статья


Long Play
«Мы просто прикольные ребята! Нам весело от того, что мы делаем!»



Группа LONG PLAY в соответствии со смыслом своего названия продолжает заниматься творческой деятельностью и скоро порадует нас чем-то новеньким, свеженьким, необычненьким. Вокалистки Таня Козлова и Анна Сердобова решают, кому из них бриться на лысо, а гитарист Коля думает о том, как справиться со всей той работой, которая на них недавно свалилась (что не мешает ему мечтать перед сном о белом смокинге). Остальные участники группы при ниженапечатанной беседе участия не принимали, но в том, что они усердно пашут, я не сомневаюсь. Собственно, как мне показалось, лениться не собирается никто из пришедших. Очень хочется отметить, что встреча состоялась тогда, когда в тени было +33, за что всем "longplayer'ам" огромное спасибо! Кстати, то ли жара повлияла, то ли в обычные дни на всякие приколы внимания не обращаешь, но было очень весело, когда Таня вдруг в меню кафе, в котором интервьюировалась команда, прочитала что-то типа "овощи припущенные", а рядом Аня увидела "салаты припушенные", и мы очень долго спорили о том, что же сделали с этими продуктами, что они получили такое название. LONG PLAY были в своем репертуаре: постоянно подтрунивали друг над другом, смеялись с других и с самих себя, вспоминая периодически при этом, зачем они тут собрались (для интервью, в смысле), — и вот что в конечном итоге получилось.

— Лето, жара, пора отдыха... Таня, насколько я знаю, была в Англии, где отдохнули остальные участники группы?
Аня: Я была в деревне.
Коля: А я дома! Но я не отдыхал: это потом.
— Сейчас все в сборе. Уже начали над чем-то работать?
Коля: Мы не начинаем работать — мы продолжаем. Это будет новая программа.
— То есть у вас накапливается материал для следующего альбома?
Аня: Да, сейчас мы уже пишем наш второй альбом. В нем все песни на русском языке. Половину уже записали, он сейчас сводится, скоро будем записывать вторую половину...
Коля: ...то есть к концу лета будет полностью записан весь альбом и наверняка снят клип. Во всяком случае, так менеджеры говорят.
— Кстати, я слышала, у вас новый менеджер?
Коля: Вообще, у нас несколько менеджеров, и они очень нам помогают. Теперь мы не занимаемся тем, чем занимались раньше: какими-то нелепыми поисками, организационными моментами и так далее. Новый менеджер... Да, сравнительно недавно у нас появился.....
— И все-таки, если не секрет, то кто он?
Коля: Ну, наверное, пока секрет.
— А как обстоят дела с клипом?
Таня: Уже написали сценарий, Аня по нему должна будет постричься налысо...
Аня: Только после Тани. Если уж стричься налысо, то лучше вдвоем!
Коля: Вот почему мы долго клип не можем снять — потому что эти две молодые особы не могут решить, кто же из них пострижется....
Аня: Да, мы думаем уже полгода.
Таня: Нет, одна должна быть лысой, а другая вся в пирсинге. Я уже начала. Мне осталось пробить брови и губу.
Коля: Да ладно, на самом деле еще нет никакого сюжета, есть только железное решение — снимать!
Таня: И еще есть человек, который этим займется. И финансами это подкреплено.
Аня: Просто когда мы сведем песни, мы выберем лучшую, и в зависимости от песни будет писаться сценарий.
— Есть ли уже контракт на "раскрутку" клипа?
Коля: У нас теперь есть люди, которые этим занимаются, это теперь их сторона вопроса, они с ней и будут работать. Нам сейчас действительно дали самих себя в руки: вот вам время, пожалуйста, — работайте, делайте продукт, все остальное — не ваша головная боль, что, кстати, очень хорошо.
Аня: Несравнимо с тем, как дело обстояло раньше. Сейчас вот даже появилось желание больше работать, творить, потому что появился стимул.
Коля: Пример элементарный. Вот мы что-то записали, если кому-то не понравилось, можно переписать, а раньше этого нельзя было сделать, потому что записали — значит потратили деньги, а переписывать — еще вкладывать, сейчас же есть хорошая поддержка.
