статья


Soulfly
пока не очень



Имя Макса Кавалеры всегда будет ассоциироваться с группой SEPULTURA. Однако бывший лидер этой группы на протяжении последних лет пытается доказать себе и всему миру, что отождествлять его с одной-единственной группой (пусть и хорошей) не стоит. Не щадя живота своего, рубится он со своей новой дружиной SOULFLY, но что-то у него, скажем прямо, не очень пока получается. Может быть, для того чтобы окончательно отмежеваться от SEPULTURA, им следует заиграть даб?

- Во время записи альбома "Primitive" ты чувствовал себя не так скованно, как раньше, тяжесть ожиданий фанатов SEPULTURA на тебя уже не давила?
- Да. Этот альбом создавался в более легкой и непринужденной атмосфере. Это можно почувствовать уже при первом прослушивании пластинки. Альбом изобилует позитивной энергией. Для меня это очень важно. Я смог сделать шаг вперед в своем творчестве. Я не хочу быть рабом своего прошлого и своей музыки. Хочу все время создавать нечто новое. Конечно, кое-что останется без изменений, но некоторые элементы моей музыки постоянно развиваются, и это больше всего радует.
- На альбомах SOULFLY присутствует много приглашенных музыкантов. Это случайность или продуманный ход?
- Это обусловлено тем, что я слушаю много разной музыки, в особенности уйму hip-hop и hardcore. Музыканты этих сцен всегда приглашают огромное количество артистов принять участие в записи их альбомов.
Вот я и подумал, а почему бы не сделать то же самое с SOULFLY? У меня были некоторые сомнения, связанные с невозможностью привлечения приглашенных музыкантов к последующим концертам, но я решил, что альбом - это альбом, а концерты - это концерты. Я и в будущем буду сотрудничать с людьми из разных музыкальных и культурных общин, потому что это придает музыке больше обаяния.
- На новом альбоме поет, кроме прочих, Tom Araya. Как тебе удалось его уломать, ведь он ни с кем не сотрудничает?
- Идею предложил один фан. Он написал мне, что я должен скооперироваться с Томом. Я пораскинул мозгами и решил, что это хорошая идея. Я позвонил ему и спросил, согласится ли он спеть на новом альбоме SOULFLY. Как это ни странно, но он сразу же согласился. У меня на тот момент уже была готова песенка "Terrorist". Она ему понравилась, и мы ее быстренько записали. Перед тем как идти в студию, мы целую неделю слушали "Reigh In Blood". Я всегда был фэном SLAYER и попробовал вникнуть в их атмосферу. Сотрудничество с Томом можно описать одним словом - адреналин! Max и Tom - два революционера, два музыкальных террориста.
- Ты также пригласил Sean Lennon. Довольно неожиданное и нетипичное решение.
- Sean совершенно не такой, каким его представляют СМИ. Он довольно неплохо знал мое творчество и представлял, с чем имеет дело. Песня, записанная с ним, действительно особенная и, на мой взгляд, едва ли не лучшая на альбоме.
- А тебя не преследовала все время мысль о том, что он "сын того самого Леннона"?
- За свою долгую карьеру я повидал много звезд и личностей. Сегодня на меня это не производит никакого впечатления. Я не говорю, что не думал об этом, но меня это больше интересовало в музыкальной плоскости. Сначала музыка, а уже потом имя.
- Название альбома "Primitive" является твоим заявлением или это некое новое направление в музыке, которое ты манифестируешь?
- Этот термин имеет множество значений. В словаре он означает то же самое, что и "начало", проистекающее из чего-либо. Первоначально альбом назывался "Genesis", но мне это название показалось недостаточно оригинальным, поэтому я поменял его на "Primitive". Люди пытаются интерпретировать название по-своему, ищут в нем какие-то более глубокие значения. Альбом является продолжением того, что я делал в SEPULTURA периода "Roots" и NAILBOBM. Эта работа - Max Cavalera и мои корни. Я горжусь этим альбомом, а что касается того, что это новое направление или философия... не знаю. Я не думал об этом в этих категориях.
- Соединение метала и этнической музыки в полной мере проявилось еще на "Roots". Как вам пришла в голову подобная идея?
- Первая встреча бразильской этнической музыки с металом произошла не альбоме "Chaos A.D.". Потом это вызревало в нас, было потрясающее ощущение. Мы решили развивать эту форму, но лейблу идея не понравилась. Они заявили мне, что им не нужны никакие "реггей". На это я возразил, сказав, что, возможно, для них это "какое-то реггей", для меня же это нечто исключительное. Сама идея родилась после просмотра одного фильма, рассказывающего о проживающих в Бразилии племенах. Это не только музыка, это также дух и атмосфера.
