статья


Гребенщиков, Борис
“Игры” БГ

mg90102.jpg (11640 bytes)

Борис Борисович ждет окончания года по тибетскому календарю, чтобы в полную силу начать работу над новым альбомом АКВАРИУМА.

— Сотрудничество с DEADУШКАМИ может стать каким–то новым этапом в вашем творчестве?
— Я не могу сказать, что для меня это этап. Это музыка, которая меня давно интересует, и мы просто собрались с друзьями, попробовали, что может получиться.
— А как случился этот проект?
— Мы знакомы уже давно, когда это были еще СТРАННЫЕ ИГРЫ. Я долго искал людей, с которыми можно поэкспериментировать в этом поле, но никто из советских музыкантов мне не нравился. И тут мне дали демо–пленку DEADУШЕК, я послушал и страшно обрадовался, потому что это было вполне на мировом уровне.
— Альбом записывался в Англии?
— Нет, записывался он в Петербурге, а сводился в Англии.
— А АКВАРИУМ сейчас существует?
— АКВАРИУМ не то что существует, мы четыре месяца практически без передышки давали концерты по всей России.
— АКВАРИУМ гастролировал отдельно от проекта с Сологубом и Раховым, музыканты вашей группы не принимали участия в концертах с DEADУШКАМИ?
— Нет, упаси господи! Это мои личные игры, мне это интересно. АКВАРИУМ — мое основное занятие, на два концерта с DEADУШКАМИ пришлось порядка 30 концертов с АКВАРИУМОМ.
— Каким качеством, на ваш взгляд, должна обладать группа, музыкальный коллектив, чтобы она полноценно продолжительное время существовала?
— Во–первых, постоянное общение людей, которые реально живут вместе. Тогда может получиться группа. А второе — нужно понять, что музыка и деньги это вещи противоположные. Группа играет музыку ради самой музыки, ради магии этой музыки. А деньги — это то, что может, как правило, все испортить.
— Один человек сказал: главное, чтобы группе не было больше двадцати лет. Это был Вячеслав Бутусов. Вы согласитесь с таким мнением?
— Знаете, АКВАРИУМУ уже двадцать шесть, хотя состав в нем все время меняется, но дух остается тем же самым. И мне на двадцать шестом году стало играть интересней, чем когда–либо. Так что, я думаю, после тридцати лет группа становится по–настоящему интересной.
— В последнее время складывается такое впечатление, что вас стали интересовать различные социальные аспекты жизни.
— Так, так, интересно, какие такие аспекты? Расскажите...
— ...Прослеживая то, о чем вы говорите в интервью газетных и телевизионных, в программе "Сегоднячко" на НТВ, например...
— А вы знаете, я обычно отвечаю на то, что меня спрашивают. Социальные аспекты не имеют к жизни вообще никакого отношения. При любых социальных аспектах люди все равно живут. Меня интересует жизнь людей, а не социальные аспекты.
— А как вы воспринимаете ситуацию, которая сейчас сложилась в России?
— А какая ситуация сложилась? Люди как жили, так и живут.
— Экономическая имеется в виду, разные кризисы...
— Эти кризисы к жизни людей тоже не имеют отношения. У каждого из нас может быть больше или меньше денег. Но от этого мы не перестаем ни дышать, ни есть, ни пить. Россия привыкла к кризисам, да и Белоруссия, я думаю, тоже. Поэтому, я заметил уже давно, на жизни людей это мало сказывается. То есть может быть нечего есть, но от этого жить не перестаешь все равно.
— А еще вы сказали в интервью "Сегоднячко", что в Москве вы себя сейчас гораздо лучше чувствуете, чем в Питере, теплее...
— В Москве люди более живые, в Питере более музейные, вычурные.
— Есть мнение, что человек с годами набирается определенного опыта, теряет остроту ощущений, у него вырабатывается циничное отношение ко многим жизненным вопросам. Вы согласны с этим?
— Многие жители города Минска, которые меня знают, готовы подтвердить, что со мной дело обстоит наоборот. Чем дальше в лес, тем интереснее.
— Не так давно у вас, а через неделю и у Андрея Вадимовича Макаревича были юбилейные дни рождения. Вы ведь в это время были в Москве, ваши пути, возможно, пересеклись там?
— Да, я заходил к нему на день рождения, а он был у меня.
— А с какими чувствами вы отметили очередной год жизни?
— Опыт питья приучил меня к тому, что чем старше хороший коньяк, тем он лучше.
— Джордж Гуницкий написал строки, которые вы спели: "Когда мы были молоды, мы все растили бороды, мы все носили волосы и пели сладким голосом. Теперь другой расклад, дороги нет назад". К себе вы можете сегодня применить эти слова?
— Нет, дорога назад есть, я всегда могу отрастить бороду. Но мне дорога назад никогда не была интересна, мне интересна дорога вперед. А еще интересней стоять на месте и смотреть, как весь мир движется вокруг тебя.
— Олег Гаркуша сказал как–то, что музыканты ответственны за тех, кого приручили. Вы ощущаете эту ответственность?
— Это еще сказал, если мне память не изменяет, Антуан де Сент–Экзюпери... За тех, кого я приручил, я в ответе. Но когда я отдаю людям свои песни, чтобы они делали с ними все, что хотят, это не значит, что я их приручаю. Мы уже двадцать шесть лет поем, и все, что мы делаем, принадлежит не нам, а людям. Поэтому, что они хотят с этими песнями делать, это их дело. Я отвечаю за песни, а не за людей, которые их делают. За песни я отвечаю вполне.
— Как идет работа над новым альбомом АКВАРИУМА?
— Полным ходом, но по–настоящему мы этим займемся после конца тибетского года, то есть в конце февраля. Прошедший год был неблагоприятным, нужно, чтобы он кончился.
— Новый альбом сильно будет отличаться от предыдущих?
— Ничего общего не будет.
— Христианские темы в нем будут затронуты?
— Знаете, все религии учат одному и тому же, поэтому мне нравятся все религии. Христос — это, конечно, самая мощная фигура нашего времени, и я его люблю.
— Вы согласны с тем, что все религии имеют одно начало?
— Одно начало и один конец.
— Но ведь официальная христианская церковь считает это, мягко говоря, неправильным?
— Официальная церковь делает это от недостаточного знания того, что происходит в мире, к моему очень большому сожалению. Естественно, в России есть православие, и другая религия России при этом как бы не нужна. Но говорить, что все остальные религии плохие, это значит просто проявлять невежество и огульно охаивать огромное количество других людей.
— Каких–то новых экспериментов вне АКВАРИУМА можно ожидать от вас в ближайшее время? Возможно ли продолжение работы с DEADУШКАМИ?
— Когда–нибудь, когда будет время и энергия. Желание есть. Но АКВАРИУМ съедает девяносто пять процентов всего времени. Планы есть и с Бутусовым, я полностью за, я Славку люблю, мне интересно с ним работать. Не то что работать, работать я с ним никогда не пробовал, но заниматься музыкой с ним мне интересно.
— А что это за конкретные планы?
— Я жду, когда мы где–нибудь пересечемся и обсудим.
— А какую ценность для вас представляют различные музыкальные эксперименты?
— Да просто скучно все время ходить в одном и том же, скучно делать одно и то же. Хочется пробовать разные вещи.

P.S. Из всего вышесказанного можно сделать приблизительно такой вывод: если вы похожи на хороший выдержанный коньяк и с интересом наблюдаете за миром, который движется вокруг, то никакие социальные аспекты, экономические кризисы и катаклизмы на вас ничуть не повлияют!

Татьяна ТАРАСОВА

© 2005 музыкальная газета