статья

«День рожденья Ричи Блэкмора»
26 лет истории

Более чем четверть века истории одного фестиваля – шутка ли? За это время многие группы из его участниц успели развалиться, перевоплотиться, разбежаться и создать новые или вовсе эмигрировать в Арабские Эмираты, а фестиваль как был, так есть, и фанаты DEEP PURPLE до сих пор трепещут перед «королем хард-роковой гитары». Начало этому фестивальному марафону положило спонтанное отмечание дня рождения Ричи Блэкмора на квартире у Владимира Зайченко – нынешнего президента Минского рок-клуба. И прежде чем организовать первое неформальное рок-объединение в Минский рок-клуб и перейти к показательному фестивальному празднованию дня рождения Ричи Блэкмора и академическому исполнению каверов на старое-любимое, минские фанаты DEEP PURPLE перемещались из кафе «Сузор’е» в ложи «Б» (от Блэкмор) на стадион «Динамо»…

В этом году «Ричи Блэкмор фестиваль» пройдет в двадцать шестой раз – и вот уже двадцать шестой раз организовывает его Владимир Зайченко. Кстати, рекорды и большие цифры преследуют его не только в общественной деятельности, но и в личном творчестве…

– Для начала скажите, с чем связана дата фестиваля в этом году – 30 мая? Ведь Ричи Блэкмор родился 14 апреля!
– Конечно, Блэкмор родился 14 апреля, но дата связана только с тем, что именно 30-го наш главный гость, гитарист Дмитрий Четвергов, сможет приехать в Минск. Четвергов – достаточно известный гитарист, который успел переиграть в куче мест, даже у Алсу – это гитарист широкого профиля, играет и блюзы, и хард-рок, и попсу. Он приедет не один, мы договорились, что он приедет с группой. На самом деле, мне не очень приятно, что отпраздновать день рожденья Ричи Блэкмора у Минского рок-клуба получается не вовремя, но ничего не поделаешь, если хэдлайнером в этом году мы захотели видеть Четвергова. А так, обычно мы устраивали фестиваль плюс-минус пару дней, ровно с 14-м, кажется, за всю историю фестиваля раза два совпадало.

– Вообще-то я и не подозревала, что этот фестиваль проходит уже 26 лет подряд…
– Если вспомнить, то поначалу это был не совсем чтобы большой фестиваль – первые лет восемь мы устраивали дискотеки. Ты пойми, ведь начиналось это где-то в 81-м году, тогда никаких групп не было, да и рок-клуб появился позже, в 85-м или 86-м. Поэтому первые годы я делал просто дискотеки, посвященные дню рождения – мы смотрели слайды, когда они были, слушали музыку DEEP PURPLE. Затем появился знаменитый фильм, где Блэкмор поджигает аппаратуру и крошит гитары – мы смотрели его с открытым ртом. А уже в 86-м году существовала группа ТОРНАДО – тогда они предложили, зачем же слушать запись, если мы сами сыграем? С этого момента, собственно, все и началось – в маленький зал на восемьдесят человек набилось больше сотни, и все остались довольны. И сейчас я могу сказать, что на всем бывшем СССР нигде больше такого фестиваля нет – я имею в виду его долгую историю и то, что мы не прерывались ни на один год. Уж насколько долго мы еще сможем продержаться – этого я не знаю, но, с другой стороны, сейчас такой момент, когда повылезали наружу многие старые группы и прыгают на сцене – люди от этого по-прежнему тащатся. Поэтому и для нашего фестиваля это достаточно благоприятный момент.

– А не скучно самим группам играть сплошь каверы, причем даже без каких-то творческих интерпретаций? И на этом фестивале будет только музыка DEEP PURPLE?
– Конечно, только DEEP PURPLE, а иначе, в чем тогда смысл фестиваля, если люди придут и будут слушать, условно, Алену Апину. Как бы сами по себе группы не были хороши, я не думаю, что их песни в рамках фестиваля были бы кому-то интересны. Единственное, чтобы до конца быть честным, я иногда даю возможность сделать пару своих вещей, если кто-то приезжает издалека. К нам приезжали команды из разных регионов Беларуси – Гомель, Витебск, Орша, Белыничи. Как правило, они и сами просят сыграть пару вещей, чтоб минская публика знала, кто они. Но эта музыка, естественно, не вырывается из общей стилистической концепции. Но не больше двух-трех композиций.

– А как реагирует публика? Вообще, у меня есть подозрения, что это неменяющийся состав зрителей…
– Публика у нас практически одного возраста – особо старых людей нет, но и молодых я не замечал. То есть нельзя сказать, что это публика еще того времени, тех годов, когда были DEEP PURPLE. Хотя и приходят люди, подходящие под эту категорию. Но я действительно вижу знакомые лица, которые из года в год приходят на этот фестиваль. Вообще, фестиваль в КЗ «Минск» – это на сей раз достаточно рисковый эксперимент. Раньше основным местом для фестиваля был клуб «Аквариум», который вмещает человек двести-двести пятьдесят. Сейчас, не знаю, насколько заполненным окажется зал, но более выгодным положение делает то, что в КЗ есть как минимум пиво – ведь на таком фестивале его обязательно захочется.

– Насколько я помню, вы и сами занимались тем, что сочиняли свою музыку и даже издавали диски. И сейчас продолжаете?
– Могу подарить диск, когда встретимся в следующий раз. Я и сейчас продолжаю писать и надеюсь, что из года в год что-то получается лучше. Другой вопрос, конечно, куда все это пристраивать. У меня есть несколько человек, которые меня периодически приглашают на радио, и три-четыре песни находятся в ротации. В то же время – это неформатная для радио музыка, считается, что уже никому не нужен ни блюз, ни хард-рок. Выходит, что, даже если писать ну очень талантливые композиции в этом направлении, это вряд ли кому-то будет нужно. Та же МАДЕРА ХАРД БЛЮЗ – хорошая, а местами и коммерческая музыка в блюзовом стиле – выпустили они пластинку, и я ни разу не слышал, чтобы по радио их крутили. Но свой диск я тебе все же подарю – это уже будет, чтоб не соврать, конечно, смешная цифра, девяносто четвертый альбом. Я понимаю, это всегда вызывает удивление, но только первоначально. Если разъяснять, что это у меня идет еще с восьмого класса, то удивление постепенно начинает проходить – это два-три альбома в год. Сейчас, конечно, не столько. Идей в голове действительно достаточно много бродит, и нужно их куда-то реализовывать. А главное – у меня есть своя студия, и я могу писаться в любой удобный для меня момент. Я не пишусь через компьютер, считаю, что это все же мертвая музыка. У меня нормальна цифровая восьмидорожечная студия Roland, вот на ней я и работаю совершенно независимо.



Елена СКОРОБОГАТОВА

© 2007 Музыкальная газета