статья


Thornton, Phil
мистерии небес и земли

Волшебник и мистификатор звуковых визуализаций Фил Торнтон (Phil Thornton) записал уже более 20 сольных альбомов, общий тираж которых составил порядка 800 000 копий. Его карьера началась в 80-х, когда Фил Торнтон выступал в составе группы EXPANDIS, прославившейся своими экспериментами в области электронной музыки.

Уже два первых эмбиентных альбома Торнтона "Cloud Sculpting" ("Ваяние облаков") и "Edge Of Dreams" ("Граница мечтаний") попали в ньюэйджевский чарт популярного музыкального издания "New Musical Express" и сейчас бесспорно считаются классикой жанра.

Важную роль для широкого распространения музыки нью-эйдж сыграло создание Торнтоном музыки к популярной компьютерной игре "Dungeons & Dragons" ("Темницы и драконы").

Фил Торнтон активно использует как аутентичные инструменты, так и последние достижения современной музыкальной индустрии. Он много сотрудничает с ведущими мировыми исполнителями этнической музыки. Наибольший успех имело сотрудничество Фила Торнтона с признанным музыкантом в жанре world music Хоссамом Рамзи (Hossam Ramzy). Их совместный альбом "Immortal Egypt" ("Бессмертный Египет"), вышедший в 1999 году, удостоился первого места по итогам присуждения ежегодных наград респектабельным американским журналом "New Age Voice".

Как концертный исполнитель, Фил Торнтон, много раз участвовал в различных шоу, а также неоднократно появлялся на телевидении, как в Европе, так и в Латинской Америке. Его музыку любят использовать многие радиостанции.

Фил Торнтон - один из тех исполнителей, коими славится известная английская студия "New World Music", издающая преимущественно нью-эйдж и музыку для целительства и релаксации.

Сегодня Фил Торнтон - гость нашего издания.

- Расскажите, пожалуйста, о вашем пути в музыку, о ваших музыкальных корнях и истоках творчества. Как началась ваша музыкальная карьера? Может быть, семья повлияла на ваш выбор, или вас вдохновила музыка, услышанная в детстве?

- Я происхожу из музыкальной семьи: моя сестра играла на органе в местной церкви, брат играл на органе и на гитаре в группе, а мать аккомпанировала на пианино и аккордеоне танцевальной группе. Когда мне было 9 лет, она убедила меня взять аккордеон и присоединиться к группе. К 14 годам я заинтересовался рок-музыкой (THE WHO, Джимми Хендрикс и т. д.) и начал играть на гитаре, стараясь найти группу, в составе которой я мог бы выступать. Через пару лет после этого, я услышал музыку таких групп и музыкантов, как GENESIS, Tomita, PINK FLOYD и Gentle Giant. Я просто влюбился в звучание меллотрона (старинный синтезатор, работавший на бумажных лентах) и вскоре научился извлекать похожие звуки почти бесплатно (рапсодия elka с модификациями и старыми гитарными педалями)! К 17 годам я впервые устроился в группу на постоянной основе и последующие три года играл нечто вроде прогрессив-рока, находясь под влиянием упомянутых выше музыкантов. Я научился "выживать" на гастролях и создавать оригинальную музыку вместе со всей группой!

- Нам интересна история создания вашего первого альбома и первой группы. Расскажите, пожалуйста, об этом.

- К 1980-му году я разочаровался в рок-группах из-за их ограничений и решил создать коллектив нового типа. В результате появилась группа EXPANDIS с участием Джона Уайлда (John Wilde - вокал) и Дейва Миллера (Dave Miller - гитара). С ними обоими я уже играл раньше.

Идея была в том, чтобы, сконцентрировавшись на записи музыки, создавать также мощное "живое" шоу. Я тогда все больше интересовался электронной музыкой, и мы решили использовать синтезированные звуки барабана и бас-гитары, что давало возможность сохранить небольшой состав группы и сосредоточить творческую энергию на новых направлениях. Результатом явился вполне открытый и экспериментальный подход.

Наши записи изменялись в диапазоне от чистого синтезаторного попа до некоторых очень странных звуковых конструкций. Собрав достаточно материала для альбома, мы записали кассету "I'm Not Waving I'm Drowning" ("Я не плыву, я тону"), которую продавали на выступлениях. Этот альбом позже вышел на студии "Underground Music".