— Спонсор?
Коля: Нет, скорее друзья.
Аня: Спонсор звучит как-то холодно.
Коля: Да, ассоциируется с большим таким деревянным мужчиной с пачкой денег, который ходит и всем говорит: "Я — спонсор!". Как обычно, в общем.
— Кто автор песен вашего нового альбома?
Аня: В основном, песни пишет каждый. Вот перед вами три человека, которые непосредственно этим занимаются. Но в то же время во всех песнях есть что-то общее, они как бы на одной волне, хотя каждый и вносит что-то свое.
Коля: Просто много лет уже работаем вместе, поэтому песни и музыка идут в одном плане.
Аня: Тем более, я считаю, что когда в группе разные люди пишут музыку, стихи, то у нее и жизнь дольше, потому что больше идей, больше разнообразия.
— В новом альбоме все песни на русском, потому что вы сейчас, как и многие белорусские группы, пытаетесь выйти на российскую сцену?
Коля: Сейчас не многие, сейчас все группы, причем всех стран и республик, лезут в Россию. А альбом на русском, потому что у нас люди больше на русском разговаривают... У нас и на белорусском есть песни, но надо как-то определиться, на каком языке записываться сейчас, ведь иногда финансово невозможно писать сразу на трех.
— Насколько путь на российский рынок уже пробит?
Аня: Все зависит от того, как пойдет материал: хорошо — прорвемся, плохо — ну, значит, "путь пробит не будет".
— А если все-таки прорветесь, в белорусских клубах вы будете продолжать играть?
Коля: Безусловно! Просто опять-таки неизвестно, насколько жесткими будут условия в России: если они будут серьезными, нас оттуда могут просто-таки не выпустить, как и всех.
— А контракт вы уже заключили?...
Коля: Насчет российского контракта я не знаю, а белорусский контракт будет заключаться в конце лета. Просто без контракта здесь нет смысла ехать в Россию — это то же самое, что ходить стучаться в двери и говорить: "Дяденька, дайте мне квартиру, мне очень надо". Это бесполезно и смешно. Нужно обязательно, чтобы какой-то представитель приезжал и говорил: "Вот контракт, вот посмотрите, какие песенки мы поем".
— Я слышала, вы собирались записать белорусскоязычную версию песни "Нас не догонят" группы ТАТУ, это правда?
Коля: Да, правда!

Таня: Неправда это! Не знаю, с чего это пошло, ничего мы не собирались записывать...
Коля: Да я вам говорю, что правда!!!!
Аня: Да вообще, все сработало, как испорченный телефон...
Таня: Да! Мы хотели песню "Бяжы, бяжы, хлопец" КРАМЫ связать с "Нас не догонят" ТАТУ и сделать все это в электронной обработке...
Аня: ...но у нас не хватило на это времени, к тому же были тяжелые условия работы, плохие жизненные обстоятельства... Сейчас это забыто, да и тогда не особо афишировалось, только среди нас...
— Такая информация мелькала в Интернете, буквально в двух словах... Кстати, это, за исключением, быть может, еще нескольких афишек и редко встречающихся упоминаниях о выступлениях, практически единственное, что можно там о вас найти.
Коля: Да? Мне кто-то говорил, что есть сайт группы LONG PLAY, даже два... Что там есть какие-то фотографии, mp3...
Аня: А я слышала, что нас нашли на сайте белорусской электронной музыки... Это очень загадочно.
Коля: Но вообще, все это было года три назад, не знаю, насколько сейчас это актуально. Мы, конечно, думали создать свой сайт, но нет человека, который бы вот сел и конкретно этим занялся. Кстати, иногда такие приколы пишут: когда у нас появилась кавер-версия на песню "Wild Thing" группы TROGGS, начали поступать такие заявки, что не мы ее написали и вплоть до того, что не мы ее играем. В общем, чудеса какие-то происходили.
— Направление, в котором вы играете, как только ни называют: и инди-рок, и рок-н-ролл, даже рока-попс. Как вы все же определяете свой стиль?
