обзор


Nomans Land
Викинги не тоскуют по дому

Сама по себе возможность чего-то нового, неизвестного — прекрасна. Бросить все ради ничего, ради искорки тайны — разве это не есть настоящая жизнь? Если так, то викинги умели жить. У каждого из нас свой жизненный Путь, мы можем остаться в далеких краях навсегда, а можем вернуться домой. У всех есть выбор... Но викинги возвращаются. Так приветствуйте же питерцев NOMANS LAND!

Дискография:
2000 г. — дебютный альбом "The Last Son of the Fjord" ("Последний Сын Фьорда").
Небольшое пояснение:
Фиорд, фьорд [норв. fjord] — узкий и сильно вытянутый (на десятки километров) в длину, глубокий, часто разветвленный морской залив с крутыми и высокими берегами; фиорды представляют собой обработанные ледником, а затем затопленные морем речные долины; характерны для Скандинавии (особенно Норвегии) — Словарь иностранных слов, М., 1981
В интервью принимают участие:
Т — Торвальд, ритм-гитара
Х — Хьервард, бас-гитара
SM — salto mortale

SM: Для начала расскажите о том, что такое Золотой век. Можно ли его вернуть?
Х: Золотой век для нас — время, когда люди жили в гармонии со своими инстинктами, когда каждый человек мог постоять за себя и решать за себя. Его жизнь и решения зависели в большей степени от него самого, а не от тех предрассудков и стандартных ситуаций, которым подвержено большинство людей в наше время. Вернуть, а точнее, возродить так называемый Золотой век сейчас можно лишь в своей душе. Это стало большой роскошью для человека — следовать своим принципам и желаниям — и на это способен далеко не каждый.
И еще, Золотой век — это название почтового ящика в интернете на работе у нашего гитариста (zolotoyvek@mail.ru — прим. sm).

SM: Интересно, викинги в походах тоскуют по дому? Если да, то можно ли сказать, что вы тоскуете по дому, как Дому Предков, который мы все сегодня утратили?
Т: Викинги не тоскуют по дому, потому что в походах викинг и живет, а дома только зимует и ждет, когда растают льды, чтобы отправиться за славой, богатством и женщинами!
Тоскуем ли мы по предкам? Похоже, наши предки живут в нас самих и единственное, о чем мы тоскуем, — это о том, что нам никогда не вернуться в те славные времена, когда любой мужчина мог доказать, на что он способен, мечом, а не загнутыми пальцами.

SM: Мне довольно часто приходилось встречать в лирике метал-команд (и в вашей тоже) фразу "Call of ancestors" (Зов Предков — прим.sm).Что же это значит для вас?
Т: Как сказала одна наша знакомая: "Это предвечная гордость, которая поглощает нас в пучину веков…"(... моя фраза — прим. sm). Для нас это своего рода стимул к творчеству.

SM: Вообще, какую роль играет у вас лирика?
Т: Очень существенную. Как вы заметили, у нас в музыке мало агрессии, больше мелодики. В дальнейшем мы попытаемся сделать еще более мелодичную музыкальную основу.

SM: Почему в ваших текстах никогда не встречаются собственно имена скандинавских богов, есть лишь упоминание о неком безликом Отце? Никаких параллелей с христианством здесь нет? может, ваш бог — Род?
Т: Как известно, христианство, а точнее его приспешники погубили культуру викингов в XI веке и поэтому нам не интересны завязки с христианством по определению. А в песне "Two fathers" все просто: первый отец — это отец по крови, второй — Один, отец по духу, и Иисус тут вовсе ни при чем. Вообще викинги любили и почитали своих богов и делали многое для того, чтобы их прославить. Нам тоже близка северная мифология, но мы не собираемся с пеной у рта кричать в каждой строчке "Мы дети Одина!", нам интересна сама лирика того времени, интересно передать настроение северных воинов, идущих за славой, романтику северной скупой природы. Вот. И вообще, нам кажется слушатель у нас в России, впрочем как и в странах СНГ, не привык вникать в текст. В нашей стране большинство людей, которые врубаются в тяжелую музыку, любят ее именно за музыку, а не за идеологию. Так уж повелось — все воспитывались на англоязычной музыке и для того, чтобы поначалу вставляло не обязательно было знать что рычит вокалист в любимой команде. А дальше вы знаете…

SM: Вы считаете, что возрождаете древнюю культуру? Возможно, кроме музыки, вы занимаетесь еще чем-либо, связанным с историей и ее возвращением...
Т: Мы не собираемся возрождать древнюю культуру, да и, честно говоря, это труд, требующий достаточного самоотречения. Мы еще пока не готовы к этому. Не забывайте, что мы играем метал. Мы просто сами культурно развиваемся. Да и что значит "возрождение культуры"? Писать исторические труды? Стоять с плакатом на площади: "Возродим древнюю культуру!"? Увольте. Наш современный мир настолько информативен, что человек может сам выбирать то, что ему нравится. Если тебя к чему-то тянет, это обязательно тебя найдет.

