– Ed
Изменчивость в стиле – ED

С Евгением Смажевским (– ED) я встретился сразу после его выступления на последней "ЕЛКЕ". Мне сказали, что внешне он похож на Джастина Тимберлэйка, и это истинная правда. Звезда, значить, жаль, не танцует в стиле Майкла Джексона. Женя еще какое-то время наслаждался тихим эмбиентным шуршанием находившихся в тот момент на сцене D'ISKORD, а потом взял сигареты и, продолжая беседу, мы вышли из клуба. Во-первых, потому что внутри не курят, а во-вторых, потому что вскоре в клубе стало очень шумно. В речевую коммуникацию беспощадно вмешивался не терпящий многословия rhythm & noise. "Ваше слово, товарищ маузер", — как удачно сказал поэт (кажется, перед тем, как застрелиться). Кстати, о поэзии, прозе и вообще о прекрасном мы тоже поговорили.
— Как ты относишься к распространению МР3?
— Нормально. В нашей стране, с нашим прожиточным минимумом и заработками, вообще стоит ли говорить, могут ли люди позволить себе спокойно покупать фирменные диски? А если касаться наших исполнителей, то встает вопрос, как печатать диски: на матрицах, на принтере или на алюминии? Но нужно по крайней мере тысячи полторы долларов, чтобы издать пятьсот-тысячу дисков с хорошей полиграфией, чтобы не было нечитабельных и с царапинами.
— Поэтому ты за столько лет не издал ни одного диска?
— Не я же их издаю, сам посуди. Я, честно говоря, свято верю, что это немножко не мое. Если б я открыл какой-то лейбл, стал что-то издавать, то — не себя, а друзей, наверное. У меня были планы: если б издать что-то свое, получить с этого какую-то сумму, то издать D'ISKORD, I/DEX, потому что это классная музыка, она провисает, а ребята пишут ее, сидя в такой дреме.
— Это нужно им приложить усилия или тебе, или кому-то еще, чтобы все изменить?
— На самом деле есть планы по изданию, просто я не хочу говорить, чтобы не сглазить. Тому Бетту с Pause_2, который ЕЛОЧНЫЕ ИГРУШКИ издает, музыка сильно понравилась. В 2000 году я дал Кутузову (DJ I.F.U.) свою старую программу, она к 2002 году к этому Тому и попала. Но он пока тянет резину, а я тоже не рыпаюсь. Может, я бы и шевелился, но, понимаешь, раньше меня перло что-то делать. А когда заклинит на то, что надо это как-то выдать, тогда мозги отсохнут.
— А где твои треки выходили? Назови пару понравившихся тебе компиляций.
— Последние две компиляции вполне меня устроили. "Segmentation" — сборник, конечно, неоднозначный, странный. Я его периодически переслушиваю. Вот этот ("ELKAmpila-tion") сборник хороший. А еще был "СЭБ"'овский: он мне понравился, но там Егор (DREAMLIN) попросил что-то такое мягенькое, взяли очень старый трек (1997 года). Он достаточно мелодичный, но мне уже такую музыку не интересно играть.
— А ты сейчас какого стиля придерживаешься?
— Ну, это такой вопрос... Вот Макс Реторт, послушав трек один с трещотками, сразу решил, что я пишу "аутекру", и он все время говорит: "Ну что, будешь "аутекру" играть?", — для него это стало именем нарицательным. Он с IDM мало знаком, не очень его любит и от этого просто далек. Другие люди, которые ближе, тоже какие-то ярлыки вешают. Том, например, послушав, вспомнил Брайена Ино. Черт его знает... Мне кажется, что то, что я играл сегодня, — вообще какой-то электро-панк.
— Но ты от классических влияний, увлечений, как тот же Брайен Ино, не отказываешься?
— Нет, не отказываюсь. Более того, у меня сейчас есть парочка проектов в этом духе. Они будут либо он-лайн (бесплатные), либо по себестоимости CD-R; по звучанию близкие, но совершенно другие по восприятию. Я пока мало сделал, но затея, как мне кажется, интересная. Я сделал композиции, которые специально порублены на маленькие части, но составляют один трек. Они так хитро порезаны, что когда включаешь "random" и "repeat", не возникает никаких срывов (кроме тех мест, где это задумано), и получается длинный бесконечный трек, у которого меняется структура. Есть кирпичики, которые где-то повторяются, где-то нет...
