статья


Кали Юга
«Музыка для меня - это просто часть жизни, которая дает мне ощущение счастья»



- Наверное, все заинтересованные люди уже знают, что буквально на днях выходит ваш новый альбом и, знаешь, некоторые из этих "заинтересованных" абсолютно серьезно убеждали меня в том, что ваша пластинка будет "сугубо концептуальной"...
Юрий Горячко (вокал, гитара, автор песен): - Нет, в принципе, мы не старались делать что-то сугубо концептуальное, хотя, конечно, определенное настроение в альбоме присутствует. Оно соответствует названию - "Ноль по Кельвину" - абсолютный ноль, температура, при которой все замерзает и останавливается. Да, такое общее настроение проходит через все песни альбома.
- Зачем так сурово?
Андрей Дементьев (лидер-гитара): - А он по жизни такой суровый.
ЮГ: - Нет, а, собственно, что - "сурово"? Нормальная, веселая музыка...
-...которая, конечно, отличается от той "нормальной" музыки, которой заполнен радиоэфир...
ЮГ: - По правде говоря, мне в основном неинтересно то, что звучит в эфире. Такой, модной, "отвлекающей" музыки действительно очень много, она звучит везде - что еще к ней добавить? У меня же всегда было желание идти поперек того, что есть.
АД: - А зачем?
ЮГ: - Ну, не знаю, мне так хочется. Наверное, чтобы соблюдать равновесие. Если слишком много сладкого, нужно добавить немного горького.
АД: - По логике получается, что если весь радиоэфир забит тем, чье предназначение - кого-то от чего-то отвлекать, то ты хочешь кого-то к чему-то наоборот... обратить на что-то внимание?
ЮГ: - На самом деле, я не хочу ничьего внимания ни на что обращать.
АД: - Значит, ты ни-ги-лист.
ЮГ: - Да, по сути дела - да. Просто я занимаюсь творчеством. И делаю это только потому, что мне это интересно. Музыка для меня - это просто часть жизни, которая дает мне ощущение счастья.
Александр Бенко (директор группы): - А что касается того, что звучит сейчас в эфире... Понимаешь, просто самая популярная сейчас музыка - это танцевальная, а КАЛИ ЮГУ даже с натяжкой к маскульту не отнесешь. Их музыка более-менее элитарна. Хотя элитарность ее тоже такая... относительная. И, скажем... КАЛИ ЮГА, конечно, может направить себя в другое русло, заиграть музыку в стиле, скажем, проекта "Брат-2". Я имею в виду технически может - такие мощности у группы есть. Но, наверное, музыка КАЛИ ЮГИ - это все-таки дело Юриного сознания: она напрямую зависит от того, что выходит из Юриной головы.
АД: - Просто для того, чтобы делать продаваемую музыку, ее нужно ставить на конвейер. А использовать Юрины мозги в качестве конвейера-производителя каких-то хитов лично мне возможным не представляется. И ему тем более.
ЮГ: - Ты знаешь, да. Я никогда не пробовал специально придумывать песни. Это состояние - момент придумывания, творчества, - вообще очень сильная штука, очень близкая к экстазу... не знаю, сексуальному... то есть там такие ощущения... Мир как бы перестает существовать, он теряется, и ты находишься, ну, не знаю, в каком-то особенном состоянии. Это трудно описать словами. Но это очень сильное состояние. Наверное, даже близкое к шаманизму. И только когда я каким-то способом его добиваюсь (допустим вот, играю на гитаре, игра не получается, а потом вдруг - раз - зацепило что-то, какое-то слово, или гармония), дальше уже все происходит само собой. Я фактически перестаю контролировать поток слов, они сами приходят. Иногда бывает, что просто потом я добавляю немножко логики в то, что получается. Потому что иногда я даже не понимаю, что именно у меня из головы выходит... и мне потом объясняют, о чем мои песни...
АБ: - Мы с Юрой, кстати, не так давно разговаривали на эту тему, так, случайно, и я пришел к мнению, что он является проводником на земле. Все к нему идет откуда-то... оттуда.
