статья


Drum Ecstasy
Куда ведет барабанный экстаз



Мы сидим с музыкантами минской группы DRUM XTC после их выступления на осеннем открытии "А-клуба" на кухне квартиры Фила. Я пью кофе, DRUM XTC - коньяк, армянский, пять звездочек. Батарея из порядка двадцати таких бутылочек выстроилась на шкафу. Нашу болтовню мы записываем очень странным для меня способом на двухкассетник. Не через микрофон, а посредством маленьких наушников. Но Фил сказал, что так можно, что это те же микрофоны, по сути. И я ему поверила. Потом еле смогла расшифровать. Ну, неважно. И вот сидим, общаемся. Вернее сказать, говорит за всех Фил, изредка пару слов удается вставить его двоюродному брату Рыжему. Я только тему разговора задаю.

- В группе произошло пополнение...
Ф. Новый барабанщик Степан Битус, как и Горох, обучается в консерватории по классу ударных инструментов. Так что у нас сейчас два парня с консерваторским образованием и два парня с агрессивно неконсерваторским образованием. Я считаю, что это нормальный баланс. Потому что когда пацаны заигрываются и играют свои академичные штучки, мы можем сказать, что это херня. А когда получается херня, они могут сказать, какие тридцать вторые мы играем лишние. В связи с тем, что состав стал более профессиональным, у коллектива появляются новые перспективы. Мы стали много репетировать, и песни, которые игрались уже давно, разбираются по нотам, выискиваются несовпадения в риффах. Мы будем все менять. Мы недовольны тем, что и как мы делали раньше. Будут четко спланированные песни, по квадратам, которые будут лабаться от и до. Но будут у нас и такие "сквозняки". Это когда поехали и поехали, словили и словили. Сегодня был один сквозняк. Вроде ничего даже закончили. Будет набор сквозняков и набор абсолютно четких песен. И еще у нас есть сейчас блок 1 и блок 2, которые играются в зависимости от публики. Материала у нас сейчас на три часа. Вот мы начали разбирать песни, и оказывается, что мы лет пять неправильно играли. Не совпадало что-то где-то. Сейчас, потому что мы готовимся к записи, вещи четко разбираются. Играем по одному, без баса. Вырезаем или добавляем. Единственное, как оказалось на концертах, все это как мертвому припарка. Все, что было написано в той комнате (показывает на стену, за которой группа репетирует), так в той комнате и осталось.
- Музыканты, когда либо игравшие в группе...
Ф. Мы придумали этот проект осенью 1992 года, когда познакомились с Маратом Джумагуловым. Я не хотел играть в группе, я хотел играть сольно. Был разговор, что я просто записываю болванку. Но начал играть, и мне очень понравилось. Первый концерт мы отыгрывали на малой сцене белорусского театра. Так и началась группа с Кравцова, Джумагулова и меня. После этого с Джумагуловым были проблемы, он уехал во Францию, мы с Рыжим пытались играть вдвоем. Для того, чтобы было больше барабанов, подключали ревербератор. Получалась страшная каша. Валик Гришко делал нам звук. Мы работали в молодежном театре. Подключалась вся аппаратура, имевшаяся там, и ревела на весь маленький зал. После Марата у нас стучал такой парень Макс Назаров. Он сейчас в Москве выпускает именные часы. Его мама - известная пианистка, папа - известный художник. Он играл в группе ЗЕЛЕНЫЕ МОЗГИ, панковской. После него появились Граф и Валик Гришко. Валик постепенно начал заниматься своим проектом и отошел от группы, и тут же опять появился Марат. Потом ушел, в очередной раз. После вручения группе номинации "Лучший концерт года". Это было на первой "Поп'с-коронации". НЕЙРО ДЮБЕЛЬ тогда получили "Лучшая группа года". И в тот же момент появился договор на запись с фирмой ПанРекордз, ныне покойной. И нам надо было писаться, и некому было писаться. И тут Дима Лукьянчик, наш товарищ, пришел нам на помощь. Саша Горох появился в 1997 году, когда у нас была поездка в Прибалтику. Его нам Прокол подсуетил. Горох тогда играл в группе ЗЬНIЧ. И вот группа вроде укомплектовалась. Но тут у Рыжего начались пополнения в семействе. У него родился второй ребенок, Рыжий ушел в декретный отпуск, и поэтому не мог ехать на ответственное мероприятие в Голландию. Дима Лукьянчик, как настоящий друг, заменил Кравцова и играл с нами. В ответ на мягкое предложение остаться в группе он дал понять, что музыка эта ему не нравится. Он совсем другого плана человек. Далее. Из группы ушел Граф. Самая главная вещь, что все эти пертурбации происходят перед тем, как группа должна ехать куда-то. Например, в тур в Голландию. Обязательно кто-то по какой-то причине, по какому-то мощному прострелу в голове не может ехать или участвовать в записи. То есть постоянно были замены именно в такие моменты. Нам тотально не везет. И вот сейчас пришел к нам Степан, и мы начинаем работать. И вот за сегодня группа чуть не развалилась. Сегодня из группы ушел Рыжий. Два раза. И я. Один раз.
