no


St-Pier, Natasha
“Английский хорош, но я предпочитаю французский”

Natasha St-Pier: “Английский хорош, но я предпочитаю французский” Как и Селин Дион, канадская вокалистка Наташа Сен-Пьер сделала сперва карьеру во Франции. Родилась она в 1981 году в Нью-Брансуике. Первый сольный альбом записала в возрасте 14 лет. Колорит ее голоса привлек внимание создателя мюзикла “Notre Dame De Paris” Люка Пламондона, и он предложил ей роль в англоязычной версии произведения рядом с Тином Ареном. Уже в 2001 году Сен-Пьер участвовала во французских гастролях Garou, а через два года издала альбом “De L’amour Le Mieux”, включающий ее суперхит “Nos Rendez-Vouz”.

В своем интервью молодая звезда рассказывает в частности о своем пути к славе, об участи в фестивале “Евровидение” и сотрудничестве с известным французским продюсером Паскалем Обиспо.

— Правда ли, что переломным моментом твоей карьеры стали выступления перед Garou в его трассе?

— Да, с того времени прошло уже два года. Я фактически открывала выступления самого Garou, когда он гастролировал по Франции.

— Ты воспринимала этот шанс как серьезную творческую инициативу или не придавала ему чересчур большого значения?

— Я пою уже довольно давно. Можно сказать, что на профессиональной сцене с 8 лет. В 14 записала свой первый альбом, так что немало лет уже в этом бизнесе. И все же, получив возможность выступать с Garou, я первым делом ощутила стресс. Ведь тогда это были мои первые выступления во Франции, меня там никто не знал. Но публика так тепло принимала каждый наш концерт, причем пустых мест не было ни одного, что нельзя было допустить ошибки. К счастью, перед тем у меня было удачное участие в английском мюзикле, так что я была уже некоторым образом готова к подобным мероприятиям.

— А как тебе вспоминается сам Garou? Был случай лучше познакомиться?

— Естественно! Мы теперь очень близкие друзья. Вместе мы уже выступали в сюжете представленного в Лондоне мюзикла “Notre Dame De Paris”, так что были вместе довольно много времени. Ну и как итог этого — наша многолетня дружба.

— Может, тогда, увидев твоим самообладанием на сцене, он и решил пригласить тебя к сотрудничеству?

— После окончания работы в мюзикле мы чувствовали, что больше не будет шанса снова увидеться, поскольку оба решали посвятить себя сольным карьерам. Но вот случилось мне издавать во Франции свой сольный альбом, а тут как раз гастроли Garou во Франции. Тогда он и предложил мне выступить перед ним в нескольких концертах в той стране.

— В 2001 году ты участвовала в фестивале “Евровидение”, где удалось даже занять высокую четвертую позицию. Как тебе вспоминается это событие?

— Я рада, что смогла там побывать. Это и прекрасно проведенное время, и солидное обогащение творческого опыта, и новые знакомства в среде европейского музыкального рынка, к которому до того времени я присматривалась как бы со стороны. Не думаю, что еще когда-нибудь удастся там выступить — теперь надо дать шанс и другим для старта.

— Ты считаешь, что выступление на “Евровидении” очень повлияло на твою карьеру?

— Не знаю, насколько это распространяется по всей Европе, но во Франции благодаря этому выступлению меня действительно заметили. “Евровидение” и французские гастроли с Garou — пожалуй, это два переломных момента в моей карьере.

— Хоть ты и канадка, но на фестивале представляла Францию. Добавляло ли волнений такое отдувание за “чужую страну”?

— Да, это был большой стресс, ведь тогда я вообще не знала, что думает обо мне французская публика. Когда я пела, то чувствовала лежащую на мне ответственность, но по возвращении во Францию оказалось, что всем очень понравилось. Ведь и пела я на их (и мне) родном языке, поэтому никаких опасений и быть не могло.

— Ты уже семь лет записываешь диски, первые шаги в этом бизнесе делала еще подростком. К счастью, тебе всегда удавалось остаться собой, не подпав под артистическое видение тех, кто хотел тебя изменить. Каким образом ты подбирала себе столь характерный репертуар?

— Издавна я работаю с известным во Франции вокалистом и композитором Паскалем Обиспо. У него прекрасное чувство звука, а вместе мы прекрасно понимаем друг друга. Я доверяю ему безгранично. Обычно он приходит ко мне, приносит десятка полтора песен, из которых мы потом выбираем, где я проявляюсь наилучшим образом.

— Паскаля Обиспо хорошо знают даже за границами Франции. Расскажи, пожалуйста, как вы познакомились.

— Встретились мы во Франции во время записи какой-то телевизионной программы. Тогда после работы он пригласил меня к себе и предложил множество произведений, над которыми тогда работал, а уже через две недели мы вместе работали в студии над моим альбомом. Я бы сказала, что нас связывают магнетические узы.

— А нет ли желания хотя бы ради сравнения поработать с другими саундпродюсерами? В современной поп-музыке это очень модно, крутой продюсер обычно имеет огромное влияние на настроение дика.

