статья


Begemot
Кто такой? И с чем его едят?

mg82202.jpg (14098 bytes)
BEGEMOT — название петербургской группы.
BEGEMOT не имеет ничего общего с бегемотом, разве что — тоже живое.
BEGEMOT имеет в запасе три изданных альбома и некоторое количество неизданного материала.
BEGEMOT — родоначальник музыкального стиля пит–поп.


Об остальном вы узнаете из интервью с Федором "Бегемотом" Лавровым и Игорем "Пиночетом" Покровским.

Три совсем разных альбома

— Название второго вышедшего альбома "Отдел самоискоренения" — это отражение того состояния, которое вы переживали, переходя с английского на русский?

Федор (Ф.) (смеется): Это состояние определенного возраста, и оно не связано с переходом от одного языка к другому. Оно связано с переходом молодого человека из состояния юности во взрослый мир. И вообще любой взрослый человек может взять самоискорениться и перейти куда–то дальше. На самом деле, идея возникла, когда мне было восемнадцать, — так называлась группа (песня называется просто "Самоискоренение"). А этот альбом в итоге получился очень детским, и все дети его очень легко воспринимают, особенно первую сторону, которая взрослым людям не нравится. Ко мне подошел знакомый мальчишка на улице, которому я раньше подарил кассету, и сказал, что ему все очень понравилось, особенно панковские вещи его сразу "проканали" — "Город–проститутка". Потом он сказал, что вообще панк–рок слушает, но алисоманы дураки и вообще у них там война идет между собой...

— А следующий альбом "Герои снов" как бы ты охарактеризовал?

Ф.: Это мифологический альбом. Герои — это не просто герои в привычном понимании, а полубоги, призванные приносить простым людям и трудящимся на земле светлые открытия. К тому же это те герои, которые снятся... Запутано, правда? Альбом действительно очень запутанный, музыки там очень много, очень много лирики, песен про любовь. Можно сказать, что все о любви. И все это абсолютно новое.

— Получается, что это первый альбом, отражающий ваше нынешнее состояние?

Ф.: Первый концептуальный, серьезный альбом. В "Отделе самоискоренения" есть и более свежие песни, но они ориентированы на простой и быстрый удар; я хотел сделать альбом для молодых людей, чтобы никто не задумывался слишком долго над ним.

— Что заставило группу перейти на русский язык?

Ф.: Слушатели, естественно, которые хотели бы понимать, что мы там поем. Когда играешь в клубах, тексты непонятны, но все останавливаются и начинают вслушиваться.

— Для тебя этот переход был естественным?

Ф.: Нет. Было довольно трудно начать писать по–русски, гораздо сложнее, чем по–английски. Положить русский текст именно на ту музыку, на которую хочется положить... Блатные аккорды легко ложатся, они сами лезут. На ту музыку, которую я сочиняю, трудно сочинить русский текст.

— Ведь эта музыка рассчитана на мелодику английского языка...

Ф.: Я сочиняю мелодию и часто пою ее на "рыбе". Вообще, действительно, мелодии получаются в размере английского языка. Но я сознательно делаю много музыкальных фраз, чтобы туда можно было бы всунуть большие, длинные русские фразы, слова...

— Тексты у вас вторичны?

Ф.: Первична идея. Я какой–то рифф придумываю и сразу знаю, про что это. А потом уже можно писать по–русски, по–английски; я просто решаю, на каком языке это можно написать, а дальше продумываю, какими должны быть музыкальные фразы: короче, длиннее.

— Как бы ты охарактеризовал путь развития группы структурно? Вы ведь одна из немногих групп, у которой он есть.

Ф.: Мы не успели еще начать этот путь, скорее сейчас логическое завершение того пути, который я до этого прошел. Я насочинял песен на английском языке, потому что это было мне внутренне необходимо, и выдал их на альбоме "Ex", это где–то третья часть от всех песен. Потом, когда народ потребовал песен на русском, мы вспомнили ранние песни моей самой первой группы ОТДЕЛ САМОИСКОРЕНЕНИЯ, которую я собрал после школы, и решили, что их можно и сейчас поиграть. И плавно я начал сочинять что–то еще в том же духе, чтобы все вместе можно было бы подать как альбом. Поскольку ОТДЕЛ САМОИСКОРЕНЕНИЯ — панк–рок, вот у нас панковские песни и получились. Но попутно я сочинял лирику и на английском, и на русском. Сейчас большая часть этого на русском языке записана и издана на альбоме "Герои снов". Но, конечно, осталось много музыки, которую мы еще не записывали.