Р. Большая проблема, что у всех мало эмоций. Я, честно говоря, устал.
Ф. ...Я нашел время, когда это будет. Три дня на Новый год. Потому что сейчас ни хера не получается. Сейчас запись, съемки клипа, гастроли. Группа последние несколько месяцев реально пахала, зарабатывала на все это бабки. Вот три дня между декабрем и январем... В феврале мы будем готовиться к поездке в Италию, очередной.
- Наконец-то вы запишете альбом...
Ф. В Прибалтике заинтересовались выпустить наш проект с Димой Лукьянчиком. "Фольксваген" выступил в качестве спонсора. Записывать будем на белорусском телевидении. Мы везде уже пробовали писаться, нигде нам не понравилось. У нас нету веры, что можно вообще нас записать. На БТ мы еще не пробовали, может быть, получится. Там большое помещение, есть где расставить барабаны. И есть отзвук, то есть помещение не заглушено.
- Вас нужно видеть, не только слышать...
Ф. Клип мы будем снимать на студии "Око". С ними мы работали, когда у них была еще старая VHS-овская камера. Сейчас у них появилось оборудование. Есть и еще варианты клипов. Денег у нас не так много. Но снять клип за большие бабки каждый дурак сможет. Нанимай режиссера, нанимай сценариста, нанимай моделей, строй декорации. Вот когда режиссеры умеют снимать малобюджет, тогда это круто. Как звучит одна фраза: идея, как сделать что-то бесплатно, стоит очень дорого.
- День рождения группы под мостом...
Ф. Идея пришла нам после просмотра французских фильмов "Прошлым летом в Марьинбаде" и "Мои ночи прекрасней ваших дней". Мы гуляли как-то вечером под мостом, была определенная освещенность, была колоннада. И это напомнило кадр из фильмов. Мы запомнили это место, представили, как люди будут заходить. А потом мы решили, что там надо сделать концерт. Как раз в те дни проходила выставка БЕЛОРУССКОГО КЛИМАТА под открытым небом. Были сделаны ксерокопии с фотографий, деревья украсили лентами. Висели колокола, звенели. Мы пригласили публику в определенное время и не пришли сами. Народу было до фига. Мы видели со стороны кучи людей. Это был то ли 93-й, то ли 94-й год. Это было после первой поездки в Берлин и перед второй. Осенью. Это еще не было 28 сентября, которое мы считаем днем своего рождения. Хотя мы играли не только в этот день. Просто сейчас повелось, что 28-го. А мы и летом играли, и весной играли. Борису Штерну большое очень спасибо. Он тогда вел классную передачу на радио и в эфире объявлял, что "через 20 минут будет концерт...". Несколько лет подряд, когда работал на "Радио Би-Эй". Особенно памятен наш последний концерт. Мы играли под мостом в тот день, когда по мосту должен был проехать Лукашенко. Мы играли тридцать минут, очень торопились. Это был очень хороший концерт, ошибок мало было. У нас были специальные люди на случай появления милиции, которые должны были оповестить одного из наших студентов. Нам-то с Рыжим ничего не грозит. Один - отец семейства, у второго белый билет. Нас уже задерживали, когда мы играли в переходе. Не с целью зарабатывания денег. Нас отвели к участковому.
