статья


Протасовы, Алексей И Наталья
Мы думали, что “Радио Би-Эй” - это НАША станция



Ровно месяц прошел с тех пор, как на минском "Радио Би-Эй" прекратила свое существование передача о рок-музыке "Новое вторжение", лучшая белорусская рок-программа FM-эфира. И вот не так давно забрели мы с ее ведущими Алексеем и Натальей Протасовыми в один уютный барчик и предались воспоминаниям, отчего и почему все это произошло: как так случилось, что эти радиожурналисты, одни из возможных претендентов на звание "Журналист года" очередной "Рок-коронации", теперь могут оторвать и номинацию "Закрытие года". Утешений в моих словах было немного (памятуя о том, что в свое время авторскую рок-передачу Протасовых убрали и с "Радио Рокс", мол, и расстраиваться особо нечего, в Минске радиостанций еще на вас хватит), да и Наташа с Лешей, переболев, "соболезнования" мои принимали с юмором...

Что же произошло в конце мая месяца на "Би-Эй"? После того, как очередной программный директор (или его и.о.; в тексте в дальнейшем - ПД) станции Александр Корабликов был отстранен от своих обязанностей Евгением Шерешевским (Александр опять ушел в службу информации) - папой радио, - по "Би-Эй" поползли слухи, что на место Корабликова может быть назначена некая девушка, проработавшая там, как говорится, без году неделя. И тогда сотрудники программного отдела, которым порядком надоела сия чехарда, собравшись гурьбой (без начальства), ввиду того, что, по их мнению, на самой "Би-Эй" не было человека, способного взвалить на себя ношу ПД, и обсудив сложившееся положение вещей, решили выйти на руководство станции с предложением о перераспределении обязанностей ПД между тремя творческими работниками радио до той поры, пока требуемый человек не будет найден. Причем эта троица не просила повышения оплаты за свой труд. Одним из инициаторов "сходки" был Алексей. В четверг 25 мая г-н Шерешевский, уже проинформированный о "случившемся страшном", в четыре часа дня был готов принять "ходоков". Каково же было удивление семейства Протасовых, когда утром охранник отказался пропустить их в рабочее помещение, сославшись на указание самого Евгения Владиленовича, да к тому же огорошил сообщением о том, что Алексею и Наталье надлежит написать заявление об увольнении со службы по собственному желанию. (Самое смешное, что никто из повелевающих и указующих не вспомнил, что в этот день в эфире должна была работать Наталья, и она таки отработала всю смену!) Тем не менее, чета все же попала в здание и даже вошла в назначенное время в начальственный кабинет вместе с остальными "смутьянами". Общение со своими подчиненными г-н Шерешевский начал с того, что предложил удалиться из комнаты Алексею. "Почему?" - "Потому что я так хочу, разве этого не достаточно?" - "В общем-то, достаточно"... О том, что происходило дальше (и о многом другом) вам расскажут сами Наталья и Алексей. Вопросы свои я убрал, поэтому материал, быть может, получился немножко рваненьким, препарированным...

