статья


Re1ikt
... И ничего кроме музыки

С серьёзным подходом к данной цели можно добиться многого в любое время, в любом месте. Главное – накопить достаточное количество терпения и выдержки молодым, талантливым сердцам – и вперед без оглядки и страха навстречу трепещущему ветру музыки, которая так и льется прямо из глубины человеческой души. В этой борьбе выживает сильнейший.
Вот к такой категории музыкантов относится группа Re1ikt. На мой взгляд, это заслуживает особого уважения. Хотя здесь мало слов – это надо услышать.
Состав группы: Шакин Вадим – гитара, вокал; Любичев Егор – гитара; Иванощук Денис – бас-гитара; Козлов Владимир (далее просто В.) – вокал; Демиденко Александр (С.) – ударные, перкуссии.

– Немного о себе, с чего началась любовь к музыке?

В. Всё началось с музыкальной школы. Там я проучился 9 лет, пытался поступать в музыкальное училище – ломка голоса не позволила. Но я всегда понимал, что это действительно моё. И если музыка должна быть в моей жизни – она будет.
С. Музыку я слушал всегда. Ещё когда в садик ходил… Родители уходили, а старший брат врубал разные записи, в основном Виктора Цоя. А я сидел возле шкафа и впитывал всё это. Может, с этого всё и началось? А потом, году в 96-97-м я поехал в пионерский лагерь и услышал NIRVANA. Она меня надолго зацепила, но это было немного ограничено, и я стал расширять свой музыкальный кругозор. И в 1999 году начал играть на бас-гитаре. В. А у меня всё с АГАТЫ КРИСТИ началось.

– Грандж – явление нехарактерное для Гомеля. Почему именно это направление?
В. Да гранджа уже и нет. Он ушёл вместе с тем временем. И хотя нам очень нравится эта музыка, как бы мы ни старались, наше творчество – это уже нечто другое.
С. На самом деле, здесь нельзя говорить ”почему?”, просто так получилось. Судьба такая, стечение обстоятельств. Разные факторы влияли, влияли и навлияли (смеётся). Мы начали делать то, что делаем сейчас. Вот и всё.
В. А грандж – потому что мы этому больше всего верим, потому что это правда, это здорово.

– А для кого стараетесь?
С. Первый человек – это Дима. Он единственный, кто понимает нашу музыку, так же, как и мы.
В. У меня есть свои ощущения, связанные с нашим творчеством. Я ищу того человека, который понял бы это, хоть немного. Почувствовал что-то похожее... Вот именно для "него" и стараюсь.
С. Скорее, просто для тех, кто захочет слушать. Если человек заинтересован в нашем творчестве, мы обязательно уделим ему внимание. Мы открыты в своём творчестве. Всё можем рассказать и объяснить. У нас нет секретов.
В. Серьёзно! Главное, чтобы человек этого захотел.

– А ведь о вас думают иначе, будто вы такие заносчивые.
В. Ой, да, это очень весело.
С. Чтобы всё понять, с нами просто нужно пообщаться.

– Расскажите о своём первом концерте нынешним составом.
С. Для меня ничего особенного не произошло. Концерт был в Могилёве. Было очень весело! Мы разукрасились: Денис был с красным лицом, джинсы заправлены в носки. Я был как блэкарь.
В. А мне очень понравилось. Когда мы вышли на сцену, на нас смотрели с полным непониманием происходящего. А мы начали колбаситься, и всё очень хорошо получилось.

– А почему в Гомеле так редко выступаете?
С. Потому что нас никто никуда не приглашает (смеётся). Будут приглашать – будем выступать.
В. Всё очень просто. Для организатора любой концерт – это в первую очередь прибыль. А для этого необходимо большое количество людей... Наша группа не входит в число "постоянных гостей сцены" из-за своей непопулярности или даже неактуальности.
С. Рассчитывается на то, как это понравится публике. А мы почти не известны.
В. Пока.

– Каким, на ваш взгляд, должен быть идеальный концерт?
С. Выступаем мы и какая-нибудь хорошая группа, желательно наши друзья. Хороший-хороший звук. А главное, чтобы мы сами получали огромное удовольствие от того, что происходит на сцене. Совсем не обязательно присутствие большого количества слушателей. Достаточно человек 50. Хотя и двух-трех человек хватило бы.
В. Конечно, хотелось, чтобы организатору всё окупилось. Удовольствие удовольствием, а концерт есть концерт.
С. Мы вообще очень выкладываемся на концертах. Настоящий драйв, пот течет и т.д. А потом мы останавливаемся, а в зале тишина. И мы сами себе начинаем хлопать. Это очень весело! Просто нас не понимают многие, но я точно знаю, что в зале найдется несколько человек, которые потом подойдут и скажут, что мы лучшие. Это очень приятно.
В. Такое происходит на каждом концерте.

– А что вы можете сказать о белорусских группах? Какие, на ваш взгляд, заслуживают внимания?
В. Ранний N.R.M. , точнее – первый альбом. Скорее всего, это связано с тем, что в то время они слушали ту же музыку, что и мы сейчас. С. Мне тоже очень нравится, как играл Павлов.
В. Но я уверен, что в Беларуси есть команды, которые очень хорошо играют. Просто нам ещё не довелось их услышать.
С. В Беларуси мне больше нравится, как играют металисты и панки. А гранджи в основном просто передирают NIRVANA.
В. Ну а мы просто пытаемся внести что-то новое и интересное.

– Ваши музыкальные пристрастия?
В. Не буду вдаваться в подробности, скажу просто – это рок-музыка 80-90-х годов. И не обязательно грандж, в то время было много хорошей качественной музыки.
С. Если кому-то интересно, пусть сам поинтересуется у нас.