Р. А участковый - очень замечательный человек.
Ф. Мы пригласили его на концерт, и он нас отпустил. За три пригласительных.
- Покоренные страны...
Ф. Мы мало где играли. Бельгия, Германия, Голландия, Италия, Польша, Дания, Литва. В России.
- Первый концерт там...
Ф. Группа появилась в 1992 году в октябре месяце, отыграла свои концерты в Минске и уже третьего марта играла не где-нибудь, а в клубе "Tacheles" в Берлине. В тот момент - самом модном клубе. Как это получилось, совершенно непонятно. Берлин в тот момент был очень открытым городом, не таким, как сейчас. И была очень сильная война между Западным и Восточным Берлином... В этот момент намечалась выставка БЕЛОРУССКОГО КЛИМАТА. В галерее наверху должны были проходить мои сольные концерты. А внизу был клуб. Нашу запись, ужасного качества, в клуб привез Юнов. И мы сыграли. Все было чудесно. Мы работаем с Европой в основном через молодежные организации. До этого был "Next Stop - New Life", сейчас - "New Faces". "New Faces" даже удобнее, потому что они не пытаются зарабатывать на нас. Та поездка в "Tacheles" для нас закончилась тем, что мы сидели там и не могли выехать. За нами автобус не пришел. По вине Светланы Королевой, предводительницы "Next Stop". Наша виза закончилась, мы обращались в посольство, чтобы нас отправили. Даже депортировали. Мы играли на улицах, заработали для всех денег, отправили домой четырнадцать человек и вернулись домой сами.
- Ваше участие в СКИФе (Международном фестивале имени Сергея Курехина)...
Р. Это была просто вышка.
Ф. К тому моменту как мы выступали, мы уже померли. Группа там не выступила, а просто отстрелялась.
Р. Фестиваль - ох..еный. А как мы там выступили, мы даже не помним.
Ф. Как мы страдали из-за того, что нам нужно ехать на концерт в клуб "Клим Ворошилов". Если бы мы раньше посмотрели программу, кто будет играть в это время... Мы не вникли сначала. Мы не выходили практически из большого зала. Один раз зашли на альтернативную сцену, когда играли БОНДЗИНСКИЙ, заходили иногда в малый зал. Когда пела американская чувиха (Шелли Херш), я думал, хрякну от инфаркта на втором ряду.
Р. Но "Клим Ворошилов" нам очень много чего дал.
Ф. Да, мы привезли пять анекдотов.
Р. Когда закончился концерт и разбежалась вся публика, мы остались с владельцами клуба. Мы выпили все, что могли, в баре и бутылку коньяка начальника. Общение было супер.
Ф. Концерт ладно, но вечеринка после... Когда мы приехали на фестиваль, мы поняли, что в это время нас уже никто никуда не поселит. Ну и ты помнишь тот бомжатник в гримерке. Мы спали, накрывшись шторками. Самое главное, что я потом халяву отловил и улегся поспать на диванчике, с которого ушел какой-то валявшийся там мужик. Я утром встал в состоянии "зю" и разогнулся только к обеду. А потом нам выдали шикарные номера, с завтраками. (Тут Рыжий и Фил начинают бурно вспоминать, что было на завтрак. Ну и память.)- Политические убеждения...
