no


Манка
no title

МАНКА: “Мы не показываем, как мы умеем играть, мы просто играем” МАНКУ "заварил" в конце 2001 года московский композитор и продюсер Олег Николаенко. Известный в музыкальной среде еще со времен КРЕМАТОРИЯ тусовщик и "свободный художник", в начале 90-х он продюсировал хард-рок-группу CHAOS. Став законченным музыкальным гурманом, он увлекался сочинением мелодий для себя: незаконченные "песни без слов" ложились в ящик. До тех пор, пока на горизонте не появилась поющая поэтесса Марина Подгорная. Эта девушка приехала в Москву из Орска с дипломом руководителя ВИА и опытом работы в самой модной в регионе рок-команде EX-P.S. Так у песен появились слова, а вместе с ними и название — МАНКА. Вскоре нашлись и главные действующие лица — музыканты. На хрупкий тандем поэтессы и композитора обрушилась прогрессивная музыкальная орава в лице гитариста Олега "Лесика" Абрамова (СВИНЦОВЫЙ ТУМАН, группа И. Куприянова), барабанщика Тиграна "Тигра" Ванециана (MALER И Я, ТОЧКА РОСЫ), бас-гитариста Дмитрия "Симона" Симонова (А-МЕГА, MALER И Я) и Дмитрия Сафонова (проект гитариста Ивана Смирнова, кельтская группа SI MHOR). Вскоре у группы появилась и вокалистка: она материализовалась на одной из репетиций группы в виде юной брюнетки с блестящими ореховыми глазами и резким, как первобытный обсидиановый нож, голосом. О появлении Маши Зверевой в МАНКЕ музыканты уже успели сложить легенду. "Она появилась на нашей выездной репетиции в клубе "Свалка" в белом парике, но тогда никто из нас этого не понял, — вспоминает Олег Абрамов. — Мы тогда просто офигели — на нашу репетицию пришла Гвен Стефани!!"...

