статья


Sneaker Pimps
у истоков трип-хопа...

Эта группа стояла у истоков трип-хопа, постоянно развиваясь и открывая все новые и новые пространства альтернативного мира… Про этих ребят когда-то писали: «Они нашли свое тенистое царство где-то между инди-музыкой, альтернативой, танцевальными ритмами, sci-fi и voodoo» — причем, надо сказать, достигнув значительного успеха в данной области. Встречайте! Сегодня на этих страницах гостят британцы SNEAKER PIMPS, и барабанщик Дэвид, в течение нескольких месяцев безуспешно пробивавший пути на концертные площадки России, расскажет, чем живет эта замечательная команда…

— Привет, Дэвид! Давненько ничего не слыхать из вашего “стана». Чем сейчас занимаются участники SNEAKER PIMPS, что планируется на ближайшее будущее? Одним словом, самые банальные вещи для начала…

— Мы так долго выступали, так много ездили в туры, что ДО СМЕРТИ устали друг от друга. Теперь пришло время отдохнуть. Сделать перерыв. Как только отойдем, придем в себя, примемся за запись нового альбома и, вероятно, за съемки фильма. Сами займемся этим делом и выпустим его на DVD. Но это все в будущем… пока отдых и еще раз отдых. Хммм… странно, я всегда любил концертную деятельность, но сейчас это настолько запарило, что не вызывает ничего, кроме кипы негативных эмоций. Тем более, что мы продолжаем ездить в одни и те же места, оставляя «неоткрытой» огромную часть мира…
— Доволен ли ты промоцией "Bloodsport" в той степени как она происходит на сегодняшний день?
— Смотря в какой стране. В Германии, например, не очень. Вообще-то, для большинства стран хорошая промо-кампания обходится очень дорого, и позволить ее себе могут разве что очень крутейшие поп-звезды, подписанные на мэйджорах. А такие как мы перебиваются чем придется…
— Представьте, что я предложила вам принять участие в составлении глобальной музыкальной энциклопедии, в которой каждая когда-либо существовавшая на свете группа получила бы небольшую характеристику… Что следовало бы написать про SNEAKER PIMPS? Какая-то исключительная черта, которая сразу выделила бы вас из всего остального музыкального сообщества…
— Я бы написал так: «SNEAKER PIMPS были первой группой, выступившей на поверхности луны».
— Неплохо, хех… Вы так часто ездите в туры, что наверняка и естественный спутник Луны не обошелся без возможности лицезреть шоу SP. Не мог бы ты рассказать какой-то интересный, смешной случай из концертной жизни — другими словами, tour story?
— Конечно. Мы сошли с ума в Америке в 1997 году. Это был первый обширный концертный тур, который мы приняли со всей наивностью невинности и неопытности, не упуская малейшей возможности для веселья/наживания проблем. Сначала мы просто как-то не осознали, что намерены оставаться там восемнадцать месяцев… мы думали, это займет всего две недели… Едва успев приехать, мы попали в жерло безудержного сладкого гедонизма, который позже показался прокисшим уксусным вином... (это не попытка морализирования, так было на самом деле). Последний сейшн на West Coast закончился попыткой Криса переплыть через Тихий океан — домой, в Англию. Ему было плевать на географические истины… и только Лайэм спас парня от тотального безумия. Впрочем, немного позже, уже на пути к Старой Земле, настала очередь самого Лайэма… Он подскочил среди ночи, помчался в ближайший аэропорт и полетел в Лондон, не сказав никому ни слова. Не знаю, насколько смешна или интересна эта история, но она… наша.
— Есть ли внутри группы какие-либо прозвища, «погоняла»? И… как бы ты (вкратце) охарактеризовал каждого из участников коллектива?
— Крис Корнер (вокал, гитара) в локальных кругах известен как «личинка», «кукурузинка» или «вogweed» (не могу сказать, что это, но что-то явно связанное с наркотическими глюками… — От авт.) Он неутомим и озабочен буквально всем: прической, одеждой, музыкой… всем.
