статья


Oneida
слава и мокрые простыни…

Нью-Йорк рождает все более загадочную и сверхъестественную музыку. Бьюсь об заклад, что группы ONEIDA вы еще не слышали! Конечно, ведь они только-только начинают свой путь, но уже четко вырисовывается вся картина их экстраординарности. Играя так называемый keyboard punk, они сломали все стереотипы современной рок-музыки. Они вернули року его мистицизм и протест против устоявшихся рамок существования. Это трио (Bobby Matador (keyboards/vocals), Kid Millions (drums/vocals) и Hanoi Jane (bass/vocals)) сегодня с нами. А именно Hanoi Jane отвечал на вопросы...

-- Название группы никогда не бывает лишь названием. Почему вы назвались именно ONEIDA?

-- Ну, сперва нужно сказать, что слово "Oneida" чертовски здорово звучит. Я имею в виду, что мы все просто обожаем красоту и решили назваться этим чудесным словом... На самом деле наше название берет свое начало с книги, прочтенной Кидом, в которой фигурирует утопическая история об одной такой же утопической народности девятнадцатого века, называвшей себя "Oneida", хранившей целостность социальных отношений и своеобразно увлекающейся внутрисемейными браками. Хотя, конечно, слово было обнаружено человеком, который хотел лишь переспать с женой своего друга, но оно оказалось уж очень удачным, на мой взгляд. Когда Кид впервые предложил нам с Бобби этот вариант, мы не восприняли его всерьез. Мы подумали, что он имеет в виду какой-то одноименный культ красоты в 70-х. Знаете, в то время такие довольно странные штучки имели место: утопическое общество, объединенное идеей красоты. Однако Бобби и я считаем друг друга этакими знатоками в области красоты! Поэтому название ONEIDA нам показалось по-настоящему привлекательным. Мы с Бобби теперь иногда немного расстраиваемся, когда думаем, что группа была названа в честь секс-культа, а не культа красоты. Но, черт, мы уже не можем это изменить!

-- Почему вы заменяете свои реальные имена на псевдонимы?

-- Мы уже больше не считаем имена, которые закреплены за нами в составе ONEIDA, своими псевдонимами. Наши никнэймы так глубоко затесались в нашу жизнь, что порой мы даже считаем их именами, данными нам при рождении. Участие в группе -- это отличная возможность дать себе такое имя, которое тебе нравится больше всего. Почему мы не можем воспользоваться таким шансом? Да, многие люди считают нужным приписывать свои достижения своему личному паспортному имени, но у нас другое мнение по этому поводу.

-- Многие по-разному пытаются идентифицировать вас. Какую музыку вы играете? Как вы можете себя охарактеризовать?

-- Мы можем охарактеризовать себя как поставщиков изящества и любви в общество. ONEIDA -- это луч света и защита от зла. А вообще, слушателям не нужно утруждать себя, чтобы классифицировать нашу музыку, потому что это абсолютно не важно. Я скажу, что мы самая обыкновенная рок-группа, играющая простую и очевидную музыку (шутники. -- Прим. авт.). Мы никогда не звучали так, как хотелось бы многим нашим слушателям, и их реакция иногда смущает нас. Однако ONEIDA -- не случайный экземпляр.

-- Что вы думаете о Нью-Йорке как о столице современного рок-н-ролла? Как вы относитесь к таким группам, как THE WHITE STRIPES, THE STROKES, INTERPOL?

-- Дело в том, что Нью-Йорк был и является столицей рок-н-ролла. Возможно, так будет не всегда, но сколько я себя помню -- именно этот город олицетворял собой столицу рок-музыки. Может быть, это связано с огромным количеством рок-групп, базирующихся в настоящий период в Нью-Йорке. Говорят, что именно здесь собирается самая крупная рок-тусовка в мире. И, конечно, слухи и легенды подливают масла в огонь.