— А ты помнишь "Minidisc" GESCOM?
— Да, но я это хочу с другой точки зрения осмыслить. GESCOM компилировали звуки, просто выставляя их по "рандому". То же самое делал тот же Брайен Ино, но он поступал как: CD-ROM'ы он использовал как сэмплеры. Он записывал дисков десять-пятнадцать с сэмплами, достаточно длинными кусками, ставил в проигрыватель, включал "рандом", и у него получался сэмплер, который просто так дома не послушаешь. То же самое с "Минидиском" GESCOM — из этого альбома драм-н-бэйс не получится. Я, наоборот, делаю треки в различных стилистиках: что-то ближе к тому же драм-н-бэйсу, что-то к эмбиенту. Те треки, которые никуда не пошли, я просто рублю, чтобы показать, что из этого можно сделать. Будь у меня исходники с хаусового микса какого-нибудь сингла DEPECHE MODE, я мог бы его перерезать по-своему. Я не хочу сказать, что я придумал какой-то суперновый "рандомный" взгляд, но здесь можно делать и эмбиент, и микросаунд, и все остальное.
— С одной стороны — безудержное экспериментаторство, а с другой — публика, которая хочет танцев и старый добрый прямой бит.
— То есть ты говоришь о том, стоит ли вообще заниматься танцевальной музыкой? Танцы, конечно, ориентированы на публику, но это часто перетекает в ее тотальное неуважение. Хорошо, что есть вечеринки, на которых можно играть нетанцевальную музыку: вот, она сейчас играется. Я начинал с хауса, техно, и кто знает, может быть, мне когда-нибудь опять надоест конструировать слишком сложные штуки. Я заметил, что у людей, которые владеют двумя-тремя языками, более легкое переключение в голове, образно говоря. Чуть-чуть другая логика, построение фраз... У человека, который больше потребляет разного рода информацию, у него больше переключающихся состояний. Человек, который под техно работает, ездит на велосипеде и так далее, он живет в одном ритме. Так и танцевальная музыка — ее у нас молодежь пишет в достаточном количестве. Надо двигаться дальше. Так, ужасов мало, и не таких, чтоб уши вытекали, а пограничных...
— Что ты имеешь в виду? Пугающей музыки?
— Ну да, пугающей, но слово "пугающей" я говорю с юморком. По-моему, ее могут просто не понять. Я замечал, что существуют не в переносном смысле, а в прямом страшные треки. Люди их не классифицируют как страшные, для них это просто, может быть, грохот. Просто как увидеть книжку на чужом языке. Если там буквы закорюченные совсем, то может голова заболеть, если долго смотреть. И заболит, если музыку долго будешь слушать, особенно одинаковую. Вообще, язык музыки неизменен: резкая синусоида бочки, шум тарелки с некоторыми вариациями, и не получается отказаться от этих краеугольных камней. Но я это не к тому говорю, что танцевальная музыка — это вершина, просто сложно придумать новую структуру.
— А давай обратимся к языку фантазии: какого цвета твоя музыка, с какой литературой ассоциируется?
— Не знаю. У меня музыка ассоциируется, когда совпадает с хорошей прогулкой в плейере. Но, как правило, остается внутри очень неясное чувство. Допустим, если был закат, то я об этом могу и не вспомнить. Просто помню, что было еще тепло... А у тебя моя музыка с чем ассоциируется?
— Я тоже не могу сказать. Цвета — скорее темные. Просто погружаешься в нее, и тогда не думаешь, с чем ее ассоциировать. Надо со стороны смотреть.
— Я использую такой метод работы, как экспромт. Мне самому интересно, куда она меня заведет. Вадим (AUTISM) мою музыку хоть и уважает, но особо не слушает. Для него это — грузилово, страшный грибной бульон. Ему ближе что-то светлое, не с таким напряжением. Но он, когда собирал "Segmentation", сделал мне хороший комплимент. Он сказал, что какой трек других музыкантов ни возьми, более-менее понятно, что там играет. А из твоих трех дисков, говорит, непонятно, что выбрать. Выберешь эту вещь, но тогда не попадет вон та и не будет полного представления. Ведь сборник должен как-то охарактеризовать музыканта.
