статья


Анищенко, Сергей
«Мы не умеем ценить своего»


Традиционный новополоцкий фестиваль "Рок-кола" в этом году пока не состоялся…
В помещении творческой мастерской "Зьніч" в новополоцком центре национальной культуры и ремесел — настоящий музыкальный музей. На стенах афиши, фотографии, завидная коллекция музыки на компакт-дисках и кассетах. Среди всего этого — Сергей Анищенко. "Анису" — музыканта, шоумена, актера — хорошо знают не только в Новополоцке. С именем этого человека связана история новополоцкого рок-движения. Впервые на цену с гитарой Сергей вышел в уже далеком 1978-м, когда автор этих строк только появился на свет.


"Знаешь, хочу устроить этакий новополоцкий рок-музей, — признается Аниса, аккуратно приделывая красивую деревянную рамку на фотографию группы МЯСЦОВЫ ЧАС. — Видишь, сколько накопилось материалов", — кивает он на внушительную кипу фотопортретов молодых ребят с гитарами. Молодыми были они в середине бурных 80-х, когда город нефтепереработчиков стал настоящей столицей белорусского рок-н-ролла.

— "Новополоцк-84", "Новополоцк-85"… Так назывались первые… даже не рок-фестивали, а фестивали молодежной музыки, как их тогда называли. Мы приходили на них молодыми ребятами, видели, что в стране появляется совершенно новая музыка, совсем по-другому начинали думать. "Новополоцк-86" стал уже одним из первых по сути республиканских фестивалей. А в 1990 году впервые прошел фестиваль "Рок-кола".
— Об этом и разговор. Июль закончился, а "Рок-кола" никак не катится...
— Тут впору стать суеверным — ведь в нынешнем году должен пройти 13-й по счету фестиваль. С 90-го года по 2001-й фестиваль памяти новополоцкого музыканта Александра Желдакова проводился каждый год. Причем "Рок-кола" — это вообще единственный традиционный рок-фестиваль в Беларуси. Единственный "городской фестиваль республиканского уровня", как я обычно говорю.
— Так почему же в нынешнем году он пока не состоялся?
— Самое первое — на проведение фестиваля нет денег. И это меня на самом деле беспокоит. Каждый день встречаю на улице незнакомых людей, телефон трезвонит, все спрашивают: "Когда ж "Рок-кола" будет?" Значит, все-таки фестиваль нужен. Но почему-то на него не обращают достойного внимания ни власти, ни неправительственные организации.
— Прошлогодняя "Рок-кола" в этом смысле была исключением…
— Да, в прошлом году фестиваль прошел в рамках мобилизационной кампании "Выбирай!", которая призывала людей прийти на выборы президента. Именно в рамках той кампании были выделены и ресурсы на "Рок-колу". Ресурсы пускай и не такие большие, но позволившие провести вполне пристойный фестиваль.
— Согласен. Прошлогоднее зрелище было, пожалуй, лучшим из того, что являла собой "Рок-кола" в последние годы. В нынешнем году стоило ожидать достойного продолжения. Но… Не считаешь ли ты кризис фестиваля следствием кризиса политического? Ведь рок-музыка всегда была отражением каких-то политических изменений в обществе. Когда их нет, вырождается и рок, появляется попса. Получается, что в прошлом году "Рок-кола" была нужна как политический инструмент — неважно, кто его использовал, "наши" или "не наши", а в году нынешнем фестиваль не нужен как таковой…
— Я не хочу сказать, что мы аполитичны, нам не наплевать на то, что творится в нашей стране. Однако наш фестиваль, даже в его прошлогодней форме — это в первую очередь акция музыкальная. Рок — это прежде всего люди. Это, если хотите, молодые ребята, которым есть что сказать. Сегодня наше государство говорит: "Смотрите, как мы распустили молодежь! Создают какие-то "бэпээсэмы", пытаются работать с "проблемными подростками"… Давай посчитаем. В нашем фестивале участвовало по три-четыре десятка команд, в каждой — по четыре-пять-шесть ребят. То есть это уже как минимум две сотни молодых людей. Еще сотен пять придет на "Рок-колу" как зрители. И все они в это время не будут дурью маяться по подворотням. Так вот, в проведении такого фестиваля должны быть заинтересованы именно чиновники, которые вздыхают о нравах современной молодежи, и молодежные организации — и те, которых поддерживает государство, и те, что причисляются к так называемому "стану оппозиции". Ведь они не в политику должны играть, а заниматься реальными делами, которые и декларируют…
— Но стоит ли собирать вместе несколько сотен этих молодых людей? Ведь рокер в расхожем представлении — этакий бесшабашный парень, что называется, "без тормозов", с бутылкой пива в руке, который на концерте дико орет, трясет шевелюрой так, что некоторые, приходя на ту же "Рок-колу", задаются вопросом: что за бардак тут творится?.. Я, конечно, немного утрирую. И все же, несет ли рок-музыка в себе эстетику?
