no


Atlantica
ATLANTICA

ATLANTICA Есть во Франции чудная провинция – Бретань. По словам очевидцев, места там настолько живописны, что врезаются в память намертво. С культурной точки зрения, Бретань славна своей самобытностью, а с географической – тем, что находится на берегу Атлантического океана. Эта провинция, а точнее – ее побережье, вдохновила трех молодых людей на создание группы с романтичным именем ATLANTICA. В дуэт официально входят два друга – Алекс Дэвид (музыка, вокал) и Димитр (бэк-вокал, гитара). Неофициально их трое. Третьим (но от этого не менее важным) является не кто иной, как широко известный в Беларуси ди-джей и программный директор радио «Unistar» Павел Барановский (продюсер, автор текстов). ATLANTICA уже прославилась хитами “Behind The Destiny”, “You’re The Reason” и “Strangers”, а на днях выпустила дебютный диск, который представляет собой мини-альбом без названия. Накануне официальной его презентации удалось поговорить с группой, которой теперь усиленно начали интересоваться

– Предлагаю сразу определиться. Вы чья группа? Белорусская, русская или, может, французская?
Павел (П): ATLANTICA многие считают зарубежной группой. Произошел из-за этого недавно совсем комичный инцидент. Звонит мне знакомый в марте этого года и c иронией в голосе говорит: «Я тут на «Импульсе» стою, диски выбираю. Думаю, какой купить. Тут вот сборка неплохая западных исполнителей, – и перечисляет, – Anastacia, Enrique Iglesias, Britney Spears… А 6-м треком какая-то ATLANTICA с какой-то песней «Behind The Destiny». Я ему говорю: «Купи». Покупает. Приносит. Точно – ATLANTICA! Спиратили! Мы ещё чихнуть не успели, а нас уже в западную сборку! Мы потом-таки нашли этих составителей. К слову, они оказались моими знакомыми. Что самое смешное, они получили эту песню не из наших рук, а в обход. Они потом признались, что никогда бы не сделали этого, зная, что я имею причастность к группе. И вообще им в голову не пришло, что это белорусская песня.
Алекс (А): Шутки шутками, но иногда эта ситуация нас не очень радует. В Москве вот диск мы издали, и кто его знает, где теперь ATLANTICA бродит. Я был в шоке, когда залез в Интернет и попал на форум одной из зарубежных радиостанций, где активненько обсуждалась песня «какой-то группы ATLANTICA «Behind The Destiny». Ей поставили 4 балла. В принципе, это нормально. Но нам так же хотелось бы узнать, где наша песня звучит. Нам это сложно отследить. Как наши песни в ротации попадают, ума не приложу. Мы отсылали их в Литву и в Германию. Поэтому есть вариант, что там их уже передали куда-то. Когда-нибудь будет прецедент суда (смеется. – Прим. авт.).
П: Сейчас все это нам на руку. Хороший информационный повод для дальнейшего любопытства публики. Это же интересно, правда? Кто такая ATLANTICA, как она попала на зарубежные фэн-сайты? Филипп Киркоров, к примеру, обругивает журналистку матом. Дешево и непрактично. Ему по этому поводу многие FM-станции бойкот объявили и крутить перестали. А для нас в этом случае пиар сам собой происходит. Пусть слушают все и везде. Пока нам это выгодно.
А: Тут же вспоминается еще одна ситуация. Открываю один журнал. А там напечатана ссылка на мелодии, которые можно скачивать. Захожу в мелодии белорусских и зарубежных исполнителей. И стоит ATLANTICA с песней “Behind The Destiny” – в категории «зарубежные исполнители»… Мы, кстати, ни сном, ни духом. У нас разрешения не спрашивали. Я к этому отношусь спокойно. Есть такое выражение: «Если тебя не пиратят, значит тебя нет».
– Понятно. Вроде, вы наши. Обитаете на радио и в Интернет. А как насчет концертов?