— Значит, ты не представляешь, какая музыка у тебя будет рождаться через какое-то время? У тебя есть то, что называют "свой стиль", который остается неизменным?
— Нет, меня больше прикалывают люди, которые постоянно меняются. Люди, которые пишут сорок лет одинаковую музыку, никак не развиваются. В этом плане мне понравилось изречение Маркуса Поппа (OVAL) о том, что прогресс больше наблюдается не в искусстве как таковом, а в компьютерных играх, дизайне, короче, технологиях. Задача человека: развиваться и развиваться. А в музыке тебе часто говорят: стоп. Давай вот это же мыло фасуй дальше. Так что если хочешь чувствовать жизнь, надо смотреть, чего хочется внутри.
— Что касается такой изменчивой музыки, можешь ли ты назвать пару имен, которые тебе в этом плане интересны, которые демонстрируют свою творческую гибкость?
— Нет, это сложный вопрос. Свою музыку всегда воспринимаешь не так, как чужую. Вот бы хоть на полчаса перелететь в чужую голову и послушать свою музыку со всеми новыми ощущениями. Чтобы не знать, из чего она вырастала.
— А может быть так, чтобы музыка в результате, например, жизненного потрясения изменилась кардинально?
— Ну так все потрясения влияют. Я и говорю, что когда человек сорок лет играет рок-н-ролл, для него это стопроцентная работа. И к старости музыканты это не скрывают: "Да, мы профессионалы, нас прет, и мы валим". У меня, какие не были бы пертурбации в жизни, музыка плавала то туда, то сюда. На работе так: я должен сделать минимум, а если получится, то сделаю максимум. Мне минимум не хочется делать. Что, надо писать в год альбом? Или надо писать хаус? Нет же.
— Музыка — это дополнение в жизни?
— Нет, с музыкой надо выходить дальше. Я, конечно, говорю с точки зрения меломана. Допустим, я бы обиделся на энное количество музыкантов, если бы они не выпустили свои альбомы. За многими вещами я гоняюсь, потому что мне нравится под них засыпать, работать, еще что-то. Даже на самую страшную, заумную, экспериментальную музыку найдется пара-тройка слушателей, и для них ее надо выпускать. У меня был очередной "спорт", когда ты мне про "Buzz" рассказал, я его потом в 2000 году нашел, и у меня почти как с чистого листа началось. Музыка изменилась, поменялось все. До этого мою музыку слушали только несколько друзей, меня не приглашали играть, только Вадим поддерживал, потом стало все в порядке, а сейчас, судя по реакции околодружественных слушателей, я вижу то же самое, что было давно. Может, я опять их обогнал на два года? Или это случайное совпадение? Но если углубляться в анализ, то это приводит лишь к паранойе и всяким творческим напрягам. Надо делать и никого не слушать. Например, "сэбовцы": можно долго говорить про их ошибки, но они собираются, валят, и молодцы. Хоть их на форумах задевают.
— И тебя тоже на "Оксидайзере"!
— Да, "Оксидайзер" у нас стал общим местом. Только ленивый туда не лазит. Участники "СЭБ"'а молодцы: колбасят. Может быть, когда-нибудь они будут выпускать диски драм-н-бэйсовые и ездить в туры с LTJ Bukem'ом. У каждого свой выбор. Вот AUTECHRE пишут такую музыку, что когда я читаю рецензии, у меня такое ощущение, что люди просто уже не знают, что писать: то ли ругать, то ли хвалить. То ли это исковерканный хип-хоп, то ли воспоминания о нем, то ли прикол с барабанами вместо пианино. Меня поразил acidAlex, который утверждает, что начал слушать AUTECHRE с альбома "Confield". Это удивительно, тот же Вадим "Confield" ругал, говорил: "Блин, я его включаю, сажусь и пытаюсь понять. Что? Что?? Ничего! Я бы простил это новичкам, но AUTECHRE..." Короче, с музыкой все очень непонятно.


Музыкальная газета. Статья была опубликована в номере 14 за 2003 год в рубрике музыкальная газета

©1996-2024 Музыкальная газета