статья


Chameleon
«Я хочу остаться загадкой»



Одним из представителей новой синтетической волны является Валентин Никольский, в 1997 году создавший электронный проект CHAMELEON. Группа уже издала один альбом на минской студии Delta 9. Сейчас на подходе новый, который обещает быть довольно интересным, ведь CHAMELEON вновь изменился. Склонился от чистых экспериментов к трем направлениям: trip-hop, ambient и техно. Правда, несмотря на изменение формы, содержание осталось практически тем же. Налет депрессивности несомненен.

Но единственный участник проекта Валентин Никольский на проверку оказался не столь депрессирующим. Хотя в меланхоличности и глубине мыслей ему не откажешь. Нижеследующее интервью, правда, не покажет вам во всей полноте философские и творческие изыскания музыканта. Думаем, об этом лучше узнать непосредственно из его музыки.

- Судя по названию, ты весьма изменчив.
- Название всегда было для меня ненужной формальностью. Здесь меня спас друг, тоже музыкант, который очень любит придумывать названия. Он считает, что удачный выбор имени для группы - уже половина успеха. А я как-то этому внимания должного никогда не придаю и о промоушне всяком тоже не думаю. Волнует меня только музыка. Я решил выбрать название как псевдоним. Вот и получился у меня CHAMELEON, имя, которое импонирует не только моей музыке, но и мне.
- И много всего ты успел поменять к моменту прихода в электронную музыку?
- Вообще-то, да. Синтетические поиски, естественно, начались с очень сильного увлечения музыкой. И происходило это дома за компьютером, наигрываниями на гитаре, экспериментами с пластинками и вертушками. Раньше я играл в различных группах в качестве соло-гитариста. Даже окончил музыкальную школу по классу гитары. И когда понял, что музыка для меня важна на серьезном уровне, решил создать свой проект. Вскоре стал заниматься исключительно электронной музыкой. Сам удивляюсь, как все произошло, ведь с таким же успехом я мог бы играть в гитарной группе и получать от этого огромное удовольствие.
- Как сейчас считаешь, музыка для тебя - просто увлечение или всерьез?
- Музыка для меня - хобби, но хобби всерьез. Изначально я не собирался продвигать свой проект в массы. Просто было очень интересно заниматься творчеством как таковым. Но со временем я пришел к выводу, что пора бы уже и за ум браться. Стоит прикладывать усилия, чтобы реализоваться в жизни.
- Скажи, высока ли твоя планка? Мечтаешь ли о славе?
- Когда я начинал, о славе, как о цели, не думал. Но сейчас однозначно не скажу - покривлю душой. Как любого человека, меня привлекает альтернатива быть известным. Но слава для меня не самоцель, она вторична. Музыка - не бизнес, а способ существования, и этим все сказано. Она сродни философии, религии. Эксперимент и постоянный поиск новых звуковых решений интересны и накладывают отпечаток на любого музыканта. Вообще, человек, который занялся искусством и серьезно это дело копнул, уже не сможет освободиться от навязчивой идеи что-то самому сотворить. Просто болезнь.
- Как ты относишься к коммерческой музыке?
- Я задумался как-то над вопросом создания популярного проекта и пришел к выводу, что нужно в музыке попробовать все. Если ты решил заниматься музыкой, то почему бы не попытаться сделать ее чуть-чуть более популярной? Я не имею ввиду попсовость, а говорю о популярности. Это своеобразное искусство. Я знаю многих музыкантов, которые мнят себя адептами глубокого андерграунда и очень пренебрежительно отзываются о создании музыки популярной. Я к таким музыкантам себя не отношу, хотя мое мироощущение сильно отличается от массового сознания.
- То есть, ты подходишь ко всему из глубин своего сознания и подсознания?
- Это общие слова. Для меня музыкальное творчество - интересный процесс, который целиком охватывает мою жизнь. Я никому не хочу навязывать свои мысли и убеждения, просто предлагаю определенный взгляд на вещи. И это уже дело слушателей и журналистов, как все воспринимать.
