no


Coolio
Coolio: “Меня ограбил Стиви Уандер”

Coolio: “Меня ограбил Стиви Уандер” Coolio родился в Калифорнии в 1964 году под именем Артис Айви. Будучи подростком, попал в плохую компанию, начал воровать и, конечно, оказался за решеткой. Однако молодость определила и новый подход к жизни, когда Артис увлекся музыкой. В 14 лет он основал группу THE SOUNDMASTERS, в 1989 году стал участником известной лос-анджелесской команды LOW PROFILE, а в 1994-м уже как Coolio записал свой первый альбом "It Takes A Thief", который достиг грандиозного успеха благодаря двум знаменитым хитам — "Fantastic Voyage" и "I Remember". Диск стал платиновым, а Coolio был номинирован на премию "Грэмми". Уже в 1995 рэппер дождался своего первого всемирного хита "Gangsta's Paradise", вошедшего в саундтрек фильма "Молодые и злые" с Мишель Пфайфер. И вот тут уж номинация на "Грэмми" не пропала даром, а Coolio потихоньку сварганил еще один суперхит — "C U When You Get There"…

— Как началось твое увлечение музыкой, как перешел к хип-хопу?
— Начинал еще в далеких 70-х, но это были, естественно, чисто домашние выступления, развлечения на школьных конкурсах талантов. А вообще, выступал всюду, где хоть что-то платили. Свою первую рифму написал в 1979 году, а первое выступление было в 1980-м. Это был настоящий концерт с микрофоном, чистый MC'инг, лозунги типа "Остановите…", "Руки прочь от…". Потом начал стабильно писать тексты и все не прекращаю.
— Почему тогда так поздно издал свой первый альбом? Ведь это случилось в 1994-м, когда тебе был уже 31 год…
— Так ведь раньше я играл в группах. (Перед сольной карьерой я практиковал аж в трех группах, с которыми и издавал альбомы. Только потом осмелился на сольную карьеру). Собственных коллективов я тогда не создавал, а был просто одним из… Лидером, фронтменом там был кто-то другой, а я только в тени. Но теперь я вижу положительные моменты такого статуса.
— А не кажется ли тебе, что все-таки 1995-1996 годы были лучшими в твоей карьере?
— Вряд ли, ведь как раз теперь я признан лучшим рэппером, лучше умею рифмовать, постоянно развиваюсь. Я решительно лучший. А тот период был, конечно, тоже лучшим, но только с точки зрения старта этой самой карьеры. Но мне кажется, что новый мой альбом будет еще более невероятным и даст новый старт. Времена меняются, и уже не достаточно быть хорошим рэппером. Учитывается еще и то, сколько ты зарабатываешь и каким способом.
— Назови, пожалуйста, наивысшее достижение твоей жизни.
— Гм-м-м… Моим наивысшим достижением является то, что я могу все делать так, чтобы быть одним из наиболее узнаваемых и уважаемых рэпперов в мире. Хоть за последние пять лет я не выпустил ни одного полноформатного альбома, но все еще могу собрать и разогреть зал, доминировать в сборном концерте. Важно то, что люди идут на меня, хотят меня увидеть. Пусть даже полюбили меня из-за одной песни, пусть даже других тоже любят, но мое имя-то в центре. Ради этого стоит дальше работать и подарить им еще что-нибудь.
Я думаю стать первым рэппером, у которого натурально поседеют волосы. Буду старый, но зае…тый (смеется), буду тверд на грудь, буду как крутой полтинник, буду четверть века заниматься своим делом и доведу всех остальных до худых задниц. Я и старый смогу рифмовать. А рифмую я зае…сь. И неправду люди говорят, что я кого-то боюсь. Никого я не боюсь. В рэпе мне вообще некого бояться, если речь идет о рифмоплетстве.
— Как тебе удалось попасть за последнее время во множество саундтреков?
— Как это как? Я работаю, чтобы жить, и живу, чтобы работать. Делаю товар и продаю его. Мне платят и получают мой трек. Только и всего. Заумных объяснений здесь быть не может. Покупатель платит и получает то, что хотел, — только и всего.
