статья


Temptation, The
Стечение обстоятельств



По формуле Чайковского, гениальность состоит из 3% таланта и 97% работы. Чего классик не учел, так это стечения обстоятельств как фактора, зачастую определяющего успех того или иного произведения. Значение этого третьего элемента в полной мере прочувствовал на себе квинтет THE TEMPTATIONS, дорога которого к знаменитому альбому "Cloud Nine" вопреки названию оказалась вовсе не безоблачной. Облака разогнал человек, которого звали Норман Уитфилд.

TEMPTS считались элитными рысаками детройтского музыкального стойла известного миру как Tamla Motown — только вот в разряд призеров фавориты никак не переходили. И это вот у главы фирмы грамзаписи Берри Горди в голове не укладывалось никак. Концерты группы пользовались успехом, а вот пластинки...
Семь провальных синглов подряд требовали принятия срочных мер. Поначалу Горди объявил среди штатных сочинителей конкурс на хит для его любимцев — в качестве награды победитель назначался продюсером ансамбля, что было необычно: как правило, на всех исполнителей работало всего несколько мастеров. Лучшей определили собственную песню Горди. Сочинять босс умел великолепно, но не на сей раз — в последнюю минуту с гастролей вернулся сладкоголосый лидер MIRACLES Смоки Робинсон, и чаша весов склонилась в сторону написанной им "The Way You Do The Things You Do". В 1965 году Эдди Кендрикс, Дэвид Руффин, Пол Уильямс, его однофамилец по имени Отис и Мелвин Франклин наконец увидели свой диск в таблице популярности.

Внешне эти долговязые парни вполне сошли бы за баскетбольную команду, однако стоило им запеть... Они действительно представляли собой маленькую сборную: Отис и Мелвин выступали раньше в составе THE DISTANTS, Пол и Эдди — в THE PRIMES, а Дэвид и вовсе работал сам по себе. Потому казавшуюся на сцене единым целым группу распирало изнутри со страшной силой. Кендрикс, будучи старше Франклина на четыре года, относился к нему как к ребенку, что раздражало Отиса Уильямса, хотя этот "ребенок" — кстати, двоюродный племянник Руффина — сам по каждому поводу "бодался" с Кендриксом, всегда поддерживаемым Полом Уильямсом.
Обстановочка была та еще — и все же рабочая. Робинсон шатии-братии спуску не давал, снабжая их новыми песнями. "It's Growing", "Since I Lost My Baby", "Don't Look Back"... Мечтавшие ранее об успехе THE TEMPTATIONS не покидали американский хит-парад сорок пять из пятидесяти двух недель 1965-го.
За тем взлетом с восхищением наблюдал однокашник Мелвина Франклина и Отиса Уильямса Норман Уитфилд. Он в качестве менеджера прикрывал тылы ритм-энд-блюзовой группы THE MOHAWKS, заправлял в которой друг его старшего брата пианист Ричард Уайли и бас-гитаристом которой был будущая легенда Motown Джеймс Джемерсон. Горди приютил под своим крылом и эту команду — но не Уитфилда. Тогда Норман отправился на фирму бывшей жены Берри Thelma Records, где и занялся подбором артистов и репертуара. Правда, когда Тельма весьма неосторожно похвасталась сотрудником перед экс-супругом, тот моментально нашел Уитфилду местечко у себя, поручив представлять лучшие пластинки еженедельному худсовету. Норман не только справлялся с ответственной работой, но и внимательно наблюдал за творческой лабораторией Motown.

Тут-то и обнаружился его талант — талант аранжировщика. Норман вылавливал отдельные нити в приглянувшихся ему песнях и нанизывал на них мелодию — эдакий первопроходец сэмплирования. Чуткое ухо не подводило — так басовая линия песни THE GUESS WHO "American Woman" легла в основу "Ball Of Confusion". И ладно, если Уитфилд знал, чего хочет, — в противном случае его упрямство сводило окружающих с ума. Особенно, если окружающие не понимали, к чему он клонит. А клонил Норман к ритмам более четким, нежели те, что принесли успех трио THE SUPREMES. В 1964 году в тени Дайаны Росс и ее подруг оказались все прочие красавицы гордиевого гнезда, и для Уитфилда это был шанс. Первого скромного успеха он добился, написав "Too Many Fish In The Sea" для другого трио, THE MARVELETTES (тех самых, у кого THE BEATLES позаимствовали "Please, Mister Postman"). А потом настал черед THE TEMPTATIONS.
Когда Смоки решил, что бледная "I'll Be In Trouble" также станет хитом, диск-жокеи скоренько обнаружили на второй стороне сингла сочиненную Норманом "The Girl's Alright With Me" и крутили ее непрерывно. Посему за очередную пластинку отвечал Уитфилд, и "Girl (Why You Wanna Make Me Blue)" коммерческие ожидания оправдала с лихвой. Впрочем, следующий раунд остался за Робинсоном и его соблазнительной "My Girl". Все считали соревнование неравным, ибо дружба Смоки и Берри секретом ни для кого не являлась. Как и упрямство Нормана, постановившего: во что бы то ни стало сочинить для TEMPTS шедевр. "Ain't Too Proud To Beg" до этого титула почти дотягивала — иначе ее не записали бы в 1974-м THE ROLLING STONES, — но для сингла была выбрана "Get Ready" Робинсона. Она едва попала в первую тридцатку хит-парада. Прошло три месяца, прежде чем вышла "Ain't Too Proud", однако первое место того стоило.