- Почему вы испытываете такой глубокий интерес к культуре, мифологии, атрибутам и артефактам Египта? Например, линки на вашем сайте имеют форму пирамид. Интересно, кстати, узнать о Вашей работе над альбомами "Eternal Egypt" ("Вечный Египет"), "Immortal Egypt" ("Бессмертный Египет") и "Pharaoh" ("Фараон").

- Я заинтересовался пирамидами задолго до того, как узнал что-либо о современном Египте. Меня всегда интриговали истории о том, что такая форма может улавливать энергию. Этот интерес привел меня к открытию того, что тетраэдр (трехмерная пирамида с равными гранями и углами) - это не то же самое, что форма египетских пирамид. Однако эта форма - сильнейшая из возможных, где все силовые линии сходятся в центре! Эта форма и представлена на сайте. Она остается для меня огромным источником вдохновения через использование в направленной медитации и визуализациях.

Первое, что меня действительно вдохновило в Египте - это музыка! Я и раньше интересовался историями о древнем Египте и пирамидах, но, услышав такую музыку, как "Songs From The victorious city" ("Песни победоносного города") Энн Дадли (Anne Dudley) и Джеза Коулмана (Jaz Coleman), а также "Passion" ("Страсть") Питера Гэбриэла, я стал настоящим фанатом. В этой музыке так много уникальных звуков! Используемые в ней гаммы могут создать настроение, уносящее тебя за пределы минора или блюза в богатое и совершенно незнакомое звуковое пространство.

Когда я смог пожить в Каире во время записи альбома "Immortal Egypt" ("Бессмертный Египет"), я просто-таки влюбился в народ и культуру Египта.

- Расскажите о вашем сотрудничестве с Хоссамом Рамзи (Hossam Ramzy). Как вы пришли к идее совместной работы над "Бессмертным Египтом"? Мы знаем из описания альбома, что Хоссам Рамзи - известный музыкант, работавший с ROLLING STONES, Page & Plant, а также с Peter Gabriel...

- Хоссам записывался у Джеймса Ашера (James Asher), и когда я работал в студии Джеймса в Лондоне, его имя всплыло в разговоре. В результате Джеймс представил меня Хоссаму.

Вначале я предложил ему просто сыграть кое-что для меня, но когда мы собрались, чтобы это обсудить, идея писать музыку вместе нам понравилась больше! Хоссам проводил тогда мировое турне, и, работая с ним над альбомом "Eternal Egypt" ("Вечный Египет"), я вдохновился концепцией альбома "Pharaoh" ("Фараон"). Это оказалась менее "египетская" музыка. Этот альбом вышел первым и стал хорошим предисловием к "Вечному Египту". Через пару лет нам предоставили достаточное финансирование для записи продолжения "Вечного Египта", в результате появился "Бессмертный Египет", который, я думаю, стал самым смелым моим совместным проектом в жанре world music.

- С какими музыкантами вы сотрудничаете? В частности, сотрудничаете ли вы (и дружите ли) с музыкантами "New World Music"? Есть ли вообще среди музыкантов у вас друзья, и планируете ли вы какие-либо совместные проекты в ближайшем будущем? Кто ваши любимые музыканты?

- Лучше всего из музыкантов компании "New World Music" я знаю Ашу (Asha), мы вместе работали над большинством его альбомов, иногда в моей студии, иногда в студиях Джеймса Ашера или Энтони Филипса (Anthony Phillips) - бывшего гитариста группы GENESIS.

Я также записал два альбома со Стивеном Крэггом (Steven Cragg), "Initiation" ("Посвящение") и "Tibetan Horn" ("Тибетский горн").

Пару лет назад меня пригласили в качестве исполнителя на "просто релаксационный" фестиваль в Амстердаме, где я имел случай встретиться с музыкантами "New World Music": Филипом Чапменом (Philip Chapman), Сержем Доу (Serge Douw) и Стюартом Джонсом (Stuart Jones), а также многими другими музыкантами со всей Европы, включая великолепный ансамбль исполнителей на диджериду из Берлина CIRCULAR BREATHING ("Круговое дыхание").

