статья


Труханович, Сергей
Точка невозврата

mg94602.jpg (9982 bytes)

С. Труханович, "Точка невозврата", 1999 г. Соло-, ритм- и акустическая гитара - Сергей Труханович, барабаны - Андрей Терехович, бас-гитара - Юрий Федюк, перкуссия - Александр Сазонов, саксофон - Игорь Лютый, губная гармошка - Игорь Ворошкевич, клавиши - Гарик Акопян.

Дискография популярной и инструментальной музыки Беларуси микроскопически мала (мало развит этот жанр), в то время как в мире такая музыка - отдельная и очень прибыльная индустрия шоу-бизнеса. Свою лепту в благородное дело развития белорусской инструментальной музыки внес гитарист группы КРАМА Сергей Труханович. "Точка невозврата" - его дебютный сольный проект. В виде кассеты альбом существует уже полгода и пользуется определенной популярностью. Концерт-презентация в клубе "Магна" прошел осенью, недавно, он тоже показал, что и белорусской публике может быть интересна инструментальная музыка. Почти никто из белорусских гитаристов не имеет не то что своих альбомов, а даже записей. Сергей Труханович всех опередил, выпустил профессиональную и очень достойную работу.

- "Точка невозврата" - это авиационный термин: когда самолет летит и достигает такой точки, что топлива вернуться на базу у него уже не хватит и он должен лететь только вперед. Но я оттолкнулся от другой трактовки. У одного пастора прочитал (книга называется "Точка невозврата"): если человек уже встал на путь Бога, отверг все свои грешные дела, мысли, то наступает такой момент, когда он уже не может отступить, не может вернуться к прежней жизни. Ты сжигаешь все мосты, и - только вперед, к хорошему. Это можно и к музыке, и к любому делу приложить. И когда встал вопрос, как назвать альбом, я перевел это на музыку. На себя - только вперед! Сколько можно в самодеятельности этой вариться, надо как-то развиваться, чего-то достигать в жизни.

- Значит, можно и так - ты вышел на дорогу сольной карьеры и назад пути нет?

- Да, можно. Раз я уже сделал первый шаг, то опять спрятаться за чьи-то спины уже некрасиво. Пора набираться сил, ума.

- Сколько тебе лет?

- 28. Да и мой профессиональный опыт уже сказывается. Меньше волнует техническая сложность, больше уже осмысленных нот.

- Когда пришла идея сделать что-то свое, сольное?

- Давно это было, когда я ушел из КРАМЫ и работал в группе ПАЛАЦ. У них была своя студия в Дражне, и я мог находиться там с утра до вечера и утром делать что-то свое, потому что все ребята собирались только вечером.

- А ты непьющий, рано встающий...

- Ну а что мне было делать? Я тогда как раз у тещи жил, ребенок маленький еще. Уезжал утром на базу, включал клавиши, набирал какие-то программы и делал болванки. Их накопилось на 2-3 альбома инструментальных. Так что основа была заложена еще тогда.

- Тем не менее воплощать в жизнь этот проект ты начал только год назад. Что изменилось?

- Это все было непросто. После ПАЛАЦА у меня были и другие проекты - группа СЭМ ГРЕЙ, довелось и в ансамбле СЯБРЫ поработать. Это, я считаю, так надо было, появились новые друзья, новые связи. Вот так я подружился с Андреем Тереховичем, барабанщиком и звукооператором СЯБРОВ. Потом было возвращение в КРАМУ. Экономическая ситуация резко ухудшалась, концертов стало мало, и опять же появилось свободное время и чувство некоторой невостребованности. А мы съездили пару раз в Москву, и там я подружился с московским автором-исполнителем Андреем Олейниковым, он предложил сделать совместно альбом и записать его в Минске. Я помог ему собрать наших минских музыкантов, и в студии "Сябры" мы записали, а в Москве выпустили компакт-диск. Но и этот проект в связи с финансовым кризисом накрылся. Когда он должен был по-серьезному стартануть, все рухнуло.

- И я так понимаю, тот коллектив музыкантов, который собрался для работы с Олейниковым, и записал твой сольный альбом?

- Да, так называемый ЦВЕТНОЙ БУЛЬВАР. Нашелся человек, который мог помочь материально, он когда-то был у меня руководителем ансамбля в 148-м училище. И в самый последний момент и тут у нас все обломалось, человека посадили. В результате, чем мог, помог мой друг, гитарный мастер Дмитрий Позныш, мы смогли арендовать аппаратуру. Писались мы в студи "Сябры" - спасибо - и записали все довольно быстро, за две недели. Хоть не обошлось без эксцессов, я жутко заболел гриппом, а сроки поджимали. Ребята начали писаться без меня, я просто не мог встать, а как только немного оклемался, пришел и за два дня все записал, с ходу, даже задумки какие-то неотработанные получались. И я сделал вывод, что перед какой-то глобальной записью очень полезно отдохнуть, отложить в сторону инструмент и со свежим ухом записываться. Чтоб не было ощущения выжатого лимона.

- Ты как-то говорил, что твои инструменталки - те же песни...