- Какие ощущения испытываешь, когда играешь перед широкой аудиторией?
- Ощущения очень интересные, потому что при выходе на сцену ты себя предлагаешь не только как музыканта, но и как человека. Рекламируешь себя. Моменты выхода на сцену заставляют человека думать, искать пути развития. Адреналин и много интереса. Я, по сути, человек не очень общительный, и вот эта реклама своего товара стимулирует мое развитие.
- Ты часто гастролируешь. Для тебя есть различие между городской публикой и провинциальной?
- Мне нравится играть так, чтобы между мной и слушателями возникали контакт и взаимопонимание. С этой позиции к той же славе у меня негативное отношение, потому что она создает барьеры, которые не нужны. Между музыкантом и слушателем должна быть атмосфера свободного общения, что трудно наблюдать в нашей стране. В столице, правда, с этим получше. Вообще я считаю, что в Беларуси очень вредный психологический климат.
- Ты не думал снять клип к своей музыке? Как Кустов, к примеру.
- Да, я думал об этом. Раньше не считал себя готовым, потому что сфера кинематографа была для меня непаханым полем. Я мог заниматься не клипом для музыки, а музыкой для клипа. Но я многому научился с того момента, когда начал работать на телевидении. И идея для клипа уже родилась. Сейчас пытаюсь воплотить ее в жизнь.
- Как ты относишься к иным музыкальным направлениям? Например, к року?
- На самом деле я слушаю много разной интересной музыки. Но такая вещь, как рок-музыка, на мой взгляд, вообще не существует. Я могу сказать, что такое рокабилли, фанк, но что такое рок, хоть убейте, не знаю. По-моему, это просто полнейшая фикция. Для меня есть понятия "гитарная музыка", "электронная музыка", "этническая музыка", "стиль", "направление". "Рок-музыка" сюда не входит. Если что-то такое и есть, то оно лежит в области поп-культуры.
- Каковы твои личные пристрастия?
- Мне многое нравится. Тех же DM люблю. Правда, у них есть одна отрицательная черта: культивируют жалость к себе. Если же копнуть, то мне глубоко близок Бетховен. Для своего времени он был большим экспериментатором, который до сих пор не потерял своей привлекательности. Его музыка депрессивна и глубока. Очень много подобной атмосферы присутствует в современной музыке.
- Изменилось ли твое представление об электронном творчестве за то время, что ты занимаешься музыкой?
- Да, и я очень хотел бы поговорить о минской электронной сцене. Такое ощущение создается, когда читаешь интервью с нашими музыкантами, что у всех это больное место. Натыкаешься на скучные и упаднические рассуждения. Да, это правда, что наша электронная сцена ограничена рамками экономической ситуации. Плачевное положение клубов, студий. Достаточно сказать, что многие музыканты и ди-джеи могут организовывать просто улетные вечеринки даже еженедельно. Но за неимением возможностей они могут проводить это очень редко. И с каждым месяцем проблем все больше и больше. Но есть еще и другая беда. Это бедность интересов людей, которые пытаются что-то двигать. Пугает, что те немногие люди, которые олицетворяют электронное движение в Минске, просто ортодоксальны. Придерживаются надуманных рамок, не допускают изменений. Все стерильное какое-то. Наводит на грустные мысли. Сейчас, правда, ситуация начинает меняться. Надеюсь, к лучшему.
...Вот и вернулись к тому, что по поводу минской электронной сцены мнения только и бывают, что скучные и упадочные.
Давай лучше о чем-нибудь повеселее поговорим.
- Поговорим о хорошем, поговорим о тебе. Что у тебя влияет на процесс создания музыки?