А. ...И я ушел, дабы еще больше не подогревать конфронтацию, надеясь, что сейчас люди ему все объяснят... Собрание закончилось через полчаса. Говорить, по сути дела, никому не дали, расставив все по своим местам фразой "Я здесь профсоюзов не потерплю, профсоюзных лидеров - тем более, вас никто не уполномочивал думать"... Чтобы уволить нас по статье (желания увольняться по собственному желанию у нас не было), должны были найтись для этого основания, поэтому, зная о том, что нас в эфир не пустят, но дабы не быть обвиненными в прогуле, к двенадцати ночи мы приехали на эфир "Вторжения". По нашей просьбе охранник на бумаге написал, что он не пускает нас в помещение станции, бумагу эту подписали и свидетели. В принципе, вот этого уже было вполне достаточно, чтобы подать исковое заявление в суд о нарушении работодателем контракта... Уехал шеф, мы приходили на станцию, нас стали пускать на ее территорию, но, естественно, не в эфир, сняв нас со всех смен. 29 мая мы проконсультировались с юристом, и он сказал, что в нашем случае есть прямое нарушение трудового законодательства, так как нас не пустили на рабочее место без предъявления претензий. Шерешевский приехал 31 мая, мы к этому времени уже "перегорели", честно говоря, и, пообщавшись с ним, расставив точки над "i", когда на его слова - "я тебя прошу по-хорошему, напишите заявления по собственному желанию; если не напишете, мы вас уволим со скандалом, мы будем искать, мы придумаем статью" - я ответил, что не сомневаюсь, что вы найдете, к чему придраться, мы решили, что лучше будет уволиться "по-хорошему". Мы написали заявления, попросив гарантий честного расчета по зарплате, по отпуску, и нас рассчитали честно, да, тут ничего не скажешь...
Н. Мы думали, что "Радио Би-Эй" - это НАША станция, не только Шерешевского, но и тех, кто на ней работает, оказалось, что это не так...
А. Я помню еще такую ситуацию, имевшую место, когда в какую-то из суббот выходит другая наша авторская программа - "Шпроты", - а в следующий понедельник на планерке она снимается. Причем никто из тех, кто ее убрал, программу эту не слышал, и тогда я, попытавшись разобраться в произошедшем, услышал от Шерешевского фразу, после которой мне стало понятно, что я здесь никто: "Понимаешь, это МОЕ радио"... Вот и все...
Н. А потом нам говорили, что на радио нету команды...
А. В последнее время начальство спрашивало: "Какие ваши творческие предложения?" - все сидели и молчали. "Почему вы такие неактивные?"... И вот когда мы что-то предложили, то поимели соответствующий результат. Это такой стиль работы, советский... Или же это можно назвать диким капитализьмом...
Н. ...После того, как с собрания были удалены, по мнению Шерешевского, главные его "организаторы", последовало: "Ну, какие будут вопросы?".
А. Типа: "Ну, кто тут еще хочет закурить?"...
Н. А если кто и открывал рот, следовало: "Ты будешь следующая... У вас есть время собираться на собрания? Значит, вы недостаточно загружены работой".
А. Неизвестно откуда возник список тех, кто уходит на "Стиль", полстанции было в этом списке. Смех. Какой-то институт стукачества... По слухам, во время собрания программного отдела у одного из присутствующих на нем был включен диктофон...
Н. По записи, отнесенной руководству, видимо, и определили самого активного... А через неделю после того, как нас уволили, опять было собрание с руководством, и первый вопрос был снова: "Ваши творческие предложения?".
А. Это было комик-шоу! Все засунули языки в ж... и сидели молчали, не зная, как реагировать после того нашего творческого предложения.
Н. После того, как с "Би-Эй" ушла Татьяна Мартынова, бывший его программный директор, нам "доброжелатели" говорили: "Вы же нелояльные, вы все равно за ней уйдете, вы с ней общаетесь". В приказном порядке стоял крик: "Я запрещаю вам общаться с Мартыновой!".
А. Единственным настоящим программным директором была Мартынова, всех тех, ну, почти всех, кто были после нее, программными директорами я бы не назвал. Старший над ди-джеями, так, наверное... Мартынова, можно сказать, оберегала нас от недовольства начальства, когда на планерках про "Новое вторжение" говорилось, что это неформатная программа, сколько ж можно, да что это такое, что это за музыка, что за программа?.. Мы видели и знали, что рано или поздно передачу закроют, очень многие вещи на это указывали... Конечно, обидно, что так получилось, все-таки программе была отдана часть жизни... Жаль, что так вышло, хочется еще раз извиниться перед теми музыкантами, о которых мы хотели дать какую-то информацию, но не успели...

Новое вторжение - новый стиль
А. На "Стиле" сейчас подобралась хорошая команда, там полигон, простор для творчества, там от тебя что-то зависит. Но вся наша работа на "Стиль Радио" обговаривалась с программным директором станции Владимиром Грибом (при Мартыновой он был музыкальным редактором "Радио Би-Эй", а когда она ушла - исполнял обязанности ПД) лишь после того, как мы уволились с "Би-Эй". Сейчас, пока какое-то время "Стиль" вещает в стопроцентно музыкальном формате (помимо рекламы), приоритетное направление, которым мы занимаемся с Наташей, это PR.
Н. Кстати, Алексею в случае, если бы Шерешевский принял наше предложение, отводилась роль главного "би-эй'евского" PR'щика, не больше. Теперь мы делаем это здесь.
А. А Наташа сейчас вообще по специальности работает- "менеджер шоу-бизнеса (продюсер)". Это я - "резчик по дереву" - генеральный продюсер "Стиль Радио". В то же время и из эфира мы не уходим, я думаю, что где-то к концу лета, когда появятся записные программы, появимся в эфире и мы. Но ди-джейство на "Стиле" будет в очень ограниченном количестве.
Обязательно возобновится "Новое вторжение", живущее сейчас несколько виртуальной жизнью, на уровне каких-то мероприятий.

Вместо P.S.
Н. А за что нас признавать лучшими журналистами года? Программы-то пока нет... За верность идее...
А. Да мы занимаемся и не совсем рок-журналистикой. Можно говорить об авторской радиопрограмме, лучшей авторской программе о рок-музыке, ну так кроме "Нового вторжения" других таких передач, по существу, в Минске и нет. Что, вводить "радиономинацию" под нас?.. Мы согласны, пусть один раз нам будет приятно...

Олег КЛИМОВ

© 2005 музыкальная газета