Я поддерживаю контакты с большинством музыкантов "New World Music" с помощью электронной почты и телефона, но, поскольку концертные выступления стали очень редки, большинство моих знакомых предпочитает работать в своих студиях.

Я много лет участвовал в работе одной брайтонской группы MANDRAGORA качестве продюсера, и иногда играл в ней на синтезаторе. Участникам группы нравится влияние стиля world на их музыку, и они стали для меня важным источником новых контактов. Когда я могу присоединиться к ним на концертах, вдохновение усиливается еще больше, потому что они, в свою очередь, влияют и на меня. Сейчас MANDRAGORA как раз начала новый проект под названием "Organic Audio" ("Органическое аудио"), вдохновленный этническими записями студии Питера Гэбриэла "Real World". Это возможность для экзотических музыкантов из южной Англии пообщаться и поработать совместно. Я собираюсь участвовать в развитии этого проекта в ближайшие месяцы.

Мои любимые музыканты "New World Music" - это, пожалуй, Медвин Гудалл (Medwyn Goodall), Стюарт Джонс, Терри Олдфилд (Terry Oldfield), Аша и Джеймс Ашер.

- У вас была возможность работать вместе со знаменитыми музыкантами и группами. Могли бы вы припомнить какие-нибудь интересные или забавные эпизоды этой работы? Какое сотрудничество оказалось наиболее ценным для вас?

- У меня остались великолепные воспоминания от фестиваля "Pink Pop" в Голландии, где я играл на синтезаторе для Шинед О'Коннор перед 80-тысячной аудиторией. Когда она играла сольную версию "Troy" ("Троя"), атмосфера была электрической, чтобы не сказать больше!

Одной из самых странных работ, которыми мне приходилось заниматься в качестве музыканта, была игра на клавишных для популярной в семидесятые годы группы BAY СITY ROLLERS. Это было намного позже их звездного часа, тогда они называли себя NEW ROLLERS. Выступления обычно проходили в университетах или ночных клубах, буквально набитых фанатами!

Однажды я здорово перепугался, когда аудитория, на 90% состоявшая из ненормальных, стала штурмовать сцену, намереваясь разнести ансамбль на куски! Нам пришлось убегать через раздевалку и окно туалета!

Также мне очень приятно вспоминать о варьете "искусства выступления", когда Артур Браун появлялся на сцене вместе с группой MANDRAGORA и порождал мощную энергию, объединяя аудиторию, или об импровизации с Титом Эспиндолой (Tete Espindola) на семинаре в Бразилии, где аудитория (около 1200 человек) выглядела очень удивленной тем, что музыка оказалась несколько более "экспериментальной", чем они ожидали!

- Расскажите о вашем интересе к культуре Тибета и о работе над альбомом Tibetan Horn" ("Тибетский горн"). Какое место этот альбом занимает в Вашей дискографии? Намерены ли вы сделать что-то еще в этом направлении? "

- Поработав со Стивеном Крэггом над альбомом "Посвящение", я был вдохновлен открывавшимися возможностями в музыке. Поскольку мы оба стремились к полномасштабному сотрудничеству, а он приобрел в брайтонской лавочке тибетский горн, это стало для нас естественной отправной точкой. Большой интерес Стивена к тибетской культуре привел к созданию в этом альбоме различных музыкальных образов. Мы использовали тщательно отобранные записи поющих монахов, звуков ударных и игры на табле. Таким образом, альбом делался по частям, из которых потом собиралось единое целое. В конце концов, это заняло два года работы! Мы не упускали ничего в поисках правильного звучания музыки. Я особенно неравнодушен к альбомам с тематикой "путешествия", а этот альбом - мой любимый. Стивен теперь снова путешествует (ему надоела паршивая английская погода!), так что если я буду делать продолжение "Тибетского горна", мне, видимо, придется работать одному.

- После египетского цикла вы обратились к теме мифов и легенд кельтской цивилизации и создали альбом "Solstice" ("Солнцестояние"). Расскажите, пожалуйста, почему вы затронули эту тему, и как протекала ваша работа над этим альбомом?

