статья


Brown, James
“Back Again” - иногда они возвращаются

...Извечная проблема ограничения музыкальной деятельности возрастными рамками, полная сухого риторизма, ставит в логический тупик тех, кто так и не пришел к творческому. Вечнозеленые "монстры" ритм–н–блюза, соула и рок–н–ролла исправно гастролируют, записывают гениальные и не очень альбомы, шелестят своими персонами со страниц прессы.

Некоторые приписывают это старческим вспышкам эксцентризма, некоторые умиленно утирают слезы просветления, некоторым все это уже не нужно и не важно: в стране — кризис, в желудке — вакуум и вообще — кто это такой, Джеймс Браун? Мы их простим, хорошо? Те, кто считает, что 65–летний музыкант обязан покоиться на ложе средь подушек, диктуя слабым голосом спутанные мемуары, должны по идее смущенно признать: нет, просчитались. Браун, патетически так выражаясь, жив, сочиняет музыку (это после сорока лет деятельности, вопреки, казалось бы, выжатому до кожуры воображению), поет потихоньку, выступает, альбомчик тут недавно записал–с... Отец соула, фанка и пяти (законных!) уже взрослых детей. Вдовец (третья жена, Adrienne, умерла в 1996 году). Возможно, вскорости женится на 37–летней ведущей популярного ток–шоу Ролонде Уотс. В 1998 году удивил мир парочкой громоподобных арестов, которым его подвергли добропорядочные стражи безопасности мирного американского народа. В январе совместными усилиями полиции и любимой дочери Джеймса насильно поместили в госпиталь Северной Калифорнии и стали целеустремленно лечить от зависимости по отношению к болеутоляющим наркотическим препаратам, которые пожилой музыкант лихо поедал после того, как случайно повредил спину, во время концерта опять позабыв о почтенном возрасте. Прибывшая по зову дочери, взволнованной "странным поведением" отца, полиция попутно нашла в доме Брауна немножко марихуаны (должна быть во всяком порядочном доме!) и нелегально хранимое огнестрельное оружие, к которому музыкант питает ребяческую слабость (покурит марихуанушки и ну палить из винтовки по окрестностям!). Добрая и справедливая Америка грузно обрушилась на своего национального героя, но Браун, к счастью, избежал грозившего ему двухлетнего заключения.

В 1998 году бедняга уже "отсидел" за аналогичное злодеяние целых 3 года, но до сих пор упрямо твердит: "А я все равно буду хранить оружие в доме. Мне нужна защита. Слава Богу, мы живем в свободной стране". Выйдя на волю, "Самый Трудолюбивый Человек в Шоу–Бизнесе" (очередной массовый штамп, данный здесь только для условной характеристики) спокойно начал репетировать перед надвигающимся мировым турне. Свободолюбивый нрав Брауна редко выходил за рамки его наивного и трогательного патриотизма.

Бывало и хуже. Жизнь, судя по всему, изрядно–таки его потрепала. Родился Браун так давно, что всяческие музыкальные издания до сих пор друг другу противоречат в определении года его рождения, варьируя его в пределах 1929–1934 гг. Мы позволим себе остановиться на дате 3 мая 1933 года, тем более что это наиболее достоверно (очевидцев опросить не представляется возможным по техническим причинам их поголовного нахождения в ином мире). Маленький черненький оборванненький ребеночек из бедной семьи в пятилетнем возрасте был отослан к тетке в штат Georgia. Деньги зарабатывал практически с того же возраста, всеми мыслимыми и в меру пристойными способами. Иногда он пел в малогабаритных театрах и клубах, уже тогда совершенствуя вокал и танцевальную манеру и подсознательно чувствуя, что "именно этим я и буду заниматься всю последующую жизнь". Хотелось хорошо и стильно выглядеть, иногда хотелось и кушать. Приходилось подворовывать (юный Джеймс аккуратно вскрывал и "чистил" внутренности автомобильчиков, расставленных на Broad–Street). Неудивительно, что 16–19–летнюю юностью парень провел за клетчатой решеткой заведения наподобие колонии для несовершеннолетних. В 1952–м, когда его выпустили, Джеймс незамедлительно собрал толпочку таких же социально безнадежных представителей молодежи, обожающих музыку, и сформировал группу THE FLAMES, играющую госпел и ритм–н–блюз. Популярность естественным образом росла. Выступали в различных клубах и колледжах (Браун в колледжах, кстати, по другим поводам и не бывал: ему хватило школьного образования). FLAMES прогремели по окраинам привязчивой песенкой "Please Please Please", позже протаранив ею "Billboard". Следующий сингл "Try Me" (1959) попал уже на первое место. Группа выглядела весьма совершенной, выделяясь прежде всего энергичным и раскрепощенным вокалистом, акробатически скачущим по сцене с леденящими душу воплями... Позже группа приехала в Нью–Йорк, записала демо, но компания Universal заставила их "озаглавиться" по традиционным канонам — JAMES BROWN & THE FAMOUS FLAMES. Отчасти из–за этого группа и распалась. Браун, и не такое видавший, не огорчился и собрал новую группу. Тогда уже его заметил Little Richard и, как говорится, вывел в люди. К началу 60–х Джеймс Браун втянулся в мир расцветающего, подобно кактусу, шоу–бизнеса Америки и начал сочинять преимущественно хиты, пользуясь всенародной любовью... Как видите, классическая "success story" о бедном черном мальчике из трущоб, вознесшимся до уровня мировой звезды в условиях свободной страны. Подсыплем горсть удобрений в благодатную почву, питающую ветвящуюся изящную громадину призрачной "American Dream", в которую, кстати, так верил Джеймс Браун.

