статья


Спицын, Олег; Чермен
Ориентация на понимающего слушателя



Прошло уже более 25 лет, когда наша так называемая рок-музыка, выйдя из подвалов, стала выдавать из себя что-то свое оригинальное. Поначалу это были перепевки битловских аккордов, потом съем гитарных риффов Ричи Блэкмора и в конце концов - штампы простых, но добротных музыкальных наворотов АС/DС. Но если мелодика THE BEATLES в смеси с "блатными аккордами" и известными народными мотивами от Блантера и Дунаевского у нас, в общем-то, нашла благодатную почву среди невзыскательных потмков булгаковского Шарикова, то более утяжеленную и усложненную разновидность современных ритмов предпочитали люди с более высоким интеллектом.

В современной музыке стилей целое море или даже океан, но наше постсоветское пространство (судя по TV) по-прежнему рождает в основном что-то в стиле "а-ля Аркадий Северный" с поправкой на бульканье и цоканье "самограек". Композиторов-оригиналов, какими когда-то были наши земляки Огиньский, Монюшко и Глинка, найти довольно тяжело. А плюс к этому услышать то, о чем можно сказать: вот эта команда, песня, композиция - достойный ответ западным сочинителям и исполнителям типа ELP, Аллан Парсон, Майк Олдфилд, Стив Ваи, Сатриани - находится вообще на грани фантастики. Но на самом деле услышать нашу пристойную оригинальную современную музыку на уровне лучших западных групп и рок-исполнителей оказалось не так сложно. Достаточно было только придти на концерт всемирно известной шотландской команды NAZARETH. Перед ней выступал уже ставший известным минский гитарный дуэт Олег Спицын & Чермен, играющий инструментальную музыку в стиле хард-рок, или, по их собственному определению: стиль океана разнообразной музыки. Моя субъективная оценка превзошла все ожидания. Техническое исполнение композиций Олега Спицына & Чермена, сложность мелодики и ритмики, качество и насыщенность звучания были на самом высоком уровне. Можете мне поверить, автор этих строк побывал на концертах многих западных групп, среди которых близкие к дуэту по сложности извлечения нот в отдельно взятый отрезок времени - JETHRO TALL, а по экспрессивности саунда - ACCEPT. На выступлении Олега Спицына & Чермена девчонки так вопили и прыгали, что одна даже сломала ногу (вашему пишущему брату, пропустив начало выступления Эгню, МакКаферти и Ко, пришлось раздосадованную и доведенную до слез девушку проводить до кареты скорой помощи, где врачи, туго перевязав пострадавшей нижнюю правую конечность, посоветовали ей немедленно отправиться на рентген в клинику. К чести отчаянной девушки, она все же вернулась на концерт, чтобы дослушать все до конца, а затем уже ехать на такси в больницу, где на сломанную ногу и наложили гипс).

После выступления мы встретились с Олегом Спицыным (О.) и Черменом Шокановым (Ч.), чтобы задать им несколько вопросов и получить на них ответы.

- Каким вы видите своего слушателя?

Ч.: Лично я хотел бы, чтобы этот слушатель был образованным, эрудированным, хотя бы немножко разбирался в музыке. Чтобы этому слушателю нравилась музыка достаточно непростая.

- В вашей музыке звучат некоторые мотивы классики, Паганини, Бах. Подобное слушает достаточно элитарный класс людей. Не значит ли это, что ваша музыка элитарная, а ведь грань между элитарным и маргинальным достаточно тонкая.

Ч.: С одной стороны, элитарная музыка - это как бы такой фирменный стеб, который показывает музыканта с самой лучшей стороны: вот как он умеет хорошо играть, как профессионально он делает свою музыку. С другой стороны, эта музыка сразу снижает количество слушателей, поэтому, действительно, хочется удержаться на этой тонкой грани между элитарной и той, которая нравится многим. А маргинальная музыка - это скорее всего та, которую культивирует попса: послушал, улыбнулся и через день забыл. Кто теперь помнит ЛАСКОВЫЙ МАЙ?