- Языческие корни "Солнцестояния" не следует путать с еще более древней и фундаментальной традицией почитания бесконечных годового и солнечного циклов. Празднование самого длинного и короткого дней года представляется мне самым естественным способом выказать почтение этой чудесной, живой и дышащей планете. Мои собственные ощущения во время солнцестояния в Стоунхендже говорят мне, что этот монумент остается фокусом для той по-прежнему существующей духовности, для празднования которой он был создан. Тот факт, что сейчас это событие отмечается неформальным образом, представляется мне очень обнадеживающим.

Хоть я и считаю нескольких убежденных язычников и друидов своими близкими друзьями, ни они, ни я сам не считают себя язычником или друидом. Но что у нас действительно общего - это представление о живой планете и необходимости празднования ее красоты и силы.

Сейчас, когда я говорю эти слова, я смотрю на церемониальную драпировку на стене студии. Ее подарили моему деду в знак признания его шестнадцатилетнего служения местной общине друидов (или иначе - общине Викторианского возрождения). Хотя я не очень хорошо знал деда, факт его участия в священных ритуалах способствовал моему интересу к празднику Солнцестояния уже в очень юном возрасте.

Мой первый опыт "живого" исполнения оригинального материала относится к свободным фестивалям середины 70-х. В то время праздник Солнцестояния в Стоунхендже был вершиной моего музыкального года. Подобным образом я участвовал в Льюисском боевом и ритуальных кострах в конце 60-х. Эти мероприятия связаны со многими местными традициями, но связь с кельтским праздником Самхайн (Samhain), как мне кажется, просто лежит на поверхности!

В моей повседневной жизни мою любовь к природе постоянно поддерживает то, что меня окружает, - когда я гуляю со своим датским догом по местному пляжу, среди деревьев и болот, и, кроме того, у меня есть странное обыкновение гадать по звездам!

- Мы не можем не спросить вас об альбоме "Alien Encounter" ("Встреча с Внеземным Разумом"), который, возможно, является самым загадочным в вашей дискографии. Как вам удалось создать такие загадочные звуки? Испытываете ли вы интерес к паранормальным явлениям, инопланетянам, НЛО и загадкам космоса? Вообще, интересуют ли вас какие-либо духовные техники и практики? Пожалуйста, расскажите нам об этом.

- Все это меня очень интересует, в особенности наука и астрономия. Для меня более чем достаточно пытаться осознать, что значит E=MC2, что уж говорить о "тайнах". Хоть я и поклонник хорошей научной фантастики, мне кажется, что большинство утверждений о паранормальном трудно принять всерьез!

Думаю, верно, что чем больше мы узнаем о Вселенной, тем больше вопросов возникает. Но когда люди утверждают нечто вроде того, что Земля была создана 6000 лет назад, а ископаемые - это уловка Бога, чтобы проверить нашу веру - думаю, это очень трудно принять всерьез. Что касается духовных техник, я бы сказал, что они очень интересны, и я испытываю огромное уважение к людям, избравшим духовный путь, но любая вера, требующая слепого подчинения лидеру - не для меня! Я практикую свои собственные техники медитации и визуализации (способствующие расслаблению и творчеству), такие, как вышеупомянутая визуализация тетраэдра, но не могу сказать, как это соотносится с какими-либо особыми формальными техниками.

Когда меня впервые попросили записать альбом "Встреча с Внеземным Разумом", я думал, что это окажется легким проектом! В конце концов, я не впервые сталкивался с этой темой. Однако когда я приступил к работе, оказалось, что имеется множество тонкостей, требующих внимания. Я особенно доволен некоторыми эффектами, которые я научился получать; например, мне говорили, что "щелкающие" звуки находятся знакомыми людьми, имеющими опыт в этой области! Искать звуки "иного мира", не обращаясь к клише или особым трюкам - это было вызовом, если не сказать больше! Однако, в одном месте я использовал речь, пущенную задом наперед! (Это была запись моего семилетнего сына, который говорил о "наблюдении небес".) Вся первая половина альбома содержит "поток", который у меня, как слушателя, вызывает воспоминания о некоем "внутреннем путешествии", являющемся для меня постоянным источником вдохновения.

