статья


Alles Mein
«Давайте Ловить Каждый Момент Полной Грудью!»

Однажды ясным весенним днем мы посетили апартаменты бессменного лидера и вокалиста группы ALLES MEIN -- отца Морфея. Первое, что бросилось нам в глаза -- огромных размеров двуспальный гроб. «Что это?» -- поинтересовались мы. «Это двуспальный гроб», -- ответил хозяин. Вдруг откуда не возьмись, выскочил ребенок с криками: «Папа, папа! Десять человек убило сто человек!». «Хорошо. Иди в свою комнату», -- мило улыбаясь, ответил Морфей. А тем временем мы уже рассматривали громадную коллекцию вкусных и недорогих вин, удачно разместившуюся в секции. Немного оклемавшись от увиденного, мы приступили к расспросам и допросам.

-- Сколько человек сейчас играет в группе?
Морфей: Сейчас нас шестеро -- отец Морфей (это я), Skvo (бэк-вокал), Blaze (гитара, бэк-вокал), Vlад (бас), Вам Пирь (solo/percussion-бас) и МаkSS (барабаны). Присутствие последнего в группе на сегодняшний день -- под вопросом. МаkSS, кроме АМ, работал еще в группе KILLING ROLL (проекте, который претворяет в жизнь Blaze). Видимо, столь плотный график оказался ему не по силам. Что ж, как говорится: «Бери ношу по себе, чтоб не падать при ходьбе». В общем, вполне возможно, что и АМ, и KR не будут сотрудничать с MakSS’ом.

-- Вы поете на русском. И все же, кому в голову пришло назвать команду по-немецки?
Морфей: ALLES MEIN в переводе с немецкого звучит как ВСЁ МОЁ. Мы так раньше и назывались. Пока звучание группы носило на себе отпечаток русского рока (как направления) этот вариант названия был приемлемым. В русском роке делается упор на семантику слова (т.е. во главу угла ставится смысловой текстовый план). Мы же идем по пути расширения границ восприятия. У нас важным является все: текст, музыка, сценическое действие. Название группы должно быть отражением тенденций, в ней господствующих. Когда говоришь ВСЁ МОЁ, то сразу начинаешь думать -- что «всё» и что «моё»? В результате же, путаешься в логических интерпретациях -- типичная ошибка западного сознания. ALLES MEIN – это, в первую очередь, фонетика, создающая определенный антураж. Название -- это ничем не отягощенное первичное восприятие: театр начинается с вешалки.
Skvo: А АМ -- это как удар топором по затылку. Сперва стукнет, а потом только начнешь догонять: «А щё цэ было?» (смех)

-- Не собираетесь писать песни на других языках, например, на белорусском?
Skvo: Мы думаем по-русски, зачем коверкать себя?

-- О чем ваши тексты?
Морфей: Тексты -- это набор ощущений, оформленных в систему определенных образов. Я не считаю, что поэтическое произведение должно повествовать о каком-то конкретном событии -- для этого есть проза. Посему на вопрос «о чём?» я даже не знаю что отвечать.

-- Есть ли у вас менеджер или еще кто-нибудь в таком роде?
Морфей: Нет. Есть лишь связи, приобретенные за несколько лет активной концертной деятельности.
Skvo: Есть в Карелии друг с похожими способностями и средней результативностью. Но все это неофициально.

-- AM -- белорусская команда, но почему ее больше знают в России?
Skvo: Нет пророков в своем отечестве.

-- А вообще, АМ умеют завести публику. Во время выступления на Оzzy Оsbourne Рarade в 2004 году лидер группы, выступавший в роли «еврейского Дракулы», обнажил свои «внутренности» (конечно же, Морфей себя не травмировал; а внутренности были предусмотрительно куплены в мясном ряду). Многие считают, что эпатаж -- это не искусство...
Морфей: Совершенно верно. Эпатаж -- это еще не искусство. Но искусство – это всегда эпатаж. Вспомним Александра Сергеевича Пушкина. Он, между прочим, был первым, кто сделал поэзию доступной живому русскому разговорному языку в пику всем этим «высоким штилям». Тоже в некотором роде эпатаж. Искусство всегда несет в себе некоторую долю чертовщины
Skvo: Настоящее искусство -- это ядерный взрыв в повседневности и серости, оргазм. Если такого ощущения не возникает, то это не искусство а так, однодневка, дрочилово.

-- На вопрос -- «правда ли, что АМ – нацисты?» -- вы отвечаете, что вы еще евреи, сатанисты и гомосексуалисты. Правда ли все это?
Skvo: Маньяки, педофилы, кто там еще есть? Разбойники, воры, уроды! Питаемся исключительно кровью младенцев и спим только в гробах. Мы вот с Морфеем, например, заказали себе отличный двуспальный гроб, очень удобный -- с крышкой и подсветкой. (смех)
Морфей: АМ -- зеркало. Каждый видит там то, что хочет, или то, чего боится.

-- А еще поговаривают, что все музыканты -- алкоголики…
Skvo: Ну, слава Богу, не все алкоголики -- музыканты! Источники вдохновения у всех разные: мы с Морфеем, например, пассивные алкоголики -- не пьем, нас и так «прет без всякого компота», хотя неправда, мы сейчас устраиваем домашние чайные церемонии, нас «прет» от чая, следовательно, мы -- отчаянные алкоголики.