О.: За что получил от государства премию Стинг? (По образованию он историк). За то, что своей музыкой он приобщил молодое поколение к историческому наследию, культурному развитию человечества. То, что мы используем классические мотивы музыки барокко, эпохи просвещения, это значит, что молодой человек, слушающий нашу музыку, начинает понимать, что в мире есть еще что-то более красивое из классики, чем телевизионная попса. Слушая сложные композиции, человек может достичь какого-то уровня понимания музыки. А если ты его кормишь каждый час поп-колбасой, то он и не поймет, что есть музыка лучшая. Ведь симфонии из молодого поколения почти никто не слушает, а все потому, что они ее не понимают. Но когда ты в музыку привносишь элементы этой классики, чего-то красиво связанного, человек уже начинает призадумываться, что ему предпочесть. Слушать то, что ему навязывают, или то, что он сам хочет слушать.

- В своих композициях вы не даете своей четкой музыкальной позиции, а ведь основная аудитория - молодежь, которой нужна как раз четкая, прямая как столб ориентация.

О.: У нас нет никакой столбовой ориентации. Существует ориентация на хорошую мелодическую музыку для тех, кто разбирается хоть в нескольких нотах.

- И попса старается это делать с помощью компьютеров.

О.: В том-то и дело, что только старается. Но не с помощью компьютеров, а с помощью пожарной охраны. То есть берется текст, в котором есть одна ударная запоминаемая фраза, и она прокручивается по 40 раз, зомбируя слушателя. Вот и все, а на радио спускается указ - крутить ту или иную композицию согласно полученным "бабкам", и после этого появляются "интернешнл со стрелками".

- Каждый живет, как умеет. Вон попса пытается как-то выкрутиться, ищет себя в плане не только жанровом, но и видовом, занимается другими видами искусства.

О.: Попса идет только с одной точки зрения: как бы получше себя продать и завоевать много публики, чтобы побольше набить карманы. Но никогда у попсы в жизни не было задачи, чтобы их музыка просвещала, чтобы делать из этой музыки что-то нормально. Чтобы их поняли люди.

- Ну если Стинг был историком, то один из вас профессиональный военный, а другой инженер. А не страшно было броситься из своей профессии в нечто неизвестное?

Ч.: Совсем не страшно. Профессия и музыка шли как-то параллельно. Я когда делал свои первые профессиональные шаги в музыке, то это уже не было чем-то сверхъестественным. В своей жизни я не раз делал шаги, которые ее сразу круто меняли. Музыка - очередная веха моей жизни. Потребность жизни.

О.: Я музыкой стал заниматься еще до приобретения своей основной специальности.

- Старшее поколение считает, что теперь молодежь кроме пива, секса и денег игнорирует все остальное. А среди всех видов искусства предпочитает только музыку. Вы разделяете такую точку зрения?

Ч.: Это чушь собачья. Сейчас у нас молодежь, которая усиленно занята своим самообразованием, и я знаю: таких молодых людей достаточное количество. У них только сейчас стали открываться глаза на то, что с помощью образования можно достичь какой-то карьеры. Посмотри, какие большие конкурсы в вузы. Эта точка зрения людей, которые уже впали в маразм.

О.: У нас молодежь действительно довольно достойная и умная.

- Выводы, конечно, можно сделать ошеломительные. Но мы политики не касаемся. Один известный российский рок-мэтр заявил, что в тяжелой музыке все сказано, в той, что делается теперь, - идут повторы, а повторы всегда хуже оригинала. Ваша музыка оригинальна или в ней чувствуется чье-то влияние?

О.: Этот мэтр не заслуживает доверия. Вся музыка была сыграна очень давно и записана на ноты еще в средневековье. Есть семь нот. Говорить о том, что в музыке, какой бы она ни была - тяжелая, легкая, классическая, - все сказано, может человек, который вообще не понимает в музыке, а лишь готовит на кухне среднеевропейские макароны под маринадом, которые, как ни приготовишь, они будут съедобны. Вон сегодня новый поворот к классике, собирают большие оркестры и пишут совершенно новые оригинальные композиции.

- Это как в литературе, где есть, по большому счету, два сюжета - убьют ли главного героя и закончится ли финальная сцена постелью. Все остальное повторы.

О.: Что такое повторы? В музыке нет повторов, потому что одну и ту же композицию каждый музыкант играет по-разному. Двух одинаковых людей быть не может. Сейчас музыка воспринимается не в том, какую ноту сыграл, а в нюансах, то есть в звукоизвлечении, передаче динамики - да море всего! Один концерт отличается от другого, и тем более от записанного в студии. Ты приходишь на концерт и видишь, как играет музыкант, пусть даже и с некоторыми огрехами, подходами, а на студии все пишется на сто дорожек или по отдельной ноте, потом выбираешь лучшую дорожку, все это чистится и выдается рафинированный результат.

