статьи



Degrade
Активные сторонники прогресса

А помните ли вы, многоуважаемые поклонники тяжелогорока, 1992 год и появление на свет божий минской команды АУТОДАФЕ? Не помните?Ну вы даете... Хотя, возможно, это название не всплывает в вашей памяти,так как сейчас группа называется DEGRADE. Нынешний ее состав следующий:Дмитрий Ошмянский (вокал, гитара), Игорь Кешишьян( бас), Алексей Волков( ударные), Николай Волков ( гитара).

— Означает ли смена названия то, что вы начали потихонькудеградировать и в умах, и в творчестве?

Дима: — Наоборот, своим теперешним названием и своей музыкоймы как бы хотим выразить свой протест против деградации. В нашей странеи так уже значительная часть населения деградирует, и это страшно... Нашагруппа ни в коей мере не стремится к деградации, а скорее даже заметнопрогрессирует в своем развитии.

— Не секрет, что многие наши команды откровенно "снимают"у западных то отдельные темы, то целые композиции. Как у вас с этим обстоятдела?

Д: — Рок–н–роллу очень много лет, и, конечно, все то,что слушается, налагает определенный отпечаток на творчество. Но это незначит, что мы открыто подражаем каким–то западным группам, копируем ихмузыку...

Игорь: — Вообще это трудно самим оценить. Нужен взглядсо стороны. У нас есть общая идея, в которую каждый привносит нечто свое.А это — самое главное.

Д: — Да, внести свою лепту...

— Я помню вашу старую "точку" — мрачное местов микрорайоне Шабаны, которое, очевидно, тоже налагало определенный отпечатокна ваше творчество... Кстати, где вы сейчас обитаете?

Д: — Еще будучи на контракте с небезызвестным Игорем Шостаком,мы познакомились с очень хорошими ребятами из группы TRANSSEPTOR, которыеиграют музыку а–ля МОРАЛЬНЫЙ КОДЕКС. Вот с ними мы сейчас и делим времяв одном помещении.

— Вы первоначально играли thrash, затем — якобы прогрессивныйmetal. Мне интересно, что вы вкладываете в это понятие, потому что, в общем–то,разные люди дают совершенно разные определения...

Д: — Все очень просто: я хочу прогрессировать. То, чтоя играю, — форма стремления к прогрессу. Мне хочется внести свой вкладв развитие рок– культуры посредством своей музыки.

— Почему бы в таком случае не петь на русском языке? Ведьанглоязычность — все–таки несколько чуждое нам явление.

И: — Рок–н–ролл — это американская культура. То же самое,к примеру, русский балет: он считается лучшим в мире и признается за классическоеискусство. Поэтому все, что мы делаем в музыке, подчинено определеннымтрадициям и обычаям. Можно, конечно, от них отказаться, но стоит ли — вотв чем вопрос. Почему ,скажем, шведские группы поют на английском , а нена шведском? Они просто хотят быть частью этой культуры.

— Чем, по–вашему, должен обладать музыкант, чтобы пробитьсяв мировые или хотя бы европейские чарты?

И: — Небольшим профессионализмом.

Д: — Нет, чтобы считать себя полноценным музыкантом, нужнообладать хорошим техническим потенциалом. Не умеючи "чесать швайку"как надо, будешь только делать кашу в "панораме" — это я официальнозаявляю.

И: — Необходимо иметь собственную концепцию подхода кмузыке, свою музыкальную идею. Очень важно продумать свое творчество ипреподнести его людям так, чтобы оно им понравилось. Не с коммерческойточки зрения, а со своей, оригинальной.

— Образно выражаясь, могли бы вы сравнить музыку с некимвирусом, подхватив который однажды уже невозможно вылечиться ?

И: — Наверное, все музыканты, которые долго играют, подверженыэтому. Если человек занимается музыкой, значит, это ему нравится, это вего душе, он болен этим.

Николай: — Это профессиональная болезнь музыканта. Особеннов нашей стране, где нет условий для нормальной работы, он неизлечим. И,наверное, это прекрасно...



обсудить статью

© Музыкальная газета :: home page

статьи