обзор


Взвод Истребителей Алкоголя
Муравьиная болезнь

(p) 1993 студия "Водолей"

8tks/30mins


Мне уже не раз приходилось писать о регионализации на Украине, наметившейся в начале 90-х гг. Этот процесс в немалой степени обусловливался географическими и политическими факторами. Так, на западе Украины сохранялась приверженность исполнителей и групп украинским национальным традициям. Центральные области характеризовались неоднородностью: одна часть музыкантов продолжала оставаться под российским влиянием, другая сумела быстренько перестроиться и запеть державною мовою. Куда сложнее дело обстояло с южными и восточными регионами республики, в подавляющем большинстве ориентированными на "пiвнiчносхiдного сусiда".

Николаевская группа ВЗВОД ИСТРЕБИТЕЛЕЙ АЛКОГОЛЯ исключения не составляет: то, что делает ВИА, однозначно лежит в русле российских традиций (конкретизировать не берусь: здесь есть и Москва, и Питер, и Урал, и еще много чего). По стилистике это добротный джаз-рок с примесью всяких всякостей (о которых чуть ниже).

Группа целиком и полностью оправдывает свое название. Смею предположить, что этот концептуальный альбом был навеян чеховской "Палатой N 6" или ерофеевской "Вальпургиевой ночью". Правда, здесь автор сосредоточивается исключительно на самом себе (все песни написаны от первого лица). А суть муравьиной болезни, судя по содержанию композиций, сводится к триаде: алкоголизм - наркомания - сумасшествие.

"Мания величия", открывающая альбом, написана от лица психа-оратора, выступающего от имени Гитлера, Сталина, Маркса, Ленина и современных стратегов и политиков в одном лице. Многажды произносимое местоимение "я" звучит с особым подчеркиванием, почти на выкрике. Постепенно торжественная речь становится бессвязной и теряет осмысленность. Две следующие композиции - "Похмелье N 1" и "Черт (Белая горячка)", тематически связанные между собой, составляют дилогию. "Черт" представляет собой монолог галлюцинирующего алкоголика, обращенный к черту. "Шизофренический опус N 1" - без комментариев. "Устал, студент?" выпадает из музыкальной концепции альбома. Это, по сути, современная русская народная песня о тяжелом депрессивном состоянии индивида, страдающего аутизмом и склонного к самокопанию. В конце песни предлагается эффективный рецепт выхода из душевного кризиса: раскурить косяк и увидеть во сне Америку, где все спокойненько, культурненько и пристойненько. "Он сидел напротив..."- песня-наблюдение, беспристрастное повествование о пьяной жизни, не имеющей ни начала, ни конца. Рок-н-ролл "Е-2; Е-4" не вносит ожидаемого расслабления. Его главный герой - разговорчивый мегаломан-шахматист, якобы не ударивший лицом в грязь перед Фишером, Карповым и Каспаровым. Завершает альбом коротенький блюз "Похмелье N 2". Приходилось ли Вам, дорогой читатель, мучиться похмельным синдромом и клясться больше никогда в жизни не пить?

А потом... "Я пил, я пью, я был, я есть и буду". Эта последняя фраза звучит, как итог, как своеобразное резюме всего альбома.

Невеселый P. S. Не так давно в мои руки попала статья эстонского социолога и музыкального критика Николая Мейнерта "Рок-музыка в роли одного из индикаторов образа жизни молодежи" (см. сб. "Опыт изучения тележурналистики и общественного мнения". - Таллинн, 1987, с. 27-98). В числе прочего автором была затронута проблема существования магнитофонного рока в СССР. В период гонений и запретов на жанр именно эта форма существования рока способна была выполнять СОЦИАЛЬНУЮ функцию, поскольку не поддавалась формализации. Нынче же, в эпоху либерализма и внедрения новейших достижений НТП, функция магнитофонного рока сводится лишь к фиксированию материала для памяти. Лазерные и цифровые звуконосители стремительно и неумолимо вытесняют магнитофонную пленку. В подобной ситуации альбом ВИА "Муравьиная болезнь" имеет большие шансы остаться незамеченным. А жаль: группа-то очень хорошая!

Г. Шостак

© 2005 музыкальная газета