ЮГ: - Говорят, что наша музыка в целом такая невеселая, мрачная... Дело в том, что это состояние - шаманское, - в котором наши песни придумываются, не может быть веселым. Где вы видели веселого шамана? Состояние отрешенности, состояние какого-то созерцания окружающего мира, в принципе, не может быть веселым. Веселье - это продукт разума. Вот люди собрались, что-то сказали, выразили свою мысль в словах - им стало весело. Но это ПЕНА. А глубина - она не может быть веселой. Поэтому, наверное, у меня и музыка такая придумывается: все это ведь подсознательно сделано.
- Ты думаешь, нормальное состояние людей - такое глубинное спокойствие?
ЮГ: - Нет, как раз таки давным-давно, когда были еще древние племена, наверное, для них и было характерно такое состояние единства с природой, отрешенности... Но быт, конечно, отбивает это ощущение, он мешает человеку понять, кто он такой в этом мире. Сейчас люди поглощены бытом практически на сто процентов... я же пытаюсь вернуться к предкам.
- Группа - это коллектив людей, у которых мозги, как правило, настроены на одну волну. К КАЛИ ЮГЕ это относится?
АД: - Вся наша дружба с Юриком - это постоянный спор. Мы слишком разные люди, чтобы во всем друг с другом соглашаться...
Естественно, мне приходилось когда-то подстраиваться и под стиль исполнения, под тематику музыкальных тем, произведений КАЛИ ЮГИ и так далее. Но с другой стороны, я думаю, что и Юре тоже лучше не приходилось: наверняка и он тоже в итоге как-то подстраивался...
ЮГ: - В любом жизненном процессе, в котором участвуют много людей с разными жизненными взглядами, всегда нужно искать компромисс. Я думаю, мы его находим, и благодаря этому мы существуем.
АД: - В том-то все и дело: не совсем все так, как ты говоришь.
ЮГ: - Ну, скажи так, как есть.
АД: -...Творчество - это вещь совершенно бескомпромиссная. И то, к чему мы приходим - не есть компромисс. Чаще всего бывает так - если ты хочешь чего-то одного, а я чего-то другого, то в итоге мы приходим к чему-то, чего не хотел ни я, ни ты. Это не компромисс, это нечто совершенно иное.
ЮГ: - Но ведь это и хорошо.
АД: - Да? Тогда, может, ты просто не очень правильно выразился. Скорее, можно сказать так: в спорах рождается истина. И в творческих спорах в том числе.
ЮГ: - Я считаю, что истины, в принципе, не существует. Есть компромисс. И может быть, с течением времени, глядя на тот компромисс, которого мы достигли, мы начинаем понимать, что это истина.
АД: - Это опять твой нигилизм ползет наружу.
ЮГ: - Ну что поделать?.. На самом деле... в чем компромисс и в чем творчество? Я же не наезжаю на тебя по поводу каких-то гитарных моментов: это твой творческий отдел, в котором ты начальник, ты этим занимаешься. Я же занимаюсь другим - придумываю песни. Кто-то занимается еще чем-то. У каждого своя работа. Свой момент творчества. И в сумме получается продукт, который можно назвать компромиссным.
АД: - Угу.
- Ты согласился? Ты же говорил о том, что некоторые идеи тебе не дают реализовать.
АД: - Нет, не совсем так...
ЮГ: - У него столько идей, что его просто нужно останавливать!
АД: - У меня в творческом процессе сами идеи постоянно трансформируются. Ведь ясно, что идеи в чистом виде не существует - что так вот - бац, она возникла, ты взял, положил ее, упаковал. Нет, такого не бывает. Она должна постоянно находиться в развитии... Потому что только так она может во что-то воплотиться.
ЮГ: - Я хочу еще добавить по поводу творчества. Скажем, музыкальный продукт - вот, например, альбом, который мы сейчас записываем - составляет, ну, не знаю, может быть, пять процентов, может два от всего творческого процесса, который существует у группы. Весь он не виден никому...
АД: - Но его и не нужно особо никому видеть.
ЮГ: - Вот я об этом и говорю. Я просто живу в этом процессе, и все.
- В альбоме, наверное, отразилась конечная стадия развития всех ваших идей? Это компиляция самого лучшего?..
АД: - Не всегда. Альбом - это также продукт какой-то сиюминутной трансформации той самой идеи. Эта идея в тот момент, когда мы решили сесть и записаться.
- Абстрагируясь от всего, что не касается творчества, и не занимаясь, как ты говоришь, "модной", коммерческой музыкой, ты я так понимаю, относишь КАЛИ ЮГУ к музыке непродаваемой?
