статья


Lennon, Julian & Sean
Julian & Sean Lennon

Не вовремя ушедший из жизни мистер Джон Уинстон Оно Леннон оставил после себя помимо десятка гениальных сольных альбомов, еще парочку Леннонов, пусть и не таких уникальных. И с разницей в возрасте в 12 лет, но с чем–то похожими именами — Julian (его назвали в честь трагически погибшей Julia Lennon, матери музыканта) и Sean (ирландская версия слегка исковерканного имени John). И вот этой весной, 18 мая, в один день, знаменитые "детки" (уже приличного возраста) выпустили по соло–альбому, причем, естественно, независимо друг от друга: слишком разные они для сотрудничества. Джулиан проделал данную процедуру уже в 4–й раз, а вот младшенький, можно сказать, дебютирует. Поэтому одинаково о них рассказать не получится.

JULIAN LENNON

Начнем, пожалуй, со старшего. О Джулиане уже можно говорить как о самостоятельном музыканте со сформировавшимися тенденциями, вкусами и стилем. Родился он сыном тогдашнего еще легендарного "битла" на пике популярности этой, в общем–то, даже не группы... ну, скажем, "этого явления", 8 апреля 1963 года. Синтия (напоминание: первая жена Джона) предпочитала не появляться с дитем в общественных местах, опасаясь жестокого выражения любви всяческих битломанок к Джону, оборачивающейся из–за ревности кровавыми желаниями мести. Поэтому детство Джулиана не было травматичным, исключая практически тотальное отсутствие в нем "любящего" папочки, занятого съемками, концертами, репетициями и прочей развлекухой. Тем не менее ребенок умудрился повлиять на историю BEATLES, вдохновив их на две песенки. В первый раз (это, кстати, уже хрестоматийная сказочка) он показал обкурившемуся папане свой школьный рисунок, изрядно отдающий психоделикой, гордо назвав его "Lucy In The Sky With Diamonds" (сий шедевр воспевал его одноклассницу), и этой историей Джон затыкал любопытно вопрошающие рты "журналюг" относительно аббревиатуры LSD, кроющейся в этом названии знаменитой песни из "Pepper": дите, мол, неразумное рисовало, откуда ж ему такие слова знать; причем тут вообще наркотики? Интересно, что Джулиан позже отвечал на тот же вопрос практически теми же словами, что и отец, поэтому оставим эту версию в покое. Слишком уж красиво все совпало. Вторую же песню написал теперешний сэр МакКартни, посетивший некогда Синтию и Джулиана уже после достаточно предательского ухода Джона из семьи (если можно так выразиться). Сие творение вошло в историю и хит–парады с именем, по понятным причинам измененным — "Hey Jude". Песня содержала призыв к творчеству, что немаловажно.

В детстве Джулиан иногда все же удостаивался внимания отца. Например, в 6 лет от получил в подарок мини–установку, а в 11 — гитару. Джон даже показал ему аккорды нескольких несложных рок–н–ролльных песенок. Это было очень кстати: в школе Джулиана не очень любили за "родство" и часто совали ему в руки гитару, а когда бедняга неумело пытался играть, малолетние истязатели страшно над ним издевались и во всю веселились: надо же, сын Леннона, а играет вот как паршиво! Случалось, юный страдалец и по голове получал. Знали бы...

После нашумевшей женитьбы Джона на Йоко бывший битл вспомнил заброшенного сына и стал все чаще приглашать его к себе в Нью–Йорк. Джулиан поначалу очень боялся эксцентричную Йоко, но потом понял, что если он хочет сохранить отношения с отцом, то должен расположить к себе эту необычную дамочку, что ему в принципе удалось. За время жизни Оно Леннонов в Америке Джулиан очень сблизился с отцом морально, и смерть Джона буквально выбила его из состояния нормального восприятия действительности на несколько дней. "Единственное, что меня утешало, — говорил он в одном из интервью, — это странный разговор, который был у меня с отцом приблизительно год назад. Он был уверен, что умрет лет в 80, к примеру, во время ядерной войны. Но он сказал, что если с ним вдруг что–нибудь случится, он пошлет нам сюда знак, что с ним все в порядке. Он сказал, что заставит какое–нибудь перышко пролететь по комнате. И с момента его смерти я всегда ждал этого знака. Каждый раз, когда я остаюсь один в пустой комнате, я смотрю и ищу перышко... Я думаю, мне было бы легче, если бы я его правда увидел..."