- Как правило, таким действием обладает слабое мерцание экрана монитора в темноте моей комнаты да "три ночи" на часах. Моя музыка содержит отпечаток этой атмосферы. Если говорить в общем, то вся электронная музыка передает различные оттенки одиночества. Во-первых, потому, что создается в большинстве случаев один на один с компьютером. А во-вторых, можно задуматься о самой функции ее. Она позволяет вглядеться в самого себя. Посему создаваться и слушаться должна в одиночестве.
- Стильна ли твоя музыка?
- Стиль - это эксперимент. А моя музыка экспериментальна. Это замечают многие музыканты, минские и не только. Очень долго я увлекался этнической музыкой, особенно индийской и вообще музыкой азиатских стран, на примере которых чувствуется влияние буддизма, даосизма и подобных религиозных течений.
- Что тебя привлекало в этнической музыке?
- Она психологически внушающая. Весьма своеобразная и очень эффективная по своей сути. С глубокими традициями, уходящими в древность. Я не очень-то чествую европейскую культуру. И нет у меня к ней отношения как к чему-то такому, к чему нужно стремиться, что должно определять наше развитие. Я не считаю европейскую культуру высшим достижением в мировом масштабе. Жаль, что большинство наших музыкантов придерживается противоположного мнения.
- Следишь ли ты за модой?
- Мода - это своеобразный маятник. Он движется в одну сторону и создает прогресс. Но в какой-то момент начинает движение в обратную сторону. Происходит регресс.
- А ты не считаешь, что мода придает осмысленность и яркость нашей обыденной жизни?
- Мода представляет собой совокупность рекламных трюков, направленных на пропаганду каких-то стилей, течений. Не обязательно только в музыке. И как любая реклама, она подразумевает под собой упрощение подходов. Это попытка подстроится под массы и внедрять какие-то идеи.
- Ты еще чем-нибудь занимаешься, кроме музыки? Хобби, увлечения?
- Буду нескромен. Я очень разносторонний человек. Увлекаюсь различными вещами. Например, спортом. То себе путешествие на велосипеде устрою, то плаванием займусь. Большое влияние на меня оказали занятия восточными единоборствами. Как уже говорилось, я очень увлекающийся и изменчивый. Никогда раньше не думал, что займусь электронным звуком. Но стоило мне купить компьютер, и я "завис" на этой музыке. Теперь с диким восторгом беру в руки новый интересный диск с электронщиной, и сразу руки чешутся вставить его в CD-rom. Меня это очень вдохновляет.
- Что бы ты испытал, когда, сев в такси, на какой-нибудь из радиоволн (не берем в расчет специализированные передачи) услышал свою композицию с последнего альбома?
- Естественно, радость и гордость за себя, любимого.
- Знакомо ли тебе чувство зависти?
- Оно знакомо любому тщеславному человеку. А я человек тщеславный. Конечно, хотелось бы завидовать лишь по светлому. Потому как черная зависть - путь к депрессии и самоуничтожению. Гораздо более выгодна зависть, которая заставляет тебя стремиться к чему-то.
- Сталкивался ли ты с сомнениями, колебаниями? Готов ли вообще к трудностям, которые встретятся в творчестве?
- Трудности, как таковые, неизбежны, и к ним всегда нужно быть готовым, а иначе сыграешь в ящик.
- То есть ты ровно идешь к своей цели?
- В общем-то, да. Нужно всегда четко видеть перед собой цель, хотя бы приблизительно знать, какими способами можно ее достигнуть и вовремя уловить момент.
- Сейчас ты заканчиваешь работу над новым альбомом. Какой смысл он несет в себе?
- Не нужно искать смысл в моей музыке. Пусть каждый поймет так, как хочет. Зачем вообще искать во всем смысл? В результате ведь оказывается, что все лежит на поверхности. С другой стороны, если бы я рассказал об ощущениях, которые преследовали меня, когда я работал над альбомом, это разрушило бы ауру таинственности. А я хочу остаться загадкой.

Ну что ж, окрестим CHAMELEON'а "загадочной фигурой в не менее загадочном мире электронной музыки". И чтобы все было выдержано в одном стиле, то и статью завершать не станем. Просто поставим многоточие... Анна ПРИМАКА,
Елизавета МИЦКЕВИЧ


© 2005 музыкальная газета