ЮГ: - Я считаю, что такую музыку гораздо труднее продать.
АД: - Нет... нам просто нужен ХОРОШИЙ МЕНЕДЖЕР.
ЮГ: - Нет, думаю, наша музыка действительно труднопродаваемая. Потому что она требует, чтобы человек, который ее слушает, напрягал мозги, чтобы он думал.
АД: - Хотя прежде всего нужно, чтобы человек ее почувствовал.
ЮГ: - Да, нашу музыку нужно прочувствовать. В отличие, кстати, от танцевальной музыки, которая не требует от слушателя дополнительных усилий. Там есть просто ритмическая основа, красивый голос, сексуальность - все это привлекает слушателя... А думать там особенно не надо.
АД: - А что касается продаваемости - есть старый закон: на каждый товар найдется и свой продавец, и свой покупатель.
- То есть, покупая альбом КАЛИ ЮГИ, ваши слушатели обычно бубнят: вот, куплю себе музыку, буду сидеть и думать...
ЮГ: - Нет, я же не говорю, что нужно конкретно сидеть и все. На концертах я часто замечаю, что публика встает на нас - кто хочет, тот танцует, кто хочет - тот слушает, в принципе, тут же нет ничего обязательного. Я еще скажу честно: такую штуку, когда у нас был первый электрический концерт в 1994 году - собственно, именно там в первый раз и прозвучала песня "Ноль по Кельвину", которая дала название нашему новому альбому, - и когда мы в первый раз выходили на сцену перед публикой, я Андрею сказал: вот мне хочется, чтобы мы вышли, сыграли, ушли, а публика осталась ошарашенной, в плане - а что это было? То есть мне хотелось, как бы это сказать? - немного сдвинуть им мозги... загрузить. Андрей тогда мне сказал: дескать, нет, это неправильный подход. Но этот подход у меня всегда присутствовал, и я спокойно отношусь к такой ситуации: коллектив играет концерт, а публика не понимает, до нее трудно доходит. Музыканты уже уходят, а люди еще стоят и думают, анализируют, что это было, как это понять. На самом деле, это хорошо, когда мозги работают.
АД: - Слишком умно.
ЮГ: - Ну и пускай.
- Умно сказано? Или по идее?
АД: - Да, по идее умно. И тогда мне так казалось, и сейчас кажется. Я подумал, что Юрик просто подсел на такой умняк и хочет всех поразить (смеется).
- А ты как относишься к стоящим и думающим посетителям ваших концертов?
АД: - Дело в том, что какая-то физическая реакция на наше выступление, да и вообще на любое выступление, в плане движения, потряхивания, меня мало волнует. Потому что настоящая отдача чувствуется на более тонком уровне.
- Мне тоже кажется, что задумавшиеся люди - это не те, кто с ошарашенным видом сидит на концерте, а те, кто потом понимает, что было сказано в песне, кто находит в ней некий скрытый смысл.
ЮГ: - Дело в том, что люди, которые слушают наши композиции, понимают нечто совсем другое, нежели то, что понимаем мы, когда придумывали их... Но это и нормально. На самом деле, я считаю, для того, чтобы заставить человека подумать, нужно, чтобы текст мог иметь 10, 50, 100 смыслов. Каждый человек ведь видит песню с той позиции, которую он занимает в этой жизни. У него своя призма, через которую он видит мир. Кроме того, и мышление у каждого человека построено совершенно оригинально. Поэтому если песню каждый человек может понять по-своему, то это нормально. Потом два таких разных человека встречаются, начинают говорить... они, конечно, могут друг друга не понять, разойдутся, потом будут долго думать - а что это было, - и в конце концов именно это "непонимание" разовьет их мышление и поднимет его на какой-то новый, более высокий уровень.
- А внутри группы вы мыслите одинаково? У вас одинаковые представления о мире?
ЮГ: - ...Как сказать. Мы-то давно варимся в нашем калиюжном котле... Но, знаешь, я не могу вспомнить сейчас случая, чтобы мы сидели и обсуждали идею той или иной песни. То есть у каждого из нас свое видение ее идеи, конечно, но, как я уже говорил, каждый из нас выполняет свою работу и в итоге получается некий суммарный продукт, суммарное видение многих людей, которое не соответствует ни одному из видений, его составляющих.