- Ваша группа больше студийная или концертная? На сцене слышны несколько инструментов, а видно только двух человек.

О.: Давай будем говорить так. У нас есть ритм-группа (бас, ударные, клавишные), звучание которой записано в студии. Настоящие звуки ударных (сэмплы) частью пишутся при помощи секвенсера, частью "живьем". А бас и клавиши исключительно "живьем". Под этот так называемый "минус" мы работаем также "вживую" на сцене. Играем сложную инструментальную гитарную музыку.

- Ваше отношение к современной эстраде? Сейчас на многие группы оказывает влияние, с одной стороны, ОFFSPRING, а с другой - SEPULTURA.

О.: Отношение к эстраде нормальное. Дело не в том, кто на кого в настоящий момент оказывает влияние. В Швеции есть группа, все там "консерваторщики", лабают метал. И пользуется огромным влиянием.

Ч.: SEPULTURA - это трэш. А я как-то не очень трэш слушаю. В мировой эстраде успеха можно достигнуть, пусть это поп- или рок-музыка, только большому профессионалу или очень большому оригиналу. ОFFSPRING относится больше ко вторым.

О.: Любая музыка должна играться по-настоящему профессионально.

- Что вы думаете о постсоветской рок-музыке?

Ч.: Советской и постсоветской рок-музыки как таковой не было. Была эстрада, а под ней понимается все, что выходит на сцену.

- Вы давно занимаетесь музыкой. С чего у вас все начиналось? Что послужило толчком к любви к гитаре? Стремление быть лучшим, обратить на себя внимание, понравиться девочкам?..

О.: Для меня все начиналось с 1975 году. Мы тогда, как, впрочем, и сейчас, были нормальными, видными мужиками, которые и без гитары пользовались популярностью у женщин. Гитара не всегда является способом понравиться женщине. Музыка - это такое дело, при помощи которого ты хочешь довести людям какое-то настроение, информацию. Не все могут играть, но все могут слушать.

Ч.: Я стал играть на гитаре, потому что мне это нравилось делать. Создавать, придумывать какие-то свои композиции. А вообще никогда не думал о том, как понравиться.

- Олег, каким тебе запомнился творческо-музыкальный путь за 25 лет?

О.: Было интересно работать с музыкантами группы МОДУЛЬ и в нынешних условиях. А все остальное было тренировкой. Это был просто поход по жизни.

- Часто ли вы подвластны чувству неудовлетворенности?

Ч.: Неудовлетворенность возникает только в плане техники звукоизвлечения. Чувствуешь, что в голове музыка вертится, а пальцы не успевают это воспроизвести. Впрочем, у Олега такого я не наблюдал. Всегда хочется играть еще лучше. А для нормального гитариста нет предела совершенства. Огромнейшее разочарование может наступать после концерта, когда видишь, что он не пошел по причинам, часто не зависящим от тебя, - то звукотехника подвела, то режиссер забыл мониторы вывести. А ты к концерту готовишься месяцы-недели, настраиваешься, тратишь много сил и энергии, думаешь, как хорошо прозвучать, а тебе говорят, что звук был не тот. Ты же воспринимаешь все неполадки на себя. Однако нечего оправдываться, музыкант всегда виноват в том, что он не прозвучал. Значит, сам неудачно подобрал площадку для выступления или звукорежиссеров.

- Чем движимы ваши композиции?

Ч.: Создаваемые композиции - это настроение, лирическое, мажорное, трагическое. Не было такого, чтобы пришел домой или в студию, взял специально инструмент и заставил из себя выжать композицию. Музыка приходит спонтанно.

О.: Этот вопрос для любого очень интимен. Как с женщиной.

- Ваше отношение к поклонникам, если таковые есть?

Ч.: Самый страстный поклонник это семья - дети, жена. Остальные не должны надоедать своими советами.

О.: Поклонники… Это нормально! Чем больше, тем лучше. Если они есть, значит, ты кому-то нужен. А вот насчет советчиков - это дело серьезное. Порой создается ощущение, что ты ничего не умеешь вообще… Как послушаешь, вокруг одни непризнанные гении. Чего им только не хватает - наверное, просто нормальных мозгов. А из всей трепотни делаешь для себя вывод, что не стоит на них тратить энергию и время.

Н. АДАМОВИЧ

© 2005 музыкальная газета