статья


Partyzone
Дешифровка Вечных Истин В Новом Альбоме

Как-то незаметно и без всяких, с чувством и с ощущением реальности группа PARTYZONE возьми да и выпусти в свет новый альбом. Не без помощи BMAgroup, естественно. Хотели успеть к последнему Metal Action, что имел место быть в конце этого мая (на нем же, кстати, была и какая-никакая презентация). Да не получилось. Причем смешно не получилось: с выходом пластинки опоздали дня на два, не больше. И теперь официальным днем рождения альбома «Сьмерцi няма» принято считать... ну-у-у... где-то 27 мая. Евгений Циликов и Денис Вечерский взялись рассказать о том, через какие дебри пробирались на пути к новому диску, и поговорить про ухабы, периодически поджидающие белорусского рок-исполнителя по дороге к сладкому слову ПОПУЛЯРНОСТЬ (здесь было бы уместно вспомнить о том, что от сладкого часто появляется кариес. Отсюда вопрос: всегда ли и в каких количествах вам нужна эта глюкоза?). А теперь -- их ответы на мои вопросы.

-- Альбом называется «Сьмерцi няма». Одно это уже навевает настроение серьезности, что ли. А насколько вообще пластинка концептуальна? И концептуальна ли? Если, конечно, уместно бросаться столь высокопарными словами.

Евгений Циликов: Диск действительно получился концептуальным. Это вопросы и ответы. Вопросы, точнее -- сами понятия, вечные: добро и зло, жизнь и смерть, ад и рай… Через весь альбом протянута нить борьбы добра со злом, сосуществования света и тьмы. Но могу обнадежить потенциальных слушателей: все заканчивается оптимистично.

-- PARTYZONE через свои песни (или же с их помощью) борется со злом? Или «Сьмерцi няма» -- просто иллюстрация того, как это может либо могло бы осуществляться, -- эдакое учебное пособие?

Е.Ц.: Мы исходим из того, что все это извечные философские вопросы.
Денис Вечерский: На этом ведь и строится вся жизнь. Правда, иногда бывает очень сложно разобраться, что есть что на самом деле.
Е.Ц.: Помните, еще Маяковский писал: «…И спросила кроха, что такое хорошо и что такое плохо…»? Вот мы и пытаемся найти это «хорошо» и это «плохо». Только рассуждаем исключительно с точки зрения PARTYZONE.
Д.В.: И ни в коем случае никому и никогда не навязываем свое мнение.
Е.Ц.: Каждый человек ведь по-своему воспринимает эти истины. Точно также он поймет наши песни -- по-своему. Что покажется ему близким, то и будет трогать его душу.

-- А вы-то сами (для себя, то есть) разобрались в этом «истинно-ложно»? Кстати, а когда проходило сие разбирательство: в процессе работы над пластинкой, или диск является своеобразным итогом и передачей жизненного опыта?

Е.Ц.: Скорее всего, в процессе созидания этих песен все и происходило. Оно ведь как навеется, так и пишется.
Д.В.: Это с одной стороны. А с другой -- любое произведение искусства есть оценка того, что уже было когда-то, что успели пережить. Е.Ц.: Это состояние души человека в данный конкретный момент. На пластинке это даже как-то слишком глубинно получилось выразить. Сама по себе фраза «сьмерцi няма» -- не аксиома, а теорема. Потому что хочется верить в то, что ее (смерти) нет, но точно это неизвестно. Как говорится, еще никто и никогда «оттуда» не возвращался. Концепция напоминает буддистскую.

-- Мы поговорили о настроении альбома. Может, теперь получится набросать его примерную схему-скелет? Есть такая?

Е.Ц.: Все строится на контрастах. Как и сама жизнь. Диск тоже вышел контрастным. Если иметь ввиду структуру песен, то здесь все очень просто: куплет -- припев, вступление -- завершение… Но есть еще и некоторые различия непосредственно между песнями. Хотя общее настроение альбома угадывается сразу. Оно, правда, немного мрачноватое. Но это, видимо, влияние быта.

-- Хочу поинтересоваться относительно одной песни. А именно -- «Мае сэрца». Это дуэт с Русей. Она как-то высказывала мнение о том, что, возможно, совместная работа с ней вернет PARTYZONE то, что мы называем популярностью, и сделает вас более востребованными аудиторией. Хотелось бы теперь вас по этому поводу выслушать.

Е.Ц.: А она у нас когда-либо была -- популярность эта?
Д.В.: Хорошо, что у Руси есть такая самоуверенность. Она -- звезда и стремится высоко. За нее можно только порадоваться. Но мы сами даже не задумывались над возможностью стать за счет этого дуэта популярными.

-- И, тем не менее, непрогнозируемый вами эффект от песни есть: одно то, что она дважды занимала первое место в хит-параде «Тузiна гитоу» имеет вес и смысл. Оказывается, Руся несколько дальновиднее рассмотрела совместное творчество, и интерес к группе PARTYZONE стал более заметным. Не так ли?