- Дух и атмосфера? Ты считаешь себя одухотворенной личностью?
- Я одухотворен в том смысле, что верю в высшие силы, существующие в этом мире. Этот альбом, как и предыдущий, посвящен Богу. И это при том, что я не исповедую никакой конкретной религии. Я сам выбираю, во что мне верить. Однако в этом нет никакого релятивизма. Говоря об одухотворенности в музыке, лично мне наиболее близок Боб Марли. Да это видно хотя бы по оформлению нашего компакта. У меня нет намерения поучать кого бы то ни было и говорить, во что им верить, это выбор каждого человека. У меня также нет никаких предубеждений в отношении кого-либо, я уважаю взгляды каждого индивида. Метал и реггей - это специфические музыкальные стили. Поначалу их не воспринимали всерьез. Только по прошествии времени они получили признание. В них есть много схожих посланий, выраженных разными средствами.
- С Бобом Марли вас объединяет также фамилия автора обложки вашего альбома. Как вам удалось привлечь к работе того самого человека?
- Мне всегда нравились обложки пластинок Марли. После его смерти этот человек не оформил ни одной обложки. Я решил его разыскать, посмотреть, чем он занимается, жив ли он вообще. В конце концов я его обнаружил и поехал к нему. Он согласился сделать обложку, и мне она очень нравится. Она просто гениальная.
- От многих доводилось слышать, что рок исчерпывает себя, что на рынке уже нет места для тяжелой музыки. Ты согласен с такой позицией?
- Ни в коем случае. С роком все в порядке. Это музыка бунта. Но бунтовать, будучи наверху, невозможно. Потоки попа как раз и придают смысл существованию рока. Всегда найдутся люди, которые будут играть рок, вне зависимости от того, попадут они или нет в хит-парады, потому что не это для них главное. Я основал SOULFLY не для того, чтобы нас крутили на радио и по MTV. Я хотел, чтобы мою музыку слушали люди. По не зависящим от меня причинам группа стала популярной. Я всегда играл и буду играть для фэнов, а то, что журналисты лестно отзываются о нашей музыке, так это хорошо. Я не имею к этому никакого отношения. А что касается того, что наши клипы крутятся на MTV... Ну что же, каждый из нас время от времени наступает на говно.
- А что слышно о NAILBOMB?
- Работаем над очередным альбомом. Он будет более тяжелым и на нем будет больше ненависти. На 40% больше агрессии и ненависти.
- В NAILBOMB ты выражаешь свои чувства, которые не можешь проявить на альбомах SOULFLY?
- Нет. NAILBOMB - это панк-рок, настоящий панк-рок. Может, не в музыкальном, но в текстовом плане. Это не притворство пижонов из OFFSPRING и GREEN DAY. Это обращение к духу панка 70-х. Никакой коммерции. Современный мир находится в таком плачевном состоянии, что непременно нуждается в новом альбоме NAILBOMB.
- Проблемы этого мира - вотчина Zack De La Rocha. Что ты думаешь о его уходе из RAGE AGAINST THE MACHINE?
- Мне кажется, что RATM закончились. Не важно, кто у них теперь будет петь, - они исчерпались. Продолжать больше нет смысла. Zack был голосом этой группы, ее душой. Без него RATM теряет свое лицо и оригинальность. Том неплохой гитарист, но если он собирается играть дальше, то, по крайней мере, ему нужно изменить название. Думается, Zack добьется большего успеха соло, нежели RATM с новым вокалистом. Так, как это было с BAD BRAINS.
- Ты, также как и Zack, обращаешься к социальной проблематике. Ощущаешь ли ты духовное единство с ним?
- На меня оказали большое влияние панк-группы, поэтому я всегда старался не оставаться в стороне от гнетущих мир проблем. SEPULTURA была, наверное, первой метал-группой, которая отважилась затронуть подобные темы в своих песнях. "Beneath The Remains", например, был антивоенным манифестом. "Chaos A.D." был нашим протестом против грязной политики. Такими мы были. Говорили о том, что чувствовали. Мы не опускались до дурно пахнущей сатанинской бредятины. Однако я не считаю, что делал что-то похожее на Зака. У меня свой стиль, у него - свой. В действительности я не занимаюсь политикой. Меня больше привлекают социальные и духовные проблемы. Он поет о ФБР, грязной политике и коррупции. Я восхищаюсь им, но близости не ощущаю.
- Это правда, что ты искал музыкантов для SOULFLY через объявления в газетах?