Лайэма (клавишника), кроме его основного имени, знают как «doogie» или «гиббон». После того, как он стал отцом, он значительно поуспокоился…
Джо (бас-гитариста) иначе называют «Josie» и «Willy». Холерический тип: либо очень злой, агрессивный либо спокойный, равнодушно-меланхоличный либо истерически счастливый…
Дэвид, то есть я сам, иначе называюсь «тушей», «дядей Терри» или «алкоголиком». Честно говоря, не очень хочется характеризовать себя самого… надеюсь, я просто… морально устойчивый чувак. Как ни удивительно, мы все ненавидим свои никнэймы.
— Любите ли вы взаимные розыгрыши, подленькие подшучивания?
— Нет, уже нет. Завязали. В последний раз, когда это имело место, произошла глобальная ссора. Теперь, отправляясь в турне, наивысшей задачей ставится сохранение стабильно спокойной обстановки внутри группы, ситуации, когда никто ничем не раздражен и удивлен. Иное чревато… Между нами устанавливается деликатнейший ментальный баланс, малейшее нарушение которого может привести в ближайший желтый дом…
— Вы по-прежнему занимаетесь работой над собственным лейблом Splinter Recordings? Какова твоя функция в этой конторе? Возможно ли заработать нормальные деньги, организовав небольшой лейбл вроде вашего?
— Нормальные деньги? Нет. Мы не делаем это ради денег — это что-то из разряда хобби, это свобода, позволяющая выпускать музыку, которая нам нравится, тогда, когда нам нравится. Я бы даже не стал называть это серьезным бизнесом. А что касается разделения труда — мы все вовлечены в работу в равной степени, будь то оформление, веб-сайты, видео, деньги, промоция и т.д.
— Что за проблема возникла у вас с предыдущей вокалисткой, Келли? Не сложилось что-то во внутренних отношениях?
— Вся эта ситуация сложилась до дикости сложно и неестественно. Мы были с ней едва знакомы к тому времени, когда пришла пора ехать в тур, и, познакомившись, так и не смогли идти в едином направлении. Иногда, конечно, было весело, а временами мы буквально наступали друг другу на горло. Вероятно, ей тоже было сложновато — все-таки не каждый быстро адаптируется, явившись чужаком в компанию давних друзей. Мы записали альбом и лишь в последний момент добавили ее вокал, финальным и, если честно, не сильно значительным элементом. Потом уже, в ходе концертирования, она и сама поняла, что не вписывается в нашу команду, но рекорд-лейбл смотрел на это все с другой колокольни и, наплевав на все взаимоотношения, пытался выгородить Келли наперед, продвигая именно ее… после этого и начались траблы.
— Вообще существует мнение, что, попадая в мужскую компанию, девушки неминуемо создают проблемы…
— Эта сентенция звучит как традиционное мужское оправдание женоненавистничества… Для некоторых случаев оно, безусловно, справедливо, хотя по тому, как ты расставила акценты в этом вопросе, выходит, что скорей мужчины создают проблемы, чем девушка, которая оказывается в их обществе.
— Пять наиболее важных вещей в твоей жизни?
— Любовь, еда, вино, музыка, книги, тишина.
— Твои любимые барабанщики?
— Тони Уильямс, Джон Бонэм (Led Zeppelin), Йаки Либенцайт (CAN), Рени (STONE ROSES).
— А… самая красивая певица… как ты думаешь?
— Билли Холидэй, наверное.
— Самый лестный комплимент, когда-либо произнесенный в адрес SNEAKER PIMPS?
— Я не пытаюсь шутить или прикалываться, но нам на самом деле никто не делал комплиментов. Не могу вспомнить ни одного.
— Какие лирические темы кажутся тебе наиболее близкими — в песнях SP и… вообще?
— Я предпочитаю личную, интимную лирику о маленьких жизненных вещах, о тонкостях взаимоотношений между людьми. Политика общения, отношений, являющаяся неотъемлемой частью любого взаимодействия. Исключительно политические темы или просто что-то помпезно-глобальное — не для меня, я больше люблю детали и частности…
— Помнишь ли свой первый сценический опыт? Что чувствовалось тогда, какие мысли посещали?
