no


Grafe
GRAFE

GRAFE "Талантам нужно помогать, бездарности пробьются сами". Согласитесь, не всегда это утверждение находит сторонников. Однако парой жизнь предоставляет доказательства всей его стопроцентной истинности. Этот процесс естественен. Правда, в условиях не совсем благоприятных для развития шоу-бизнеса в Беларуси было бы слишком глупо надеяться на кого-то. Никогда не будет лишним прокладывать дорогу самому себе. Так делают многие, в основном те, кто свой розовый, безоблачный мир оставляют для мечты и со всей осознанностью и целенаправленностью движутся по тернистому пути к "звездам". Группа GRAFE следует этому примеру. Точкой отсчета совместного творческого сотрудничества в коллективе принято считать 23 мая 2003 года. С этого момента родился и стиль под вполне незамысловатым названием "grafe", который подразумевает под собой нечто вразумительное, мощное и привлекательное, что, естественно, можно еще и с удовольствием слушать.

Состав группы: Руслан (вокал, ритм-гитара), Антон (бас-гитара), Юра (гитара), Паша (барабаны).


— Каково происхождение названия группы?
Руслан: Когда мы думали, как назвать группу, каждый из нас привносил свою идею, свои предложения. Но мне пришло в голову слово "могила".
— Почему так мрачно?
Руслан: Нет, после я все же не захотел ее так называть, потому что, если верить старому поверью: как назовешь, так оно и поплывет. Поэтому я решил вместо буквы "v" поставить "f".
— У вас достаточно накопилось материала, чтобы вы смогли дать сольный концерт или выпустить альбом?
Юра: Для того, чтобы выпустить альбом, материала уже хватает, а насчет сольного концерта, то тут нужна очень большая программа.
Руслан: Да, программа должна быть широкая. Мы еще слишком молодая команда, чтобы давать такого рода концерты.
— Кстати, можете попытаться объяснить, почему в Беларуси сложилась такая ситуация, когда больше организуется "солянок" нежели сольных выступлений. Причина в финансах или в неосведомленности и несформированности вкуса людей?
Юра: Здесь не то что вкус, скорее, большую роль играет отсутствие структуры, которая всем бы этим занималась. В Беларуси практически нет никаких лейблов. Почти нет возможности людям, которые начали играть, найти репетиционную точку, выйти хотя бы на маленькую сцену. Для этого им обязательно нужно кого-то искать. А найти бывает очень сложно. Ну, и, конечно, это проблема денег. Необходима раскрученность группы и чтобы это все впоследствии оправдалось. Чтобы люди приходили на концерты и все затраты окупались.
Антон: Кто будет вкладывать деньги в волосатых дядек, которые все протатуированы, проколоты во всех возможных местах, прыгают по сцене, бешено орут, веселятся. Намного проще вложить свой капитал в смазливых девочек и мальчиков из групп КРАСКИ, ЛАКИ. Конечно, так намного выгодней.
Руслан: Может, нас и понимают, но менталитет нашего общества таков, что большинству людей больше нравится слушать именно смазливых девочек, которые поют песни неизвестно про что. И, естественно, как всегда финансовая проблема стоит не на последнем месте. Ведь для того, чтобы сделать сольный концерт, нужно определенное помещение, при этом желательно, чтобы те деньги, которые затратил, вернулись к тебе обратно с чуть большей прибылью.
— На сцене вы создаете определенный имидж или считаете, что естественность превыше всего?
Руслан: Мы на сцене такие же, какие мы есть на самом деле.
Юра: На выступлениях мы более дурные, чем в нормальной жизни.
Руслан: Мы полностью отдаемся нашему делу на сцене для того, чтобы "зажечь" народ, чтобы он не просто стоял и слушал нас, но еще и двигался под нашу музыку.
— Что вы ощутили после своего дебютного выступления?
Антон: Ух! Сначала перед выходом на сцену был мандраж, страшно было.
Паша: Особенно когда у меня сломалась барабанная палка.
— Ты не суеверен?
Паша: Нет. Я тогда этому не придал абсолютно никакого значения.
Антон: Да, комическая ситуация вышла. Зато потом как груз с плеч свалился. Второй раз, когда мы играли, ничего не боялись.
— У вас появились фанаты?
Руслан: Небольшое количество фанатов есть, конечно, как и у каждой группы. В частности, друзья, знакомые, которые поддерживают нас на концертах, поддерживают наши идеи. Им нравится наше творчество.
— За пять месяцев существования группа чего-нибудь добилась? Есть ли у вас достижения?
Руслан: Мы добились участия в пяти концертах.
Юра: Мы добились приличного количества песен, которые нам нравятся, нас устраивают.
Руслан: В наши достижения также входит реакция публики на нашу музыку. Народ начал отрываться под нее. И нам приятно наблюдать это.
Юра: Короче, мы начали добиваться поставленной цели.
Руслан: Планов у нас очень много.
— Какой путь к известности вам ближе: скандальный или же мирный, без особых пиаров?
Руслан: Какой получится.
Юра: По крайней мере, вокруг себя мы не будем создавать скандала, пускать какую-нибудь сплетню и т.д., потому что это в любом случае нереально. Да зачем придумывать что-то? Кто знает группу GRAFE? Мало кто. И кому будет интересно, что сделали участники друг с другом или с какими-нибудь посторонними людьми?