А: Мы выступаем на вечеринках и, самое главное, делаем это «вживую». Более того, у нас гораздо более комфортное состояние, когда все «живьем» происходит. Была ситуация, когда на закрытой вечеринке мы должны были работать под фонограмму, потому что не было технических возможностей для «живого» выступления. После первого куплета мы поняли, что бесполезно петь под фонограмму, так как ощущение совершенно другое. Я так не могу. Мне надо чувствовать зал, видеть реакцию. Я понимаю необходимость фонограммы, когда происходит телесъемка «солянки», когда невозможно нормально отстроить «живой» звук. Но когда публика платит деньги и приходит смотреть твоё сольное выступление, то халтурить просто нельзя.
– А что делать, когда исполнитель активно двигается на сцене?
П: Майкл Джексон, Мадонна и танцуют и все равно поют «живьем». Это вопрос профессионализма. И стилистики тоже. ATLANTICA, к слову – не танцевальный дуэт.
А: И BACKSTREET BOYS танцевали и пели «вживую». Была такая ленивая группа, как MODERN TALKING, которая, в общем-то, и породила этот прецедент. Это одна из первых групп, которая начала работать под фонограмму. MODERN TALKING использовали полную «фанеру» и вперед.
П: Представляется картина фонограммы из будущего. Выходит на сцену абсолютно голый человек. С помощью голографического изображения ему создают новый наряд и идеальный фэйс. Идет красивая фонограмма, лазерное шоу и идеальный звук. Публика в экстазе. Потом происходит сбой в электроэнергии, пропадают все эффекты и на сцене оказывается лысый пузатый мужик метр 50 с кепкой. Чувствую, со временем фонограммщики до этого дойдут. Уже не далеко.
А: У нас в Беларуси очень часто объясняют выступление под фонограмму плохим звуком, невозможностью поставить мониторы. Но поет же ЛЯПИС «живьем», Хлестов поет. Значит, все-таки основной вопрос – в профессионализме и желании работать честно.
– Вот вы о MODERN TALKING говорили. А вы не находите, что похожи на них по звучанию?
П: Ну, я поспорил бы насчет MODERN TALKING.
– Хорошо, а DEPECHE MODE?
А: А вот это сравнение нам очень приятно.
– Как вы относитесь к тому, что вас за глаза называют белорусской ПЛАЗМОЙ?
А: Я бы не сравнивал себя с ПЛАЗМОЙ. Хоть по той простой причине, что я знаю английский язык не на уровне ПЛАЗМЫ. Я закончил Институт иностранных языков (теперь Лингвистический Университет). По специальности я переводчик-референт. Мой выпуск был экспериментальным, поэтому я получил еще и экономическое образование. И когда «комсомолка» написала, что я экономист, то в этом есть доля правды. Хотя экономистом я себя не считаю. Потом я учился во Франции, подтверждал свой статус. Там я получил подтверждение квалификации переводчика английского языка.
П: На самом деле с кем нас только не сравнивали. Ведь когда появляется что-то новое, это обязательно нужно объяснить через что-то известное. Некоторые сравнения нам очень приятны. Так, нас сравнивали со старой электронной группой SUPERMAX. А Бурлаков вообще сказал, что ATLANTICA – это готик-поп. Для нас тогда было открытием это направление.
А: У MODERN TALKING есть хорал, DEPECHE MODE использовали подобное в “Сondemnation”. ПЛАЗМА хор не использует. Мы – используем. То есть это уже первое, чем мы отличаемся от ПЛАЗМЫ. Потом, ПЛАЗМА – это продукт, который изначально не может себя позиционировать даже в рамках собственного творчества. Они шарахаются, то в сторону a-ha, то MODERN TALKING. Мы никогда не берем ПЛАЗМУ в расчет, когда думаем о дальнейшем развитии ATLANTICA. Это не секрет, что в поп-музыке существует достаточно видимая закономерность развития интересов к тем или иным стилям. Как существует круговорот воды в природе, так существует и круговорот в музыке. Проходит какой-то цикл (классически считается 8 лет), когда возникает интерес к какому-то стилю музыки. Поэтому, когда мы делаем аранжировку, мы иногда используем те элементы, которые были модны 8 лет назад.
– Тогда почему вы не выбрали, к примеру, электро-клэш?
С: Нам все же ближе синт-поп. По идее, выгоднее вообще нам взять этническую музыку и перелабать ее на техно или хип-хоп. Но поскольку каждый должен заниматься тем, что близко ему, то мы предпочитаем быть в этом смысле честными.
– Не считаете ли вы, что выбрали сложное для массового белорусского слушателя направление?
