статья


Sly And His Family Stone
Бунт против рамок



Если когда-либо название пластинки отражало ее суть, то это название альбома SLY AND THE FAMILY STONE "There's A Riot Goin' On". Обстоятельства, при которых он создавался, и эффект, который он произвел, иначе как бунт расценить нельзя. Бунт против жестких музыкальных рамок — и общественного правопорядка.

Поначалу, когда продюсер Терри Мелчер обратился к Джону и Мишель Филлипс из THE MAMAS AND THE PAPAS с просьбой сдать в аренду принадлежавший им особняк в Бел-Эйр, ничего не предвещало неприятностей. Ничего не было странного в том, что команда Слая Стоуна решила снять для работы над новым диском роскошное поместье — к осени 1970-го они считались птицами высокого полета. Однако за те полтора года, что минули со времени предыдущего альбома группы, "Stand!", черно-белая раскладка мира уступила место радужности детей-цветов, плясавших на Вудстокском фестивале под заводную "I Want To Take You Higher", и питавшейся наркотиками психоделии. Вудсток высвободил демонов Стоуна, и спустя полгода, в январе 1970 года, хит-парад взорвался песней с красноречивым названием "Thank You (Faletinnme Be Mice Elf Agin)". После выхода которой ансамбль исчез из поля зрения публики. Из-за наркотиков — Слай постоянно пребывал в тумане, который пытался трансформировать в музыку, призвав ко двору нужных музыкантов. Да-да, ко двору — при мании величия певца выглядело это именно так. Стоун считал, что само время находится у него в услужении, а потому являлся на концерты по вольному расписанию. Задержки становились все более продолжительными, и если сперва заждавшаяся аудитория оказывала артистам невероятный прием, то постепенно напряжение переросло в агрессию; в истории Ньюпортского джазового фестиваля точка была поставлена после того, как сотни поклонников FAMILY STONE проломили ограду, начавшееся с пятичасовым опозданием выступление в Вашингтоне вылилось в несколько кварталов разнесенных витрин, а отмена в последнюю минуту представления в Чикаго породила беспорядки, которые окончились тем, что полиция трех человек застрелила и полторы сотни — арестовала. Ситуация вышла из-под контроля, однако Слаю до этого дела не было.

Певец существовал в собственном мире, подступы к которому охранял до такой степени, что на концерте в "Филлмор-Ист" не позволил никому играть соло — причем в число членов ансамбля входили его брат Фредди и сестра Роуз. Ближе родственников ему был гангстер по имени Бубба Бэнкс. Бубба уловил исходивший от приятеля запах больших денег и пристроился к артисту охранником, заодно заполучив себе в постель Роуз. Отныне поговорить со Слаем в обход Бэнкса было невозможно, что совершенно не устраивало Дэвида Капралика — менеджер коллектива оказался отгороженным от своих подопечных. И хотя Стоун по-прежнему носил на шее подаренную Дэвидом звезду Давида, члены группировки "Черные пантеры" отравляли его сознание националистическими догмами, пока он отравлял собственный организм транквилизаторами и кокаином. Сочетание страшное, ибо кокаин — средство возбуждающее. Слай хранил зелье в сейфе и выдавал дозу приближенным, когда считал нужным, — нюхать на стороне запрещалось настрого. Впрочем, дилер со стороны вряд ли мог появиться, ибо стоуновский питбуль Ган и своих-то кусал — сочтя репетицию скучной, певец спускал любимца с поводка и наблюдал за тем, как все бросаются врассыпную.
Врассыпную — вот что происходило с FAMILY STONE: обзаведшись одной из первым драм-машин, Слай не особо нуждался в барабанщике Греге Эррико да и на басу вместо Ларри Грэма стал поигрывать сам. Командный дух выветривался, и Стоуну на это было наплевать. Приглашение на вечеринку к Мухаммеду Али еще больше убедило артиста в собственной исключительности и, решив подзаправиться порошком, он на самолете рванул из Нью-Йорка в Лос-Анджелес — накануне участия в престижном телешоу Дика Каветта. Обнаруживший отсутствие друга Бубба позвонил известному певцу Бобби Уомэку и попросил доставить Слая обратно. Из аэропорта в студию беглец должен был прибыть на вертолете... Несясь на машине параллельным курсом, Бэгкс неожиданно заметил, что "вертушка" разворачивается в обратную сторону. Оказалось, поток воздуха сдувал с зеркальца кокаин, а поменяться местами на ходу Уомэк и Стоун не смогли. Уже на месте Слай заперся в гримерке — Бубба выбил дверь, но как только ведущий объявил гостя, тот шепотом объявил: "Меня пронесло", и смылся в уборную. Одну песню все же сыграли, однако вместо интервью зрители увидели идиотски хохочущего парня. Еще более идиотским поступком окружавшие Стоуна бандиты сочли то, что он вручил одному из членов выделенного группе полицейского эскорта скрипичный футляр — вместо инструмента туда были упакованы наркотики, и Слая веселило то, как легавый тащит запрещенный товар.