Ф. Мы в Европе в основном сотрудничаем с левыми. Мы одно время думали, что один человек, с которым мы работаем, ди-джей Дельта, не является левым. Но оказалась, что Дельта очень даже левая. Активистка, работает в социальном проекте по адаптации проституток в немецком обществе, организовывает левые концерты и акции. В Европе одни из самых интересных людей - это люди левых убеждений. И они совсем отличаются от наших левых. Могу рассказать одну историю про их левых. Когда мы играли в Италии, в Болонье, там проходил съезд неофашистов Европы. И наши друзья, левые и сквоттеры плюс ко всему, проводили акцию по выбиванию их из города. Они готовились, как к настоящей войне. Одели специальные пластиковые щиты, доспехи из покрышек, которые выдерживают удар лома, шлемы. Третий ряд шел с огнетушителями на случай применения коктейля Молотова. Второй ряд шел с водяными ружьями, заправленными краской. Потом шел грузовик с аппаратурой мощностью где-то десять киловатт и звучал даб. И когда они готовились, они слушали радио, постоянно вспыхивали страсти после таких новостей, когда передавали, что фашистам разрешили пройти по городу. Это напоминало фильмы о коммунистах Италии и Испании 30-х годов. И кем-то из нашей группы была проронена очень хорошая фраза: "Да, их бабам есть за что любить своих мужиков". Мы не могли участвовать во всем этом, потому что это была несанкционированная акция. И нам бы попадание в полицию грозило депортацией и закрытой Европой лет на десять. В Милане, куда мы поехали потом, все сидели на телефоне, переживали. Полиция вроде сработала хорошо, фашисты прошли все-таки, кровопролития не было. Но фашисты увидели, что спокойно ходить по улицам они не могут.
- Экстази и другие стимуляторы...
Ф. С ними покончено. Нельзя сказать, что не было практики. Бывали случаи, когда мы рубили 2-3 концерта сразу или когда для выполнения контракта приходилось много играть. Сейчас мы делаем это совершенно свободно. Но тогда были моменты. Концерты превращались вместо сорока минут в два с половиной часа. И нам еще казалось, что мы коротко сыграли. Были и грустные истории с записью во время употребления. Слушать это потом было невозможно. Никакой травы вообще не курим. Причем не курим ее агрессивно. Ничего кроме алкоголя.
- Обсудим этот пункт подробнее...
Ф. Очень любим пить хорошие напитки. Больше всего мы любим пить виски, на втором месте армянские коньяки, потом мы любим водку и джин. Потом красные вина. А что мы не любим? Рыжий, например, любит ром. А я его ненавижу. От рома болит башка. Короче, группа любит кирять. Не нажираться, а вкусно кирять. Обожаем мы бани и сауны. И ходим туда с девчонками. Потом мы очень любим вино. И можем раскрыть одну маленькую тайну. Когда приезжаешь в иностранный клуб и стоит нев...енное количество пива, и ты говоришь, а можно ли поменять все пиво на вино. И к тебе так меняется все отношение. Мало того, тебе еще и на дорожку вино дают, переспрашивают, какое.
- Закуска...
Ф. Кроме того, что мы любим пить, мы любим жрать. Наши поездки - это кулинарный туризм. Почти все, что мы зарабатываем, мы просаживаем в ресторанах, кафушках, едим много и с удовольствием. Самое любимое - суши. Мы просто помешаны на них. Единственный, кто страдает от западной еды, - Рыжий. Она у него не переваривается. Он всю пищу обнюхивает, а потом фыркает и говорит, что есть не будет. Он возит с собой сетку перловой каши с мясом, консервы, которые по утрам едят все. А потом, когда их приканчивают, уговаривают Сашу поесть. Раньше он все это любил, но потом его как-то переклинило. Единственное место, где ему вся еда нравилась, - это Италия. На всякие авантюры мы не жалеем денег. Например, после концерта мы до утра бухаем с организаторами, а потом садимся и едем завтракать на какие-то озера, моря. В Бельгии жрем картошку и пьем пиво. В Берлине - кебабы, в Голландии - хайринг. А в Италии все хорошо.
- Проблемы с весом и здоровьем...
Ф. С весом нет проблем. Где-то по килограмму теряем на каждом выступлении. Сердечко начинает побаливать, от развратного образа жизни. У нас высокие нагрузки на концертах. Накуренные клубы, мигающий свет все же сказываются на здоровье. Появилась аллергия на дым, глицериновый. Поход в клуб для нас не отдых, а работа.
