомКовалевым. А я же тогда уже мальчик "звездный" был, я уже песню"Битва с дождем" записал у Сергея Сухомлина в Каменце...

— А что, неплохая была вещица, ты ее еще и по телику пел,кажется. Но погоди, что до этого было?

С: Во–во, ты расскажи, что родился в Минске, в Серебрянке,прямо на водохранилище...

К: Не скажу, потому что точно этого не помню. (Еще однасмех–пауза). Петь я начал в школе...

— (перебиваю) По знакам года и месяца ты кто?

К: Рак в год Кота. Мне 22.

С: Ой, я Тигр, а эти знаки считаются максимально несовместимыми.Представляешь?

— Так все совершенно закономерно! Помните, Пола Абдулспела песенку "Opposites Attract" — "Противоположности притягиваются"?Клип еще был замечательный, с мультяшным котом. Если б вы были одинаковыми,вам бы друг с другом было та–ак скучно...

К: ...ну так вот я запел. Вообще–то сначала я танцевал,это мама меня приучила петь и вообще к сцене, так что сперва было довольнотрудно. 10 лет отбомбил в народном ансамбле ЛЯНОК. А тогда как раз былаволна ЛАСКОВОГО МАЯ, и мы в школе ь 2 сделали группу. Я по объявлению вгазете узнал, что требуется вокалист и автор песен. А я тогда был оч–ченькрутым автором. (Ковалев хихикает.) Ребята послушали и сказали, что, мол,слабовато, но ничего, они меня научат. Правда, они сами играли одним пальцем...Назвали группу ИЮЛЬСКАЯ НОЧЬ и сразу записали альбом, который разошелсяпо Серебрянке тиражом в экземпляров эдак 60, и до сих пор можно услышатьнетрезвые крики. Потом мы решили сменить направление и заиграли тяжелуюмузыку под названием КЛЮЧ НА 36. Группа просуществовала две недели. А потоммы с клавишником из этих составов засели дома и стали каждый день записыватьпо альбому на бобиннике "Маяк". Каждый день по альбому! Я клацална гитаре, а у него была "Ямаха ПСС–580". Или 680, не помню.С песней "Классика дворов" я пришел тогда на фестиваль "Тэлебом"на БТ и как–то автоматически стал ведущим программы "Дах для сiх"— дискотеки "Тэлебома". Это было 4 года назад.

— А музыкальное образование у тебя есть?

К: Пять лет я рыпал на баяне. Наш учитель пения открылкласс баяна. "Перепелочка" у меня неплохо выходила...

С: Если честно, то, когда Вечер Кирилла в первый раз привели сказал, что вот это Слука, то я подумал, что он полный колхозник. В бобруйскойкуртке, в кроличьей шапке... Но он оказался очень хитрым — две недели доставалменя своими песнями. Чуть где гитара подвернется — хвать ее и поет. А якак–то увидел по телику "Битву с дождем" и понял, что из этогопацана может получиться "звезда".

К: Да брось ты! Макс, кому ты веришь?! Я как только "Битву..."Сереге показал, так он меня две недели упрашивал начать работать вместе.Пообещал, что будет тянуться до моего уровня...

(Драка не началась только потому, что у всех были занятыруки.)

— Сергей, твоя судьба, надо понимать, сложилась совсемнаоборот? Ты врач, значит — с высшим образованием, ну и так далее...

С: Я закончил музыкальную школу в городском поселке Плещеницы,но у меня была прекрасная учительница Нелли Ивановна Колоскова. Ее владениеаккордеоном потрясало, от коронного номера "Карнавал в Венеции"все просто с ума сходили. Она привила мне любовь к аккордеону, это до сихпор мой любимый инструмент.

— И сам ты, конечно, играешь неплохо?

С: Теперь уже нет, перестал заниматься. Инструмент где–тоу родителей лежит.

— Ты не минчанин?

С: Я родился в Логойске, лет 10 прожил в Плещеницах, ав Минск мы с родителями–врачами переехали году в 75–м. Гитару в руки явзял классе в девятом. Еще в школе у меня возникла тяга к, как бы сказать,мультиинструментализму. Прямо в музыкалке я научился играть на домре, балалайке,бас–балалайке... Рядом другие инструменты лежали, я хватал трубу... Позженемножко научился играть на саксофоне — мне все было интересно. А когдая впервые познакомился с сэмплерными штучками, то понял, что именно этомне и было нужно. Я просто очень люблю работать один, ну, максимум вдвоем.Сам за все отвечаешь. Характер, что ли, у меня такой?..

— На каком инструменте ты не умеешь играть? На барабанах?

С: Нет, почему? Я столько танцев отстучал, что ой–ей–ей!На виброфоне ни разу не играл. А голубая мечта — попробовать терменвокс.Так вот, наша рок–музыка — это тебе всякий, кому под сорок, скажет — начиналасьс танцплощадок. Была группа ЛИФТ с Любимским, была СТУДИЯ 7, которую возглавлялиСтепанов и Ворошкевич (нынешний лидер КРАМЫ), и в мединституте были мы,наш состав. Когда я туда пришел, оттуда как раз Солодуха уходил. ВАГАНТАМИназывались, РЕФЛЕКСАМИ, потом стали ПУЛЬСОМ. Все 7 лет я там пробыл...А когда по распределению попал в Могилев, где аппаратуры не было напрочь,то собрал трех медсестер и сделал вокальный квартет ПАРИ. Сейчас в этотрудно поверить, но мы были настоящей гордостью могилевской филармонии.За 4 года отъездили на фестивалей, наверно, 40, и за границу тоже; частобыли единственными представителями от республики. С Олегом Елисеенковымездили, тогда еще никому не известным. Потом, уже приехав в Минск, я познакомилсяс музыкантами СУЗОР’Я и довольно долго с ними протусовался. С Аркашей Юшинымзаписали акустический альбом — "Не согретая солнцем", с братьямиКозловскими играли, с Ваней Марковым. На бардовские фестивали в свое времяотъездил очень много, опыта набирался, но теперь однозначно считаю, чтозаниматься авторской песней всю жизнь — чистейший идиотизм, а сборища такихвот бардов — праздник уродов.