— Однако это все же вызывает больший интерес к коллективу, привлекает внимание к нему, не так ли?
Руслан: Я думаю, что привлекать внимание нужно, прежде всего, своим делом, своей музыкой.
Антон: Да если я скажу, что у Паши, нашего ударника, три руки, а не две, то в это вряд ли кто-то поверит и, кроме того, играть от этого мы лучше не станем.
— Вы занимаетесь поиском человека с толстым кошельком или полагаетесь только на свои силы?
Юра: Только на свои силы. Дядечка начнет говорить: "Оденьтесь в такую-то одежду, играйте такую-то музыку". В любом случае он будет ставить свои условия.
Руслан: А любой нормальной группе, прежде всего, нужна свобода. Свобода мыслей, действий и, конечно, индивидуальность. Никто не должен указывать людям, что надо делать. Правда, если у дядечки будут хорошие идеи, то можно и прислушаться, но ни в коем случае не следовать всем указаниям.
— Значит, пока вы еще самостоятельны?
Юра: Мы самостоятельны в том плане, что у нас есть свои инструменты. Их у нас никто отбирать не будет. Самостоятельность проявляется и в том, что нам пока никто не указывает, что и как делать.
Антон: Мы зависимы на данный момент от "точки" и вообще от многих факторов.
Юра: Но нас пока все устраивает.
— Что вы считаете высшей точкой карьеры коллектива?
Юра: Хм… Высшая точка вряд ли существует.
Антон: Совершенства нет. Его не может быть нигде и никогда. Нигде нельзя достичь максимальных высот, будь-то музыка, учеба, профессия.
— В своих песнях что вы любите больше — тексты или музыку?
Руслан: Музыка дополняет тексты, текст — музыку. Мне кажется, что если бы мы писали только музыку, это было бы неинтересно.
Юра: Ну не скажи. Кого что больше трогает.
Антон: Чайковский не писал тесты.
Руслан: Чайковский — это классика. Он и на барабанах не играл, на гитарах. Если мы станем классикой, то только в своем роде.
— Какие темы вас волнуют? О чем ваши песни?
Антон: Мы поем о том, что нас окружает.
Руслан: Мы поем о проблемах.
— Хотите ли посредством своей музыки повлиять на решение этих проблем, в первую очередь, путем воздействия на сознание слушателей?
Антон: Как бы мы ни кричали, ни надрывали глотки, все равно я очень сомневаюсь, что это приведет к каким-нибудь изменениям.
Юра: Нас же не слушают все слои населения, а слушает в основном только молодежь. И то, даже не пытаясь разобрать текст на концертах. Но самые главные слова, может, и проскакивают. И молодежь — она везде молодежь и думает тоже об этих проблемах, и хочет что-то сделать. Поэтому — поем мы или нет — здесь большой разницы нет. Другое дело, если нас услышат другие люди, которые не интересуются такой музыкой, не ходят на наши концерты, не слушают чего-нибудь такого, что затронуло бы их душу.
Руслан: Если я пишу пеню о какой-то проблеме, то стараюсь не только ее описать, но и найти пути решения.
— Находясь в числе белорусских альтернативных групп, что вы наблюдаете: конкуренцию или взаимоподдержку между исполнителями?
Антон: В принципе, мы пока еще слишком слабы, чтобы с кем-то конкурировать. Но я не имею в виду всех. По идее, если призадуматься, то в Беларуси никто из альтернативных команд не соперничает, по той простой причине, что у нас нет жесткого критерия стиля, нет сцены, на которой можно было бы соревноваться. У нас нет ни панк-сцены, ни хардкор-сцены, т.е. мы в этом отношении совсем не развиты.
— Насколько я знаю, вы недавно сделали демо-запись. Как вы собираетесь ей распорядиться?
Юра: Да, мы сделали пробную запись для самих себя. Просто решили попробовать, как мы будем слышаться не в том грохоте, который обычно у нас на "точке". Захотели вслушаться в каждый инструмент. Но для демо это слишком плохое качество. А даже если записать какое-то демо, то какие есть лейблы или кантора, куда его можно было бы кинуть?
Антон: В мусорку.
Юра: Нет, мусорка — это не то. Хорошо, есть "BMA-group", но она ставит свои условия. К примеру, что мы должны петь на белорусском языке.
Руслан: Там жесткие критерии. Поэтому демо можно только разнести по клубам, чтобы участвовать в каких-нибудь концертах.
— Сейчас многие группы практикуют аранжировку популярных композиций, тем самым почти автоматически становясь известными. Как вы относитесь к такому явлению? Есть ли у вас самих идеи по поводу кавера на какую-нибудь песню?
Руслан: Мы, по-моему, толком еще ни разу не переиграли кого-то.
Антон: Была попытка сыграть кавер на Enrique Iglesias.
Руслан: Для одного проекта. Но возникли проблемы. И, мне кажется, что на чужой популярности добиваться своей намного легче. Мы же, прежде всего, хотим показывать свою музыку.
— Расскажите, пожалуйста, о своих далеко идущих планах.
Антон: Хочется, в принципе, на прилавках магазинов увидеть два-три компакта с надписью GRAFE, также на стенках дома наблюдать не пять черно-белых афишек, а хотя бы одну большую и красивую.
Руслан: Хотелось бы, чтобы на этой афише большими буквами красовалось название нашей группы и маленькими обозначались названия команд, играющих у нас на разогреве.

ВероНика ПЕРЕПЕЛКИНА

© музыкальная газета




© 2005 музыкальная газета