статья


Бригадный Подряд
БРИГАДНЫЙ ПОДРЯД

mg82704.jpg (13059 bytes)

Не могу сказать, что группа БРИГАДНЫЙ ПОДРЯД являлась для меня рок–н–ролльным символом, а также объектом моего особого предпочтения и благоговейного почитания. Не могу и сказать, что она в моей голове совсем была предана забвению. Скорее она находилась где–то в самых дальних запыленных закоулках мозга вместе с другими многолетними безболезненно растворившимися в суетном потоке петербургского рок–движения группами.

Так было, пока однажды я не наткнулся на рок–клубовскую афишу с ностальгическим перестроечным термином. Чуточку потоптавшись и нащупав в кармане сумму, достаточную для прохода в вышеназванное культурное заведение, я с некоторой опаской направился на музыкальное мероприятие. С опаской не потому, что боялся физического насилия со стороны пропанковски настроенной публики, ведь всем известно, что панки — самый миролюбивый народ, а потому, что боялся за свои розовые (сексуальные меньшинства здесь ни при чем) ностальгические воспоминания безмятежной студенческой юности.

Что я увижу сейчас? Будет ли это та энергия и кайф, свидетелем которых я был когда–то на рок–фестивале на Зимнем стадионе, или компания утомленных, довольных собой и пивом мужиков будет исполнять травянистые, как и они сами, опусы?

Другое время, другие люди, другая музыка, другие группы. Можно ли дважды войти в одну и ту же воду? Нет! Это не был тот БРИГАДНЫЙ ПОДРЯД, но это был БРИГАДНЫЙ ПОДРЯД! Помимо обязательных панковских ритуалов (лажи во время гитарных соло, забывания текста песни, традиционных ужимок и прыжков), БП, несмотря на острые тексты, абсолютно не несет злой агрессии.

Я бы назвал творчество современного ПОДРЯДА "воинствующим оптимизмом". Особенная питерская аура команды тоже уникальна. Вы знаете, чтобы пища была полезной, надо есть овощи и фрукты, произрастающие на территории вашего обитания. И любые ананасы и гуайявы, столь полезные для организмов молодых представителей черного континента, совершенно побоку для человека, живущего в России.

Так и с нашим панк–роком. Ты можешь с удовольствием послушать московских и ТАРАКАНОВ и НАИВ, но не зацепит, не дойдут "музыкальные витамины" до души. Также я не думаю, что "бригадниками" бы заслушивались в столице, — это чисто питерская команда, и это, на мой взгляд, просто здорово.

Не удержался, чтоб не поговорить с музыкантами, когда они, потные и яростные, охлаждали моторы небезызвестным пенящимся напитком (лимонад, квас, пиво — нужное подчеркнуть). Крашенный в радикально непонятный, ближе к красному цвет вокалист Конвисер в футболке группы ИВАНУШКИ INT.

— Почему ты в этой футболке? Тебе действительно нравится эта группа? И вообще твое отношение к современным поп–группам?

— Отношение к современным поп–группам у меня прямое, я сам пою в одной из таких групп. Ведь БП — это поп–группа чистой воды.

— А как же насчет панковских идеалов?

— Не умничай!

— Ну хорошо. А чего вообще сейчас интересного происходит в жизни вокруг, кроме музыки?

— А сам не видишь ничего? Я вообще обалдеваю, твои вопросы напоминают мне вопросы из детских анкет, в школе, где я работаю!

— Ты работаешь в школе? И кем, интересно?

— (смачное нецензурное идиоматическое выражение) Плотником.

— А серьезно?

— Да уж куда серьезней. Вот этими вот руками... От зари до зари... Не покладая–й–а–а–и–а...

— Да ладно, не расстраивайся ты так. А что, музыкой по жизни не заработать?

— Почему не заработать? Очень даже заработать. Просто из принципа денег за концерты не берем. Считаем безнравственным зарабатывать своим же собственным весельем. Собираемся в ближайшем будущем самим зрителям платить за то, что пришли поддержать наше веселье.

— Я вижу, что вроде бы ты чуть–чуть помоложе остальных участников группы. Ты стоял у истоков ПОДРЯДА?

— Когда эти истоки источались, я ходил в 3 класс. Как я очутился в БП, история долгая и недостаточно интересная для того, чтобы рассказывать ее кому–то. Можно сказать, что так сложилось исторически. Гораздо грустнее история, как у микрофона остался я один. Уже несколько месяцев не поет легендарный, вот уж действительно монстр, Николай Михайлов, "бригадир" и один из основателей группы. Где–то в сентябре неизвестные люди нанесли ему серьезные повреждения. Некоторое время положение было критическим, в общем, совсем хреново, потом лучше. Мы спели вдвоем еще несколько концертов, потом его положили в больницу, где он провалялся довольно долго. Сейчас вроде бы почти все в порядке, но испытывать концертные перегрузки ему пока нельзя. Мы обязательно с ним будем еще записываться и постараемся сделать акустическую программу.

Тем более обидно, что после долгого перерыва мы стали много играть, все везде поперло, и тут такая фигня!!! Эх, люди, люди!!!

— Ну, будем надеяться, что все будет в порядке и мы еще увидим Николая Михайлова поющим на сцене!

— Конечно!

— Конвисер, а не мог бы ты подробнее рассказать о музыкантах группы?

— В барабаны и бас–гитару у нас любезно поигрывают классные (без шуток) музыканты известной в прошлом группы ДУРНОЕ ВЛИЯНИЕ Игорь Мосин и Дмитрий Петров. Параллельно ребята являются основой интересного экстремального проекта БОНДЗИНСКИЙ. В гитару мучается Сантер, он вместе с Михайловым начинал все это.

— А две симпатичные девушки на подпевках? Вот их появление в группе мне совсем не понять. Как они, такие молодые и беззащитные, терпят ваше общество и такую музыку?

— Это Катя и Надя. И это не подпевки, а подтанцовки. В их вокале на концертах смысла особенного нет. И вообще это наше ноу–хау. В смысле стеб. В первую очередь над собой, а вот во вторую — над тобой и над твоими, как ты сказал, "панковскими идеалами". В задницу идеалы. Должно быть весело прежде всего. Меня смешат музыканты, считающие, что они делают серьезное дело. Никто работать не хочет, вот и стали петь песни. Певцы!

— Самокритично.

— Самокритично. И вообще надоест такой стеб — добавим еще пару басистов и пригласим детский хор; надоест это — будем петь без инструментов. Надоест и это — пойдем пиво пить. Вот!

— А как у вас с личной жизнью? Находятся ли такие, что любят, выражаясь словами вашей песни, таких "идиотов"?

— Понятно — запас вопросов иссяк. Пошли уже штампы. Ну разве можно нас не любить?! (Конвисер с Сантером скорчили ужасные рожи).

— Ну, извини еще за один штамп. Какие планы у тебя и у группы?

— План — я сам не курю и у других не спрашиваю, курят ли они.

— Понятно. Совершенно нельзя с тобой говорить серьезно. Ну все равно спасибо, было очень интересно.

— Что–то я сомневаюсь.

(Конвисер встал и пошел за очередной бутылкой "Колы", "Спрайта", "Адмиралтейского" — нужное подчеркнуть).

ИВАНОВ

© 2005 музыкальная газета