статья


Крамбамбуля
Застольный проект Лявона Вольского и Ко



— Ну, рассказывайте, как вы дошли до такой жизни…

— Вы имеете в виду, как мы докатились до застольного проекта? А где вы, кстати, его слышали?
— "На перекрестках Европы" вы исполняли одну песню, "Текила". И еще на "Рок-коронации"…
— Так это же только одна песня, а всего там их будет 14, и все разные.
— Рассказывайте.
— Когда мы работали над предыдущими так называемыми "супольнымі праектамі", я заметил, что в каждом из них есть песни, подпадающие под марку "застольных". Особенно это касается "Народного альбома". Но и в остальных эта тема тоже более-менее богато представлена. Наверное, потому что она всем в разной степени близка, и сопровождает человека всю его жизнь. И еще, по-моему, культура застолья — это часть национальной культуры. То есть, во Франции застолье одно, а в Украине — совсем другое. А в Монголии? У нас тоже есть свое понятие застолья. Хотя, наверное, их, этих белорусских застолий, несколько. Есть, например, советское — это икорка, шампанское, салат "Оливье", водка, селедка под шубой… Есть такое "вясковае" — сало, сальтисончик, полендвица, драники, самогонка — здоровое такое застолье…
Я давно хотел написать проект на эту тему. Так, не спеша, по-белорусски, ходил, думал: "Да, надо что-то такое сделать", а потом появились такие люди, как Сережа Кононович, Влад Плющев из HASTA LA FILLSTA, "улисовский" барабанщик Саша Быков. Скрипач из консерватории Саша Хавкин неожиданно нашелся. И так, как говорится, без отрыва от производства, мы достаточно быстро написали 14 песен. Хотя нет, сначала мы сочинили всего несколько композиций, а потом сделали перерыв. Потому что было непонятно, где и как это все записывать. Но тут в дело включились профессионалы, целый коллектив, в числе которых Анна Вольская, и тут дело закрутилось очень быстро, и мы записали все это в хорошей польской студии.
— Идея проекта, значит, витала в воздухе.
— Тут у нас очень много идей витают в воздухе или валяются под ногами. Остается их только поймать. Или поднять.
— А кто песни писал?
— Скажем так: на обложке альбома будет написано, что музыку сочинили разные композиторы, например, Дж. Уокер или Закир Муратов, тексты народов мира, перевод Лявона Вольского. Раз так написано — значит, так и есть.
— А что такое "крамбамбуля"?
— Это такой старинный белорусский напиток. Крепкий.
— Это что-то вроде сбитня, да?
— Ну, если хотите, я расскажу. Все знают старинные напитки — сбитень, медовуху. Кстати, в это же время в Беларуси варили и пили "крупник". Это напиток на основе меда и трав. Теперь в Польше он выпускается как традиционный польский ликер "Old krupnik". И в американской книге "1000 самых известных коктейлей мира" упоминается не раз. Литовцы тоже выпускают "крупникас"… Про что это я рассказываю?
— Про крамбамбулю.
— А! Это вещь такая очень специфическая. Крепкая, сделанная на меду, но, как все, что в то время делали, с большим количеством специй. Наперченная, с корицей — чем больше, тем лучше, потому что специи в то время показывали уровень респектабельности. Еда в то время тоже была очень наперченной: специи дорого стоили и шляхта таким образом демонстрировала свой достаток.
Ну вот, про крамбамбулю: есть такая журналистка Ольга Бабак, сейчас она работает на радио "Рацыя". Раньше она вела там программу "Рацыен" и для этой программы нашла в книге рецепт крамбамбули. И потом даже ее приготовила. Я могу сказать, что очень интересный от крамбамбули эффект. Хмель такой… творческий. Хочется от него в разные игры играть, "Крокодила", например.
— Про крамбамбулю песню написали?
— Про крамбамбулю? Конечно! Есть в альбоме такое старосветское танго, в стиле годов 1920-30-х, "Пане Коханку", в нем как раз и упоминается крамбамбуля.
— А какие еще напитки упоминаются в проекте?
— Про текилу вы уже знаете, в этой же песне присутствует агуардьенте, это бразильское тростниковое бренди. Второе название — качаса.
— Да? А я думала, это имя собственное.
— (смеется) Да, мне довелось серьезно с этим проектом поднять уровень знаний в этой области. Что еще там есть?..
— Пиво?
— Да, пиво есть, даже несколько сортов. Есть американское пиво, в песне "Куфаль піва, келiх вiскi". Это народная американская кантри-песня при кровавого Билли. Там упоминается, естественно, американское пиво. А есть такой немецкий вальс, в котором поется про маленького солдатика, который служил в армии и которого в конце концов убили. И в ней упоминается, конечно же, немецкое пиво.
— И шнапс.
— Нет, шнапса там нет. Но, если будет успех у этого проекта, мы сделаем проект "Крамбамбуля 2". Вообще, эта тема оказалась очень обширной, почти как жизнь. Музыканты уже не могут… как бы это сказать... не могут с собой справиться, пишут и пишут новые застольные песни.
— Но проект КРАМБАМБУЛЯ уже закончен.