Победить мало, завоеванные позиции надо уметь удержать. Норман знал, что это будет нелегко, так как написавший слова "Ain't Too Proud" Эдди Холланд, член знаменитого авторского трио Холланд-Дозьер-Холланд, вместе с коллегами покинул Motown. И тут пред Уитфилдом предстал Барретт Стронг, несколькими годами ранее сочинивший "Money", которую приписал себе Горди и которую опять-таки записали в 1963-м THE BEATLES. Продюсер выслушал Стронга и срочно вызвал своего школьного приятеля Роджера Пензабина. Роджер и гитарист THE TEMPTATIONS Корнелиус Грант уже притаскивали Норману свою "You're Me Everything", и теперь Уитфилд пустил в ход свой талант музыкального конструктора. С Пензабином и Стронгом он соорудил "I Wish It Would Rain". Ошеломительный успех баллады омрачило самоубийство Роджера через день после ее выхода, на Рождество 1967-го: вдохновила его на песню любовь к жене, а та супружескую верность отнюдь не блюла. И уже после смерти автора TEMPTS спели "When I Could Never Love Another".
С каждым хитом самомнение Дэвида Руффина росло все больше, и в 1968 году он потребовал объявлять коллектив как DAVID RUFFIN AND THE TEMPTATIONS. Другим изобретением певца была стойка, объединявшая четыре микрофона в один — получалось нечто вроде вешалки для одежды. А еще получалось так, что четыре вокалиста приковались один к другому, в то время как пятый приковывал к себе внимание публики. В том, кому увлекшийся кокаином Дэвид отводил эту роль, сомнений не возникало. Другим слабым звеном стал Пол Уильямс, все чаще заглядывавший в бутылку из-за чувства отчуждения: солировали больше всего Руффин и Кендрикс, Отис и Мелвин по-прежнему оставались близкими друзьями, и даже роль хореографа ансамбля, которую играл Пол, отошла штатному "дрессировщику" Motown Чолли Аткинсу. Группа трещала по швам, а Уитфилд помочь не мог — у него были свои проблемы.

На пару со Стронгом Норман сотворил грандиозную композицию "I Heard It Through The Grapevine", безупречно спетую Марвином Гейем, однако по приказу Горди запись отправилась на полку. Более того, после неудачной "Please Return Yoir Love To Me" Уитфилда отлучили от TEMPTS. Только он уже не был робким новичком и настоял на том, чтобы "Grapevine" все же издали — в исполнении Глэдис Найт. Пусть даже ее версия до варианта Гейя не дотягивала, в списки хитов песня попала — и Норман пошел ва-банк.
Изначальный посыл исходил от Отиса Уильямса, посоветовавшего продюсеру обратить внимание на SLY AND THE FAMILY STONE, сплавивших соул с роком. Уитфилд отмахнулся, сочтя новинку чем-то преходящим, однако изменил свое мнение, как только в музыке Слая появилась толика психоделии, вытянувшая на свет Божий Джорджа Клинтона и его THE PARLIAMENTS. Увидев Клинтона на сцене, Норманн приволок магнитофон, после чего приступил к анализу и синтезу. Новые ритмы потребовали новых инструменталистов, в том числе и белого гитариста Дениса Коффи, по примеру Хендрикса и Клэптона взявшего на вооружение эффект "уа-уа". Революция шла и на вокальном фронте: в июле 1968-го коллеги заменили Руффина Деннисом Эдвардсом. Публика не стремилась принять его вопреки отличному голосу, а то, что Дэвид незваным гостем появлялся на концертах, этот процесс отнюдь не облегчало. Но Норман просчитал все.

В октябре группа отправилась в студию с наброском под названием "Cloud Nine", и вот на этот схематичный набросок Уитфилд принялся нанизывать аранжировку — сложную, с участием двух барабанщиков и слоями гитар. Когда он перешел к голосам, певцы чуть не сошли с ума, но, доверившись чутью Нормана, закрутили вокальные линии вокруг ведущей партии Эдвардса. Все вместе, плюс туманно-наркотические тексты, образовало доселе не слыханную взрывную смесь, мину замедленного действия. Диск поступил в продажу 25 октября... и две недели царило молчание. А потом рвануло. Публика неистовствовала — и не верила, что это те самые THE TEMPTATIONS. Через неделю мир услышал наконец "Grapevine" в исполнении Марвина Гейя — ни один сингл Motown не разошелся в таких количествах и по сей день, а песня "Cloud Nine" принесла фирме ее первую награду "Grammy".
Уитфилд выиграл бой, и разогнал облака для новой музыки.
Давно уже нет Гейя и старых TEMPTS — жив только Отис Уильямс. А Норман? Норман работает с другими ветеранами, THE FOUR TOPS, и божится, что это будет самая великая пластинка на свете.

Дмитрий М. ЭПШТЕЙН

© 2005 музыкальная газета