статья


Кузнец И Семаня
Абсолютно честная музыка



Как-то, блуждая по закоулкам Сети, я наткнулась на следующее высказывание: "Информация — это еще не знания, знания — это еще не мудрость, мудрость — еще не любовь, любовь — еще не музыка. Музыка — это все…" Так или иначе, но музыка для многих остается средством передачи как серьезных философских идей, так и мимолетных душевных порывов. И этим средством уже давно и успешно пользуется минский коллектив КУЗНЕЦ И СЕМАНЯ.

В каком-то смысле они питомцы небезызвестного Леонида Нарушевича, и поэтому те, кому известно творчество группы КНЯЗЬ МЫШКИН, наверняка знакомы и с дуэтом КУЗНЕЦ И СЕМАНЯ. Собственно говоря, идея, которую они уже не первый год старательно воплощают в жизнь, проще простого, начиная с названия, — КУЗНЕЦ (Алексей Кузнецов) и СЕМАНЯ (Виктор Семашко) играют музыку, идущую из глубины их сердец, и пытаются при этом достучаться до сердец слушателей. Не так давно они записали свой первый студийный альбом под названием "Птичья". Кроме того, участники сего достославного коллектива реализуют свой творческий потенциал еще в ряде сайд-проектов, в том числе КУ-КУ-77, ПСИХОТРОНИК, 6 ЯИЦ И ЯЙЦЕКЛЕТКА. Информацию о них можно найти на сайте: www.belavangard.narod.ru, а отрывки из нашего разговора предлагаются вниманию читателей "МГ".
Об альбоме и концертах
Виктор (В.): Записей у нас накопилось много, но все они домашние, а альбом "Птичья" — первый студийный, записывался на профессиональной студии. Все, как обычно, делалось импровизационно, затем мы выбрали лучшее и скомпоновали его. Вообще, от концертов больше пользы, чем от студийной работы.
Алексей (А.): На концертах мы выкладываемся на полную катушку. Идет очень большой поток энергии, какой-то взаимообмен. Цель всего происходящего — дарить людям радость.
В.: Публика принимает нас довольно весело. Музыку оценивают по-разному, но одно хорошо — есть во время нашего выступления люди не могут. Вообще-то, нам не хватает единомышленников, поэтому радостно примем в свой коллектив хорошего человека. Мы всегда готовы играть на любых площадках и для любой публики. Если концерт не удался, в первую очередь мы виноваты.
А.: Инструменты мы не выбираем. Это просто то, что у нас под руками в настоящий момент. Мы использовали дарбуку, пока в Крыму у меня ее не сперли, а также всяческие дудки и свистелки.
КНЯЗЬ МЫШКИН для нас — хороший друг и соратник. В музыкальном плане нельзя сказать, что мы на него равняемся, мы разные, но просто приятно играть вместе. По сути, мы с КМ боремся за одно и то же…
В древней музыке было два направления — ритуальная и народная. Понятие разума туда не входило. Эта музыка была обращена к несколько иным задачам, чаще бытовым. А у нас изначально имелась ориентация не на благо быта, а на духовное развитие. Это похоже на охоту, постоянный поиск чего-то нового. Мы же и жертвы, и охотники одновременно. Для нас это жизнь. Все остальное — лишь подготовка к ней.
Об идейном стержне
А.: В нашем творчестве присутствует момент демонстрации чего-то другого, не похожего на общепринятое. Есть понятие "Вавилон", подразумевающее некую сумятицу, когда люди, запутавшись в своих мифах, утратили связь с корнями. Мы пытаемся дойти до корней. Речь идет не только о музыкальных направлениях, а большей частью о именно мифах, влиянию которых все мы подвержены. Сюда относятся понятия об обществе, о правде, о ценностях, об отношениях. Каждая из структур имеет свои мифы. Выбить людей из этой тупиковой смертельной дороги — это уже благо. Это путь, в котором конечной точки может не быть. Сейчас становится больше людей, которые противостоят общему направлению, и мы — одни из них. Нельзя сказать, что мы увлекаемся философией. Скорее мы выполняем функции посредников... Пытаемся служить чему-то светлому, радостному и большому. Хотим хотя бы на какой-то короткий промежуток времени вернуться в домифические времена. Мы идем естественным путем, а не пытаемся изображать авангард. Это абсолютно честная музыка, то, что очень глубоко внутри. Процесс рождения и взаимодействия звуков…
В.: Мы не стремимся себя выставить интеллектуалами, мы стремимся к общему языку со всеми людьми. Духовное — то, что не имеет выражения на материальном уровне. Я сейчас нахожусь на таком этапе развития, когда себя ощущаешь как бы "рабом божьим" — уже не спрашиваешь, зачем это надо, просто делаешь и все.
А.: Это как бы бесконечный путь исследование внутреннего пространства. Поводом для прекращения творческой деятельности для нас могла бы стать лишь физическая смерть. В творческом плане смертей очень много, но это всего лишь паузы. Творчество — это свобода. Большинство из нас сейчас духовно несвободны. А мы пытаемся сделать подкоп из этой крепости. Все, что мы делали, делаем и будем делать — все это ради света и любви. Сам процесс творения — это и есть цель.
В.: У нас есть идея, но это не концептуализм. Важен импровизационный дух. И здесь нет ничего общего с перфомансами, как это может показаться на первый взгляд. У нас нет идеи хаоса, у нас все не зря. Все ноты несут определенную смысловую нагрузку. Каждая нота — это шифр, это ответ на непоставленный вопрос…

Ирина ШУМСКАЯ

© 2005 музыкальная газета