- На альбоме "Точка невозврата" две композиции из репертуара группы СЭМ ГРЕЙ. Мне они нравились, не хотел, чтоб пропали. Да и часть других вещей - если гитару поменять на вокал, была б хорошая песня. Я считаю, что должна быть мелодия всегда. И еще я стремился к тому, чтоб не получился альбом в каком-то одном определенном стиле, вот ритм-энд-блюз и все. Там по форме есть блюзовое присутствие. Игорь Ворошкевич, правда, сказал, что там блюзом не пахнет. А один журналист выразился, что это чисто ритм-энд-блюзовый альбом. Каждый по-разному воспринимает. Один говорит, что тяжеловато для инструментальной музыки, а другому, наоборот, - мало тяжести. Я считаю, что получился и не тяжелый, и не попсовый альбом. Я этого и хотел.

- На презентации публика даже умудрилась танцевать под твою музыку...

- Я сам удивился. Перед началом немного побаивался, ведь это первый раз, когда я на сцене стоял впереди. Да и выступать после ПАЛАЦА, MOJO BLUES и особенно после такого мэтра, как Угольник, было очень сложно. Но, к счастью, все прошло здорово.

- Кстати, неплохие песни были у твоей группы СЭМ ГРЕЙ. Кроме меня, о ней еще кто-нибудь слышал?

- Да, тогда были хорошие отзывы. СЭМ ГРЕЙ - это моя попытка иметь свою группу, не то что там лучше КРАМЫ или как КРАМА... Хотелось своего. То есть КРАМА играет ритм-энд-блюз, а мы тогда выбрали стилистику кантри-блюза. И сначала все нормально пошло, Анатолий Ярмоленко был не против нам немного помочь, но он хотел, чтоб мы не пели на английском. Я тогда как раз ушел из ПАЛАЦА и сотрудничал со студией "Сябры". Из-за языка у нас в группе и начались разногласия. Ребята заявляли: "На белорусском никогда работать не будем, нам нужна Англия, Америка! Только английский". Вот Стефан, наш вокалист, и гитарист Костя Драпезо их Борисова. А я был за белорусский. И что сейчас делает Стефан? Поет на белорусском, и все нормально звучит. У Кости Драпезо сейчас такой проект - АЛЕКСАНДРА И КОНСТАНТИН ДРАПЕЗО, они тоже уже пытаются петь не по-английски. Они пришли к тому, о чем я говорил им четыре года назад.

- И группа распалась только из-за этого?

- Да. И что интересно - в тот момент, когда я уже нашел финансирование и можно было начинать серьезно работать.

- Сейчас часто обсуждают наших гитаристов. И вот уже такое мнение стало стереотипным: у нас прекрасные гитаристы, часть замечательных - за рубежом, но и здесь - ого-го! Вот только бы денег им, возможностей... Как ты считаешь?

- Согласен с этим абсолютно. Так и есть. У нас уровень музыкантов достаточно высокий, особенно гитаристов. Обычно бывает сложно найти басиста в группу, а вот гитаристов много хороших и талантливых, даже гениальных. Что радует - и молодежь растет замечательная.

- Кого ты считаешь классным гитаристом?

- Ну, я не оригинален, все, кто на слуху, хорошие музыканты. Тот же Ростопчин, Угольник... Ваня Марков, хотя он уже, по-моему, устал бороться с нашей безнадегой. Пита Павлова уважаю, хоть бы за то, что он не сдается, что-то делает. Есть такое понятие - боец или не боец. И в этом смысле я хотел бы выделить Витю Смольского. Я считаю, это человек, с которого нам всем надо брать пример, у него хватило упорства заявить о себе даже в условиях жесточайшей европейской конкуренции. В общем, вывод - не надо ждать милостей от природы.

- Ты примерный семьянин. Семья в творчестве помогает или мешает?

- У меня в семье много женщин жена и две дочери. Конечно, о них надо заботиться, но я считаю, что это нормально, когда мужчина заботится о семье, так и должно быть. И с женой мне повезло, у меня понимающая супруга, и она меня во всем поддерживает. Вот от некоторых можно услышать: жена такая-сякая, ругается, ничего не понимает... А что понимать, если всякий раз он приходит под утро и пьяный? Кому ж это понравится? Я для себя давно определил: если есть какой-то праздник, событие, концерт, идем вместе с женой, вместе веселимся и вместе можем вернуться хоть в 3, хоть в 6 утра. Я считаю: живи сам и давай жить жене.

- Есть такой стереотип рок-музыканта - пьяница или наркоман, аморальный тип, дебошир и так далее...

- Это не более чем стереотип. Да, можно сравнить с простыми мужиками, работягами, подойти к винно-водочному магазину после рабочей смены, послушать, посмотреть. Никакого сравнения. И так ведь можно сказать, что все рабочие такие. Не так страшен рок-музыкант, как его малюют. Да и все очень разные, многие не пьют вообще, не то что колются. Почти у всех семьи, дети.

- Мы вначале вспомнили о неком пасторе. Ты религиозный человек?

- Я одно время активно посещал Церковь Иисуса Христа, откуда вот группа НОВЫЙ ИЕРУСАЛИМ вышла, и у меня много друзей из этой Церкви. Мне близки христианские принципы.

Надежда КУДРЕЙКО

© 2005 музыкальная газета