no


Войтюшкевич, Дмитрий
«Божье» разоблачение

«Божье» разоблачение 20 июля свой 33-й день рождения будет отмечать Дмитрий Войтюшкевич. Возраст Христа, символичность, вознесение и все такое прочее. Именно с этой позиции в предыдущем номере газеты его и окрестили "богом белорусского шансона". Что касается шансона, об этом разговор пойдет ниже. А вот насчет "божественности" свое веское "вяк" высказать жажду прямо сей же час. Во-первых, личина у Дмитрия человеческая, а вовсе даже не богоподобная. Но это внешний… м-м-м… фактор. Если говорить о внутреннем мире моего героя (простите, никуда не деться от этих штампов речевых! Обещаю исправиться, а то, как обухом по ушам или тесаком по глазам)… Так вот. Если говорить о внутреннем мире… Ну нет там хваленой возвышенности над "простыми смертными" и пугающе хладнокровной божественной рассудительности. А есть… Есть любовь к своему делу, к людям, к жизни. Есть победы и поражения. Есть мечты.

— Дмитрий, 33 года — много, мало, символично? Как это?
— Просто интересная цифра — 33. Конечно, есть определенная традиция и от Христа, и от мужской зрелости. Но много это или мало… Для кого-то и в двадцать лет жизнь теряет смысл и кажется, что все пройдено, и даже в руках уже подержать больше нечего. В какой-то степени я ощущаю эти 33 года, но по большому счету я чувствую себя ребенком. Наивным китайцем (смеется). А если уже затронуть это определение — "бог белорусского шансона"… Честно говоря, я против всех подобных обобщений. Бог, вознесение… Нет. А шансон… Он почему-то у слушателей первоначально ассоциируется с чем-то или кем-то блатным. Я же себя таковым не считаю. И свою музыку тоже.
— А что в вашем понимании шансон?
— Это явление скорее западного характера. Французский романтизм. Если касаться именно нашей страны — то в переплетении с белорусскими традициями. Это уже ближе к истине. Но я работаю не только в этом жанре. Стилистическое оформление, прежде всего, зависит от того проекта, над которым трудишься. Кроме шансона ведь есть еще произведения, например, на поэзию Алеся Камоцкого или Адама Русака, различные фольклорные эксперименты или вообще этно-музыка. Так перечислять можно до бесконечности. Все составляющие этого "списка" разные. И жанры исполнения тоже будут отличны друг от друга.
— От концерта, который состоится 20-го июля, что-нибудь особенное ожидаете?
— Я как раз недавно сам думал над этим. Для меня сие выступление — попытка прочувствовать поэзию Рыгора Бородулина. Так сказать, живой контакт и разумный компромисс между определенными традициями и тем, что планируется сделать. По крайней мере, я думаю и надеюсь, что так получится. Не хочется просто выдать диск, чтобы потом так же просто его продавать. На концерте, вероятно, еще выступят Вероника Круглова, Пит Павлов, Лявон Вольский, Игорь Ворошкевич, Кася Камоцкая (надеюсь) и другие. Короче, все будут поздравлять Войтюшкевича с днем рождения, предваряя свои песни словами о том, какой я хороший и сколько всего они помнят.
— С поэзией каких авторов вам было легче работать, а кого воспринимали с трудом?
— На этот вопрос ответить очень тяжело. Даже почти невозможно. У каждого поэта — свое личное восприятие мира, своя система образов. Это касается Камоцкого, Маяковскрго, Короткевича, Бородулина, Жылки, Русака, Дранько-Майсюка… Всех. Тут речь идет о том, как через музыку показать поэзию да и самому раскрыться. И совсем не важно, в каком состоянии автор писал то или иное произведение, что вызвало у него вдохновение. Ты имеешь что-то (в данном случае стихотворение) и из этого "чего-то" уже твоя очередь сделать следующее что-то. Но по-своему. Тут не последнюю роль играет и знание биографии писателя.
— Вот мы все говорим "музыка, музыка…" А что на самом деле для вас эта самая музыка?
— Я не хочу говорить, что это моя жизнь или что я живу ей. И не буду. Это всего лишь МОМЕНТ в моей жизни, через который я могу наиболее ярко выразить то, на что способен. Именно она дана мне судьбой. Не стоит гневить Бога. Нужно просто работать над тем и с тем, что имеешь.
— Как вы думаете, мечты имеют свойство осуществляться?
— Если рассуждать как фаталист… Я верю в судьбу, в обозначенность определенных моментов. Но всегда необходимо помнить: что бы ты ни делал, ты должен себя верно зарекомендовать. Назовем это "отработать". И еще любить свое дело, да и просто жизнь, самого себя, близких людей и людей вообще.
— Сегодня вы уже можете выделить какие-то этапы в своем творчестве? Определяющие моменты, точки отсчета?
— Если упрощенно, то ПАЛАЦ — KRIWI — WZ ORKIESTRA — сольная карьера… Но это общеизвестно. Так сказать, воспитание собственного эго. А ведь были еще Лида, Березовка… Может, это даже более значимо.