-- Что интересного происходит сейчас в жизни группы?
Морфей: Жизнь интересна сама по себе, а группа -- способ ее отражения. Следовательно, все происходящее в группе интересно. Хуже, когда в ней ничего не происходит.
Skvo: Активно работаем над новыми вещами. Планируем все-таки дописать наш многострадальный «Визит к Минотавру», пришедшийся на смену эпох в истории группы и переживший несколько внеплановых «операций». С приходом второго басиста и нового гитариста звучание изменилось настолько, что мы почувствовали себя, как 5 лет назад -- в начале пути.

-- Есть ли у вас определенные планы на будущее?
Skvo: Хотим гардероб обновить к лету -- стиль сменить хочется, вообще, много интересного можно рассказать о тенденциях в музыкальной жизни АМ. Морфей: Это она Хармса перефразирует. А вообще, не будем о планах. И о прошлом не будем. Есть лишь вечное Сегодня. Так давайте ловить каждый момент полной грудью.

-- Часто ли у вас возникают проблемы с составом? Поговаривают, что недавно вы расстались с прежним гитаристом?
Морфей: Проблем не возникает. Назревают и происходят изменения. ЭлеFant не смог выйти из кризиса среднего возраста. После двадцати пяти такое бывает. Здесь важную роль играют цельность натуры и стойкость характера. Мы со Skvo в свое время через это перепрыгнули на эйфории вновь созданной группы.
Skvo: АМ -- это такая воронка, которая высасывает всех, кто попадает в нее. Полуучастие не хиляет. Пока у тебя есть силы -- ты в работе. Заканчиваются -- извини. Ареховский когда-то оказался совершенно прав, окрестив нас движением. Мы двигаемся вперед независимо от того, кто нас продвигает. Нужно будет, Морфей и через меня перешагнет, а что делать, если я, например, запою, как Катя Лель?
Морфей: АМ -- это данность, которая существует независимо от человеческого фактора, мы все являемся ее временными носителями. Как только я сам почувствую себя лишним, то самоустранюсь незамедлительно.

-- На сборнике Fuck Show Business вы сыграли кавер на Шакиру (на мой взгляд, один из лучших). Не собираетесь поддержать традицию?
Skvo: А почему бы и нет? Все возможно.
Морфей: Нет традиций, мы ничего не поддерживаем, но кавера, возможно, будут. Ведь, по сути своей, перепевки чужих песен -- это выражение своих личных ощущений от соприкосновения с первоисточником.

-- К вашим выступлениям сложно отнестись серьезно и вдумчиво. Можете ли вы сами себя назвать серьезными людьми?
Морфей: Буду нескромным и процитирую строчку из своего же текста: «Я корчусь до слез в этой комнате смеха». Нельзя быть слишком серьезным -- от этого сходят с ума. Но и нельзя быть легкомысленным -- от этого тупеют. Могу добавить, что во всем должна быть ирония, а иронизировать надо в первую очередь над собой. Это серьезно.
Skvo: «Определено мне чудною властью взирать всю громадно несущуюся жизнь, озирать ее сквозь видный миру смех и незримые, неведомые ему слезы», -- Гоголь так себя отрекомендовал. Когда мы это прочитали в Питере, на памятнике Самому Николаю Васильевичу, я Морфею сказала, что это про него. Он не спорил. (смех)

-- Что или кто оказал влияние на ваш стиль?
Морфей: А стиля-то как такового и нет! Есть лишь приемлемые для нас художественные средства выразительности. А они, в свою очередь, формируются под влиянием внешних раздражителей -- от полета бабочки до атомного взрыва.
Skvo: Как тут ответить? Сама жизнь! Олимпиада 80-х, развал Союза, Чернобыль, книги, русский (да и не только) рок, рождение сына, смерть близких, американизация ТВ. А если с точки зрения произведений искусства -- то в этом плане наш альбом «Жизнь взаймы» показателен: там кавера на песни, наиболее нас зацепившие, под заголовками книг такого же значения. Сплошной постмодернизм, короче. На нашем типа-сайте есть заготовка обложки, можно почитать.

-- Недавний закон о 75% белорусской музыке в эфире радиостанций как-то повлиял на планы группы?
Морфей: Нас, мягко говоря, вся эта мышиная возня не очень интересует. Я без обид говорю.
Skvo: Мы, наверное, не белорусская музыка. (смех)

-- Как велика вероятность того, что мы скоро услышим АМ, например, на «Радио Рокс»?
Skvo: Ну, если «Радио Рокс» изменит свой формат и стилистику звучания, то мы еще подумаем. (всеобщий смех)

-- Пару слов читателям «МГ» напоследок.
Skvo: Повнимательнее смотритесь в зеркала -- там есть много интересного и неожиданного (в прямом и переносном смысле)!
Морфей: Да, и не пугайтесь, когда отражение покажет вам кулак!

Фото предоставлено группой



Александр ПОРОХ

© 2005 музыкальная газета