Мне по-настоящему нравятся THE WHITE STRIPES. Их выступление на последней церемонии вручения премии «Грэмми» было просто восхитительным! THE STROKES живут в немного ином мире, чем ONEIDA, они не совсем относятся к современной NY-сцене. Однако то, что они делают, мне тоже нравится. Что касается INTERPOL, то они весьма странные ребята. Я до сих пор не до конца их понимаю.

Все же из групп, обитающих в Нью-Йорке, на данный период меня больше всего прет от THE ANIMAL COLLECTIVE, SIGHTINGS, BROKE REVUE, OAKLEY HALL (сайд-проект одного из участников ONEIDA), THE LIARS, BLACK DICE и YEAH YEAH YEAHS.

-- Я думаю, что так называемая "new rock revolution" скоро подойдет к своему финишу, так как люди просто устанут он нее. Ваше мнение по этому поводу.

-- Это может показаться немного надменным, но я не верю, что в данный момент произошла какая-либо рок-революция. И действительно, что изменилось за последнее время? До сих пор по радио мы слышим различную чушь и музыку, переработанную в самый настоящий товар мажорными лейблами. И большинство людей слушают все это. Какая тут рок-революция?

-- Ваш последний лонгплей называется "Secret Wars". Какие секретные войны вы имеете в виду?

-- В последнее время в моем сознании идет так называемая война между невидимым и неслышимым. Я не всегда уверен, что смогу продолжать делать то, что делаю. Только что мы вернулись из многонедельного турне, и теперь, сидя в нашем офисе, мы очень измучены и нам тяжело. Это не потому, что мы не любим работать, нет. А потому, что я искренне верю в то, что больше ничего не понимаю в этом мире.

-- Какие чувства вы испытывали, когда записывали свой последний альбом?

-- Я чувствовал абсолютную чистоту, комфорт и решимость. Это было как счастливое смирение. Наш процесс записи абсолютно не ограничен временем, и это положительно влияет на наше мышление и нашу музыку.

-- Вы чувствуете реакцию слушателей на ваших концертах? Что они думают, когда вы выходите и играете четырнадцатиминутный трек?

-- Это покажется странным, но люди просто входят в экстаз, когда мы начинаем играть такие треки. Они увлекаются гипнотическими, бесконечными битами, впадают в истерику и ярость!.. Конечно же, я нагло тебе вру. На самом деле мы очень спокойные, с ясными мыслями. Конечно, внутри нас часто имеет место хаос, но он находит себе выход при других обстоятельствах.

А вообще, четырнадцатиминутные вещи -- обычное дело для ONEIDA. Мы зачастую открываем наши шоу какой-нибудь импровизированной песней, концептуально (не в музыкальном плане) основанной на одной единственной теме и переходящей в хаос. Кажется, публике это очень нравится. Конечно, бывают такие, которые просто идут в бар, покупают себе очередную порцию алкоголя и, когда мы закончим наше сумасшествие, возвращаются обратно, чтобы продолжить слушать нас. Иногда они вовсе уходят, но мы не обижаемся. Эти длиннющие треки -- отражение нас самих. Тем самым мы хотим подчеркнуть, что ONEIDA могут воспринимать далеко не все.

-- Кое-кто, кто хоть раз слышал музыку ONEIDA, начинает считать группу последователем SONIC YOUTH и MY BLOODY VALENTINE...

-- Я очень заинтригован, когда ONEIDA ставят в один ряд с такими монстрами современной рок-музыки. Я действительно люблю эти группы, но не осмелюсь сказать, что мы можем достичь таких же успехов в музыке. Я не могу рассматривать группу, которая мне действительно нравится, как нашу цель, эталон того, чем ONEIDA хотела бы быть. Я предпочитаю считать своих кумиров чем-то недостижимо-загадочным, магами-волшебниками и лишь надеяться, что когда-нибудь нам удастся выступить с ними на одной сцене. В последнее время, благодаря Бобби и магии, я стал больше понимать в этой жизни. Возможно, я становлюсь хиппи. Это не удивительно, ведь в прошлом Бобби и Кид тусовались вместе с DUNGEONS & DRAGONS. Мы все любим ранних GREATEFUL DEAD...

-- Почему вы часто выдвигаете партии клавишных на передний план. Это ваша фишка?