— Какой вы сами видите историю создания своей группы?
Олег Николаенко: Мной был разработан музыкальный материал, на который Марина Подгорная придумала стихи. Для того, чтобы воплотить это в жизнь — нас не интересовала компьютерная запись, — мы решили подобрать "живых" музыкантов. Связи у нас есть, мы нашли подходящий состав — тот, который работает на записи в студии дебютного альбома.
— Как влияет на участников МАНКИ прошлый музыкальный опыт?
Олег Абрамов: Мы взяли за основу общую идею материала — и текстовую, и музыкальную, — и каждый из музыкантов вложил какую-то свою струю. С одной стороны, очень демократичную, с другой — консервативно гитарную.
— Маша, а почему вы выбрали именно этих музыкантов?
Маша Зверева: Выбрала мне их судьба. Так получилось, что пришла, напросилась. Принесла им свой музыкальный материал, они его прослушали. Долго тянули с моим выбором, потом все-таки приняли меня в свой состав. Я, конечно, мечтала исполнять с такими музыкантами такую музыку. Под минусовки меня не вставляет петь. Я благодарна судьбе, Богу, что я с ними, что у меня есть такой музыкальный материал и есть путь к самовыражению.
— Как вам кажется, что с вашим приходом изменилось в музыке МАНКИ?
М.З.: Пока ничего, потому что к моему появлению музыкальный материал МАНКИ уже был готов. Я думаю, что все будет зависеть от того, как я буду писать тексты, и того, какой путь мы еще изберем со мной. Появилось больше молодости и задора.
Анна Лисовец: Я бы сказала, даже эксцентричности, судя по тому, что я видела на сцене.
— Как вам кажется, сейчас время для гитарной музыки?
О.А.: Конечно. Мы пока экспериментируем с таким саундом.
М.З.: А для какого времени гитарная музыка? Гитарная музыка всегда существовала и существовать будет.
— Вы продолжаете работать в других музыкальных проектах, помимо МАНКИ?
О.А.: Если есть на это время, то мы работаем. Но основное внимание у нас уделяется МАНКЕ. Я лично работаю с Игорем Куприяновым. Барабанщик и басист работают еще в группе MALER И Я.
— Маша, вы не собираетесь получить высшее музыкальное образование?
М.З.: Здравствуйте! А что, не похоже, что у меня есть музыкальное образование?!
Сейчас я учусь в Еврейской Академии музыкальных искусств на музыкальном факультете, джаз-вокале. У нас преподают фортепьяно, дают слушать много джаза, много музыки, мы наблюдаем за движением жизни на западной и российской эстраде... В общем, делают из нас суперпуперзвезд.
— А какой вы видите свою судьбу хотя бы в ближайшее время?
М.З.: Даже боюсь задумываться. Каждый день для меня — новый заплыв.
— Все тексты МАНКИ написаны Мариной Подгорной?
М.З.: Пока все.
— Кто будет писать новые тексты для группы?
О.Н.: Вопрос остается открытым.
О.А.: Марина Подгорная остается штатной поэтессой, но если у кого-то будут какие-то идеи, все принимается.
О.Н.: Творческий порыв будет обусловлен успехом.
— Олег, вы будете и в дальнейшем писать музыку для группы или отдадите эту прерогативу музыкантам?
О.Н.: Музыку для группы я буду писать и в дальнейшем, поскольку именно с этой целью я и стал заниматься этим проектом.
— Это "группа" или "проект"?
О.Н.: Это и группа, и проект. Группа с определенным составом участников, и пока у меня что-то "теплится", я буду ей заниматься.
— Марина Подгорная всегда была согласна с вашим звуковым видением ее стихов?
О.Н.: Все совсем не так. Ее согласия я не спрашивал, ведь сначала была написана музыка, а она уже к музыке предлагала свое видение в своих стихах. Не "я писал музыку и видел в ней ее стихи", а "она писала стихи и видела в них мою музыку".
— Расскажите подробней о главной идее альбома. На каком названии для него вы остановились?
О.Н.: Главная идея альбома — песни молодой девушки, которая приехала в крупный мегаполис, которым является Москва. Она сравнивает свою жизнь до появления в Москве с жизнью в Москве: со всеми ее трудностями и перспективами. Рабочее название альбома "Завтрак" — по одной из первых песен, записанных коллективом, — но, скорее всего, у альбома названия не будет, он будет называться просто "МАНКА". Пусть МАНКУ сначала попробуют, а потом будут давать названия.
— Какие песни пластинки вы считаете наиболее удачными и почему?
О.Н.: Наиболее удачными в музыкальном плане, плане аранжировок и сочетания музыки с текстами я считаю песни "Иду домой", "Завтрак", "Игры" и "Меня нет". Что касается дальнейшей судьбы и попадания в хит-парад, наметились потенциальные хиты: это песни "Иду домой", "Сама по себе", "Мне уже можно" и "Меня нет".
— Насколько статичны ваши песни? Вы позволяете себе импровизировать?
О.А.: Да, и достаточно много. Достаточно для того, чтобы реализовывать свои музыкальные идеи. У нас получился с Олегом Николаенко такой творческий тандем, что мы оба можем выражать свои музыкальные идеи и планы. Мы друг другом очень довольны в творческом плане. Получилось так, что мое видение этих песен полностью совпало с видением Олега.
