статья


Autism
New York City boy



"Легче, наверное, в США заработать на музыке?" — спрашиваю я Вадима из группы AUTISM. Потому что впервые за историю группы новый альбом был издан по всем правилам шоу-бизнеса и сравнительно нормальным (по белорусским меркам) тиражом — 1000 экземпляров.

Однако Вадиму приходится все так же издавать диски на свои деньги и распространять собственными усилиями. "Первый раз, по сути дела, я выпустил диск, который выглядит как диск и который можно слушать как диск. До этого здесь, в Минске, была небольшая андерграундная студия "Delta 9". Мы выпускали не настоящие commercial-компакт-диски, это были компьютерные диски для CD-ROM'ов. Они звучали и на всем остальном, разницы по большому счету нет, но это был не коммерческий продукт. Альбом "((vibro))" создан полностью по стандартам индустрии не только американской, но и международной. Это нормальный commercial-disc со всеми необходимыми кодами и копирайтами. Он также подписан во всемирную базу данных по компакт-дискам. Диск я выпустил на собственном лейбле Segment. Тираж довольно-таки небольшой: тысяча экземпляров. Сейчас меня поглотил процесс реализации диска, хочется, чтобы его слушали, чтобы он распространился как можно шире. Пока я распространяю его в Интернете, и продажа идет неплохо. Но нужно заниматься и реальными магазинами. Я люблю писать музыку, но, честно говоря, не люблю ее продавать. Живя в Америке, продавать надо. У меня дома стоит несколько коробок с компакт дисками. Их надо куда-то деть, потому что их просто много, они занимают место, и с другой стороны, я хочу, чтобы их слушали".

Как выясняется, в самой демократичной стране с экспериментальным творчеством приходится так же нелегко, как и у нас, не обремененной слишком уж известными именами электронных музыкантов. "Я боюсь, что если говорить об электронной музыке, то, наверное, в Америке есть всего имен пять-десять, которые живут только за счет того, что они пишут. Если говорить о рок- и поп-музыке, то имен значительно больше. Это понятно, это шоу-бизнес, совсем другая индустрия. В экспериментальной музыке — одно-два имени в США, и до десяти — вообще в мире. Я знаком с некоторыми музыкантами, которые имеют вес, они известны, постоянно гастролируют, но, как правило, зарабатывают на жизнь другими способами. На одной вечеринке я познакомился с двумя музыкантами из Парижа: один — SOL, а другой — FABRIQUEDELACOLEURS. Они пишутся на Mille Plateaux — известном лейбле, который занимается clicks & cuts и всеми формами минимализма. Я с ними разговорился, мы задавали друг другу обычные вопросы, и один из них звучал так: "Зарабатываешь ли ты своей музыкой?" И меня спросили: "Ты что, еще один графический дизайнер?". Я сначала не понял вопроса, а потом мы посмеялись, потому как оказалось, что основное количество электронных музыкантов-минималистов работают либо graphic-дизайнерами, либо web-дизайнерами. Эти люди занимаются визуальным искусством и, помимо того, каким-то образом перемещаются в другое, аудиовизуальное пространство. Это могут быть программисты, но в основном — художники".
…Два с половиной года назад Вадим уехал в Нью-Йорк. За это время он, человек, который прожил в Минске большую часть жизни, перестал чувствовать себя в этой стране чужим, но к некоторым бытовым вещам до сих пор привыкнуть не может: "Первое, что меня поразило, когда я приехал в Нью-Йорк, — это то, что все бросают на улице окурки и прочий мусор. Я долго жил в Германии, и после Европы это меня удивило, да и в Минске такое редко встретишь. Еще меня поразило, что люди спокойно ходят на красный свет, и полиция не обращает на это никакого внимания. То есть какие-то бытовые мелочи, все остальное — глобальные выводы".