— Хорошая рок-музыка — безусловно. Вообще, любая музыка как форма искусства должна нести в себе эстетику. Попса это, классика или рок — неважно. Да только без таких фестивалей невозможно вырасти в ХОРОШЕГО музыканта. Это первое. Второе. Согласись, очень многое зависит от организаторов любого мероприятия. Без разницы — рок-фестиваль это или концерт классической музыки. Вся культура, дисциплина, все зависит от организации и организаторов. Вспомни прошлый год, когда была нормальная охрана, — обошлись без особых эксцессов. Кроме того, есть культура оформления сцены. Ведь когда ты входишь в квартиру, ты замечаешь, нормальный это дом или блат-хата — а потом ведешь себя там соответственно.
— Прямой вопрос: сколько стоит фестиваль "Рок-кола"?
— В прошлом году мы потратили на все тысячу долларов. Надо было бы больше, но не было. Многое приходилось решать за счет личных контактов. К примеру, если аппаратура стоила ту самую тысячу баксов, нам ее привозили за четыреста, и так далее…
— Неужели Новополоцк сегодня не может найти хотя бы миллион рублей на проведение фестиваля?
— А я думаю, что Новополоцку это не нужно. Новополоцк привык жить… как бы это сказать…
— На "градообразующих" людях?
— Точно! И еще — мы не умеем ценить своего. Мы всегда говорим: приедут минчане, они нам все сделают. Мы вызовем минского режиссера, он нам поставит праздник, мы вызовем минских операторов, они нам озвучат концерт. И забываем, что те же самые хорошие звукооператоры у нас есть свои. А кто из минчан, скажи, из говна сделает такую сцену? А потом приходят "деятели", смотрят на оформление и говорят "Як цудоуна!" Ну, сколько можно на каких-то картонных коробочках делать сцену для уже международного фестиваля авторской песни "Гори, свеча!" или для республиканского (подчеркиваю!) фестиваля детского творчества "Хали Хало"?
Вот в этом и есть задача той же "Рок-колы" — не сделать из рока бардак. А культура фестиваля начинается с афишки, с приглашений, которые рассылаются музыкантам. Ведь когда придет красивое официальное приглашение, отпечатанное на компьютере, сюда не поедут раздолбаи, которые только пиво пить умеют. Вот тогда рокеры начнут думать: что я туда привезу, как я буду выглядеть, я не должен выглядеть хуже других. Поэтому "Рок-кола" должна стать таким же фестивалем. А для этого нужны средства. И еще. Тот же "Славянский базар" не живет одной фестивальной неделей. У него есть своя дирекция. Такой же оргкомитет должен появиться и у "Рок-колы". Он должен стать своеобразным "прокатным станом" фестиваля, работать постоянно, устраивать какие-то концерты, издавать диски. Но это должен быть не голодный оргкомитет, который ходит с торбой по спонсорам. У его членов должны быть определенные ставки. Скажу за себя — я готов на такую ставку пойти и честно ее отрабатывать. И денег больших ведь я не прошу. Да вот только нет ее, ставки той…
— Значит, "Рок-кола" должен стать коммерческим проектом?
— Конечно. Ведь тот же "Славянский базар" проходит не потому, что Родион Басс и его сотрудники порылись у себя в карманах, чего-то там нашли, сложились, взяли, да и провели фестиваль.
— Одним словом, лучше делать хороший фестиваль за деньги, чем плохой фестиваль бесплатно…
— …при этом истрепав себе нервы. Фестиваль не может быть качественным, если он проводится бесплатно. Почему-то до сих пор думают: если я работаю с молодежью, это должно быть бесплатно. Если музыкант работает — это что, тоже должно быть бесплатно? А ведь это колоссальная работа нервов и мозгов.
— Дотошный читатель тут может ввернуть реплику: "Слушай, Аниса, если ты такой умный, зарегистрируйся предпринимателем и бомби свои фестивальные "коммерческие проекты", зарабатывай свою денежку да не мечтай о каких-то там ставках!"
— На рок-музыке сегодня невозможно заработать. Да и не хочу я этого делать. Сегодня я играю попсу, но она меня кормит. А рок — это душа. И "Рок-кола", в конце концов, — это мое детище. Поэтому, повторюсь, этот фестиваль должен датироваться заинтересованными в его проведении организациями. Ведь на тот же "Славянский базар", опять его вспомним, деньги выделяются из бюджета, — сам себя он не окупает.
Раньше мне здорово помогали новополоцкие, витебские фирмы. Сегодня другое время. Многие фирмы работают, что называется, "под черными знаменами". По-моему, нормальная ситуация должна быть такой: частная структура помогает государству решать какие-то социальные проблемы, спонсирует тот же музыкальный фестиваль, а за это ей прощаются какие-то налоги. Так у нас все наоборот. Мало того, что ничего не прощается. А еще высунешься, скажут: ага, голубчик, у тебя денежка лишняя завелась, давай-ка ее, брат, сюда…
— По-моему, эта ситуация весьма красноречиво характеризует состояние белорусского "шоу-бизнеса". Если все это вообще заслуживает столь громкого названия…