- Да, но только перкуссионистов. Я хотел найти человека, который бы хорошо чувствовал этническую музыку моей страны, мог проникнуться этой племенной атмосферой. После нескольких месяцев поисков я наткнулся на Joe Nunez из Пуэрто-Рико. Все остальные были тоже хороши, но не орлы. Их было более тридцати.
- Двое участников SOULFLY покинули группу. Наверное, они не были целиком и полностью преданы группе?
- Нахождение в составе SOULFLY можно сравнить со службой в армии, а это очень нелегкая штука. Нужно быть крепким парнем. Я отдаю группе всего себя и того же жду от других. К сожалению, они этого не поняли и оказались не готовыми к тяжелой работе. Поэтому мы решили с ними расстаться.
- Может, причина в том, что метал и Бразилия не очень совместимы?
- Может быть... В молодости я слушал панк и метал. Тогда лишь немногие разделяли мой интерес к подобной музыке. Когда мы собирали SEPULTURA, на нас смотрели как на чудаков. Мы чувствовали себя белыми воронами. Я и по сей день удивляюсь, почему мы оказались единственными, кто достиг настоящего успеха. Многие попросту не верили, что мы из Бразилии, потому что они не могли себе представить, что в этой стране можно играть метал. Однако это было не так.
- Почему вы переехали в США?
- Потому, что я хочу дать своим детям то, чего сам был лишен в Бразилии. Здесь у них больше шансов получить хорошее образование и устроиться в жизни. Но Бразилия все равно всегда будет моей родиной. В США не играют в футбол...
- Песня "In Memory Of..." очень личная. Трудно исполнять ее на концертах?
- Кроме того, что она очень эмоциональная и личная, она прежде всего мультикультурная. Впервые в истории настоящая hip-hop группа из Штатов сыграла вместе с металлистами из Бразилии. Это было нечто. Действительно, на концертах этот номер исполнять нелегко, мы его играли пока только четыре раза.
- Нетрудно заметить, что ты стараешься жить как нормальный человек, не корчишь из себя рок-звезду. А что ты думаешь об артистах, возомнивших себя "богами"?
- Раньше или позже их алтари будут разрушены. Невозможно вечно быть наверху. Каждый из них в конце концов свалится. Даже если ты не канешь в небытие как артист, то наверняка это произойдет с тобой как с человеком. Бог не приемлет тщеславия и гордыни. Придет время, и Он покарает вас за это. Для меня важна музыка. Я не встречаюсь со звездами. Я стремлюсь держаться подальше от этих идиотов. Меня не привлекает жизнь в искусственном мире. Америка - очень специфичная страна, и она требует такого типа поведения.
- Но ведь и тебе приходится иногда скрываться от фэнов. Я слышал, что ты регистрируешься в отелях под вымышленными именами. Однажды, говорят, ты даже зарегистрировался под именем Muhhamad Ali...
- Было дело. Очень смешная история. Я очень люблю Ali, это великий боксер. Я просто пошутил. Я заселился в отель, а через некоторое время раздался стук в дверь моего номера. Это директор отеля пришел познакомиться с Махамедом Али. Он спросил, здесь ли живет господин Али, на что я ответил, что да, здесь. Но, увидев меня, он был страшно разочарован. "Ты и не черный, и не великий", - это все, что он смог сказать. Я признался, что это был розыгрыш. Бывает, что люди не дают мне покоя, когда он мне нужен. То разбудят в четыре утра, то проникнут в комнату в тот момент, когда я принимаю душ. А ведь я нуждаюсь в отдыхе.
- Может ли музыка подвигнуть на злые поступки? В подобном воздействии музыки обвиняли в последние годы Marilyn Manson.
- Нет. Музыка ни к чему не может человека склонить. В случае с Мэнсоном это были конченные детишки из конченных семей. Родители ими никогда не занимались, и музыка здесь ни при чем. Электорат -он и в Африке электорат.
- Твое мнение об Internet?
- Это хорошая штука. Мне, правда, не очень нравится анонимность. Я не люблю получать по e-mail тексты типа "Мах - говнюк" и т.п. Пусть лучше человек скажет мне это в лицо. С помощью Internet легко строить из себя крутого. Я предпочитаю жить реальной жизнью. Взять, к примеру, МРЗ... Ведь никто не даст тебе бесплатно машину, аудиоаппаратуру, так почему тебе должны давать дармовые компакты? Это преступление. И речь не только о деньгах. Артист вкладывает в свое творение душу. МРЗ - это злодейство. Вот против бутлегов я ничего не имею. В разных руках Internet будет разным. KValera

© 2005 музыкальная газета