— Получается, вы начались с панк–рока?

Ф.: Не группа BEGEMOT, а я. Ребята вообще панк–рок никогда не слушали, я им его просто навязал. Одновременно мы разбирали SEX PISTOLS для концерта, и они "торчнули".

Давно это было

— Тебе 32, а группе всего два года...

Ф.: Да, два года исполнилось 24 апреля. А я и раньше поигрывал, сначала был ОТДЕЛ САМОИСКОРЕНЕНИЯ, где я сочинял песни, потом НАРОДНОЕ ОПОЛЧЕНИЕ, где я барабанил, а песни сочинял Алекс. Был момент, когда нас пригласили в Большой дом и мы с Алексом подписали бумаги о том, что песен больше писать не будем. Ну, в общем, мы еще побаловались года два и все. Все закончилось естественным путем, как и должно было. Потом со всяческими джазистами мы играли в группе СОМНАМБУЛА, оттуда и появился наш нынешний басист Ромка. Сложный путаный музон играли, и в результате все друг с другом переругались, потому что учились в одной "учебе". Играли еще в квинтете. Теперь все они где–то играют: барабанщик — с Максимом Леонидовым, гитарист — в джазовой группе ФЛИП ФАНТАЗИЯ. А тогда нам Сева Гаккель запретил играть в "Там–Таме". Как раз был один из первых концертов TEQUILAJAZZZ, были еще 17 ПИЛОТОВ. Народу было немерено: нам Гаккель сказал, что больше нельзя, а других клубов тогда не было. Так мы и разошлись.

Пиночет (П.): Кстати, Федя является "крестным отцом" TEQUILAJAZZZ. Когда он решил собрать состав, то сам играть ни с кем не стал, но музыкантов друг с другом свел.

— ???

Ф.: На улице Стремянной ко мне подошел Женька "АЙ–АЙ–АЙ", я его спрашиваю: "Будем играть вместе?". Он говорит: "Будем, только я буду "твисты" играть". А мне не нужны были "твисты". На том и разошлись. Рикошет вернулся из армии, и они начали работать вместе, периодически мне позванивая и выясняя, с кем бы еще поиграть. А я ходил искал барабанщика. Пришел в ДК им. Володарского на паренька посмотреть: он играет, но не очень, а ему показывает толстый парень такой, как надо играть. Парня Саша звали; я посмотрел — он слишком толстый. А я хотел играть такой музон, чтобы все парни были красивые и стильные. Мне толстяк был не нужен, но телефон его остался, и я его Рикошету отдал. А Костин телефон я узнал у металлистов, они сказали: "Он какую–то там волну играет". Но мне волна тоже ни к чему была. А Рикошету как раз нужна была панк–волна, new wave, он потом говорит: "Слушай, ты такого чувака дал! Мы работаем душа в душу".

— А BEGEMOT–то как возник в конце концов?

Ф.: Басист у меня уже был. Надо было искать барабанщика: человек должен играть либо как Джон Бонам, либо как Стюарт Коппалд (POLICE), либо тяжело и отвязно, либо легко и вперед. БАРБУЛЯТОРЫ звонят и говорят: "За стеной репетирует группа, блюзы играет, а барабанщик всех "душит". Я звоню этим парням и начинаю врать: "Я молодой барабанщик, мне нужно взять уроки. У вас хороший барабанщик". Иначе, естественно, никто бы мне не дал его телефон. Позвонил я Вовке и опять вру, что у меня завтра запись, мне надо быстро все выучить, мне нужен крутой барабанщик. Пришел на репетицию со своим гитаристом, баулом еды и водки. Мы двадцать минут посидели, поиграли, и я понял, что хороший барабанщик. Он долго не мог понять, что мы играем. Выучил, записали "Ex", но он еще не очень врубался. А сейчас играет иногда как Бонам, а иногда как Коп.