- Как отдыхаете?
Ф. Хорошее европейское кино, вино в парке с друзьями. Интеллектуальные разговоры на кухне. Походы на концерты классической музыки, джазовой.
- Любимая музыка...
Ф. Рыжий любит джаз-бэнды и латиноамериканскую музыку, старый хард-рок. Я - экспериментальный джаз и шумовую музыку, симфоническую. Любимая группа - COIL. Горох слушает симфоническую музыку, брейк бит, различные новые вещи. Степан - DEPECHE MODE, современный джаз, симфоническую музыку, естественно, очень разную. Все любят этническую музыку.
- Вам бы пошли татуировки...
Ф. Мы принципиально против татуировок. По версии Митька и Юнова, с которой мы солидарны, женщины украшают себя, чтобы быть такими же красивыми, как мужчины. А мужчина и так красивый. А если он начинает себя украшать, стало быть, он пидор.
- Гомофобия...
Ф. Гомофобии у нас нету. Мы совершенно нормально относимся к гомосексуалистам. Все наши любимые режиссеры, музыканты имеют к этому прямое отношение. У нас даже была акция "В джангле только девушки" в поддержку трансвеститов.
- Выпиливание искр пилой. Влияние FAUST или RAMMSTEIN?
Ф. Пила появилась после перфоманса для "Фольксваген". Мы на автосалоне делали шоу для сервиса и изображали бригаду, которая пилила все: диски, трубы. Это появилось именно из рекламы. Про FAUST мы тогда вообще не слышали.
- Кручение флага...
Ф. Меня уже подташнивает от него. Так получилось, что я единственный человек в Беларуси, который умеет крутить флаг. А как я начал это делать, просто смешно. Мой друг, который был в Копенгагене, увидел, как один чувак крутил флаг на улице. Он рассказал про это мне. И мне в башку попало, что было бы круто научиться крутить флаг. Я начал заниматься кручением вместе с Митьком. Где-то полгода мы этим грохотом падающего флага добивали всех. Митек потом сломал руку. Таким образом я вышел на финишную прямую один. Мой друг, который подсказал мне идею с флагом, сказал мне, что то, что он видел в Дании, было значительно проще, чем то, что делал я. Там было просто размахивание флагом. А я делаю не то, что он имел в виду. Потом случайно оказалось, что это - итальянская техника кручения флага. Я крутил флаг на празднике письменности, на празднике города, на открытии фестивалей, на всяких официозных мероприятиях. Даже перед носом Лукашенко и Лужкова на 930-летии Минска.
- Ваша публика...
Ф. Очень разношерстная публика. И молодая, и нашего возраста. Целое лето мы работали с уличными концертами и намного увеличили нашу публику. Мы хотим увести людей, сорвать их со стандартных привязанностей. Поэтому мы играем везде. Граф говорил иногда после концерта: "Все было "г". Но парочка людей была наша". Существует концепция крысолова. Помнишь сказку о крысолове, который очистил город от крыс? И за то, что ему не дали обещанного вознаграждения, он увел из города всех детей. "Если бы я в детстве видел человека с флагом на холме, моя бы жизнь была другой. И поэтому я сейчас выхожу ночью с факелом, днем с флагом, чтобы меня видели дети. Я бросаю зерно в них, я его буду поливать, я уведу ваших детей. Я - крысолов". Эта фраза из перфоманса БЕЛОРУССКОГО КЛИМАТА является лейтмотивом нашей концертной деятельности.

Ф. - Филипп Чмырь (ха-ха, фамилия такая) - соло-бас-гитара, пила, барабаны, кручение флага;
Саша Горох (тоже фамилия) - барабаны;
Степан Битус (и это фамилия) - барабаны;
Р. - Саша Кравцов "Рыжий" (хоть одна нормальная фамилия) - барабаны.



Наталья ПОДОБЕД

© 2005 музыкальная газета