-- Я бы так не сказал. В музыке ONEIDA мы используем в меру все инструменты для создания эффекта крушения поезда. Иногда вперед выходит орган, иногда гитара или бас, иногда укелеле (инструмент такой), а иногда лишь вокальная партия. Орган Бобби в наших записях можно услышать чаще всего, но это просто необходимо для нашего звучания. Партии ударных Кида -- это нечто отличительное в нашей музыке. Без этого всего мы не были бы ONEIDA. Во время записи мы также используем массу других инструментов, которые создают просто вихрь чувств в студии. Иногда это все перерастает в разногласия между нами, но это же обычные дела.

-- Как вы думаете, какое направление в музыке будет преобладать в следующие 5-6 лет?

-- Без понятия. Я все еще не врубился, что же произошло за последние лет семь. Я был рожден в абсолютной неразберихе, и, конечно же, я не хочу в ней умирать. Но дела обстоят не так хорошо, как хотелось бы.

-- Я знаю, что вы из Бруклина, где полно русских. Как вы к этому относитесь?

-- Фак, этот вопрос меня смутил, но я попробую ответить. Я люблю Бруклин. Я знаком только с несколькими русскими. Один из них вылечил мне колено, когда я упал со сцены. Он живет сейчас здесь, потому что когда-то уклонился от призыва на военную службу. Он действительно клевый чувак! Мне нравится русский язык, но я не разговариваю на нем. Хотя я часто его слышу и даже могу читать пару строчек из какой-то русской поэмы. Это потому, что я живу совсем рядом с Брайтон Бич!

-- Кого вы считаете своими духовными учителями?

-- Наверное, Бобби и Кида, хотя я никудышный ученик и часто пропускаю их слова мимо ушей. Еще мне нравится Mustang Larry, басист местной группы THE CARPENTERS, он многому меня научил.

-- Музыка -- это только работа, хобби или что-то большее?

-- Музыка -- это чудовищная движущая сила. Ее нельзя подчинить себе, даже если вы очень постараетесь. Музыка абсолютно независима, она не платит по счетам. Она движет нами. Но мы не ставим целью зарабатывать музыкой кучу денег, это что-то типа развлечения для нас. Но, в то же время, это далеко от хобби. Иногда друзья моих родителей считают, что мое увлечение музыкой -- это лишь хобби, и это меня бесит. Для меня воспитание ребенка более походит на хобби, чем пребывание в ONEIDA. Когда я почувствую, что игра в группе становится для меня лишь увлечением -- я уйду.

-- Что вы думаете о том, что некоммерческая музыка вдруг становится коммерческой?

-- Это действительно происходит, и некоммерческая музыка умирает, становясь наконец коммерческой. Когда же музыканты осознают, что главный двигатель их успеха -- это шоу-бизнес? Музыка стала еще одним товаром на мировом рынке. Хрень какая-то!

-- Вы боитесь славы, которая может вскоре обрушиться на ваши головы?

-- Я не боюсь почти ничего. Я боюсь смерти, но часто понимаю, что в любой момент могу умереть. Я боюсь, что моим друзьям будет больно, но я не могу позволить этому страху овладеть мной. Иногда это все действительно меня тревожит. Слава -- это такая штука, которая может влиять лишь на тех, кто ее принимает. Я не в их числе. Я просто не стараюсь воспринимать ее серьезно.

-- У вас есть какой-либо девиз?

-- Сделай шаг... и постарайся повторить его снова.

-- А теперь политический вопрос. Как вы думаете -- кто будет избран на новый пост президента США? Ваше мнение на счет правительства Буша.

-- ONEIDA старается не влезать в политику, но я всецело поддерживаю Канаду, Францию и Италию! Возможно, моя "слава" подействует на Белый дом, эх...

-- И последний вопрос. Ваша самая сокровенная мечта?

-- Я справляю нужду и вдруг чувствую, что то-то не так с моим... Я просыпаюсь. Моя кровать мокрая…


Степан ЧЕРКАШИН

© 2005 музыкальная газета