— О чем ты говоришь!? Вот тебе пару примеров. После прошлого фестиваля у нас вышел двойной диск "Рок-кола-2001". Мы разговаривали с Vigma, с Ton-Records, с BULBA RECORDS. Но наш диск до сих пор существует в количестве 20 экземпляров. Вот тебе и шоу-бизнес. Да любой продюсер на западе купил бы этот диск хотя бы из любопытства, чтобы узнать, кого сегодня можно слушать, кого можно продавать. А все эти наши "рекордс" работают вообще непонятно как. Или вспомни МЯСЦОВЫ ЧАС. Сейчас его вокалист Александр Кузьмин переехал в Германию. Коллектив с неповторимым вокалом, с отличной продуманной музыкой отшуровал с 1985 года, и никто в Беларуси его не услышал и не продал. А ведь там было все: было настоящее шоу, были костюмы, серьезные тексты, качественная музыка… Опять вспомним о закрытых глазах. Мы своего не видим. Или не хотим видеть.
— Из того же фестиваля "Рок-кола" вышло немало по-настоящему классных коллективов. Тот же Стокс (THE STOKES — новополоцкая группа, получившая в середине 90-х Рок-корону как открытие года. — Прим. А. А.), полочане ВЕРСИЯ, МЫ, шумилинский ЭКСПЕРИМЕНТ-12... Или взять недавнее открытие — новополоцкая группа ОЗОН. Последняя, кстати, играет музыку, которая вполне может продаваться. Могут ли они состояться как коммерческий проект?
— В Беларуси сегодня — однозначно нет. Ну, нету у нас шоу-бизнеса. И еще — мы не умеем рекламу создавать. Не умеем создать красивую упаковку для товара.
— А есть ли что заворачивать в красивую упаковку?
— А москвичи уже завернули. Посмотри, как тот же ЛЯПИС ТРУБЕЦКОЙ или ЛЕПРИКОНСЫ держатся в России. Да и не о них речь. У нас сегодня есть очень классные коллективы. Некоторых ты сам только что назвал. И эти ребята действительно сегодня играют нормальную качественную музыку. В Орше в отличном состоянии группа ПИТЕР ПЭН, есть еще старые рокеры в Витебске — группа ВОКЗАЛ. Сын Саши Желдакова вырос в великолепного гитариста — я на концерте даже заплакал: просто вылитый отец в молодые годы. И, в конце концов, рок — в хорошем состоянии или в плохом — это музыка, он живет и развивается. Подумай сам, в прошлом году мы получили около сотни заявок на "Рок-колу"…
— Ого, сколько, оказывается, у нас рокеров!..
— …или пацанов с гитарами, которые играют по подвалам на добитой аппаратуре. Взглянуть только на их колонки — у меня в 78-м году, когда я начинал, и то лучше были.
— Но без фестивалей, без новополоцкой "Рок-колы" они и не станут "настоящими рокерами" или, как ты сказал в начале, хорошими музыкантами. Мы с тобой только что перечислили целый ряд хороших групп витебщины. И все они вышли из "Рок-колы"…
— Да что тут говорить! Недавно приезжали к нам БИ-2. Так вот, ребята сказали спасибо нашему фестивалю — ведь когда-то они приезжали на "Рок-колу" в составе одной из бобруйских групп.
Да и недостаточно одного фестиваля. Нужно еще собственное желание. Меня всю жизнь учили: не бери сто аккордов — возьми три, но правильно. Хотелось бы, чтобы ребята думали о своем роке. Ведь у нас есть своя ментальность, своя душа. Нельзя думать: я люблю NIRVANA — буду играть NIRVANA. Нет, Курт Кобэйн думал совершенно по-другому. Но желание "играть свое" приходит именно после таких вот фестивалей.
— У Новополоцка богатая музыкальная история. Хотя сам город совсем молодой. А существует ли сегодня новополоцкая рок-тусовка?
— А у нас в городе вообще проблема с тем, где тусануться, тем же хип-хопперам или рокерам, вообще молодым людям, которым интересны не только танцульки под попсу или водка. Недавно в городе образован рок-клуб имени Майка Науменко, который возглавляет Сергей Матецкий. У них те же проблемы, что были у нашего рок-клуба когда-то — опять подвал. Хотелось бы создать музей новополоцкого рока, который стал бы местом отдыха рокеров, местом, куда можно будет прийти и излить душу людям, которые тебя понимают.
— Так что же с "Рок-колай" будет? Неужто Аниса поставит крест на своем детище? Неужели страна лишится своего последнего рок-фестиваля?..
— Чего таить, планы провести фестиваль все же лелею. Сейчас ведутся переговоры с польской стороной о возможной поддержке проекта. А если с поляками этот номер не пройдет, — что ж, будем начинать с начала. Попробуем начать "Рок-колу" вновь — с маленького городского фестиваля. Но он должна пройти. Сегодня этот фестиваль — моя сущность. Не потому, что я его придумал. Понимаешь, настоящий поэт пишет стихи или композитор музыку не потому, что им надо гонорар содрать или получить премию. В этом есть потребность — это как с Богом поговорить. И я постараюсь провести его — 13-й фестиваль "Рок-кола". Для души. Не для галочки — мне некуда ее ставить.

Андрей АЛЕКСАНДРОВ

© 2005 музыкальная газета