— Абсолютно. Даже мастеринг пластинки в Москве уже сделан великим светилом российского мастеринга Андреем Субботиным.
— И что он из проекта сделал?
— Ну, насколько вы знаете, мастеринг — это такая окончательная обработка материала. И как сказал Шлема, Субботин "материал не испортил".
— А материал Шлема записывал?
— Да. Кстати, никто этого не ожидал, потому что обычно Шлема на компьютере работает, а там в студии стоял "живой" пульт, и Шлеме приходилось с ним бороться "вживую". У него, кстати, самая тяжелая работа была, потому что музыканты — отписались и могли расслабиться, а Шлема работал от рассвета до заката.
— Наверное, в проекте вы все страны упомянули?
— Нет, мы не смогли достичь такого размаха. Африка у нас лишь мельком упоминается... В Африке, правда, у нас все больше водку пьют. Мы решили, что пьют ее бывшие студенты, которые учились у нас, а потом поехали на родину и там забавляются таким образом. А вообще, 14 песен в проекте. Грузия там есть, Греция, Франция с абсентом...
— Судя по песне "Текила" все очень весело должно быть.
— Очень весело. Большинство песен совершенно бесшабашные. Но есть, как всегда, и исключения.
— Вы поете?
— Я. У меня есть некоторые пародийные способности. Вообще, я их редко показывал публично, а тут так получилось, что воспользовался ими в полную силу. Потому что все песни абсолютно разные, и характер вокала должен быть в каждой разный. Но я думаю, что в следующих работах на эту тему мы привлечем все-таки и других вокалистов. Особенно вокалисток.
— А как музыка о застолье будет восприниматься во время застолья?
— Дело в том, что когда ты слушаешь альбом, то уже как бы присутствуешь на виртуальном застолье. При этом совсем необязательно наливать и пить.
— Просто этот проект можно воспринимать и как творческий изыск, и — как фон к поглощению спиртного.
— Вы имеете в виду, что определенная категория публики воспримет альбом как руководство к действию и перейдет "от слов к делу"? Дело в том, что там поется про такие напитки, о которых эта категория понятия не имеет. Хотя, есть, конечно, определенная опасность — как у "ляписов" — вроде бы ирония, стеб, но кто-то где-то эту иронию воспринимает за чистую монету…
— А хитовые песни на альбоме есть?
— Для меня они все хитовые, но по предварительному опросу, мониторингу — о, умное слово! — всем слушателям нравятся разные песни, абсолютно разные.
— По одной песне сложно судить, но мне кажется, что проект этот очень клубный.
— Он разный. Что-то для клуба, а что-то и на стадионе можно спокойно исполнять. Например, песне "Советское шампанское" — там у нас такое ВИА получилось — самое место во Дворце Республики.
— А на русском языке ничего нет, все по-белорусски?
— Да. Это у нас язык межнационального общения.
— В песне "Текилу" некоторые строчки слушаешь, и непонятно, на каком языке они поются.
— Они поются по-белорусски с сильным испанским акцентом. Кстати, некоторые люди, которые считают, что на белорусском нельзя сделать ничего ценного, слушали этот проект, а потом говорили: "А я и не заметил, что он на белорусском". Это для них — высшая степень похвалы.
— Презентация?
— Презентация будет. Кстати, весь набор напитков, про которые идет речь на компакте, будет присутствовать на столе.
— И балет будет?
— На презентации балета не будет. Потому что презентация будет камерная, акустическая. Но в дальнейшем мы планируем такие могучие акции — шоу со светом, спецэффектами и балетом. Но до этого еще далековато. Надо сначала все издать. И, по-моему, альбом должен "пойти". Потому что он веселый, позитивный, ничем не грузит… Такая… музыка выходного дня.
— То есть в этом проекте главное альбом, это не его концертное воплощение.
— Кстати, как ни странно, мы этот материал уже представляли: у нас был концерт на выставке "Бистро 2002". На стенде пива "Дедново". Правда, в такой тесноте, что аж страшно... Конечно, будем организовывать разные концерты, проект же должен жить не только в виртуальном варианте.
— Вас не пугает, что ваши поклонники увидят вас по-новому?
— Да они уже видели по-всякому! Во всяких проектах. В разных ипостасях. Нормальные фэны, мне кажется, должны понимать и принимать объект своего фанства таким, какой он есть, а не придуманным героем рок-н-ролла с белоснежной сверкающей улыбкой в окне лимузина.
— На концертах N.R.M. можно будет песни из этого проекта услышать?
— Нет. У N.R.M. своя жизнь. Это команда, которая активно работает, несмотря на то, что у всех ее участников есть свои сайд-проекты. N.R.M. сейчас работает над записью нового альбома. Для него уже достаточно много интересных песен придумано, что для меня было некоторой неожиданностью. Открою секрет: недавно мы записали песню "Три черепахи 2".
— Итак, если искать афиши, анонсирующие ваш новый проект, то на них будет написано...
— КРАМБАМБУЛЯ, конечно.

Катерина НЕВИНСКАЯ

© 2005 музыкальная газета