Но товар-то у меня такой, как надо, поэтому и гребу куш. Большинство тех саундтреков стали платиновыми дисками. Дело обстоит так, что стоит появиться на одном и он начинает продаваться, на тебя тут же начинают сыпаться другие приглашения. Даже если твой собственный альбом не очень-то продается. А знаешь, что мода на саундтреки типа отходит и они уже не продаются так ошалело, как когда-то? Мои продаются.
— Большинство людей считает, что истинным твоим мегахитом является "Gangsta's Paradise". Разделяешь ли ты это мнение?
— Нет, отнюдь нет. Даже в том альбоме были произведения лучше с точки зрения текстов. Просто это была песенка для всех и каждого. Понимаешь, о чем я? Это была вещь, которую каждый мог воспринять: и ритмика удобная, мелодия всем нравилась и то, как была аранжирована. Просто она была сделана для людей и они ее полюбили. Мне даже кажется, что во всем мире люди поняли ее концепцию лучше, чем американцы. Ведь я там говорил не о близком своем окружении, а о том, что весь мир — рай для гангстеров.
— Какая же в таком случае твоя любимая песня?
— Не знаю, старик. Впрочем, могу назвать одну, которую написал недавно, — "They Don't Know About Me". Она в самом деле зае…сь. Я-то многие свои создания люблю. Прежде всего, из моего последнего альбома "El Cool Magnifico". К примеру, "Sunshine" или "Hear Me Know". Бляха-муха, сколько у меня шедевров зае…тых, что даже трудно выбрать один самый-самый.
— Как складывалось у тебя сотрудничество с живой легендой, какой, безусловно, является Стиви Уандер?
— Легенда — это люди, которые его окружают. Это как раз они создают его образ. Видишь ли, так уж получается, что есть много артистов, считающих себя очком, а людей вокруг — мягким местом. Ты смотришь на них и спрашиваешь, почему эта личность позволяет, чтобы все эти люди были при ней? Но есть сомнение, кто здесь реальное очко, ведь это просто людские игры, и не поймешь, кто здесь важнее. Я, по крайней мере, не знаю.
Но правда есть в том, что чем больше та моя песня крутилась в эфире, тем больше зарабатывал он, а не я. Этой песней он меня ограбил. Скажу честно, я так переделал эту песню в хит, а у него она никогда хитом и не была, даже на сингл ни разу он ее не поставил. Я просто хочу, чтобы ты действительно знал реального Стиви Уандера и мог трезво оценить тот его номер. Я, например, раньше не знал этой песни. Был его фэном, но произведения такого даже не знал. Он заработал на "нашем сотрудничестве" пучок косячков, а я… Не пойми меня превратно, я тоже снял неплохую кассу. У меня была своя радиостанция в Лос-Анджелесе, которую нужно было продавать за долги, но как только вышла "Gangsta's Paradise", о продаже уже не стоило и думать. Он помог мне, я помог ему.
— В случае записи "Hit'em High" ты сотрудничал с такими артистами, как Method Man, LL Cool J, Busta Rhymes. А как эти вспоминаются?
— Старик, это же вообще моя вещь, я сам придумал ее аранжировку, рефрен тоже мой. Мое гав…цо, а B-Real делал все остальное, Method добавил свою рифму, LL Cool — свою, а Busta — свою. Но всю идею и реализацию создали мы — я и B-Real.
— Но что ты все-таки думаешь об этих МС?
— Старичок, люблю Method Man'a, люблю B-Real'a, люблю Busta. Отчего же мне их не любить.
— А что скажешь о Poke и Tone из TRACKMASTERS?
— Вот их не люблю и все тут. Просто ненавижу, когда они прут всякую хрень. Правда в том, что я и B-Real вошли в студию первыми и уже знали, что в произведении будет шесть или пять участников. Мы не хотели долго пыжиться с записью и сделали четкие рифмы, короткие строфы. Решили так, потому что были первыми. Потом дописывались остальные. Когда потом слушали, что получилось первый раз, то оказалось, что у остальных явно длиннее куски оказались. Вся эта ребятня из Нью-Йорка, а мы с B-Real'ом из Калифорнии. У нас оказались маленькие партии, а у них — большие, но — говно. А ведь именно мы скомпоновали и аранжировали это сраное произведение.