- Мне кажется это очень красивой концепцией. Вопрос только, проверяется ли она на практике...
ЮГ: - Я могу на это сказать только одно. Все, что мы делаем - это не логический поток. Это эксперимент. И над теми, кто нас слушает, и над нами самими. Это жутко интересно, кстати. А песня - это высокоэнергетичный продукт, и энергия его будет тем выше, чем меньше будет логики вложено в музыку, и чем больше будет в ней идти от души. То есть, если песня делается от души, если ты делаешь это честно, то люди тебя поймут: ведь они это тоже чувствуют. И первые ощущения музыки идут не через логику. Если музыка воспринимается через логику, то ее, как правило, начинают с чем-то сравнивать. Но ведь самое главное - это то, что ты чувствуешь! И тут есть два варианта - или тебе нравится, или нет. Или ты чувствуешь, или - начинаешь слушать другую музыку... А слова... они врут все.
- Знаешь, в некоторой музыке действительно есть много мессианского, но ведь так странно, когда музыкант говорит тебе, что сам считает себя...
ЮГ: -...Если кто-то начинает считать себя пророком, это страшно. Просто страшно.
- А ты считаешь себя, как сказал Саша, "проводником"?
ЮГ: - Мне действительно иногда кажется, что музыку не я придумываю. Это очень сильное ощущение. Потому что в другой раз я сажусь, пытаюсь что-то придумать, но не могу сделать вообще ничего. И начинаю понимать, что я, в принципе, ничего не значу, ничего не могу... Но бывает состояние, когда песня выходит сама собой. Я не знаю, как это происходит... Кто говорит со мной?..
- Для тебя, в принципе, намного более важно то состояние, в которое ты иногда погружаешься (наверное, это раньше называлось аффектом), чем осознание того, что музыка открывает путь к славе...
ЮГ: - Да, это правда. Я этот момент чувствую... Не хочу сам про себя говорить хорошие слова, но я человек не амбициозный - вот у Андрея, у него амбиции большие, ему нужно ощущение успеха. Я, конечно, не скажу, что мне это не нужно, это всегда приятно, но это для меня не главное. Я это честно говорю. Серьезно.
АД: - Когда такое говорят, обычно врут.
ЮГ: - Ну хорошо. Возможно, я вру. Словами правду все равно не скажешь, мы уже говорили об этом - слова обманывают. Но мне действительно многого не нужно. Меня радует, что есть коллектив, с которым можно играть, есть какие-то концерты, хотя их не много... Мне всегда было интересно записывать альбом - для того, чтобы наши идеи, мысли обрели законченную форму, - а потом интересно узнать, что другие люди думают по этому поводу. Ведь понятно, что невозможно всю жизнь в одиночку сидеть на кухне и играть, хотя, конечно, и от этого можно получить кайф, и достаточно сильный. Но чтобы двигаться дальше, чтобы развиваться, нужно общение с людьми - это взаимная подпитка энергией.
- А каким бы ты видел развитие?
ЮГ: - Ну, мне сложно сказать, каким бы я видел развитие. Я просто замечаю, что оно постоянно происходит. Я становлюсь старше, у меня появляются мысли, которых раньше не было. И наоборот: я смотрю на наши старые песни, и сейчас они кажутся мне странными.
АД: - Немножко наивными.
ЮГ: - Да, то есть развитие происходит постоянно, и не нужно думать о том, каким оно будет, или каким оно было. Это просто закономерный процесс.
АД: - Я тоже хотел сказать, что это достаточно бесполезное занятие - размышлять и строить какие-то планы на развитие внутри самого творчества.
- Я просто подумала, что для вас какой-то этап в творчестве, вероятно, закончился в связи с выпуском альбома?
ЮГ: - Я могу сказать, что вообще любая запись, любой диск - это, можно сказать, "камень с плеч". У меня всегда такое ощущение: я полностью отрываюсь от записанной музыки, мне даже становится неинтересным играть ее на концертах...
АД: - Как будто отдал долги.
ЮГ: - Да, ты отбросил этот камень, и как бы одновременно оттолкнулся от него, полетел дальше... Ты записал альбом - отбросил все, что есть, и забыл это, начал все снова... Это и есть развитие. Катерина НЕВИНСКАЯ

© 2005 музыкальная газета