— Тогда почему сегодня фамилия Ковалев не стоит в одномряду с фамилиями Ярмоленко, Тихонович и т.д.?

С: А я же никогда не бросал работу! Всегда музыка былачем–то параллельным, в первую очередь я лечил людей. Больше того, из–замузыки в Могилеве начались проблемы с работой. Нам предлагали перейти вобластную филармонию, но это было на полставки, то есть днем мы в клинике,а вечером или по выходным едем давать концерты. А когда случились, например,двухнедельные гастроли в Ленинград, то мой трудовой коллектив уже "возбухнул".Так что в Минске я распродал все инструменты...

— Это называется "повесил гитару на гвоздь"...

С: ...Да, и решил, что "никогда больше"! Женилсяво второй раз, развелся, женился в третий — короче, занялся личной жизнью.Но, как видишь, не удержался. Сидел на кухне, песни писал... Чтобы не забыватьматериал, записывал на обычный бытовой магнитофон.

О, кстати, прикол по этому поводу! Когда набралось песенна альбом, я сам растиражировал программу, и мой друг таксист весь тиражпродал! Он ездил по городу и все время крутил эту кассету. А если пассажирспрашивал, мол, что за музыка, то он предлагал копию. Приезжает вечером,10 штук берет и за пару ночей все сплавляет!

— У тебя есть дети?

С: Сын Антон, 13 лет. У пацана уже абсолютный слух. Яему микрофон подарил.

— Как строятся отношения в дуэте Ка СЛУКА & КОВАЛЕВ?

К: Я по малолетству пытаюсь диктовать условия. Прихожутакой крутой, мне кажется, что я все знаю лучше, начинаю Сергею и ВасеРомановскому, директору нашему, рассказывать... А они сидят, слушают, кивают,а потом делают все по–своему. И конечный результат, как видишь, оказываетсянормальным. К примеру, в аранжировки Сергея я уже просто не имею правалезть. Я просто ограничиваюсь впечатлением — нравится это мне или нет.Зато за мной остается сцена: Ковалев ленится, со студии его вытащить трудно,да и времени ему не хватает. Поэтому я работаю на сцене, а он изредка приходитна тусовки. И считается, что, если Ковалев пришел на тусовку, она тогостоит.

— И все же отчего вы, такие разные, вместе?

С: Мы смотрим на мир совершенно разными глазами. Главноебыло найти тот здоровый общий стержень. Это не просто настроение или чувствостиля, это многогранное понятие трудно описать. Мы оба стали притиратьсядруг к другу — это потребовало усилий. Когда я первый раз увидел текстыКирилла, подумал, что это вообще чушь полная. Мне потребовалось усилие,чтобы "въехать". Вот, наверно, поэтому мы вместе, в резонансе.Если нас разделить, ничего не получится.

К: Мы отталкиваемся от эмоций. Следим, конечно, чтобывсе было тщательно сыграно, но не это главное. Садимся работать, и есличерез 20 минут песня не готова (вчерне, конечно, шлифуем потом), то откладываемее. Хит нельзя просчитать. Очень здорово, когда все получается "нараз".

С: Да, если "зацепит", то вещь может получитьсяс одного раза. А бывает, что где–то на середине остановимся и дальше нив какую. Не поверишь, но иногда я заставляю Кирилла писать тексты прямовозле микрофона.

К: Да, Серега как более старший, более въедливый и педантичныйсмотрит на многое более трезво, без романтики, что ли. Я пишу 4 песни вдень, Ковалев — одну в год...

С: ...Но зато это будет до конца выверенная вещь. Хотяне спорю, текст у нее наверняка получится тяжеловесным. А у Кирилла, знаешь,случается щенячий восторг, он придумает фразочку и начинает вокруг нееварианты накручивать. Хоть конкурс устраивай по скоростному стихосложению.Ты посмотри на обложку нашего альбома, на плакат: чего ради Кирилл в небосмотрит? Потому что он по жизни такой, весь где–то не здесь, где–то "там".Не получится использовать опыт — найдет лазейку в талантах. Я не говорю,что это плохо, — просто я так не умею.

— По аналогии с хит–парадом как выглядит "быт–парад"дуэта?

К: Я люблю свою работу на БТ, но не как процесс, а какместо. То есть я прихожу в кабинет и могу сидеть там по 12 часов. Делапостоянно находятся, так что я сижу не сложа руки, но просто сам факт моегонахождения на работе мне очень нравится. Что до разговоров о телевизионно–эстрадноймафии — по–моему, это бред. Приходи и делай, если у тебя есть идеи. Разумеется,если ты сделал одну толковую песню и с ней лезешь во все дырки, то к тебестанут относиться с подозрением. Но если ты принес альбом или пакет предложений— твори! Я никогда не сталкивался с препонами на пути творческих людей.

С: На первом месте — девки, на втором — девки, на третьем— тоже. Точнее, одна, моя любимая. А за 12–дневный отпуск я обычно прочитываю40–50 книг.

— У вас есть девиз?

— Мы играем три аккорда, но свои!

— И о планах.

— Больше музыки, выпуск компакт–диска и организация концерта,который повторит драматургию альбома и с которого человек уйдет, потанцевав,отдохнув и получив определенный эмоциональный заряд.



обсудить статью

© Музыкальная газета :: home page

статьи