SM: Объясните, пожалуйста, название вашего дебютного альбома. Мне оно, мягко скажем, не понятно. Кстати, по смыслу, он завершен?
Т: Ну… то, что, может быть, не завершено, должно рано или поздно завершиться. Например, в следующем альбоме… или в следующей жизни. Конечно, всегда хочется немного больше, чем есть, поэтому никогда не стоит останавливаться на достигнутом. Мы над этим работаем!
"Последний сын фьорда". Скажем, что название придумалось не сразу. Был даже вариант "Long, long ago…", что означает что-то вроде "Давным, давным-давно…". Но нам показалось, что похоже на начало русской народной сказки. Последний сын фьорда — это последний сын фьорда, что тут сказать, здесь все сказано. Впрочем, все-таки не последняя дочь!

SM: Почему ваш первый материал выполнен в маршевом духе?
Т: А как вы себе представляете северных воинов, идущих в поход? Танцующих вальс, что-ли? Правильно, маршевая основа присуща нашей музыке. Но это для того, чтобы придать ей стройность и стилистическую устойчивость.
В дальнейшем, несомненно, мы будем экспериментировать с ритмикой, но то, что отличает NL от других групп этого направления, останется. Мы не хотим бросать наработанные "фишки", т.к. это сопряжено с долгим поиском и немалой работой.

SM:Чем в настоящее время занята группа?
Т: Мы полностью поглощены подготовкой к записи следующего альбома. Надеемся, он порадует всех поклонников подобной музыки.

SM:Когда же планируется его выпуск?
Т: Не знаем, когда конкретно будет осуществлен выпуск дисков. Можно предположить, что это произойдет в конце года или в начале следующего. Альбом будет состоять из десяти композиций довольно разнопланового характера. На нескольких их них прозвучат клавиши!

SM: На каких площадках обычно выступаете? Я это к тому, что вдруг вы в Минск приедете...
Т: Исключительно не на строительных! На самом деле очень тяжело куда-либо выбраться — либо дорога не по силам, либо не устраивают условия. Играем обычно в Питере в клубах. Но мы бы хотели организовать что-то типа мини турне по странам бывшего соц. лагеря, т.к. нам известно, что там много продвинутых металистов. И посмотреть мир тоже интересно. Так что есть вариант, что вы увидите нас у себя дома живьем. Мы бы этого очень сильно хотели.

SM: Простите за наезд, но мне кажется, что спекулировать тематикой древности сейчас стало модно. Почему так?
Т: Минуточку! Если не обращать внимание на попсу и такое течение, как грандж, это длится очень давно и причем здесь мода не понятно. Все более или менее тяжелые команды когда-либо касались в своем творчестве "древности" и спекуляции тут никакой нет. Просто эта тема очень сильно будоражит воображение людей и дает им большой простор для творчества. Кстати, то же можно отнести и к фольклору.

SM: И как у вас с фольклором? Насколько понимаю, элементы фолковой музыки исполняются гитарой.
Т: Ну, наконец-то, добрались. Скандинавский фолк — вот что бросится в глаза тому, кто хотя бы раз услышит нас. И что самое интересное: давайте возьмем пару электрогитар с дисторшн, добавим к ним парочку дудок, флейту там, гармошку и получится душевный такой метал-фолк-ансабль. Но мы не этого хотели, когда все это замутили. Создать фольклорную атмосферу в тяжелой музыке без народных инструментов, и тем не менее используя народные лады и мелодику, — вот к чему мы стремились. И, скажем, задачка-то не совсем легкая. А как насчет того, что, например, тяжелая соло-гитара может звучать как волынка или как скрипка? И при этом без подстройки тембральной окраски под эти инструменты? Тут есть над чем задуматься.

SM: Ага, может кому-то и есть... Дело в том, что в Беларуси была (рука не поднимается писать в прошедшем времени — прим.sm) такая культовая команда GODS TOWER, и им фольклорная атмосфера давалась великолепно. Слышали ли вы их когда-либо? Вообще, что вы знаете о Беларуси в околометалической области?
Т: Мы очень рады, что нам удалось однажды постоять на одной сцене с такой замечательной командой как GODS TOWER и тем более пообщаться с ними (Были они в Питере как-то в гостях в июле 99-го в клубе "Полигон". Нож подошел к нам после нашего выступления с весьма положительными отзывами и сказал, что в Беларуси такая музыка прокатила бы отлично). Это был неплохой опыт. Нам очень понравилось их выступление (мы специально побросали инструменты в гримерке и пошли в зал), понравилось, как они держались на сцене. Вообще, жаль, когда сильные команды распадаются — это на самом деле болезнь — неплохой дебют. Какое-то время все тебя классно принимают и поддерживают, все идет отлично, но наступает момент, когда музыканты переходят на новый уровень и очень повезет, если все музыканты в этот момент понимают друг друга как прежде. Мы надеемся, что участники GODS TOWER отметятся в скором времени достойными проектами и их дело не умрет! Мы искренне желаем им удачи! И, пользуясь случаем, передаем им привет ? И всем белорусским металическим бандам!

SM: Пожелайте что-нибудь нашей метал-сцене...
Т: Что можно пожелать? Наверное, новых открытий, новых перспективных тяжелых команд, новых музыкальных течений, присущих вашей национальной культуре. Да! Больше фольклорных тяжелых команд! И еще викингов ? Музыкантам: профессионализма, огромной публики, бесплатных студий звукозаписи, кучу поклонниц, … НАСТОЯЩЕГО ПРИЗНАНИЯ! И еще самую малость — пусть люди УСЛЫШАТ тяжелую музыку!!!

SM

© 2005 музыкальная газета