Третья композиция - "Аnother Вlue Light" ("Иной голубой свет") - была построена на сэмпле, взятом из одноименной композиции альбома EXPANDIS "The Complete Home Expandis" ("Полный домашний Экспандис"), написанной Дэйвом Миллером. Оригинал - это очень запоминающаяся баллада, вполне позитивная, хотя в ней говорится о потере умершего друга или возлюбленной. Помню, я играл эту песню на концертах, и при этом выделялось столько энергии, что было едва возможно продолжать! Сильные эмоции просто выплескивались на поверхность! И в возникавшей атмосфере каким-то образом преодолевались все чувства утраты. К счастью, часть этих эмоций преобразовывалась в позитивное чувство надежды, что мы не одиноки.

- Каковы ваши дальнейшие творческие планы, с какими направлениями они связаны?

- Я задумал новый альбом для "New World Music" под рабочим названием "Dreams" ("Сновидения"). Это тема, которая меня интересует уже много лет.

Надеюсь, что этот новый альбом будет выпущен в формате CD-ROM и будет содержать полезную информацию для людей, которые хотят исследовать значение своих снов.

Аша обучался терапии сновидений ("dream therapy"), и за те годы, что мы работали вместе в студии, я заразился его интересом к этому предмету и изучил достаточно, чтобы начать свой новый проект.

Я также работаю с Симоном Уильямсом (Simon Williams) из группы MANDRAGORA над проектом "Органическое аудио", который уже стал очень интересен; он подвергся новым музыкальным влияниям, например, на нем сведены вместе восточноевропейская скрипка и турецкий саз (saz).

- Расскажите о музыкальных инструментах, которые вы обычно используете в своей работе. Где вы записываете свои альбомы? Каковы ваши любимые инструменты?

- Когда я записываю музыку, больше всего работы требует аранжировка и структура. Собственно исполнение может занять сравнительно мало времени, включая импровизацию ближе к концу процесса. На этой стадии я считаю самыми мощными выразительными средствами свою e-bow-гитару, хороший синтезаторный звук и один из своих магнитофонов. Трудно выделить какой-то один инструмент как самый важный, потому что я склонен использовать всю студию как один инструмент - в частности, когда вся аппаратура подключена к MIDI-интерфейсу! При записи в моей домашней студии может использоваться в высшей степени экспериментальный подход - я могу перемонтировать большую часть студии, чтобы добиться нужного звука или эффекта!

Компьютер позволяет мне использовать некоторые интересные техники - например, "зернистый ресинтез" ("granular resynthesis") - оффлайновый процесс, выполняемый маленькой программой под названием "ThOnk", которую я нашел в Интернете.

А вообще мой подход к студийной работе развивается в течение многих лет! Значительным этапом явилось построение системы MIDI. Ее центром является компьютер ("Mac 8600/250") с "Korg"-wavestation, работающий как "ведущий" синтезатор (а также хороший источник звука, так как он еще и обеспечивает отличное управление через манипуляторы - джойстик, педали, регуляторы и т. д.) На разных этапах процесса записи различные MIDI-инструменты играют важную роль. В начале процесса записи я обычно использую синтезатор "Кorg M1r expander" - удобный источник звуков фортепиано, струнных и гитары.

Потом добавляются "живые" акустические инструменты, такие как recorder/флейта и 12-струнная гитара, а также используются сэмплер "Аkai" и синтезатор-wavestation для более специфических звуков.

Иногда, при работе с определенным инструментом, эта формула может измениться - например, когда я использую флейту диджериду, которую можно записать вначале, чтобы задать ритм или настроение.

Я поклонник аналоговых синтезаторов, "Кorg ms20/50/sq10" был моим неизменным любимцем последние 20 лет или около того. Это такая открытая система и я так хорошо ее знаю, что я не могу себе представить работу без нее!

Тем не менее, он не так важен для большинства моих альбомов, как система MIDI! Однако я все еще использую его в большинстве своих записей, так что он остается очень важной частью студии.

Что касается моих "любимых" - я бы сказал, что это "Moog Source" синтезатор, создающий настроение - мне нравится его тон, и гитара "Hoyer flying v" (она была со мной с самого начала, и я до сих пор много ей пользуюсь!).Александр ПЕТРОВ
Сергей КОЗЛОВСКИЙ


© 2005 музыкальная газета