– Скажем так, проходит N-ое количество времени… Вы добились успеха, у вас есть все, о чем вы мечтаете сейчас. Когда вы скажете «НЕТ» музыке? Когда остановитесь?
С. (смеются) Мы планируем, что Вова станет наркоманом и умрёт от передозировки, а я стану алкоголиком и тоже умру.
В. А если серьёзно, это очень большая проблема. Почти всегда получается так: живёт музыкант, творит, а потом раз и он очень рано и ярко уходит из жизни. Мгновенно он становится легендой. И наоборот. Здесь нельзя загадывать наперед, никогда не знаешь, что ждет тебя впереди.
С. Пока я об этом даже не думаю. Мне нравится это. Это та вода, которую я пью, воздух, которым дышу. Музыка – это моя кровь. Пока во мне есть творческий потенциал, я пишу тексты, стихи. Когда это всё закончится, когда я пойму, что начал сам себя повторять и больше ничего нового не могу придумать, вот тогда и остановлюсь. Просто буду играть для души.

– Вы вдвоём пишете тексты?
С. У нас есть несколько песен, которые мы действительно написали вместе, когда ехали в поезде. Но большинство песен пишу я, а Вова может их редактировать, и наоборот.
В. Но суть мы никогда не изменяем.
С. Я знаю, что Вова много пишет, просто он редко что-то показывает.
В. Да я просто не считаю их стоящими – это самооценка такая.

– А что вносят остальные участники?
С. Допустим, я принес текст на репетицию. Если все его одобрили, мы начинаем придумывать аранжировки, задаем песне настроение. Иногда происходят невероятные перевоплощения! И так может происходить с каждым из нас. Вадим, Денис, Егор, Вова, я можем принести какую-нибудь идею и постепенно, всем коллективом, добавлять что-то своё.
В. Каждый из нас вносит очень большой вклад.

– Как вы относитесь к критике?
С. Я хорошо отношусь к критике, если она объективная. Если человек не знает меня и критикует – это хорошо. Если этот человек плохо ко мне относится и критикует меня только из-за этого – это мне не нравится. Всё должно быть объективно. Похожая ситуация и с похвалой, хорошие слова от незнакомого человека воспринимаются мной лучше, чем слова друга.
В. Солидарен.

– Что для вас самое важное в творчестве?
В. Быть довольным собой, тем, что ты делаешь.
С. Важна гармония, динамика, экспрессия, настроение, образность особенно. Хочется, чтобы при прослушивании песни человек хотя бы приблизительно смог ощутить то, что чувствовал я.

– Как вы относитесь к «звёздной болезни»?
В. Если говорить о нас с Сашей, думаю, что такого не будет. В крайнем случае, всё закончится глубокой депрессией.
С. Ну а если случится, то будем принимать радикальные меры. Это ведь в первую очередь связано с самооценкой. У нас она объективная. – В какой аудитории вы чувствуете себя наиболее уютно?
С. В пустой (смеётся).
В. Я не знаю, мы ещё толком не выступали, чтобы понять это.
С. Да, но пока в пустой (смеётся).

– Есть ли у вас мечта?
С. Общая для нас всех – это новые выступления, новые идеи, новые записи… Хотелось бы, чтобы люди понимали нас по-своему и искренне. В. Успех, в каком-то своём значении.

– Готовы всю жизнь заниматься музыкой?
С. Это было бы лучше всего. Если бы это могло хотя б чуть-чуть материально обеспечивать, если б я мог себе замок купить где-нибудь в Ирландии или островок какой-нибудь (смеётся). Пока ничто другое меня так не цепляет. Ну а что будет потом – никто не знает. Может, я лавочкой стану или ещё чем? (смеётся)
В. Ответ очевиден.

– Почти в каждом тексте есть некое послание. В этом ведь и заключается вся суть, то есть музыкант должен вести своего слушателя в определённом направлении. Куда его ведете вы? Что пытаетесь донести?
В. Это очень большая проблема, ведь чтобы песня была успешной, её «суть» должна волновать многих людей. Во многих наших песнях звучат те «проблемы», которые волнуют только нас. Но осуждать нас за это всё же не стоит, мы только учимся, пытаемся, чтобы тексты были ярче и гармоничнее.
С. Абсолютно правильно. Песня – это твои переживания, твои эмоции, твои ощущения и переживания. Да и учить кого-то мы не собираемся. Мы ведь сами не идеальны.

– О чем вы думаете во время своего выступления?
С. В первую очередь просто хочется слиться с музыкой, уйти от реальности. Но так происходит только в идеале. А обычно, это что-то типа «Так, отъехала бас-бочка, там что-то не так стоит», и всё в этом роде. «Бытовуха», одним словом.
В. Всё так же, только в роли барабанных палочек и бас-бочки выступает примочка Вадима или ещё что-нибудь.

– Какие пять слов-ассоциаций, связанных с вашей группой, вы можете назвать?
С. Вова, Вадим, Денис, Егор и я. И ничего другого даже в голову не приходит.

– Ваши дальнейшие планы?
С. Сделать наш сайт, он уже почти готов, записать видео-ролик…
В. Сделать ремонт на точке, Саша! Это в первую очередь!
С. Ремонт тоже.
В. Очень хочется записать альбом и снять клип. Но пока это нереально из-за отсутствия денег. Ну и, конечно, продолжать выступать.
С. И выиграть в суперлото миллион! (смеются)



Алеся Sid

© 2007 музыкальная газета