Е.Ц.: Нам неинтересно само понятие популярности. Пусть три человека будут петь наши песни и воспринимать их как свои, а не как песни группы PARTYZONE. Это значит, что даже для троих человек тоже надо работать... А песня «Мае сэрца» просто выделяется из общего ряда. Она немного полегче. Да и текст написан не мной, а Аней Ефременко -- женой нашего ударника. Так как писала женщина, слова там гораздо мягче. Следовательно, и музыка должна быть такой же. Я бы выделил эту песню только по стилю. Она действительно получилась попсовенькой. Но по настроению она абсолютно точно вписывается в альбом.
Д.В.: Остальные же песни не совсем… не люблю я это слово!… форматны. То есть, я хочу сказать, что они вряд ли будут слушаться массовой аудиторией. «Мае сэрца», пожалуй, -- единственна композиция из альбома, которая может претендовать на что-то подобное.
Е.Ц.: Хотя если подробно разбирать тексты всех песен и этой в частности… каждый человек узнает и откроет для себя очень много интересного. Моя тетя недавно переписала слова всех композиций на отдельный листик. Почитала вдумчиво и потом сказала: «Женя, вас молодежь не поймет -- слишком серьезно пишете, приходится в слишком многое вникать». Иногда думаю о том, что в чем-то она права.
Д.В.: Поэтому-то «Мае сэрца» и имеет уже какой-то успех -- она сама по себе проще для восприятия.

-- А если коснуться именно рабочего момента… Как вам дуэтом-то работалось? Да еще с девушкой? Да еще, вроде как, и со звездой (как вы сами ее определили)? Что-нибудь подобное еще планируете в будущем?

Е.Ц.: Нынче дуэты вообще частое явление, особенно если смотреть в сторону российского рока. Но суть совсем же не в том, что мы фактически по моде пошли… Дело в том, что текст песни писала девушка (как я уже говорил). Она писала ОТ себя и ПРО себя. По этой причине Денису было несколько некомфортно петь. Зашла речь о том, что придется просить какую-нибудь вокалистку, чтобы та оказала помощь. Но если бы спела только девушка, то это был бы уже не совсем PARTYZONE. Проанализировав все это, мы и остановились на дуэтном исполнении. Сработались хорошо. Не скажу, что бы были какие-либо намеки на последующие дуэты с другими исполнителями. Но если вдруг что-нибудь подобное себя в скором времени проявит, не думаю, что мы будем против. Кстати, Руся пела еще и в “Роспачы”. Она тут выступает в качестве восточного вокалиста.
Д.В.: У нее там своя партия. Голос вместо инструмента. Можно сказать, соло.
Е.Ц.: Про эту песню можно много говорить. Она весьма неоднозначна. Но не думаю, что стоит подробно расписывать все композиции с альбома. Лучше, наверное, просто послушать пластинку.

-- Да, вернемся-ка к диску. Как долго детище готовилось, чтобы на свет божий явиться? Тяжко ли потуги дались? Или со свистом получилось?

Е.Ц.: “Сьмерцi няма” мы начали писать еще в мае прошлого года. Съездили тогда в Польшу, записали всякие барабаны и прочие инструменты... В начале зимы стали сводить. Мы, собственно, почему такими темпами небольшими двигались: очень уж хотелось добиться приличного звучания с точки зрения даже мирового уровня. Честно говоря, меня не совсем устраивает звук многих белорусских команд -- чересчур много “пластмассы” допускают наши звукорежиссеры. Как говорится, опыт не тот, да и возможности иные. Но даже в этих условиях и при совсем небольшом финансировании очень хотелось добиться качества.

-- И что показало на выходе? Добились таки? Али все равно не дотянули маленько?

Е.Ц.: Скажу то, что и всегда говорю в таких случаях: с творческой стороны мы реализовались полностью, а с технической -- нет предела совершенству. Конечно, можно было еще с полгодика просидеть, переписать все инструменты, перепеть все вокальные партии... Только оно того, на мой взгляд, не стоит. Если сегодня и сейчас все сыграли и спели именно так, как сыграли и спели, то это как раз и есть именно тот уровень, который являет собой группа PARTYZONE как таковая.

-- Вверну-ка я, пожалуй, на этом самом моменте вопросик про планы на будущее. Итак?

Е.Ц.: Самое ближайшее -- пятичасовой международный фестиваль тяжелой музыки Metal-Summer International с участием российских, украинских, болгарских и белорусских групп. Он пройдет 15 июля в «Реакторе». Как сказал один знакомый журналист: «У PARTYZONE будет очередная презентация». Так что вот, какие мы уникальные: презентуемся на каждом концерте. Возможно, потом поедем в Речицу.
Д.В.: Еще, наверное, скоро выпустим альбом каверов. У нас их уже порядком набралось.
Е.Ц.: Да, мы решили, что надо дать отдохнуть слушателям от песен группы и самому PARTYZONE от собственного же творчества. Каверов мы делали уже достаточно много и на разные концерты. Вот, теперь решили собрать их все в кучу, перезаписать и издать на одном диске.
Д.В.: Ну, придумаем еще парочку для массовости.