Если учесть, что все это происходило на людях, можно лишь догадываться, каким адом оборачивались начавшиеся в Бел-Эйр рабочие сессии. В ритм-секции особой надобности не было — а к пользовавшемуся популярностью Ларри Грэму Слай и вовсе относился с подозрением, — и теперь в фаворитах у него ходили духовики Синтия Робинсон и Джерри Мартини. И Уомэк — Бобби не только оказал товарищу всяческую помощь, но и записал по ходу дела большую часть выведшего его в звезды альбома "Communication". Из старых знакомцев на выручку к FAMILY STONE пришли также писавший успешные песни Джим Форд и органист Билли Престон, с которым Слай сотрудничал еще в 1965-м, а в гости повадились заглядывать Айк Тернер, Майлз Дэвис и Херби Хэнкок. Гиганты впечатлились увиденным: влияние Стоуна ощущается на "Bitches Brew" Майлза, а заглавную композицию своего диска "Headhunters" — самого продаваемого джазового альбома в истории — Хэнкок и вовсе собирался назвать "Sly".
Помаленьку обнажилась и обратная сторона этой мини-революции — денежная. Одна только аренда особняка обходилась в двенадцать тысяч в месяц — при том, что концерты SLY AND THE FAMILY STONE давали все реже. Из восьмидесяти представлений, назначенных в 1970 году, двадцать шесть были отменены, и не получавшему никакой отдачи от своих авансов Капралику пришлось подать против своего клиента иск. В отместку Слай отказался от шести ближайших выступлений. После чего приглашать ансамбль решались немногие импресарио. Способ заработать деньги оставался один — выпуск великолепной пластинки. И артист погрузился в работу — неупорядоченную, изнуряющую, но плодотворную. Порожденная ситуацией ярость выплеснулась в нечто совершенно новое в музыкальном отношении. Музыка бурлила — гитары и электрические клавишные "осушили" звук, почти не оставив места духовым, драматические вокальные гармонии сменились голой прямолинейностью. То был завораживающий фанк во всей своей красе.

Отсутствие концертов положительно сказывалось на творчестве Слая и отрицательно — на его музыкантах, заработок которых находился в прямой зависимости от выступлений. Первым ушел Эррико, обозванный шефом собакой после выдуманной придирки, — тем паче, что на новом альбоме свою партию Грег толком расслышал единственно в "Thank You For Talkin' To Me Africa", перелицованном варианте вышедшей за полтора года до того "Thank You". Полтора года, ибо когда запись подошла к концу на дворе стоял сентябрь 1971-го, и Стоун знал: у него в руках — готовая взорваться бомба. Полигоном стал "Медисон-сквер гарден", три концерта в котором прошли с аншлагом, а посему первое место появившегося через месяц сингла "Family Affair" удивления не вызвало. Только восторг.
Успех позволил Стоуну избавиться от сдерживавшего его Капралика, передать в 1972 году бразды собственной карьеры в руки Буббы — и сорваться с цепи. Не прошло и нескольких месяцев, а его уже трижды арестовывали за размахивание пистолетом в общественных местах и антиобщественное поведение. И если с похищением подруги и перемещением ее в спальню Слая Престон смирился, то Лари Грэм просто так сдаваться не собирался, хотя не сомневался, что его дни в группе сочтены. Речь шла не об увольнении — Бубба намеревался застрелить строптивца после концерта в Лос-Анджелесе, где наметились новые жертвы — техники, по мнению Стоуна, не настроившие как следует его орган. Инструмент был в порядке — чего нельзя было сказать о совершенно обдолбанном Слае. После выступления громилы Бэнкса ворвались в гостиничный номер техников, избили их до полусмерти и бросились на поиски ускользнувшего из-за кулис Грэма. Лари удалось сбежать через черный ход.
Захлопнувшаяся за ним дверь ознаменовала собой падение колосса FAMILY STONE. К 1975-му ансамбля не стало. Альбом "There's A Riot Goin' On" превратился в важную веху популярной музыки. А личный бунт Слая Стоуна оказался печальным — за прошедшие с момента триумфа тридцать лет в зал суда артист попадал куда чаще, чем в студию...

Дмитрий М. ЭПШТЕЙН

© 2005 музыкальная газета