За время жизни в США с Вадимом многое произошло. Например, он заставил понервничать поклонников AUTISM заявлением, что группа создавалась изначально двумя людьми — им и Димой "Харьковским" — и теперь он не имеет морального права издавать альбом под их общей маркой. Отыграл в нескольких нью-йоркских клубах и заявлен теперь на участие в фестивале в Торонто. Привык к званию почетного пионера электронного движения Минска (семь альбомов и два сайд-проекта — это уже не шуточки). Сейчас он вновь вернулся погостить в Минск, и заодно поделился своими соображениями по поводу настроения: "Я приехал, конечно, с хорошим настроением, поскольку я домой возвращаюсь, хоть и ненадолго — на десять дней. Впечатления у меня не очень хорошие — до сих пор акклиматизация, полусонный хожу. К сожалению, погода подвела. Я хотел отдохнуть после нью-йоркской жары, а случились погодные неприятности, к которым я не был подготовлен".
Он сам вообще не сильно изменился. Все так же занимательно способен рассуждать на разные темы, любит поспать, ценит уют, чистоту и старается не выходить за рамки. Музыкальные пристрастия Вадима тоже не сильно изменились: "Половина музыки, которую я слушаю, — это минимализм, экспериментализм. А вторая половина — это, как ни странно, поп-музыка. Я люблю хорошую поп-музыку. У меня, видимо, какое-то раздвоение сознания. Одна часть меня тяготеет к чему-то легкому, другая — к тяжелому и экспериментальному. Эта вторая часть находит выход в творчестве. В области поп-музыки я ничего хорошего пока не написал. В современной музыке сейчас меняются приоритеты. Есть один закон: рано или поздно человек, какой бы он ни был эксперименталист, насколько бы он ни был интересен в свое время, рано или поздно выдыхается. Это я заметил даже по своей самой любимой группе DEPECHE MODE, с которой я вообще начал знакомиться с электронной музыкой. Когда-то они были действительно авангардом электронной музыки, когда еще экспериментальные направления были так глубоки и далеки, что никто ими особо не интересовался. Был KRAFTWERK, который в свое время нырнул очень глубоко и, по сути, так и не вынырнул, хотя было много слухов о том, что они вновь появятся. В 2000 году они выпустили сингл "Expo 2000". Я от него многого ждал, но он оказался KRAFTWERK образца начала 80-х, не более. Ничего нового. То же самое наблюдается в экспериментальной музыке: люди выдыхаются рано или поздно. Когда в Минске происходили первые рэйв-вечеринки, мы все очень любили тех же ORBITAL. Я слушаю их последние альбомы и не знаю, с чем это сравнить. Просто заурядная поп-музыка".

Вадим всегда ценил IDM и до сих пор интересуется этим стилем. Правда, в Америке нет коллективов, которые являются достойным ответом европейским, обитателям того же Warp. "Если судить по Интернету, то в Америке много продолжателей идей Warp, но они сидят в подполье. Так же и в Беларуси много людей интересных, но их просто нигде не слышно. А в основном эта культура сконцентрирована в Англии, вокруг Warp. Достойного ответа европейскому IDM в Америке я не вижу, поэтому назвать ничего не могу. Я слежу за brand-name'ами в IDM: SQUAREPUSHER, AUTECHRE. Из того, что понравилось в последнее время, я бы отметил последний альбом BOARDS OF CANADA. Зато в Америке очень хорошо налажена дистрибьюция, и можно без проблем купить интересующие диски. Есть в Нью-Йорке небольшой, но хороший магазин "Other Music", где есть абсолютно все новинки. Я очень хорошо помню, что когда вышел новый альбом BOARDS OF CANADA "Geogaddi", стояли огромные рекламные щиты, как будто это был последний альбом Мадонны. Так что с этим проблем нет. Есть, конечно, издания, есть в Интернете много сайтов. Так что человек, который интересуется, всегда может найти информацию, вне зависимости, живет ли он в Нью-Йорке или в Минске, при наличии Интернета".
К таким стилям электронной музыки как техно, хаус, драм-н-бэйс Вадим относится хорошо, но вот работать в их рамках не хочет: "С возрастом что-то приходит, что-то уходит. Начинаешь, как многие, с techno, потом house, drum-n-bass. Потом, когда сам начинаешь писать музыку, понимаешь, что рамки жанра, четкий заданный ритм сковывают тебя, хочется расширить музыку и расшириться самому. В результате скатываешься в экспериментализм. Это не значит, что там нет четких ритмов, но границы более размыты. Легче творить, не напрягаясь, потому что когда ты хочешь сделать, допустим, хаус, постоянно растет внутреннее напряжение. Тарелочки нужно вот так ставить, "бочку" — вот так, аналоговые звучки взять отсюда. Шаг в сторону — внутри возникает напряжение: ты что-то делаешь не то. У меня нет сейчас этого чувства. Я абсолютно независим и просто делаю то, что хочу. Иногда это, может, звучит дико. Люди спрашивают: о, ты пишешь музыку, покажи, пожалуйста! Я показываю, но иногда бывает неудобно перед людьми, которые ожидают услышать что-то похожее на музыку в общепринятом понимании слова".