Надо сказать, Джулиан очень похож на отца не только внешне (многие рассеянные интервьюеры, путаясь, звали его John), но и голосом (очень сильно, иногда это даже пугает), манерой исполнения. Первый альбом его "Valotte", вышедший в 1984 году (Valotte — такое живописное место во Франции), был довольно наивным и простым, с узнаваемым впоследствии стилем — уже своим, но что–то Ленноновское в нем было (само собой!). Второй альбом 86 года "The Secret Value Of Daydreaming" Джулиан активно не любит, объясняя его появление всего лишь требованиями звукозаписывающей компании. Кстати, еще до дебюта юный Леннон по глупости подписал контракт с одним расчетливым лейблом на исполнение старой песни Джона, но позже осознал, что позорно продался, используя свою громкую фамилию, и упросил Йоко выкупить контракт обратно, избавив себя от увесистой и масштабной ошибки. Неудивительно, что спокойного и рассудительного Джулиана лишь одно может привести в форменную ярость, граничащую с бешенством, — всякого рода сравнения с покойным отцом. "Меня одного все обвиняют за влияние BEATLES, а десятки других групп за это же хвалят, — возмущается он. — Но это же часть моей жизни, моя история, понимаете?.. Мне плевать, что говорят. Ну, конечно, то, что я пою, похоже на отца. Я открываю рот и не отвечаю за то, что оттуда исходит. Я себя не заставляю так петь. Это все естественно... Это просто жизнь, вот и все".

Именно поэтому Джулиан до удивления наплевательски относится к критикам. Это дает ему негласное право открыто делать то, что ему нравится. Третий его альбом "Mr. Jordan" (1989) больше напоминает что–то в стиле David Bowie, хотя не лишенный чувства юмора (наследственное) Джулиан сделал начало песни "Saltwater" точь–в–точь совпадающим со "Strawberry Fields Forever": пусть критики погавкают, повспоминают, откуда это и почему это такое до боли знакомое. У него сложился свой индивидуальный стиль, и ему безразлично мнение окружающих. Кстати, на BEATLES он вовсе не похож и не особенно резко выделяется на фоне остальных групп 80–х, хотя хитов у Джулиана было немало. В его музыке нет ничего экстраординарного и откровенно новаторского — просто хорошая, качественная помесь фолка, фанка, рок–н–ролла и прочих прогрессивных тенденций. Непосвященному это может показаться (чисто на слух) малость охрипшим (или скорей осипшим) Джоном Ленноном, решившим поэкспериментировать с поп–музыкой 80–х годов, так... для себя. А Джулиан, выпустив в 1991 году очередной LP "Help Yourself", собирается продолжать выпускать альбомы до глубокой старости. Он не считает себя великолепным музыкантом, хоть вполне неплохо играет на многих полезных для ушей и прочих слуховых органов инструментах. "Мое главное предназначение — сочинять песни", — говорил он в интервью около 1991 года... Новый альбом вышел после внушительного 7–летнего перерыва и, возможно, звучит несколько иначе, чем предыдущие, так как за это время Джулиан довольно сильно изменился, повзрослел, может быть... (это в 35 лет–то взрослеть? Куда? Вот у Джона в 35 уже второй ребенок родился. О нем тоже следует рассказать).

SEAN LENNON

В 1975 году, 9 октября, в один день Джон и Йоко праздновали рождение Шона и 35–летие до одури счастливого отца. "Я чувствую себя выше, чем Empire State Building!!!" — орал Джон прямо в лицо испуганным репортерам после появления долгожданного отпрыска. Шон, в отличие от сводного брата, первые 5 лет своей жизни практически не расставался с отцом. Джон, как известно, сутками сидел дома и развлекал сына, пытаясь обеспечить ему счастливое детство в полном семейном составе, как бы в оправдание отсутствия такового у Джулиана. Ребенок рос умным, но балованным. С техникой звукозаписи был ознакомлен отцом еще года в 4: Джон был фанатиком подобных вещей, и дома у него находилась уйма аппаратуры. Поэтому даже сохранились записи, где он учит Шона игре на гитаре (правильно, детям нужно давать действительно всестороннее образование, основываяь на личном опыте), пытаясь натренировать сына на исполнение песенок Элвиса. Так ребенок приобщился к рок–н–роллу.