Даже если посмотреть видеоклип, то я и B-Real как раз в ограниченной роли. Остальные в этом говне купаются себе в кайф, потому что они из Нью-Йорка. И сделал эту хренотень "West Coast-East Coast". Если бы мне заранее сказали, то я бы тоже подрастянул свои строфы. TRACKMASTERS знали о том, что я их не люблю. Мы даже не разговариваем. Когда они меня видят на улице, сразу переходят на другую сторону. Я снял такую же кассу, как и другие, но речь не о том была, а об игнорировании меня и B-Real'a. Была одна задума, и они о ней знали, но изменили все по-своему, не предупредив нас. Надо было сказать нам, что есть идеи изменений, чтобы мы вернулись в студию и сделали свою часть в общем ключе.
— Какие твои планы на будущее?
— Есть намерение сыграть во множестве фильмов. Кроме того, у меня есть группа REPLACEMENTS, с которой хочу выпустить альбом, а еще к тому же, но это в будущем году, готовлю новый сольник. На этом диске будет перелопачен Snoop Dogg. Есть намерение такое.
— Ты хочешь пародировать Снупа?
— Да, хочу. Он ведь пародировал меня в телевизионной программе. Я думал, что он мне друг, а он сделал из меня анекдот: разыграл телевизионную сценку и меня высмеял.
— Это будет очень серьезный бой?
— Похоже на то. Раз уж он смеется надо мной, то я посмеюсь над ним. Мне кажется, что я рэпую лучше Снупа. У меня даже больший словарный запас, чем у Снупа со всеми его курвами, суками, альфонсами и "Кадиллаками". У меня всего больше. Да и выражения мои поострее. Он, думаю, не имеет никаких шансов. Бляха, ненавижу говорить об этом. Если бы еще месяц назад ты спросил меня о любимых рэпперах, то я сказал бы, что один из них Снуп. Если бы просил составить список десяти потенциальных моих пародистов, то Снуп едва достиг бы номера 10. Никогда не думал, что Снуп способен на такую пакость в отношении меня. Сколько раз сидели вместе и фристайлили. Негодовали вместе, если кто-то кого-то из нас пародировал. Я его защищал, а он меня высмеял. На первом своем диске выказал мне уважение в "My Nigga Coolio pit me in the gang". Ведь он моложе меня и тогда только начинал рэповать. Я был в банде за 5-6 лет до него и много чего ему рассказал, что как и к чему. Вот он и высказал мне благодарность, а теперь — через десять лет — смеется. Я же ничего ему не сделал. Но теперь дам ему повод. Я бы хотел делать хип-хоп и рэп, а не биться. Но если он не убедится, что я лучший рэппер, то его люди смогут убедиться, что он лучший гангстер. Вот начнется тогда!
— Какую музыку ты слушаешь ежедневно?
— Классику и, конечно, рэп, хип-хоп.
— А конкретно?
— Нравится Nas, Ludacris, Ice Cube, некоторые вещи Jay Z, а также отдельные штучки Эминема. Полностью люблю Dr. Dre.
— Ты был пожарником. Что чувствовал, когда гибли пожарники 11 сентября?
— Ужасно чувствовал себя, болел, думал о том, если бы оказался там. А я ведь и мог быть одним из них. И знаешь, если бы не делал рэпа, то все равно остался бы пожарником.
— А что скажешь о политике Буша и войне в Ираке?
— Не люблю Буша. Ерундовый президент. Ну выбрали его и только-то. Его политика меня не устраивает. Я родом из гетто Compton, где трудно было жить и расти. О президенте здесь не думаешь. Нигде на земле нет такого тяжелого места, даже в Нью-Йорке. Это настоящий hardcore.
— Знаешь хоть немного нашу музыку?
— Чувак, я знаю весь хип-хоп Восточной Европы — болгарский, чешский, любой — и люблю его. Вы делаете это не хуже, чем Эминем, Dre, Nelly и даже я. Старик, даже Hammer это умел делать.

Перевод Витаута МАРТЫНЕНКИ

© музыкальная газета




© 2005 музыкальная газета