Аня: Ну, это не рок-н-ролл...
Таня: ...и не рока-попс.
Аня: Это смешение такое: есть что-то и тяжелое, и легкое. Ну, чуть-чуть, может, и есть где-то попсы...
Коля: ...Знаете, если брать какой-то определенный стиль, то, по-моему, скучно станет лет через пять.
— Вы на всех концертах играете "вживую"?
Коля: Конечно!!! За исключением последней серии концертов, когда мы все отыграли под фанеру. Ну, бывают такие моменты, когда делать нечего, а подурачиться хочется. Не сосредотачиваться на игре, а просто оторваться, побеситься.
Таня: На Новый год мы играли на площади Независимости, с нами какие-то снеговики танцевали. Мы поем-поем, упорно делая вид, что мы поем "вживую", тут хлопает дверь в машине (а там вся аппаратура), перескакивает обратно диск, и резко припев обрывается, и начинается опять куплет. Ну, что делать? Я беру свой микрофон и даю его снеговику. Он начинает делать вид, что поет, — было забавно. Потом, бедняга, растерялся, смотрит на меня, мол, ты чего? Сама ты пой...
Аня: Дали потом много мороженого.
Коля: Ну, народу понравилось, кажется. Даже если заметили подмену, то виду не подали.
Аня: Я думаю, им в тот момент было уже откровенно все равно.
— Где после этого вы еще выступали?
Аня: Было еще выступление на презентации альбома КРАМЫ.
Таня: Печальное событие в жизни группы...
Аня: Да, звучание там было ужасное... Трагично было. Драматично.
Коля: У меня там друзья сидели в зале, наблюдали такую картину: закончилась песня (не помню, кто там выступал), и парень девушке говорит: "Похлопай, мы же на концерт пришли..."
Аня: Но мы вообще-то очень хорошо тогда спели. И звук был хороший.
— А в ближайшем будущем где планируете играть, куда вас, может быть, приглашали?
Аня: Куда-нибудь нас в принципе постоянно приглашают. Но пока мы работаем над новым альбомом и не хотим, чтобы получилось так, что группа одну программу в год отыграла, все ее знают, и только потом выходит альбом — и команда опять начинает играть то же самое. Мы хотим, чтобы сначала был альбом, а потом мы уже выступали бы с этой программой, а не так, как у большинства музыкантов получается.
Таня: Да и не хочется растрачивать свои силы, потому что нужно заняться чем-то одним.
— Говорят, Земфира писала-писала песни, а потом из лучших сделала первый альбом, из песен "второго порядка" — "П.М.М.Л.", а в "14 недель тишины" вошли уже старые, резервные, не прошедшие двух отборов песни, поэтому он не достиг таких высот, как первые два. Если сравнивать первый альбом и второй...
Коля: Что касается Земфиры, по-моему, она начала делать то, что ей нравится. Как и все. Я слушал первый альбом — было круто. Слушаю сейчас — полная чушь. Ну, мне так кажется. То есть люди в конечном итоге начинают заниматься тем, чем им нравится. Они сначала делают коммерческую музыку, а потом переходят в ту стадию, в которую изначально хотели попасть. А мы? Мы просто прикольные ребята на самом деле! Нам весело от того, что мы делаем! Два эти альбома нельзя сравнивать, они абсолютно разные. Во-первых, там английский язык, здесь — русский...
Таня: Там именно фолк-рок шел. В новом альбоме все несколько по-другому.
Аня: Не можем же мы все время вариться в собственном соку: все одно и то же, одно и то же… Все время нужно что-то новое.
— Я слышала, что Беларусь в следующем году....
Коля: ...будет выставлять нас на "Евровидение"! Да, я тоже слышал!
— Не знаю точно, вас или не вас, но представителей отправлять собираются. А что, были какие-то предложения вам?
Коля: Предложение было, но это было так поверхностно: просто позвали поговорить насчет участия в "Евровидении", но мы восприняли это как шутку. Это то же самое, что меня бы пригласили на самый крутой конкурс за границей выступить там с OASIS, например, — мы не восприняли бы это всерьез.
