статья


Hard-Ons
Весельчаки из страны утконосов


Чем знаменит австралийский континент в отечественных меломанских кругах? Раз — Ником Кейвом. Два — экзальтированными барабанными чудесами тамошних аборигенов. И три — утконосами (ну надо ж было такое сотворить с животным!). За ними следуют, взявшись за ручки, Лева и Шура.


Для людей, с утра и до ночи пытающих свои плэйеры при помощи изысканных панк-шедевров, существуют и другие непременные атрибуты австралийского быта — тот же Кейв, как ни крути, группа SAINTS, впервые взлабнувшая мелодии и ритмы австралийского панка аж в 74-м (то есть когда прыщавый Джон Лайдон уже прогуливал молитвы в воскресной школе, но еще не отоваривался в магазине своеобразной одежды Макларена), и команда под названием HARD-ONS. То есть именно та группа, о которой у нас сегодня пойдет речь (как догадались самые проницательные читатели, начавшие с названия статьи).
К тому времени, как SAINTS обзавелись культовым статусом и успели пару раз распасться, каждый раз устраивая громкий в узких кругах камбэк, новое поколение австралийских панков только-только досушило молоко на губах, приобрело низкобюджетные гитары и создало новую супербоевую хардкор-формацию, в которую все и уместилось. Случилось это непотребство в 1985 году. Численность прогрессивно мыслящего поколения стремилась к отметке "три" по Фаренгейту, и в итоге новое культурное образование получило название HARD-ONS.
Вокалист и барабанщик Кеш Де Сильва, гитарист Питер Блэк и басист Рэй Эн, как водится, учились в одной, не особенно престижной школе, слушали BEACH BOYS, VENTURES и прочую лабуду и считали, что самым правильным было бы пойти по стопам этих бездельников, чем каких-нибудь других. Нет, они, конечно, уже слышали о том, что расцвет панк-рока в мире успел завершиться, но не знали толком, че это было. Австралия, что ж вы хотите… Но чему быть — того не миновать: какие-то веселые аборигены подарили Рэю пачку запиленных винилов, среди которых будущей звезде попались самые главные аудио-достижения человечества — "Never Mind The…" и тому подобное. Поняв, что мир обречен, а он, Рэй, вполне способен самостоятельно развить тему хамского отношения к окружающим, Рэй Эн обратился за содействием к Кешу и Питеру.
Рассказав подружкам, что скоро они будут гордиться своими бой-фрэндами, парни отыскали чей-то гараж (за пределами нашей Родины любой начинающей банде муниципальные власти выдают по гаражу) и начали репетировать свои первые мегахиты. Хиты, как назло, получались "мега" все поголовно, и в первый же год своего существования HARD-ONS записали "сорокопятку" "Surfin' On My Face". Выпустив пластиночку собственными силами (ишь ты!), музыканты стали ожидать реакции австралийских меломанских сообществ. И дождались: ортодоксально мыслящие меломаны отнеслись к дебюту молодой группы по-разному. Никто не решался вынести окончательный вердикт: дык, блин, панк это или не панк? Самим музыкантам столь щекотливый момент в отношениях с потенциальными потребителями был весьма фиолетов. Парни круглосуточно подпитывались свежими музыкальными идеями посредством прослушивания произведений AC/DC, SAINTS, BLACK FLAG, MOTORHEAD, BEATLES, KISS и RAMONES (короче, какие пластинки были), что тут же находило отражение в творчестве HARD-ONS. Ответственно же можно сказать следующее — обвала индекса Доу-Джонса и переполоха на Уолл-Стрит первый релиз группы не вызвал. Но! Продавался он нехило. Когда это стало видно невооруженным глазом, предводители рекорд-лейблов тут же стали тянуть свои хищные ручонки в сторону небольшого, но гордого континента. Хотя… Большого.
Вдохновленные неожиданным успехом, HARD-ONS ломанулись в австралийское турне. Любой, кто видел группу на сцене, ту же переставал изводить себя вопросом: "Так панк это, или не очень?" И так все было понятно даже олигофрену со стажем. Если уж нормальные экстремальные коллективы и ломают инструменты во время шоу, то делают это в конце, на "бис", так сказать, когда все хиты сбацаны, а парни из HARD-ONS зачастую именно с этого и начинали выступление. Вопрос, на чем теперь играть, подвисал в воздухе на пару-тройку минут, а потом музыканты при помощи каких-то чудодейственных средств (может, даже гамми-сока) выходили из положения, и шоу начиналось. Сами понимаете, что ни один из посетителей сейшнов с участием HARD-ONS не уходил домой грустным и без патологических психических сдвигов.
Короче, слава была неминуема, и когда она поселилась на студии у HARD-ONS, парней это ничуть не удивило. Вчетвером (со славой неземной) музыканты записали еще пару небольшеньких таких пластиночек — "HARD-ONS" (86), "Hot For Your Love Baby" (87) — и двинули в сторону Соединенных Штатов Америки.
