статья


Пани Хида
У них есть то, чего за деньги не купишь!


На памятном для группы концерте в минском клубе "Граффити" (проходившим, если не ошибаюсь, в конце мая) веселые оршанские парни играли совершенно новую программу, качественно отличающуюся от того, что можно было услышать раньше, можно сказать, на голову выше. Однако парадоксальная ситуация получилась в жизни этого коллектива: живут они себе где-то там, в Орше (как сообщили участники ПХ, частично в деревянном доме), пишут песни совершенно бесподобные и какие-то уж больно современные (альбомы складывают себе на полочку, вот, кстати, очередной подоспел), директор у них отменный, а в Минске о них в последнее время ни слуху, ни духу, что называется. А остались о них в памяти народной воспоминания в виде песен "Слезы на соснах" (она же "Маркиза грусть", она же "Шишки на елках"), а также "Танец", "Стихи и проза" и др., уж больно песни были хороши…


По последней информации, с середины июля музыканты приступили к записи нового альбома, в процессе придумываются различные варианты названия, которые пока можно считать рабочими: "Восемнадцать мегахитов", "Супермарио" и другие в том же духе. Благо делают они это в прохладном каменном помещении, которое находится во все том же деревянном доме, поэтому жара — не помеха. Но альбом получится, видимо, все-таки жаркий…