Иногда поражаешься, как удается группе так долго работать в области совершенно неприбыльной электронной музыки. И, тем не менее, удается — с 1995-го, когда был самопально издан первый альбом "The Spiral Twist". Правда, в то время AUTISM представлял собой дуэт — вместе с Вадимом над проектом работал Дмитрий "Харьковский". Но к третьему альбому "Membrana" Дима отошел от участия в написании музыки. Расставание прошло без обычных в таких случаях скандалов и попыток обвинить в происшедшем бывшего "товарища по оружию". После Вадим пытался записываться с другими людьми, были проекты с вокалом, но как-то не клеилось. К сожалению, творческие пути часто расходятся. Зато после того, как AUTISM стал детищем одного человека, все вопросы о взаимодействии и взаимоотношениях между участниками отпали сами собой. Экспериментировать легче в одиночестве. Никто не станет ставить препоны на пути твоей фантазии. "Я пробовал писать ремиксы. Как оказалось, мне это совершенно не интересно. У меня есть тайная мечта — создать поп-проект с вокалом. Начинаний было много (и в Минске, раза два). В Нью-Йорке я познакомился с одним парнем, который играет гитарную музыку, хорошо поет на английском, и мы с ним одно время работали. Но вдруг поняли, что развиваемся в совершенно разных направлениях. Он тяготеет к музыкантам типа PINK FLOYD, а я — понятно куда. Но, возможно, следующий мой проект будет именно таким, посмотрим".
На сегодня у AUTISM уже семь альбомов, а что касается проблем, то они всегда есть. "Как я понимаю, в боязни творческого бессилия есть две составляющие: как себя музыкант чувствует, и как его воспринимают другие. Он может себя считать творчески сильным, издавать альбомы по два-три в год, но он неинтересен с точки зрения эксперимента. Я тоже могу часто издавать альбомы, раздаривать друзьям, но это не то, чего я хочу. Я хочу, чтобы было интересно, чтобы был какой-то стержень, что-то, ради чего стоило писать, всем этим заниматься. После каждого альбома я задумываюсь, не выдохся ли я? Тем более перед глазами столько примеров, когда гуру электронной музыки рушились в один момент, таяли, как снеговики на солнце. Когда я почувствую, что я выдыхаюсь, то надо, наверное, уйти из этого. Начну выращивать цветы или собирать гербарий".
А пока время новых кризисов не пришло (будем надеяться, оно не наступит), AUTISM готовится к еще одному решительному повороту в своей жизни. "Когда я приеду в Нью-Йорк, то через несколько дней отправлюсь на фестиваль в Торонто. У меня будет очень мало времени, так что надо подготовиться. В дальнейшем я собираюсь продавать музыку, и когда избавлюсь хотя бы от половины дисков, то вернусь к творчеству. Я сижу вечерами за компьютером, но пока основной идеи нет. Самое сложное — нащупать идею. Я замечал, что можно сидеть днями и ночами, и целые треки складывать в компьютере, но пока нет общей идеи, концепции, то ничего не получается".

Анна ПРИМАКА

© 2005 музыкальная газета