-- А что, на ваш взгляд, публикой сегодня кушается с бОльшим аппетитом: авторские композиции либо же переигранные хиты относительного (и не очень) прошлого?

Е.Ц.: Смотря, какой концерт, как все это преподнести и на какую песню ты делаешь кавер. Если мы, например, играем RAMMSTEIN Zone, то ее все моментально узнают и начинают подпевать. Не глядя даже на то, что мы сделали белорусский вариант текста. «Наш» Стинг пользуется меньшей популярностью...
Д.В.: Короче, самое главное -- правильно выбрать песню, если уж решил что-то переигрывать.
Е.Ц.: Естественно. Ведь на фестиваль, посвященный Оззи Осборну, люди пришли послушать как раз таки в основном его песни. Хотя и свои тогда точно также успешно покатили.
Д.В.: «Свои» начинают катить только тогда, когда ты сыграешь их на четырех-пяти концертах, мелькнешь с ними хотя бы пару раз в радиоэфирах, продашь определенное количество пластинок… Но нам уже многие подпевают. Это приятно.
Е.Ц.: В основном это люди, которые хоть как-то знакомы с творчеством группы: они покупали диски, скачивали отдельные песни через Интернет… А чего же можно хотеть, если композиции неизвестны по той причине, что их никто не слышал?

-- И что вы посоветуете делать музыкантам, желающим все-таки добиться мало-мальской узнаваемости и популярности (вот что ж это такое? Смотрите, опять на данную тему вышли)? Может использовать общемировую тактику производства музыкального продукта, именуемую «закос»? Выбираешь самую успешную группу в поле того стиля, который предпочитаешь, и дальше -- напролом: теми же ходами, аккордами да гармониями… Уж сколько подобных примеров известно истории мирового шоу-бизнеса…

Е.Ц.: Я сторонник того, чтобы всеми возможными способами избегать подобных движений. В свое время (после выхода альбома «Трэба рабiць») мы очень неосторожно и неосмотрительно позволили Витовту Мартыненко повесить на нас ярлык «белорусский RAMMSTEIN». До сих пор не можем от этого отойти. Хотя не было ничего похожего на RAMMSTEIN ни тогда, ни тем более, сейчас его нет.
Д.В.: У нас, видимо, просто нет групп, играющих такого рода crossover.
Е.Ц.: Ага. Мы устроим шоу, задействуем массу пиротехники, потом зальем все это водой… Вот тогда мы наконец действительно станем похожи на RAMMSTEIN! А другого пути я не вижу.

-- И что ж теперь делать-то? Как избавляться от данной печати на лбу?

Е.Ц.: Не знаю. Возможно, теперь это уже никак не смыть. А что ж хотеть, если даже на обложке первого альбома использована узнаваемая всеми символика и прямым текстом написано, что мы косим под этих немцев?! Но не мы же издатели. И диктовать им что-то мы не имели права. Это было их понятие о том, как можно лучше и быстрее продать товар. Но, по-моему, они значительно просчитались. Лично меня бы оттолкнула группа, которая кого-то вроде как переигрывает. Зачем покупать белорусский плагиат с оригинала?! Проще уж сам оригинал приобрести. Но еще раз повторю, что нашей вины в этой ситуации нет.

-- Хорошо. А сами вы, как слушатели-потребители, не как музыканты-творцы, а в качестве публики (ну, представьте себя на этом месте)… с кем бы сравнили PARTYZONE, если бы возникла необходимость?

Д.В.: Думаю, совсем неважно, на кого ты музыкально похож. Главное -- чтобы исполнитель был качественный. Но, конечно, хотелось бы, чтобы с нами сравнивали, а не нас…
Е.Ц.: Если говорить про музыку, то здесь очень много всего намешано. Вспоминается все, начиная с FAITH NO MORE и заканчивая… заканчивая… да тем же несчастным RAMMSTEIN, будь он неладен! Кстати, качество звука у них просто превосходное. До сих пор удивляюсь, как такой низкий вокал может пробить металическую «пачку»?! Но если хочешь звучать, как RAMMSTEIN, то и записываться надо не за шестьсот баксов, а за сто тысяч этих «зеленых».

-- Завершаю беседу. Напоследок скажите мне, пожалуйста, насколько сильно поменялся PARTYZONE в новом альбоме? Они ведь с предыдущим -- как небо и земля...

Е.Ц.: Мне кажется, если их сравнивать, то “Сьмерцi няма” -- значительный шаг вперед. У него совершенно другое настроение. В то время как в “Трэба рабiць” было много стеба. Мы очень надеемся на то, что люди, которые нас слушают, меняются вместе с нами, и тем, кому нравилась первая пластинка, также понравится и вторая, где мы открыто рассуждаем о “житии моем”... нет, нашем житии. Приходите 15-го июля в «Реактор» и все сами увидите.

Фото предоставлено группой



Ольга САМУСИК

© 2005 музыкальная газета