После печально известной даты 8 декабря 1980 года Шон часто появлялся в обществе с торжественно вдовствующей мамашей. Йоко решила с детства приучать Шона к публичному вниманию, зная, что он все равно столкнется с этим позже благодаря "звездному" статусу родителей в народных массах. В то время как дети прочих знаменитостей в ужасе закрывались дрожащей рукою от вездесущих камер или убегали от них, наглядно демонстрируя классические симптомы паранойи, осложненной манией преследования, Шон мило и скромно улыбался репортерам в бесстрастные объективы, махал в камеру ручкой (хорошо, что не ножкой) и вообще вел себя прилично и с достоинством. В 7 лет он уже дал, пусть и неохотно, первое в жизни интервью газете "New York Daily News". Тогда же он снялся в фильме Майкла Джексона "Triller". Благодаря маме он часто "мелькал" в прессе, присутствуя с ней на презентациях, награждениях, процедурах вручения "Грэмми" и прочих светских приемах. После смерти отца Шон очень сблизился с Джулианом. В 85 году последний доверительно открывался какой–то британской газете: "Когда я встречаюсь с Шоном, это потрясающе, потому что я очень напоминаю ему отца, и он всегда сидит рядом и смотрит на меня. Он разглядывает меня и иногда говорит, что узнает во мне Джона — например, у меня нос такой же. Я и сам этого не замечал".

В середине 80–х Шон вместе с Йоко, Джорджем (Харрисоном, разумеется), Ринго и Джулианом присутствовали на церемонии введения BEATLES в Rock’n’Roll Hall of Fame, прокомментировав свое появление с типично Ленноновским юмором: "Мне жутко приятно, что я тут нахожусь за то, что ничего не сделал".

Теперь у Шона есть шанс попасть туда же за уже "содеянное" — его первый альбом "Into The Sun" уже готов. Песни отца он, конечно же, любит, но слушает больше BEASTIE BOYS и товарища Бека (Beck), кстати, весьма талантливого и непредсказуемого музыканта; причем он их любит именно за то, что они работают в разных жанрах и объединяют много стилей в один — свой. Кстати, Шон будет выступать на разогреве у Бека 2 июня в Мичигане, в "Pine Knob Music Theater". Если кто будет там поблизости, советую зайти, послушать: будет интересно, наверное.

О своем альбоме 23–летний Sean Ono Lennon гордо заявляет нижеследующее: "Into The Sun" был вдохновлен моей девушкой Yuka (ну, правильно, по аналогии: John — Yoko, Sean — Yuka. Хорошая семейная традиция, — прим. авт.) Она — одна из самых дорогих людей в моей жизни. Я встретил Yuka Honda и Miho Hatori из группы Cibo Matto после того, как они микшировали "Talkin` To The Universe" для маминой LP... Потом они предложили мне выступать с ними в роли басиста... мы играли на разогреве у Beck, BOSS HOG, SONIC YOUTH и BUTTHOLE SURFERS. Когда Adam Yauch услышал мои собственные песни, он был в восторге и предложил мне записаться на лейбле Grand Royal... Я спросил Yuka, не согласится ли она продюсировать мою запись, и она сказала "да". Мы записали "Into The Sun" всего за один месяц в Нью–Йорке... В альбоме мне хотелось отразить тему любовных и дружеских взаимоотношений...

Люди, которые слышали этот альбом, часто удивляются постоянным "прыжкам" от рока к джазу и к кантри. По–моему, это в нем — самое лучшее".

К счастью, мир не ожидает пришествия нового Джона Леннона или нового Бека (тем более, тут и одного выше крыши). Шон не так яростно реагирует на сравнения в отцом, как старший брат, но тем не менее, будучи внешне похожим на японскую мамочку, он носит кругленькие простые очки и даже немного щурит глаза... Будучи ребенком знаменитости, очень трудно оставаться собой, но у молодого человека есть шанс стать кем–то большим, чем просто "сыном Джона Леннона, того самого, который..."

Тем более что глупо Леннона с кем–то сравнивать, пусть даже с родными людьми. А если кому–то уж очень хочется, купите диски Шона и Джулиана и лучше вот их и посравнивайте между собой — так будет гораздо интереснее, больше пищи для размышлений и поводов для удивления. Не зря же они почему–то решили, синхронизировавшись, возвестить о себе в один день.

Татьяна ЗАМИРОВСКАЯ

© 2005 музыкальная газета