— Говорят, вы сейчас концертируете преимущественно в Москве, Смоленске и т.д.?
Есаул (вокал): В Москве было аж три концерта. Но мы этот факт особо не упоминаем. Стыдно, что в последнее время играем где угодно, только не в Беларуси. Это прискорбно, что какие-то российские наркоманы не дают выступать нашим группам полноценно.
— Где угодно, это где?
Е.: В России: в Смоленске, Москве. В Питере засветились, в Твери, в Дубно…
Леонид Турок (гитара, по совместительству директор): В общем, мало городов осталось в России, где мы не побывали…
— Это, видимо, заслуга вашего директора?
Е.: Нет. Просто покупаешь билет и едешь. Сейчас таможня не трясет особенно. Хотя очень много сложностей, мы находимся на перекрестке путей: Украина, Россия, Прибалтика. Все на наших плечах. Весь поток "левой" аппаратуры, гитар, все проходит через нас.
Т.: На самом деле мы сейчас заканчиваем новую программу. Купили большой компьютер. И как предыдущие три альбома, засунем и этот в…
— Как он будет называться?
Т.: Программа пока без названия. Песен много, половина отсеется. Может, за то время, пока будем писать, что-то новое придумаем. Мы это делаем у себя дома на компьютере: достаточно на компьютере сделать хорошее демо и предлагать его издателям.
Е.: Но сводиться будем в любом случае в Германии. Кровь из носу. Побросаем всех своих жен. У нас же у каждого гарем, вы в курсе, да?
— Как-то о вас в последнее время ничего не слышно на родине, кроме какого-то тихого концерта в БГПА?..
Виня (клавиши): Так вот мы же говорим — по России ездим.
Е.: А где тихий концерт был? В БГПА? Может быть, и был. Только нас там не было. На самом деле, нам уже не первый раз об этом говорят, мы советуем спорить на деньги на то, что не было у нас там концерта. Не знаю, может быть, ПАНИ ХИДА-2 уже ездит. Двойники, клоны. Или пираты.
В.: Как на кассетах, так и на громком имени…
Е.: Хи-хи!
— И что же вы в Питере делали?
Е.: …Да так, водку пили. Ха-ха-ха-ха…
— Леонид, расскажите о последних концертах?
Т.: Ну вообще-то, они здесь без меня были. Я четыре месяца в Израиле был. Пусть сами и расскажут.
Е.: Мировой фурор!!!.. Произвели. Ха-ха!!!! Что рассказывать, аппаратура на высшем уровне была. Не в таких хибарках переодевались. Но бывало, и тараканы бегали. В принципе, система концертов одна и та же все время: приезд, выступуха, после расслабуха и уездуха.
— …Да. И заканчивалось это чем?
Е.: Ездой. Уезжали из своего сознания.
Е.: Очень трогательно, когда обнаруживаются земляки, белорусы. Подходят, жмут конечности. Деньги дают. Было приятно земляков везде видеть.
— Есаул, ты же, кажется, не местный, и не белорус совсем?
Е.: Я? Нет!.. Но было приятно земляков по всей стране видеть.
— А вы всегда жестко так условия ставили — деньги за концерт — или в последнее время приняли такую позицию, безусловно, правильную?
Т.: Нам все-таки нужно заплатить денежку, не скажу, чтобы большую, но у нас хотя бы дорога что-то стоит. Естественно, у нас день убитый, и речь идет о каких-то гонорарах.
Е.: Да, что ты, Леня, жалуешься. Все прекрасно. Пускай звонят, будем посылать.
Т.: С минскими командами они могут договориться: ребята, за пиво приедьте, что вам стоит. Они в свое удовольствие приехали и отыграли. А я не для того родился, чтобы приезжать сюда только за оплату какого-то транспорта. Лучше я порепетирую, запишу еще одну песню. На фиг эти концерты…
К.: Можно девушку домой пригласить…
Т.: Можно двух девушек домой пригласить.
Е.: И в Россию опять поехать.
Т.: Каждый администратор или, извиняюсь, арт-директор пальцы гнет, говорит, это и это, и это — не вопрос. Да все классно. За два дня мне звонит, говорит, все классно. И вот мы приезжаем и видим, какая здесь…
Е.: Я не понимаю, сколько будет смотреть человек на эти дела, которые происходят у нас…
Т.: Речь не идет ни о каком шоу-бизнесе. Это элементарные отношения межу людьми: если ты дал слово, то ты его держи.
Е.: Убили дворянство, нет дворян, которые могут держать свое слово. Ну, нет дворян больше…
Т.: Если не можешь это выполнить, так заранее позвони и скажи…
— То есть получается, первоначальный успех группы коммерчески не оправдался?
Е.: Что это вы завернули, можно повторить??
Т.: Я считаю, что у нас жутко коммерческий потенциал. Его замечают, и у людей есть желание этим заняться. Но думают так: да они где-то далеко там сидят. А тут все под рукой.
Е.: Да ну их…
Т.: У нас никогда никакой халявы не было. Медленно, потихонечку. Благо, столько лет команда жива, пишутся новые песни, делаются новые программы. И мы только прибавляем…
Е.: В весе.
Т.: И в весе тоже. Музыка не стоит на месте. На старом не заморачиваемся. Не бьем себя в грудь и не кричим, что мы рок-н-ролльщики, никакие мы не рок-н-ролльщики.
Е.: Да я их вообще не уважаю! Никто их не уважат ни в Киеве, ни в Одессе.
Т.: В Одессу мы каждое лето ездим играть. В прошлом году у нас из автобуса украли аппаратуру, и практически весь сезон ушел на то, чтобы прикупить себе новую.
— А как насчет каких-нибудь фестивалей, вас не прельщает награду какую-нибудь получить?
Е.: Да нет, зачем!? Какая награда. Мы же не в Англии живем.
Т.: Да зачем…
— Вы всегда такими принципиальными были или сейчас… обозленные?
Т.: Нет, ни в коем случае не обозленные. Просто всегда есть условия. О которых люди договариваются. И мы их выполняем.
— Многие музыканты делаю скидку на нашу страну…
Т.: Но никто же организаторов за язык не тянул. Я приехал из Израиля, он мне позвонил, предложил выступление, я спросил, на каких условиях… Нельзя же так.
Е.: Хватит, Леня. Хотите правду о жизни белорусской провинции? Встаем каждое утро, умываемся, чистим зубы, зарядку, тяпочку в руки, огород хоп-хоп-хоп, на работу бегом, с работы, опять тяпочку в руки, затем поливочка, и на репетицию… Вот так вот провинция живет.
Т.: Я не так. Утром — за компьютер, вечером — футбол.
Е.: Но тоже физкультура в провинции присутствует, не выбьешь ее ничем.
В.: А когда вы ребята успеваете по России ездить, можно спросить? То картошку, то огурцы содите, а этот компьютерщик хренов…
— А альбом вы будете выпускать где?
Т.: Закинем, куда можно, демо. Если будут какие-то реальные предложения… а не то, что они у нас его возьмут, возьмут обложку… и где-то лет через пять мы увидим наш альбом в каком-нибудь ларьке в переходе метро.
Е. Рекордз свой откроем… на худой конец. Ха-ха!…Так и будет называться. Ха-ха-ха!!!
Т.: И будем сами зарубаться, слушать.
— Так в чем же дело, коммерческий потенциал через край, можно сказать, валит, а вы почему-то так затихарились, или это план такой?
Т.: Да мы не тихарились… Что мне нужно, купить клуб для того, чтобы давать там концерты?
В.: Не предлагают нормальных условий в Беларуси. А в России предлагают.
Е.: И если там что-то предлагают, то это реально, вполне конкретные вещи.

P.S.
— Контактные телефоны для организаторов гастролей…
— Есть. Уже три. Один, правда, в пиво уронили.

Татьяна ТАРАСОВА

© 2005 музыкальная газета