П: Да, мы думали, нам придется сложно, потому как музыка ATLANTICA не слишком коммерческая, она не массовая. Но так называемой «немассовой песне» “Behind The Destiny”, да еще и на английском языке, ничто не помешало занять первое место в хит-параде общенационального радио, который составляется по письмам слушателей. Удивляет, что на это же радио, когда вечером идет программа по заявкам, звонят люди, явно не тинейджеры, и заказывают ATLANTICA.
– На вашем макси-сингле под вторым номером идет песня “Shivering”, совершенно не коммерческая. Вы сознательно пошли на риск?
А: Я уже долго занимаюсь музыкой и заметил, что стал писать в определенном стиле, и из-под моей руки уже начали выходить определенные штампы. На “Shivering” я пытался от них отойти. Поэтому песня получилась рваная, дёрганая, не характерная вообще для нашего слушателя.
П: Вообще-то, мы решили протестировать ее. Показали знакомым. Людям понравилось, как ни странно. Особенно приглянулась песня тем, кому не нравится ни “Behind The Destiny”, ни “Strangers”. Эта песня какая-то более взрослая, наэлектризованная. У нас на готовящемся к выпуску альбоме будет еще одна подобная песня. Но это пока секрет.
– Когда примерно будет альбом?
П:. Альбом мы планируем в ноябре. Пока же решили выпустить макси-сингл.
– Что вообще планируете, ведь сейчас у вас начинается широкомасштабная пиар-кампания.
П:. На самом деле, сейчас будет то, что можно назвать выходом в свет, потому что ATLANTICA для многих была виртуальным проектом, его слышали только на радио. Да, о нас много говорили. Но пришло время показаться людям. Сейчас мы снимаем клип. Работает над ним очень молодой энтузиаст. К пафосным клипмейкерам нам обращаться еще рано. А сюжет интересный. Скажем так, клип очень нестандартен с точки зрения главного персонажа. Планируются также выступления, презентации. Параллельно у нас идет процесс записи песен, который требует большого количества времени.
– Паша, но если честно, поддержка газет – благодаря твоим профессиональным связям?
П: Раскрутка – это, с одной стороны, то чем занимаюсь, а с другой – если взять те статьи, которые вышли на сегодняшний день, то это не есть наша медийная работа и договоренность с прессой. Это заинтересованность, которая идёт с их стороны. Мы вообще изначально планировали выпустить только альбом в октябре-ноябре. Ведь синглы – это что-то из разряда запретного для рекорд-компаний, потому что у нас они не раскупаются. Тем не менее, решили выпустить макси-сингл. Потому что есть спрос на нас. В магазинах спрашивают ATLANTICA.
С: Люди на точки приходят и спрашивают. С этих точек приходят люди на склад и спрашивают. Со склада приходят и спрашивают. Такая вот цепочка. И в результате компании решают, что если хотят, то пора бы и издать что-то.
– Это правда, что песня “Behind The Destiny” стала рекордсменом на радио «Unistar» по количеству недель, проведенных в хит-параде?
П:. У нас были песни от HI-FI, Бутусова, которые долго крутились в хит-параде и были рекордсменами до нас. Но “Behind The Destiny” стала однозначным лидером в этом плане.9 недель на первом месте и 32 недели в хит-параде. Было время, она пошла вниз, потом опять вернулась на первые позиции. Ну а возвращаясь к вопросу о наполеоновских планах. Зачем что-то говорить конкретно? Конечно, есть планы. Но это в большей степени организационная, внутренняя работа. На поверхности должны быть новые песни, потому что тебя воспринимают по песням. Пока песни нравятся, тебя хотят. Творчество в любом случае на первом месте должно стоять.
Д: При этом мы не хотим сидеть на месте и ждать, пока эту нишу, в которой сейчас мы, занял кто-то другой. Ведь если будешь долго сидеть у реки, то проплывёт крокодил и спросит: ну что дождался?
– Ну а вы сами как насчет «Евровидения»?
П: Евровидение – один из тех фестивалей, который позволяет выйти за пределы Беларуси. Но, наверное, только АBBА стала после «Евровидения» по-настоящему известной. Все остальные потом куда-то исчезают и никто о них не вспоминает. Поэтому не считаю «Евровидение» особо перспективным. Но, с другой стороны, если представится возможность и мы будем чувствовать искреннее желание, чтобы именно ATLANTICA представляла Беларусь на «Евровидении», то об этом можно будет задуматься серьезно.