— Дикий ужас. Это было подавляющее чувство, царившее среди нас. Лайэма пришлось буквальным образом тащить на сцену, потому что он прятался в шкафу…! Тем не менее, все быстро прошло стоило только начать…
— Какими профессиями, работами приходилось поддерживать свое существование после окончания колледжа? Я думаю, не только музыкой…
— Не только, конечно. Я трудился на бензоколонке, был коммивояжером, продавцом в супермаркете, работал в баре, на ферме и в поп-группе… Кстати, хуже всего было бы, если б это все пришлось провернуть в обратном порядке! Это было бы страшно.
— А в колледже ты изучал искусство, верно? Как эта учеба повлияла на дальнейшую жизнь?
— Очень повлияла. Я бы порекомендовал этот курс всякому, просто для общего развития. Вам совсем необязательно уметь рисовать или чертить — это умение, скорей, даже вредит делу. Вопрос заключается в смелости и свободе идей, умении критически мыслить и судить увиденное. Подобный колледж не только кажется лучшим образованием для желающих сделать музыкальную карьеру, но и для всех остальных, за исключением, наверное, хирургов.
— А как насчет изучения русской культуры? Что ты знаешь о странах бывшего СССР?
— Когда мы росли и учились, нам внушали, что вы плохие ребята, но сейчас все знают, что вы уже совсем неплохи. Я знаком с некоторой частью русской классической культуры, а вот с современной дело обстоит немного хуже: сюда ее проявления практически не доходят. Наверное, для этого нужен личный визит, личный опыт, знакомства…
— Есть ли у вас какие-либо сайд-проекты? И… на каких инструментах можешь играть ты лично?
— У всех нас есть по сайд-проекту, с разной степенью успешности. А я… уже 19 лет играю на барабанах, немного на клавишных, немного гитары, однако… по-моему, лучший инструмент — это сэмплер!
— Твои любимые места в Англии? И, кстати, где вы живете на сегодняшний день?
— Насчет любимых мест немного затрудняюсь ответить: тут моя личность всегда была разделена надвое. Я вырос в деревне, потом переехал в город. На данный момент проживаю в Лондоне — по счастливому обстоятельству — в одном из мест, которые мне по-настоящему нравятся. Оно называется Hampstead Heath и очень похоже на небольшую деревеньку или пригород. Ты можешь гулять здесь часами, затеряться где-то в глубине леса и при этом находиться всего в двух-трех километрах от центра. Очень здорово и очень удобно.
— Можно себе представить… А скажи, не пытался ли ты попробовать свои таланты в сфере графоманства: романы, истории, новеллы, что-то в этом духе…? Я просто читала твои тур-мемуары и не могла оторваться — так иронично, гладко, красиво и складно написано! Надеюсь, однажды книжные полки магазинов высветят знакомое имя…
— Да, однажды я собираюсь написать роман… хотя до сих пор наблюдал в себе проблемы по части выдумки. Просто не могу вообразить: сидит человек в комнате и выдумывает историю. Выдумывает персонажей, события, места, и все для нашего с вами удовольствия. Он, по сути, ужасный лжец… и еще получает за это деньги! В каком старом гнилом мире мы живем…
— Веришь ли ты... в настоящую любовь? Встречал ли уже что-то подобное на своем пути?
— О, нет! Только не эта тема — не дай мне ее начать...! Я мог бы писать об этом днями. И ночами. Я всегда верил в существование истинной любви. Однако эта вера была выбита из меня… Клише… но как уж есть.
— Ладно, не будем о болезненном… Последние CD, которые ты купил? Часто ли, стати, грешишь этим делом?
— Последним из купленных был Underworld, «A Hundred Days Off», который, признаться, немного разочаровал. А так… обычно я их вообще не покупаю. По большей части, мне их дарят.
— Так… финальная часть, столь же стандартная, как и начало. Твои пожелания нашим фэнам…
— Всем привет. Мы хотим к вам приехать, стараемся организовать подобную возможность, но пока не в состоянии преодолеть наплыв сложностей… Что ж, немного терпения.

Анастасия САМОТЫЯ

© 2005 музыкальная газета