— Мне кажется, что я так сжилась с Паскалем, что нет смысла работать с кем-то другим. По крайней мере, в ближайшее время этого даже не планирую. Как уже говорила, я доверяю ему и очень дорожу его доверием, а этого достаточно. Если в этом бизнесе удается найти братскую душу, настроенную на ту же волну, то стоит держаться вместе как можно дольше. Ведь это настоящий клад.

— Ты относишься к тем молодым вокалисткам, которые избегают влияния таких поп-принцесс, как Бритни Спирз или Аврил Лавин. Легко ли сегодня быть собой?

— Признаюсь, что люблю порой послушать кого-нибудь из них, но мой стиль настолько отличается от их творчества, что даже не угрожает мне пойти их дорогой. Во Франции моя музыка называется поп-рок, и у меня нет намерений перевоплощаться в поп-данс.

— Не пыталась ли ты в начале своей карьеры сделать из себя копию какой-нибудь всемирной звезды?

— Нет, Бог миловал. Всегда и везде мне позволялось быть собой. Может, как раз таким образом достучишься до неведомого (смеется).

— Часто в интервью ты повторяешь слова своих родителей, что обладаешь “прекрасно развитым чувством гиперболы”. О чем речь?

— Речь о способности сделать из мухи слона. Но мои родители говорят об этом скорее иронично.

— И помогает тебе такая способность?

— Гммм… Может, и не помогает, но она может помочь разрядить ситуацию, вызвать истеричный смех моих знакомых.

— В мюзикле “Notre Dame De Paris” у тебя была эпизодическая роль. А мечтала ли получить главную роль в таком проекте или воспринимаешь это как случайное приключение в твоей творческой биографии?

— Поначалу это было как бы развлечение, пока со временем я не начала убеждаться, как много можно через это достичь. Теперь я концентрируюсь на своей сольной карьере, но когда-нибудь хотелось бы вернуться к мюзиклу. Не имеет значения, будет там главная роль или нет, важно само участие.

— Похоже, в отличие от других поп-артистов, тебя тянет не в кино, а именно в мюзикл.

— По крайней мере, если бы пришлось выбирать между кино и мюзиклом, я бы наверняка выбрала второе.

— Еще в этом году Garou обещал выпустить свой первый англоязычный альбом. Может, и у тебя в планах есть задумки сделать какой-нибудь диск на английском языке?

— Во всяком случае, следующий мой альбом будет точно франкоязычным, потом появится live и уж после этого, возможно, попробую свои силы на английском. Но раньше, чем через 2-3 года, этого не ждите.

— Но ведь на твоих предыдущих альбомах уже попадались англоязычные произведения. Опыт есть. И как тебе поется по-английски? Многим людям он кажется наиболее певучим языком в мире.

— Английский, конечно, удобен для пения. К тому же почти половина моих родственников говорят по-английски и ни слова не понимают по-французски. Пение по-английски в кругу семьи бывает даже проще, поскольку не приходится ничего переводить непонятливым… Но пока профессионально я предпочитаю французскую песню.

— Твое приключение с шоу-бизнесом тянется непрерывно уже 14 лет. По какой причине ты так твердо ступаешь по земле и не позволяешь искушению славой сбить тебя?

— Меня постоянно окружают друзья, знакомые, семья. Они-то могут в нужную минуту вернуть меня на землю (смеется).

— Так неужели они и на гастроли с тобой ездят?

— Не всегда. Но они хоть не катят со мной всю трассу, но порой подъезжают в какой-нибудь город с разовым визитом. Только во время первых моих гастролей семья была со мной всю трассу. К счастью, сопутствует мне очень сыгранный ансамбль, и как раз он заменяет мне семью во время всех поездок.

— На обложке одного из женских журналов как-то появилось твое фото с подписью: “Наташа Сен-Пьер: перстни, татуировки, страсть”. Ты действительно сходишь с ума по бижутерии и татуировкам?

— Что ж, все подтвердят, что есть у меня одно колечко и одна татуировка, а большего мне и не нужно. Так что с этой страстью я не выхожу за рамки нормы. Не надейся увидеть меня всю татуированную и с кучей перстней на руках, я же не русская мафия.

— Твой самый знаменитый хит — “Nos Rendez-Vouz”, что означает “Наша встреча”. Расскажи о нем подробнее.

— Эта песня рассказывает историю одной пары, люди, вроде, любят друг друга, но редко им доводится бывать вместе, все вдали друг от друга. Когда наконец-то доходит до их встречи, то оказывается, что любви-то им и не хватает. Это не автобиографическая история, но очень мне импонирует. Любовь здесь не чувство, а словно какой-то шаблон… Неустойчивый, как карточный домик.

— Вторым синглом альбома “De L’amour Le Mieux” стала композиция “Tu Trouveras”. А она о чем?

— Мы поем ее дуэтом с Паскалем Обиспо, и это одно из моих самых любимых произведений. Причем за всю историю моей дискографии. Здесь говорится обо всем, что чувствует влюбленная женщина, но по ряду причин не может высказать своему кумиру.

Перевод Витуата МАРТЫНЕНКИ

© музыкальная газета




© 2005 музыкальная газета