— А теперь? Эго уже воспитано? (с интересом смотрю на Дмитрия)
— Да куда там! Еще столько всего нужно и предстоит сделать.
— А как вообще с планами на ближайшее-далекое будущее? Что-нибудь конкретное вырисовывается?
— Пока собираюсь продолжать работать с поэзией Бородулина. За весну и прошедший кусочек лета уже многое было сделано. Сейчас работаю с двумя польскими проектами — группы ЧЕРЕМШЫНА и квартет JORGY. На мой взгляд, это уникальные коллективы. У каждого из них своя философия. Они довольно свободны в музыке. Кроме всего прочего, интеллигентны. Тоже каждый по-своему... Для меня честь, что белорусские песни станут исполнять польские музыканты. Да для самой Беларуси, я считаю, это играет не последнюю роль. Нужно только учесть, что задуманный проект не будет коммерческим. Скорее, это своеобразное миксование идей. Осенью планируем начать запись. В свое время выпустим диски.
— Существует ли у вас единый жизненный принцип?
— Нет. Да он, наверное, и не нужен. Тебе всего лишь должно быть интересно испытывать свою личность. Ну… Допустим, насколько серьезно ты можешь взяться за Маяковского или после различных фольклорных проектов пойти совершенно в другом направлении вместе с Камоцким… При этом ты должен хорошо ориентироваться не только в музыке, но, не будучи при этом политиком, знать, в каком состоянии находится твоя страна и что в ней происходит. Да нужно-то элементарное: работать, интересоваться жизнью, беречь здоровье и разум.
— Сейчас люди все больше начинают тянуться к белорусской музыке. Даже не просто к белорусской, а к белорусскоязычной…
— Это прекрасно. Но хочешь — не хочешь, а, даже включая белорусское ТВ, ты уже ее слушаешь. Конечно, можно пуститься в морализаторство и долго ругать белорусскую эстраду. Честно говоря, я и сам раньше не очень-то понимал… вернее, воспринимал белорусское ТВ, разные концерты, даже Раевскую… Но сейчас оглядываюсь назад и понимаю, что все эти люди сделали огромное дело. А сегодняшним поп- и рок-звездам можно было бы многому у них поучиться. Я имею в виду актерское мастерство, восприятие материала. Они работали, имея свой взгляд на белорусскую музыку. Это же касается и некоторых современных эстрадных музыкантов, и того же оркестра Финберга… Каждый год музыкальные процессы эволюционируют. Появляются новые темы, стили, направления. В любом случае, если артист на протяжении определенного жизненного периода искренне занимается своим делом, его начинают слушать. У него появляется СВОЙ слушатель.
— А кто ваш слушатель, вы знаете?
— На мои концерты ходят люди совершенно разных возрастов. И… я горжусь этим.
— Насколько важно для белорусской музыки завоевывать "мировые просторы"?
— Думаю, что эти "просторы" не являются первоочередными. Самое главное — "завоевать" Лиду, Березовку, о которых я уже упоминал, Могилев, Борисов… То есть наши регионы. Но опять-таки — все зависит от материала, так как мы подходим к ощущению своего собственного края, земли. Исчезает чувство отторжения белорусской культуры. Это прекрасно.
— И все же, какой язык сегодня более приемлемый для исполнения песен: русский или белорусский?
— Каждая группа или исполнитель должны решить это сами для себя. Но что бы кто ни выбрал, он должен совершенно четко представлять, о чем собирается петь. Есть, конечно, у нас коллективы, изначально нацеленные на Россию… Но что касается каких-либо независимых проектов, то белорусский язык тут гораздо более сильный, даже мощный.
— Говорят, жизнь — это не те дни, что прошли, а те, что запомнились. Сейчас что вы можете вспомнить?
— Многое. Поэтому скажу в общем. Безусловно, это определенные моменты успехов и неудач. Ты сам себе строишь большое счастье, но в какой-то момент все может пойти наперекосяк. И тебе нужно самому поднимать свое настроение, ободрять себя, поддерживать, чтобы не возникло желания махнуть на все рукой. Необходимо помнить: если нашел свою дорогу в жизни, ты должен ее придерживаться. (Улыбается) Это очень похоже на концепцию счастья, о которой рассказывается в одной басне Слуцкого повета начала прошлого столетия…
— Она напоминает вашу собственную?
— Концепцию счастья? Я даже не знаю, есть ли она у меня. (Задумался) Мне кажется, надо просто любить то, чем занимаешься. И делать это в любом случае. Даже если кругом все говорят, что у тебя ничего не выйдет. Ты попробуй, начни. Коль и правда не получится, то хоть опыта наберешься, уже чему-то научишься…

Как видите, совершенно "человеческий" Дмитрий Войтюшкевич. Так что не стоит, господа, "за зря" высокопарными словами бросаться. Зрите в душу, а поверхность и за вас обметут.

Ольга САМУСИК

© музыкальная газета



© 2005 музыкальная газета