— То есть вы считаете, что Беларусь грозится-грозится, но в итоге все угрозы осуществятся очень не скоро?
Коля: Нет, осуществится оно, может, и в следующем году, я говорю о нас. Просто есть такие люди, которые очень много говорят, но очень мало делают.
Таня: Дело еще в том, что неважно, кто будет участвовать в отборе, все равно поедут белорусские спявачкі, я думаю, тут даже и не стоит участвовать в этом. Пошлют классический голос...
Коля: В общем, пошлют весь белорусский рок... У нас же есть звезды белорусской эстрады! А зачем рисковать — проще выпустить зорку, чтобы потом никто не придирался, если что...
— Можно сказать, что в творческой жизни группы довольно-таки светлый период, более того, известность и популярность LONG PLAY растет. Как ощущается подъем?
Коля: Я, например, испытываю очень большую, огромную нагрузку. Еще столько предстоит сделать! Конечно, когда спать ложусь — перед глазами фанфары, белый смокинг...
Аня: Сейчас находят выход те идеи, которые когда-то остались невостребованными. Плюс ко всему появляются новые.
Таня: Да, я думаю, звездная болезнь нам еще долго не грозит.
Коля: Тем более, как таковой звездной болезнью мы уже переболели: были такие концерты, когда, грубо говоря, нас на руках уносили, цветы дарили! Уже тогда были такие мысли "О, господи, ничего себе, во зацепило людей!"
Таня: Она, болезнь эта звездная, так, всплесками случается, когда мы друг перед другом изливаем что-то типа "Мы, о, мы!!!!".
— Такие хоть и редкие, но все же проявления звездной болезни как-то влияют на мнение окружающих?
Аня: Вообще, я считаю, что мы одна из самых мирных и спокойных команд. Мы стараемся быть нейтральными и не вступать ни в какие конфликты, несмотря ни на что. Тем более в нашей ситуации, когда наш шоу-бизнес в таком состоянии, нет смысла кидаться понтами, подлянки устраивать, наоборот надо друг друга поддерживать. Хотя надо заметить, очень много белорусских команд болеют звездной болезнью, и это не в их пользу.
Коля: Нет, конечно, та работа, которая проделывается перед всяким концертом, стоит того, чтобы потом, когда ты становишься на очень высокую ступеньку, сказать что-то с гордостью за себя. Если ты добился чего-то, то какая-то плата за это помимо денег, — почему бы и нет?
Аня: Да, но просто у нас такой менталитет, что чем большего ты достигаешь, тем более ты становишься высокомерен. А на самом ведь деле результаты сами за тебя скажут, не надо из себя что-то корчить, выпендриваться. На Западе это понимают.
— А вы когда начинали играть, что слушали?
Коля: Я вообще музыку как-то не очень любил слушать...
Таня: Мы очень много отслушали. Раньше я любила очень тяжелую музыку.
Аня: Я слушала что-нибудь полегче, но вот Таня мне очень помогла лет в 15 с ориентацией вкусов.
Таня: Периодически слушаем русский рок, чтобы послушать, какие там тексты пишут. Ха-ха. А вообще сейчас любим электронную музыку, что-нибудь типа DIVISION.
Аня: И вот даже не то, что очень популярно, а какой-нибудь андерграунд, то, что практически никому не известно.
— И у вас нет желания сделать что-нибудь в электронном варианте самим?
Аня: Поэкспериментировать хотелось бы.
Таня: Ремиксы какие-нибудь сделать.
Коля: Но это когда время будет. Сначала надо сделать одно, а потом все остальное. Это лето обещает быть плодотворным.
— Вопрос на засыпку: какой вы видите свою группу лет через 10?
Аня: Главное, чтобы мы остались друзьями.
Таня: Мы бы хотели остаться своим коллективом, чтобы у нас не было перемен.
Аня: Чтобы были всегда новые мысли, что-то живое.
Коля: Чтоб мы вообще были лет через 10.

Мурзилка

© 2005 музыкальная газета