— А Роме не мешает работа и в ПРЕПИНАКАХ тоже?

Ф.: У Ромы вообще сложная жизнь, он профессионал. Ему нужно зарабатывать деньги на жизнь, и ПРЕПИНАКИ ему нравятся.

П.: Ему это не сложно, он играть все что угодно может. А потом ПРЕПИНАКИ — это пока единственный вариант дохода. Нам, конечно, мешает; часто бывает, что мы вынуждены отказываться от концерта из–за того, что ему нужно играть с ПРЕПИНАКАМИ давно запланированное выступление. В BEGEMOT он еще не может получить такого заработка. Два раза в Новгород не смогли уехать на телевидение. Но ситуация очень понятная: ему надо жрать, одеваться и платить за квартиру — все за свои деньги. А теперь они еще играют с Хилем.

Ф.: Я постоянно мотаюсь за ним на машине, ночью, через весь город, из "Wild Side" в "Fish Fabrique". В Москву также уезжали: я его еще мокрого со сцены "Грибоедова" стащил за пятнадцать минут до отхода поезда. А он: "Зачем бежать, давай, потихонечку".

Законодатели "пит–попа"

— Какие планы со съемками клипов?

П.: Пока готов только один, его уже показывают во всю. Снял его мой приятель детства Андрей Васильев, профессиональный мультипликатор, малыми средствами, зато на кинопленку. Там есть элементы ручной мультипликации. Песня о детстве: снят Степа, Федин сын, которого под конец встречает сам Федя, — такой жизненный путь. Степа играет Федю маленького. Теперь решили снять клип еще на одну песню: есть идеи, но пока не знаем, на какую. Все говорят: надо снимать "Привычку".

— Да, она очень нравится девушкам.

П.: Да не только девушкам. Но, по моим ощущениям, все эти лирические песни написаны в адрес Юли (прим. редакции: жена Федора).

Ф.: Дело в том, что Юля для меня — воплощение всего женского, что может быть. Она настолько яркий человек, в ней столько разных женщин...

П.: Федя — нормальный семьянин, у него двое взрослых детей.

— Девушек может обламывать, что он им недоступен.

Ф.: У нас есть Рома, и ему поручено не жениться, пока мы не сыграем на "Уэмбли". К нему как раз девушки и тянуться, меня они просят только тексты для них написать. Кстати, английские тексты тоже непростые. "Orphan Nation" ("Нация сирот") — абсолютно правдивая история. Юлька снимала передачу про детский дом. Мальчик плакал, что родители отдали его в детский дом из–за того, что он украл у них 100 долларов, и просил маму с папой забрать его. Когда передача уже была готова к эфиру, Юле позвонили из детского дома и сказали, что мальчик погиб. Он сбежал и спал с ребятами в шахте лифта, их там раздавило.

П.: Его сразу эта тема задела. То, что у него дети есть, тоже важно: его волнуют молодежные проблемы. Хоть ему и не пятнадцать, но проблемы эти для него важны. Мне еще больше лет, чем Феде, но мое сознание и восприятие мира не изменилось, я не стал стариком.

— Как понимать "пит-поп"? Это географическое определение?

Ф.: Главное — это "поп", музыка, которая популярна.

П.: Это пародия на брит–поп. Когда о живущих здесь говорят, что они играют брит–поп, это смешно.

Ф.: Мне нравится идея возрождения Петербурга как столицы музыкальной молодежной культуры. Все об этом говорят. Есть мнение, что в Москве ничего нет, там только вкладываются деньги в тех, кто приезжает. Едут и от нас — та же Таня Буланова. Название "пит–поп" настолько общо, что туда можно вписать все. Ту же Таню Буланову, в принципе... Дело не в том, какая это музыка может быть, просто мне хотелось бы, чтобы у нас все–таки была музыкальная столица.

Анастасия ГРИЦАЙ

© 2005 музыкальная газета