О.Н.: Вообще, Олег — основной аранжировщик. Все основные аранжировки предложил он. Он может себе позволить в рамках данной песни импровизацию в четко заданном количестве тактов. Он не вдается в сольные проходы: мы считаем это признаком недалекости музыканта. Он может в определенных кусках песни менять рисунок, звукоизвлечение, рисунок партии, но он не позволяет себе отхода от темы, поскольку это уводит от понимания песни.
О.А.: Есть определенная концепция. Мы не играем арт-рок, мы играем поп-музыку.
О.Н.: Мы не показываем, как мы умеем играть, мы просто играем. Существуют два разных подхода к студийной и концертной работе. У Олега 15-летний опыт сценической работы, он прекрасно понимает, что на сцене надо играть крупно, чтобы риффы были легко узнаваемы. Для студии он предлагает несколько другое звукоизвлечение, различные эффекты. Кстати, в нашей записи на студии, кроме гитарных эффектов, практически никаких других прибамбасов нет.
— Почему вы так категорически относитесь к сэмплам?
О.Н.: Когда коллектив или музыкант в совершенстве владеет гармонией, знает, как играть на музыкальных инструментах, использование сэмплов может только придать материалу дополнительную окраску, но ни в коем случае не являться его основой. К тому же мы нацелены на то, чтобы играть в полевых условиях, поскольку электричество могут отключить.
О.А.: Мы готовы к будущим экспериментам. Сейчас нам интересно работать в таком ключе. Возможно, следующий альбом будет изобиловать сэмплами. Мы не знаем, что там будет.
— Кому принадлежала идея клипа на песню "Сама по себе"?
О.Н.: Клипмейкеру (Михаилу Сегалу. — Прим. ред.). Мы в коллективе обсудили эту идею. Мы считаем, что клип сделан на достаточно нормальном уровне, но сама идея, ее понимание, пришли только в процессе создания клипа. Мы всем коллективом не очень согласны с видением режиссера.
— А что хотел передать режиссер?
О.Н.: Объяснений он никому не давал. Но он видел так, что женщина-девушка, она же Кикимора, она же Аленушка, занимается подставой: кидает своих коллег, сама дружит со всякой нечестью. Выражение "сама по себе" истолковано таким образом. Но в песне была такая идея, что несмотря ни на что, ни на какие трудности, препоны и преграды, оторванность от родных и близких, девушка продолжает оставаться сама собой и не зависит от окружения — хорошего или плохого, — т.е. она самодостаточна, может, даже с грустинкой.
— А почему для съемки ролика вы выбрали именно эту, достаточно легкую песню?
О.Н.: Тут двойственно. Мы считаем, что эта песня очень своеобразная в музыкальном плане. Стихи-то там навороченные, там много слов. А по аранжировке она сделана достаточно оригинально, очень трудно определить и стилистику, и направление. Мы считаем, что это наше ноу-хау. А еще мы, честно говоря, поддались влиянию деятелей шоу-бизнеса, которые нам порекомендовали озвучить эту песню, снять клип именно на нее, сказали, что эта песня будет иметь успех. А нам все песни нравятся. У нас нет изгоенных детей, есть песни стебовые, но они тоже наши родные дети.
— Будут ли еще клипы в поддержку этого альбома? С каким режиссером вам бы хотелось поработать?
О.Н.: В поддержку этого альбома клипов новых не предполагалось по известным причинам. Единственный вариант, это второе дыхание клипа "Сама по себе" с новой исполнительницей. При этом у нас звуковой трек уже обновленный, он интереснее, чем тот, который записан на другой студии.
О.А.: Лично мне хотелось бы снять клип на какую-нибудь другую песню. В частности, я бы очень хотел посотрудничать (это со СВИНЦОВОГО ТУМАНА у меня) с Владом Опельяцем, в основном — как с оператором, но он еще и как режиссер выступал, насколько мне известно.
— Для вас важны слова музыкантов, высказанные в ваш адрес?
О.Н.: Настолько важны, что все время, которое мы сотрудничаем, помимо музыки мы только этим и занимаемся. Критикуем друг друга нещадно. Для того, чтобы каждая песня приобрела то звучание, которое она имеет сегодня, происходят достаточно полемичные дискуссии с обидами и всем прочим. Мы всегда миримся, потом опять ругаемся, — потому что цель и концепция ясны, а вот методы достижения разные. Мы можем все по-разному представить: и в кантри, и в рэгги сыграть. Если все внимательно послушать, то будет видно, что весь альбом выстроен демократично в одной концепции. Запись материала, аранжировка и адаптация к этому звучанию у нас заняла достаточно долгое время. В соответствии с человеческим фактором. Некоторые песни вообще было противно играть, они не шли, они казались глупыми, странными и никому не нужными. Есть песни, которые с первого раза вошли в аранжировку, а есть тяжелые песни.
— У вас уже были концерты? Какой бы вы хотели видеть презентацию диска?
О.Н.: Концерты у нас были. Правда, их было немного. В основном — московские клубы. Что же касается презентации диска, то хотелось бы, чтобы на ней было много народа, хороший звук и возможность объективной оценки нашей игры.

Вопросы задавала Катерина НЕВИНСКАЯ

© музыкальная газета

© 2005 музыкальная газета