Уже тогда зажравшаяся Америка чего-то там слышала о HARD-ONS, но долго и тупо рассматривала, как она полагала, троих типичных австралийских аборигенов (странно, но HARD-ONS не захватили с собой ни одного сувенирного бумеранга). Когда же парни начали свое рядовое шоу, Америка поняла, что группа эта шутить не намерена, а если намерена, то вряд ли этот юмор недалеким американцам будет понятен. В итоге дебютный лонгплей HARD-ONS вышел в 88-м в США, назывался он "Dickcheese" (какой подлый удар по американской культуре со стороны провинциалов неизвестно откудова!) и тут же угодил в лучшую двадцатку независимых альбомов. Пресса буквально взорвалась восторгом и соплями радости, дескать, ну наконец-то появились новые герои рок-н-ролла и, там, пятое-десятое. Парни из HARD-ONS очень обрадовались, что они — герои (и пятое-десятое), тем более новые, и стали отрываться на концертах пуще прежнего. Изъездив все Штаты вдоль и поперек, не забывая погостить в Австралии и прокатившись пару раз в Европу, группа предложила фэнам новый хардкор-шедевр — "Love Is A Battlefield Of Wounded Hearts" (89). Этот альбом стал новым откровением для прессы и публики, был удостоен именного нимба с дарственной надписью и занял почетное место в фонотеке каждого нормального индивидуума.
Но HARD-ONS этого было мало! Совершенно не считаясь с законами панк-рока (всем ведь известно, что альбомы должны быть то хорошие, то очень плохие, чтобы поклонники то обожали тебя до дрожи в суставах, то плевали в твою сторону), команда, посвятив год активному концертированию, зашла на пару часов в студию, чтобы вынести оттуда новый альбом "Yummi!" (91), который стал самым продаваемым альбомом в истории HARD-ONS, да и по сравнению с пластинками групп ИКС-МИССИЯ и 140 УДАРОВ В МИНУТУ он тоже неплохо продавался. Вполне вероятно, что еще немного — и мир бы заговорил об Австралии, как о праматери мирового хардкора. Наслушавшись хитов HARD-ONS, великий и ужасный Генри Роллинз решил поближе познакомиться с такими прикольными пацанами, а познакомившись — записать совместно что-нибудь глобальное. Сошлись на кавер-версии песенки "Let There Be Rock" австралийского же ансамбля AC/DC. Странно было бы полагать, что подобное творение могло остаться незамеченным! Ближайшие восемь недель сингл возглавлял национальный хит-парад, вызывая непомерную гордость в душе каждого патриотически настроенного австралийца.
Дальше у группы над головой постоянно нависало небо в алмазах. Тонны проданного винила и цветастой полиграфии, совместные выступления с самыми авторитетными панк-фигурами, культовый статус в Австралии и далеко за ее пределами. Короче, HARD-ONS — предмет национальной гордости, да и все тут. Сегодня бы их наверняка отправили на "Евровидение" за каким-то фигом. Тогда, слава Аллаху, обошлось. Короче, все было великолепно. В 1992-м группа записала как всегда отличный альбом "Dateless Dudes Club", расхваленный всеми до небес, а в 93-м году HARD-ONS вынесли на суд фанатов свою новую работу — отличный хардкоровый альбом "Too Far Gone". И тут началось.
В прессе все чаще и чаще стали появляться слова Рэя Эна о том, что в группе имеют место быть какие-то трения, безусловно творческого характера. Вслед за этим в одном из интервью независимому музыкальному изданию "Hammer Off" Кеш Де Сильва сообщил, что в группе, разумеется, все хорошо, но… Тут бы и Питеру Блэку пришло время высказаться, но, если верить авторитетным источникам, он просто не успел это сделать: HARD-ONS распались.
Ну что ж. Национальный траур по всей Австралии хватило ума не объявлять, но население слегка взгрустнуло. Долго горевать не вышло, поскольку фирмы грамзаписи старались радовать меланхоличных австралийцев, периодически издавая творческое наследие HARD-ONS в разных формах: "Test EP" (94), "A Decade Of Rock" (94), "Singles" (94), ну, и наконец — "HARD-ONS Live" (95), как положено.
Только все стали как-то привыкать к мысли, что "no more heroes", как из стана HARD-ONS последовало неожиданное заявление, суть которого сводилась к следующему: "Мы тут побазарили с пацанами, все обсудили и решили все-таки играть себе вместе и не дурить людям голову. А чтобы было круче, возьмем себе еще одного гитариста". Когда группа вновь появилась на сцене, удивленные фэны увидели в ее рядах Эда Купера — участника легендарных SAINTS.
Вышедший в 99-м году мини-альбом "Yesterday And Today" и последовавшее за ним европейское турне убедили окончательно всех сомневающихся, что парням из HARD-ONS все еще есть что сказать миру, и они по-прежнему способны каждое свое шоу начинать с уничтожения концертного оборудования. Чтобы было весело.

Алексей ПРОТАСОВ

© 2005 музыкальная газета