– Англоязычная лирика – это тоже попытка выйти за пределы Беларуси?
А: Сольно я до ATLANTICA пытался петь в своем родном городке Браслав. Пел и по-русски. Но английский мне как-то ближе. А тут еще на втором курсе института мы с Пашей встретились. Он тоже учился в инязе. Я предложил ему совместное творчество
Так и написали нашу первую совместную песню. Которую впоследствии в шутку назвали «Пылесосом».
Песня изначально называлась «Forgotten Memories» – забытые воспоминания. Она уже тогда получилась в духе ATLANTICA – пафосная и трагичная. Я приехал домой на каникулы и попал на конкурс молодых исполнителей. Поучаствовал и занял первое место. А в качестве приза мне подарили пылесос.
– Похоже, у вас серьезное музыкальное образование за плечами.
А: В музыкальную школу я пошел достаточно рано, в 7 лет, и по своей инициативе. Родители против не были. Когда пришел поступать, мне сказали, что я ещё маленький. Тогда я дождался весны. И меня взяли. Пришел домой и поставил родителей перед фактом, что записался в музыкальную школу. Через 2 недели попросил себе фортепиано.
– А как же утвердился этот состав ATLANTICA?
А: С Пашей я сотрудничаю уже 13 лет. А Диму я встретил во Франции. И уже там стало понятно, что он личность артистическая. Познакомились-то мы в стриптиз-баре, где он с афро-француженкой ломанулся танцевать стриптиз-джигу… Познакомились. Потом он остался ещё за рубежом, а я уже вернулся сюда. Периодически мы созванивались. Когда он вернулся в Беларусь, созвонились, поговорили, пообщались. И тут как раз родилась идея создать группу. Ведь я изначально не хотел выступать соло. Мне, может быть, и хочется, но становиться окончательным эгоистом не очень нравится. Да и вообще, группа – это интересней и с коммерческой точки зрения выгодней. Поэтому я предложил Паше создать группу. Решили устроить кастинг. Дима по росту и подошел (смеётся), он баскетболист. А тут еще оказалось, что он играет на гитаре и музыкой увлекается. И никаких кастингов уже не нужно было.
– Насколько вам помог опыт пения в хоре для сольной карьеры?
А: Я всегда занимался пением, брал профессиональные уроки пения, ломал голос. Я пел в хоре два года, и все это время меня засовывали в рамки всей этой хоровой пачки. Естественно, вокальные данные, как солиста, атрофируются. То есть получается такой среднестатистический хоровой вокал. Я, когда понял, что со мной происходит очень серьезная ломка, и эта ломка мне не нравится, так как тембр становится пресным, неинтересным, ушёл из хора. Мой уход был связан с тем, что я терял себя, как вокалиста, как человека, обладающий своим уникальным вокалом.
Хор – это особый жанр пения, слабо сочетающийся со стилистикой поп-исполнителя. Поэтому я пытался брать уроки пения ещё у частного постановщика вокала… В итоге из всего того, что мне объясняли, я выбрал себе основные нюансы и далее занимался самостоятельно. Главное – верить в себя и много работать.
– У поп-групп есть свои обычаи, традиции. Есть ли нечто подобное у вас?
П: У нас есть определенные традиции. Так, у нас есть нечто вроде мантры. Мы собираемся втроем, произносим ее на наших встречах и все становится проще. Это – что-то вроде фирменного заклинания ATLANTICA.
– Что для вас является критерием популярности, звездности, может быть?
А: Звездами мы себя не считаем. Человека звездой может назвать простой слушатель. Теперь это слово, «звезда», даже простым слушателям набило оскомину. Да и вообще – звездность не является синонимом к слову «популярность». Вот Мадонна – звезда. Потому что у нее не только талант, но и харизма. Пугачева – тоже звезда. Нам же об этом пока слишком рано говорить. Мы просто верим в свой успех.

Анна ПРИМАКА
Фото Марины КОВАЛЕВИЧ


© музыкальная газета



© 2005 музыкальная газета