...К 1962 году Брауну пришло в голову, что концертную истерию, разжигаемую им в слушателях сценическими телодвижениями и прочими приемами (говорят, что в годы творческого расцвета небезызвестной Майкл Джексон копировал именно Брауна — имеется в виду пластическая манера: походка, танец — что угодно...), записью вызвать и запечатлеть весьма трудно, посему был выпущен замечательный концертный альбом "Live At The Apollo", получивший нетипичное для "живых" записей признание и распространение.

Не останавливаясь на "разовых" отправных пунктах, заранее оговоримся, что всего за 39 лет Джеймс Браун попадал в хит–парад "Billboard" с 98 синглами, 17 из которых этот хит–парад и возглавляли (выше были только Stevie Wonder и Aretha Franklin). Поэтому все перечислить не получится, как это ни прискорбно.

Поговорим лучше о достижениях и нововведениях, тем более что вклад Брауна в современную музыку и музыку вообще (как этическую категорию) не измеряется даже количественными показателями. Во–первых, он раньше других начал играть с двумя ударниками. Во–вторых, такой общеизвестный стиль, как фанк, был порожден и изобретен (жаль, что не запатентован) именно им. Первой фанк–записью в истории считают "Papa’s Got A Brand New Bag" (1965). Все дело было в ритме: акцент выделял первый и третий "бит" вместо привычного для человечества второго и четвертого (функции сильной и слабой доли такта менялись местами), параллельно использовалась так называемая "offbeat" линия баса (характерная для Брауна) — такое ритмическое оформление создало новое звучание, изменившее ритм–н–блюз. Последующие песни "Licking Stick" и "Cold Sweat" только утвердили право нового стиля на перспективное существование. Позже Брауна стали усиленно копировать, и фанк, что называется, получил путевку в жизнь. Отцом репа Брауна, конечно, не назовешь, но вклад его в эту музыку огромен, учитывая что сэмплирование его песен и голоса — наичастейший прием, используемый всеми возможными категориями рэпперов. Сам Браун на вопрос о том, кто лучше всего использовал (вот именно) его музыку, мрачно ответил: "Тот, кто мне заплатил. А большинство мне не заплатили, но не волнуйтесь, мы и их достанем..." и философски добавил: "Думаю, рэп может быть могучим инструментом, если использовать его по назначению. Если использовать его неправильно, это может нанести только вред". (Всего музыка Брауна сэмплировалась в 4000 записях.) К тому же стиль Джеймса изначально считался полностью "черным". (Цитата из некоего Mel Watkins: "Нет, он не поет о "черной" жизни, он и есть эта жизнь!")

Неудивительно, что Брауна часто приплетали к организациям и движениям за расовое равноправие. Сам он не сопротивлялся. Все же подобные организации, состоящие из афроамериканцев, повально считали его "своим", чуть ли не национальным поэтом, националистом и т.п. Браун, будучи по природе добродушным филантропом, никогда не марал рук в политике. В автобиографии он признался, что даже не голосовал ни разу по причине нулевой заинтересованности ("Я гуманист, а не политик!" — доказывал он, противопоставляя эти понятия). В отличие от представителей "Black Power Nationalists" Джеймс не поддерживал социализм и даже не критиковал вьетнамскую войну. Напротив, он даже съездил во Вьетнам и отыграл пару концертов для истосковавшихся по рок–н–роллу угрюмых американских солдатиков, а потом издал сингл "America Is My Home" (к черту политику! Человек просто пел!). Возможно, его взгляды были в чем–то наивны, но остается фактом — Браун был "культурным" символом "черного национализма" и жил трогательной верой в "американскую мечту". Это не помешало ему в 1968 году выпустить потенциальный гимн "Say It Loud, I’m Black And I’m Proud", где автор гордо и сознательно заявляет о своей принадлежности к соответствующей расе (и никаких революций!). За эту простоту и сознательность его любили все. Хотя после волнений, поднятых вышеупомянутой песенкой, за Брауном достаточно долго шпионили невинные представители тех самых "мечтателей" — службы FBI и IRS. Америка домечталась до галлюцинаций.

Видимо, поэтому у Джеймса до сих пор не налажены теплые и дружеские отношения с властями. Музыку же он сочинял всю жизнь и пишет сейчас ("Хочется поскорей трансформировать свой творческий потенциал!" — говорит 65–летний музыкант), в конце каждого из многочисленных ток–шоу и интервью говоря: "Да благословит Господь вас и Америку!".

Почетный член рок–н–ролльного Зала Славы и "получатель" "Грэмми" в 1992 году за жизненные достижения. Снимался в кино, в том числе и в культовом фильме "Blues Brothers" (1980). Ему подражали многие, но, тем не менее, имитировать его невозможно. Только что, ругнувшись по адресу высшей математики, пристыженный автор сего насчитал(а) в дискографии этого удивительного человека больше пятидесяти(?!) альбомов, включая концертные записи и сборники. Вполне достаточное основание поступиться принципами газеты и не размещать в ней эту чудовищную дискографию, сий шедевр монументализма, подкрепленный своим численным пополнением — как видим, Брауну ничего не стоит записать новый альбом. (Чья–то цитата: "Два самых старых тинейджера Америки — это Дик Кларк и Джеймс Браун"). Общительный и энергичный Джеймс, похоже, уже стал чем–то наподобие памятника самому себе (это в хорошем смысле), опередив во многом даже своих последователей. Жаль, у учредителей "Грэмми" не нашлось номинации "За самое монументальное явление в истории рок–музыки", которым, в сущности, и является жизнь Джеймса Брауна. Остается пожелать только заштампованное "творческих успехов и долгих лет жизни" и смущенно удалиться, тихонько прикрыв Двери Восприятия.

Татьяна ЗАМИРОВСКАЯ

© 2005 музыкальная газета